Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169

Warning: mktime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 117

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 169
Библиотека Четвертого Пути. Книги Гурджиева, Успенского. Все книги можно скачать. http://fway.org/onlinelib.html Thu, 17 Aug 2017 05:54:28 +0000 Joomla! 1.5 - Open Source Content Management ru-ru Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Описание, скачать книгу. http://fway.org/onlinelib/39-velsev/53-2009-01-24-09-53-39.html Книга Георгия Ивановича Гурджиева "Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку."

 

Скачать книгу

Читать книгу on-line

 

Также можно:

1. Купить аудиокнигу Часть 1

2. Купить аудиокнигу Часть 2 

]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Fri, 23 Jan 2009 21:20:04 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 1 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/48--1.html
Георгий Гурджиев
    
ВСЁ И ВСЯ
    
ОБЪЕКТИВНО-БЕСПРИСТРАСТНАЯ КРИТИКА ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА,
    
или
    
РАССКАЗЫ ВЕЛЬЗЕВУЛА СВОЕМУ ВНУКУ
    
ДРУЖЕСКИЙ СОВЕТ
    
    (экспромтом написанный автором при передаче уже законченной этой книги в типографию)
    На основании многочисленных выводов и заключений, сделанных мною во время экспериментальных изысканий относительно продуктивности восприятия современными людьми новых впечатлений из того, что они слышали и читали, а также на основании идеи одного изречения народной мудрости, дошедшего до наших дней с очень древних времен, которое я только что вспомнил и которое гласит:
    «Всякая молитва может быть услышана Высшими Силами, и может быть получен соответствующий ответ, только если она произносится трижды: в первый раз - о благоденствии или за упокой души своих родителей, во второй раз - о благоденствии своего ближнего, и только в третий раз - о самом себе», я считаю необходимым дать на первой странице этой, вполне готовой к изданию, книги следующий совет:
    «Читайте каждое из моих письменных изложений трижды:
    в первый раз - хотя бы так, как вы уже привыкли механически читать все современные книги и газеты,
    во второй раз - как если бы вы читали вслух другому человеку,
    и только в третий раз - постарайтесь понять суть моих писаний».
    Только тогда вы сможете рассчитывать на создание своего собственного, присущего только вам, беспристрастного суждения о моих писаниях. И только тогда может осуществиться моя надежда, что вы извлечете для себя, соответственно своему пониманию, ту особую пользу, которую я ожидаю и которую желаю вам всем своим существом.
    АВТОР.
    
ГЛАВА 1. ПРОБУЖДЕНИЕ МЫШЛЕНИЯ
    
    Среди прочих убеждений, сформировавшихся в моем общем присутствии в течение моей ответственной, своеобразно сложившейся жизни, имеется также одно такое - при этом не вызывающее сомнений убеждение, - что всегда и повсюду на земле, среди людей всех степеней развития понимания и всех форм проявления тех факторов, которые порождают в их индивидуальности всякие идеалы, принято, при наличии чего-нибудь нового, непременно произносить вслух или, если не вслух, хотя бы мысленно, то определенное изречение, понятное каждому даже совершенно неграмотному человеку, которое в различные эпохи формулировалось по-разному, а в наше время формулируется следующими словами: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».
    Вот почему теперь и я, приступая к этому предприятию, совершенно для меня новому, то есть авторству, начинаю с того, что произношу это изречение и, более того, произношу его не только вслух, а даже очень отчетливо и с полной, по определению древних тулузцев, «целиком проявленной интонацией» - конечно, с той полнотой, которая может возникнуть в моем составе только из уже сложившихся и глубоко укоренившихся во мне данных для такого проявления, данных, которые вообще формируются в природе человека, между прочим, в течение его подготовительного возраста, а позже, во время ответственной жизни, порождая в нем способность проявления природы и индивидуальности такой интонации.
    Начав таким образом, я могу теперь быть совершенно спокоен и даже должен, по понятиям существующей среди современных людей религиозной морали, быть без всякого сомнения уверен, что все дальнейшее в этом моем новом предприятии пойдет теперь, как говориться, «как по маслу».
    Во всяком случае, я начал именно так, а что касается того, как пойдет дальше, могу пока только сказать «посмотрим», как однажды выразился слепой.
    Прежде всего, я положу свою собственную руку (и притом правую, которая - хотя в данный момент слегка повреждена, вследствие недавно постигшего меня несчастья, - является тем не менее действительно моей собственной и ни разу за всю мою жизнь не подвела меня) на свое сердце, конечно, тоже свое собственное - но о непостоянстве или постоянстве этой части всего моего состава я не нахожу нужным здесь распространяться - и откровенно признаюсь, что сам лично не имею ни малейшего желания писать, но совершенно независящие от меня обстоятельства вынуждают меня делать это - а сложились эти обстоятельства случайно или были созданы намеренно посторонними силами, я сам еще не знаю. Я знаю только, что эти обстоятельства велят мне писать не какие-нибудь «пустяки», как, например, что-нибудь для чтения перед сном, а увесистые и объемные тома.
    Как бы то ни было, я начинаю…
    Но с чего?
    О, черт! Неужели опять повторится то же самое чрезвычайно неприятное и в высшей степени странное ощущение, которое мне случилось испытать, когда около трех недель назад, я мысленно составлял план и порядок изложения идей, предназначенных мною для опубликования, и тоже не знал, как начать?
    Это пережитое тогда ощущение я мог бы теперь сформулировать словами только так: «страх утонуть в избытке своих мыслей».
    Чтобы избавиться от этого нежелательного ощущения, тогда я еще мог бы прибегнуть к помощи этого зловредного, имеющегося также во мне, как в современном человеке, присущего всем нам качества, которое дает нам возможность без каких бы то ни было угрызений совести откладывать все, что мы собираемся делать, «на завтра».
    Я мог бы тогда сделать это очень легко, потому что до начала самого писания представлялось, что еще много времени; но теперь это больше делать нельзя, и я должен начать обязательно, - как говориться, «хоть лопни».
    Но с чего же начать?..
    Ура!.. Эврика!
    Почти все книги, которые мне довелось читать в своей жизни, начинались с предисловия.
    Значит, в данном случае я также должен начать с чего-нибудь в этом роде.
    Я говорю «в этом роде», потому что вообще в процессе своей жизни, с того момента, когда начал отличать мальчика от девочки, я всегда делал все, абсолютно все, не так, как делают другие, подобные мне двуногие разрушители добра Природы. Поэтому теперь, приступая к писанию, я должен и, может быть, даже из принципа уже обязан начать не так, как начал бы любой другой писатель.
    Во всяком случае, вместо традиционного предисловия, я начну с предостережения.
    Начать с предостережения будет очень разумно с моей стороны хотя бы по тому, что оно не будет противоречить никаким моим принципам, ни физически, ни психически, ни даже «волевым», и будет в то же самое время совершенно честно, конечно, честно в объективном смысле, так как и я сам, и все хорошо меня знающие ожидаем с несомненной уверенностью, что, благодаря моим писаниям, у большинства читателей полностью исчезнет, сразу, а не постепенно, как должно рано или поздно случиться со всеми людьми, все их либо переданное им по наследству, либо приобретенное их собственным трудом «богатство» в виде убаюкивающих представлений, вызывающих только наивные мечты, и в виде красивых картин их жизни в настоящем, а также их перспектив на будущее.
    Профессиональные писатели обычно начинают такие предисловия обращением к читателю, полным всяких напыщенно-высокопарных и, так сказать, «сладких» и «высших» фраз.
    Только в одном я последую их примеру и также начну с такого обращения, но постараюсь не делать его очень «сахарным», как они обычно делают, главным образом из-за своего вредного мудрствования, которым щекочут чувствительность более или менее нормального читателя.
    Итак…
    Мои дорогие высокочтимые, решительные и, конечно, очень терпеливые господа и мои многоуважаемые, очаровательные и беспристрастные дамы, - простите меня, я пропустил самое главное - и никоим образом не истеричные дамы!
    Я имею честь сообщить вам, что, хотя, вследствие обстоятельств, возникших в одну из последних стадий процесса моей жизни, я теперь собираюсь писать книги, однако в течение всей своей жизни никогда не писал не только книг или различных так называемых «поучительных статей», но даже не написал письма, в котором нужно было непременно соблюдать то, что называется «грамматичностью», и, следовательно, хотя я теперь собираюсь стать профессиональным писателем, однако, не имея никакой практики ни в отношении всех принятых профессиональных правил и приемов, ни в отношении того, что называется «литературным языком хорошего тона», я вынужден писать совсем не так, как обычные «патентованные писатели», к манере письма которых вы, по всей вероятности, привыкли как к своему собственному запаху.
    По моему мнению, беда в настоящем случае главным образом в том, что еще в детстве в вас был заложен и теперь пришел в идеальное соответствие с вашей общей психеей великолепно действующий автоматизм для восприятия всяких новых впечатлений, благодаря каковому «благодеянию» вы теперь, в течение своей ответственной жизни, не имеете надобности делать вообще никакого индивидуального усилия.
    Откровенно говоря, лично я усматриваю главное в моем признании не в недостаточности моих знаний всех писательских правил и приемов, а в том, что не владею тем, что я назвал «литературным языком хорошего тона», который непременно требуется в современной жизни не только от писателей, но также от каждого простого смертного.
    Что касается первого, то есть недостаточности моего знания различных писательских правил и приемов, меня это не очень беспокоит.
    И это меня не очень беспокоит потому, что такое «невежество» теперь уже в жизни людей также в порядке вещей. Такое благодеяние возникло и процветает сейчас повсюду на Земле вследствие той новой необычайной болезни, которой последние двадцать-тридцать лет по той или иной причине заболевает особенно большинство тех представителей всех трех полов, которые спят с полуоткрытыми глазами и чьи лица являются во всех отношениях плодотворной почвой для всяких прыщей.
    Эта странная болезнь проявляется в том, что, если больной в какой-то мере грамотен и его рента выплачивается за три месяца вперед, он (она или оно) непременно начинает писать или какую-нибудь «поучительную статью», или целую книгу.
    Хорошо зная об этой новой болезни людей и ее эпидемическом распространении на Земле, я, как вы должны понять, имею право предположить, что вы приобрели, как сказали бы ученые медики, «иммунитет» к ней и что вы поэтому не будете явно возмущаться моим незнанием писательских правил и приемов.
    Понимание этого мною побуждает меня сделать центром тяжести моего предостережения свое незнание литературного языка.
    В оправдании себя, а также, возможно, чтобы уменьшить степень осуждения вашим бдительным сознанием моего незнания этого языка, необходимого в современной жизни, я считаю нужным сказать, со смирением в сердце и щеками, залитыми краской стыда, что, хотя меня тоже в детстве учили этому языку и даже хотя некоторые из моих старших, готовивших меня к ответственной жизни, постоянно заставляли меня, «не жалея» никаких запугивающих средств, «заучивать наизусть» множество различных «тонкостей», которые в своей совокупности составляют эту современную «усладу», однако, к несчастью, разумеется, для вас, из всего того, что я учил тогда наизусть, ничто не задержалось и абсолютно ничего не дожило до моей теперешней писательской деятельности.
    И ничто не задерживалось, как совсем недавно мне стало ясно, не по моей вине и не по вине моих бывших уважаемых и неуважаемых учителей, а все эти труды пропали зря вследствие одного неожиданного и совершенно исключительного события, которое произошло в момент моего появления на Божьей Земле и которое состояло в том - как объяснил мне, после весьма длительного так называемого «психо-физико-астрологического» исследования, один хорошо известный в Европе оккультист, - что в тот момент через пробитую нашей сумасшедшей хромой козой дыру в оконном стекле проникали звуковые вибрации, возникавшие в соседском доме от фонографа Эдиссона, а у повивальной бабки во рту была таблетка, пропитанная кокаином германского производства, и притом не «эрзацем», и она сосала эту таблетку под эти звуки без надлежащего удовольствия.
    Мое теперешнее положение возникло не только из-за этого события, редкого в повседневной жизни людей, но также потому, что в дальнейшем, в своей подготовительной и зрелой жизни - как, должен признаться, я сам догадался после долгих размышлений по методу немецкого профессора, герра Штумпзиншмаузера - я всегда, как инстинктивно, так и механически, а иногда даже сознательно, то есть принципиально, избегал пользоваться этим языком для общения с другими. И из-за такого пустяка, а может быть и не пустяка, я проявлял себя так опять-таки благодаря трем данным, сформировавшимся в моем составе в течение моего подготовительного возраста, о каковых данных я намереваюсь сообщить вам немного позже и в этой же первой главе своих писаний.
    Как бы то ни было, все же действительным фактом, освещенным со всех сторон подобно американской рекламе, и фактом, который не могут изменить никакие силы, даже обладающие познаниями специалистов по «мартышкиному труду», является то, что, хотя я, которого очень многие люди недавно считали довольно хорошим учителем храмовых танцев, теперь вот стал профессиональным писателем и, конечно, напишу очень много - так как с детства мне было свойственно, когда «я делаю что-нибудь, делать этого много», - тем не менее, не имея, как вы видите, необходимой для этого автоматически приобретенной и автоматически проявляемой привычки, я буду вынужден писать все, что обдумал, на обычном, простом, повседневном, сложившемся в жизни языке, без всяких литературных ухищрений и без всяких «грамматических мудрствований».
    Но горшок еще не полон!.. Ибо я еще не решил самый главный вопрос - на каком языке писать.
    Хотя я начал писать по-русски, однако, как сказал бы мудрейший из мудрых, мулла Наср-эддин, на этом языке далеко не уедешь.
    (Мулла Наср-эддин, или, как его также называют, ходжа Наср-эддин, кажется, мало известен в Европе и Америке, но его хорошо знают во всех странах азиатского континента, этот легендарный персонаж соответствует американскому дяде Сэму или немецкому Тилю Уленшпигелю. Этому Наср-эддину приписывались и еще приписываются многочисленные популярные на Востоке истории, схожие с мудрыми изречениями, некоторые старинные, иные возникли недавно.)
    Русский язык, этого нельзя отрицать, очень хорош. Мне он даже нравиться, но… только для того чтобы обмениваться анекдотами и пользоваться им, когда нужно проехаться по чьей-нибудь родословной.
    Русский язык похож на английский, который тоже очень хорош, но только для того чтобы, развалившись в кресле и вытянув ноги на другое кресло, рассуждать в «курительных комнатах» на тему об австралийском мороженом мясе или, иногда об индийском вопросе.
    Оба эти языка похожи на блюдо, которое в Москве называют «солянкой» и в которое кладут все, кроме нас с вами, по сути дела все, что хотите, и даже «послеобеденную чемшу» (чадра) Шехерезады.
    Следует также сказать, что, благодаря всяким случайно, а, может быть, не случайно сложившимся условиям моей юности, мне пришлось учиться, и при этом очень серьезно и, конечно, всегда заставляя себя, говорить, читать и писать на очень многих языках и настолько бегло, что я мог бы, возможно, писать на любом из них, если бы, занявшись этой профессией, нежданно навязанной мне Судьбой, я не решил не пользоваться этой приобретаемой практикой «автоматичностью».
    Но если бы я стремился разумно использовать этот механический приобретаемый автоматизм, ставший легким от длительной практики, то должен был бы писать или по-русски, или по-армянски, так как обстоятельства моей жизни в течение последних двадцати-тридцати лет были таковы, что я должен был для общения с другими пользоваться именно этими двумя языками и, следовательно, иметь больше практики в них и приобрести по отношению к ним автоматизм.
    О черт!.. Даже в этом случае одна из сторон моей своеобразной психеи, необычной для нормального человека, вот уже начала мучить меня всего.
    И главная причина этого моего несчастья в моем почти уже преклонном возрасте является следствием того факта, что в детства в мою своеобразную психею, вместе со многим прочим мусором, также ненужным для современной жизни, было внедрено неотъемлемое свойство, которое всегда и во всем автоматически повелевает всему моему составу поступать только в соответствии с народной мудростью.
    В настоящем случае, как всегда в подобных еще незавершившихся случаях жизни, мне сразу приходит на ум - который у меня устроен неудачно по части насмешливости и теперь, как говориться, насквозь «пропитан» ею - то изречение народной мудрости, которое существовало в жизни людей очень давних времен и которое дошло до наших дней в следующих словах: «каждая палка всегда имеет два конца».
    При попытке сначала понять основную мысль и истинный смысл, скрытый в этой странной словесной формулировке, в сознании всякого более или менее здравомыслящего должно, по моему мнению, прежде всего возникнуть предположение, что во всем том множестве идей, на которых основана и из которых должна вытекать разумность этого изречения, лежит веками постигавшаяся людьми истина, которая утверждает, что всякая причина, случающаяся в жизни человека, от какого бы явления она ни возникала, в качестве одного из двух противоположных следствий других причин, в свою очередь, обязательно выливается также в два совершенно противоположных следствия, как например: если «что-то», полученное от двух различных причин, порождает свет, то оно должно неизбежно порождать противоположное ему явление, то есть тьму; или фактор, порождающий в организме живого вещества импульс ощутимого удовлетворения, также обязательно порождает неудовлетворенность, конечно, тоже ощутимую, и т. д., и т. п., всегда и во всем.
    Применим в этом же упомянутом случае эту народную мудрость, создававшуюся веками и выражаемую посредством образа палки, которая, как было сказано, действительно имеет два конца, из которых один считается хорошим, а другой - плохим; тогда, если я буду пользоваться вышеупомянутым автоматизмом, приобретенным мною лишь благодаря длительной практике, для меня лично это будет, конечно, очень хорошо, но, согласно этому изречению, для читателя результат будет как раз противоположным; а что является противоположностью хорошего, должен очень легко понять всякий, даже не имеющий геморрой.
    Короче говоря, если я воспользуюсь своей привилегией и возьму хороший конец палки, тогда плохой конец должен неизбежно упасть «на голову читателя».
    Это действительно может случиться, потому что на русском языке нельзя выразить, так сказать, «тонкости» философских вопросов, каковые вопросы я намереваюсь затронуть в своих писаниях также довольно полно; в то время как на армянском языке, хотя это возможно, однако, к несчастью всех современных армян, применение этого языка к современным понятиям теперь уже стало совсем неосуществимо.
    Для того чтобы смягчить горечь вызываемой этим внутренней досады, должен сказать, что в ранней юности, когда я заинтересовался и очень увлекся вопросами филологии, я предпочитал армянский язык всем другим, на которых тогда говорил, даже своему родному языку.
    Этот язык был тогда моим любимым, главным образом потому, что он был самобытен и не имел ничего общего с соседними и родственными языками.
    Как говорят ученые «филологи», все его тональности были свойственны только ему одному, и даже, по моему тогдашнему пониманию, он полностью соответствовал психее людей, составляющих эту нацию.
    Но наблюдавшееся мною в течение последних тридцати или сорока лет изменения в этом языке были такими, что вместо самобытного самостоятельного языка, дошедшего до нас из отдаленного прошлого, получился и теперь существует язык, который, хотя и оригинален и самостоятелен, однако представляет собой, если можно так сказать, «балаганное попурри из языков», весь набор созвучий которого, попадая в ухо более или менее сознательного и понимающего слушателя, звучит точно так, как «мелодии» турецких, персидских, французских, курдских и русских слов и еще другие «неудобоваримые и нечленораздельные шумы».
    Почти то же самое можно сказать о моем родном языке, греческом, на котором я говорил в детстве и, если можно так сказать, «вкус автоматической ассоциативной силы которого» я еще сохраняю. Я мог бы теперь, полагаю, выразить на нем все, что хочу, но пользоваться им для писания я не могу, по той простой и довольно смехотворной причине, что кто-то должен переписывать мои писания и переводить их на другие языки. А кто может это сделать?
    Можно с уверенностью сказать, что даже лучший специалист по современному греческому языку просто-напросто не понял бы ничего из того, что я написал бы на усвоенном в детстве родном языке, потому что мои дорогие «соотечественники», если их можно так назвать, тоже обуреваемые желанием любой ценой уподобиться представителям современной цивилизации и своей речью, в течение этих тридцати или сорока лет обработали мой дорогой родной язык точно так же, как армяне, стремясь стать русской интеллигенцией, обработали свой.
    Этот греческий язык, дух и суть которого были переданы мне по наследству, и язык, на котором теперь говорят современные греки, так же похожи, по выражению муллы Наср-эддина, «как гвоздь на панихиду».
    Что же теперь делать?
    А, черт возьми! Ничего, уважаемый покупатель моих мудрствований. Было бы только побольше французского арманьяка и «хайсарской бастурмы», я найду выход даже из этого трудного положения.
    У меня в этом большой опыт.
    В жизни я так часто попадал в трудные положения и выходил из них, что это стало у меня почти привычкой.
    Пока же я буду писать частью по-русски и частью по-армянски, и тем охотнее, что среди постоянно «околачивающихся» около меня людей есть несколько, которые более или менее «кумекают» на этих обоих языках, и я пока лелею надежду, что они смогут переписать и перевести с этих языков довольно хорошо.
    Во всяком случае, я опять повторяю - для того чтобы вы хорошо запомнили это, но не так, как вы привыкли помнить другие вещи и на основе чего привыкли держать свое слово, данное другим или себе, - что независимо от того, каким языком я буду пользоваться, всегда и во всем я буду избегать того, что назвал «литературным языком хорошего тона».
    В этом отношении чрезвычайно любопытным фактом - и даже фактом в высшей степени достойным вашей любознательности, может быть даже в большей степени, чем вы думаете, - является то, что с самого раннего детства, то есть с зарождения во мне потребности разорять птичьи гнезда и дразнить сестер моих товарищей, в моем «планетарном теле», как называли его древние теософы, и при этом почему-то главным образом в «правой половине», возникло инстинктивно непроизвольное ощущение, которое как раз к периоду моей жизни, когда я стал учителем танцев, постепенно оформилось в определенное чувство, а потом, когда, благодаря этой своей профессии, стал общаться со многими людьми различных «типов», у меня начало возникать также убеждение в моем так называемом «разуме», что эти языки составлены людьми, или, скорее, «грамматистами», которые по части знания данного языка точь-в-точь похожи на тех двуногих животных, которых почтенный мулла Наср-эддин характеризует словами: «Они понимают в этом, как свиньи в апельсинах».
    Такие люди среди нас, превратившиеся в, так сказать, «моль», губящую добро, приготовленное и оставленное нам нашими предками и временем, не имеют ни малейшего понятия и, возможно, никогда даже не слышали о том вопиющем очевидном факте, что в течение подготовительного возраста в функционировании мозга всякого существа и также человека приобретается определенное специфическое свойство, автоматическую реализацию и проявление которого древние корколаны называли «законом ассоциации», и что процесс мышления всякого вещества, особенно человека, протекает исключительно в соответствии с этим законом.
    В связи с тем, что я здесь случайно коснулся вопроса, недавно ставшего моим, так сказать, «коньком», именно процесса человеческого мышления, я считаю возможным, не откладывая до соответствующего места, предназначенного мною для освещения этого вопроса, уже сейчас, в этой первой главе, сказать хотя бы кое-что относительно этой случайно ставшей мне известной аксиомы, что на Земле в прошлом во все века было принято, чтобы каждый человек, в котором возникло дерзновение иметь право быть принимаемым во внимание другими и считать себя «сознательно мыслящим», должен быть осведомлен еще в первые годы своего ответственного существования о том, что человек вообще обладает двумя видами мышления: один вид - мышление посредством мысли, в котором применяются слова, всегда имеющие относительный смысл; и другой вид, свойственный всем животным так же, как и человеку, который я бы назвал «мышление посредством образов».
    Второй вид мышления, то есть «мышление посредством образов», с помощью которого, строго говоря, также должен постигаться и, после сознательного сопоставления с уже имеющейся информацией, усваиваться точный смысл всего написанного, образуется у людей в зависимости от условий географического положения, климата, времени и, вообще, от всего окружения, в котором происходило возникновение данного человека и в котором до зрелости протекало его существование.
    Соответственно в мозгу людей разных народов и разных условий жизни, живущих в разных географических местностях, об одной и той же вещи или даже идее создается несколько совершенно самостоятельных образов, которые во время функционирования мозга, то есть ассоциации, вызывают в их существе то или иное ощущение, которое субъективно обусловливает определенное представление, и это представление обозначается тем или иным словом, которое является лишь его внешним субъективным выражением.
    Вот почему каждое слово, обозначающее одну и ту же вещь или идею, у людей разных географических местностей и разных народов почти всегда приобретает очень определенное и совершенно разное, так сказать, «внутреннее содержание».
    Другими словами, если в составе человека, возникшего и сформировавшегося в какой-либо местности, сложился в результате специфических местных влияний и впечатлений какой-то «образ» и этот образ по ассоциации вызывает в нем ощущение определенного «внутреннего содержания» и, следовательно, ощущение определенной картины или определенного понятия, для выражения которого он применяет то или иное слово, ставшее, в конечном счете, привычным и, как я сказал, субъективным для него, то слышащий это слово, в существе которого, вследствие других условий его возникновения и роста, по поводу данного слова сформировался образ с иным «внутренним содержанием», будет всегда воспринимать и, конечно, неизбежно понимать это же самое слово совсем в другом смысле.
    Этот факт, между прочим, можно вполне ясно установить при внимательном и беспристрастном наблюдении обмена мнениями двух лиц, принадлежащим к двум разным народам или возникшим и сформировавшихся в разных географических местностях.
    Итак, неунывающий и самоуверенный кандидат в покупатели моих мудрствований, предупредив тебя, что я собираюсь писать не как обычно пишут «профессиональные писатели», а совсем иначе, я советую тебе, прежде чем приняться за чтение моих дальнейших писаний, серьезно поразмыслить и только тогда взяться за это. В противном случае я боюсь за твой слух и другие органы восприятия, которые, может быть, уже так основательно привыкли к «интеллигентному литературному языку», существующему в настоящий период времени на Земле, что чтение этих моих писаний может показаться тебе очень и очень неблагозвучным, и от этого ты можешь потерять… знаешь что?.. пристрастие к своему любимому блюду и к мысли о своей духовной исключительности, которая особенно щекочет твое «нутро» и проявляется в тебе при виде твоей соседки, брюнетки.
    Что такое может быть следствием моего языка, или, скорее, строго говоря, формы моего мышления, я, на прошлом многократном опыте, уже совершенно также убедился всем своим существом, как «чистокровный осел» убежден в правильности и законности своего упрямства.
    Теперь, когда я предостерег тебя относительно самого главного, я уже спокоен насчет всего дальнейшего. Даже если и возникнет какое-нибудь недоразумение относительно моих писаний, виноват будешь только ты один, а моя совесть будет также чиста, как, например, у бывшего кайзера Вильгельма.
    По всей вероятности ты сейчас думаешь, что я, конечно, молодой человек с приятной внешностью и, как некоторые выражаются, «подозрительной внутренностью» и что, будучи новичком в писательстве, я, по-видимому, намеренно стараюсь быть оригинальным в надежде прославиться и таким путем разбогатеть.
    Если ты действительно так думаешь, то ты очень и очень ошибаешься.
    Во-первых, я не молод; я уже прожил столько, что прошел в своей жизни, как говориться, «огонь, воду и медные трубы»; и, во-вторых, я вообще пишу не для того чтобы сделать себе карьеру, и не для того чтобы, как говориться, стать «прочно на ноги» благодаря этой профессии, которая, должен добавить, по моему мнению, дает много возможностей стать кандидатом прямо в «Ад» - допуская, конечно, что такие люди могут вообще своим Бытием довести себя хотя бы до этой степени совершенства, - по той причине, что, сами абсолютно ничего не зная, они пишут всякие «трескучие фразы» и, тем самым автоматически приобретая авторитет, они становятся едва ли не единственным из главных факторов, совокупность которых неуклонно продолжает из года в год все больше ослаблять и без того уже крайне ослабленную психею людей.
    А что касается моей личной карьеры, то благодаря всем силам, высоким и низким и, если хотите, даже правым и левым, я давно сделал ее и уже давно стою «прочно на ногах» и даже, может быть, на очень хороших ногах, и, более того, уверен, что их силы хватит еще на много лет, невзирая на всех моих прошлых, настоящих и будущих врагов.
    Да, думаю, что вам можно также рассказать и о только что появившейся в моем сумасбродном мозгу идее, а именно, специально просить типографа, которому я отдам свою первую книгу, напечатать эту первую главу моих писаний таким образом, чтобы всякий мог прочитать ее, не разрезая страниц самой книги, после чего, узнав, что она написана не в обычной манере, то есть не для того чтобы помочь очень легко и гладко создавать в процессе мышления волнующие образы и убаюкивающие мечты, он может, если пожелает, без лишних слов возвратить ее книгопродавцу и получить назад свои деньги, возможно, заработанные в поте лица.
    Я сделаю это непременно, тем более потому, что я только что опять вспомнил историю, случившуюся с закавказским курдом, историю, которую я слышал в очень ранней юности и которая в последующие годы, всякий раз когда я вспоминал ее в соответствующих случаях, порождала во мне стойкий и неугасимый импульс нежности. Думаю, что для меня и для вас также будет очень полезно, если я расскажу вам эту историю с некоторыми подробностями.
    Это будет полезно главным образом потому, что я уже решил сделать «соль», или, как сказал бы современный чистокровный еврейский гешефтмахер, «цимес», этой истории одним из основных принципов той новой литературной формы, которую я намереваюсь использовать для достижения цели, которую сейчас преследую этой своей новой профессией.
    Этот закавказский курд однажды отправился из своей деревни по тому или иному делу в город, и там на базаре он увидел в лавке торговца фруктами всевозможные красиво разложенные фрукты.
    Среди них он заметил один «фрукт», очень красивый по цвету и по форме, и его вид так поразил его воображение, и ему так захотелось попробовать его, что, несмотря на то, что у него почти не было денег, он решил непременно купить хотя бы один из этих даров Великой Природы и отведать его.
    И вот, с сильным нетерпением и необычной для него смелостью, он вошел в лавку и, указывая своим мозолистым пальцем на поразивший его воображение «фрукт», спросил у торговца его цену. Торговец ответил, что фунт этих «фруктов» будет стоить две копейки.
    Найдя, что цена совсем невысока за то, что, по его мнению, было таким прекрасным фруктом, наш курд решил купить целый фунт.
    Закончив свои дела в городе, он в тот же день отправился домой опять пешком.
    В то время, когда наш курд на закате солнца шел по горам и долинам и волей-неволей воспринимал внешний вид чарующих частей лона Великой Природы, Общей Матери, и непроизвольно вдыхал чистый воздух, не загрязненный обычными выделениями промышленных городов, он, вполне естественно, внезапно почувствовал желание доставить себе удовольствие также обычной пищей, поэтому, сев у дороги, он вынул из своей котомки хлеб и купленный им «фрукт», который казался ему таким хорошим, и не спеша начал есть.
    Но… о ужас!.. очень скоро все нутро у него начало гореть. Но, несмотря на это, он продолжал есть.
    И это злополучное двуногое существо нашей планеты продолжало есть благодаря лишь тому особому, присущему человеку и ранее упоминавшемуся мною качеству, принцип которого я намеревался, решив использовать его в качестве основы созданной мной новой литературной формы, сделать, так сказать, «путеводной звездой», ведущей меня к одной из моих целей, и смысл и значение которого, более того, вы, я уверен, скоро постигнете - конечно, в соответствии со степенью вашего понимания - во время чтения любой последующей главы моих писаний, если, конечно, вы отважитесь читать дальше, или, возможно, быть может даже в конце этой первой главы вы уже что-нибудь «почуете».
    И вот, как раз в тот момент, когда нашего курда переполняли все эти необычные ощущения, происходившие внутри него от этой странной трапезы внутри него на лоне Природы, по той же самой дороге проходил его односельчанин, по отзывам знавших его, очень умный и сведущий, и, видя, что все лицо курда горит, что у него из глаз струятся слезы и что, несмотря на это, как будто стремясь выполнить свой важнейший долг, он ест стручки настоящего «красного перца», односельчанин сказал ему:
    - Что ты делаешь, иерихонский осел? Ты сгоришь заживо! Перестань есть этот странный продукт, столь непривычный для твоей природы.
    Но наш курд ответил:
    - Нет, ни за что на свете не перестану. Разве я не заплатил за него последние две копейки? Даже если моя душа расстанется с телом, я все-таки буду продолжать есть.
    После чего наш непоколебимый курд - приходится, конечно, предположить, что он был таковым, - не остановился, а продолжал есть «стручки красного перца».
    После того как ты только что узнал, я надеюсь, что в твоем мышлении уже, может быть, возникает соответствующая ассоциация, которая должна в результате осуществить в тебе, как иногда случается с современными людьми, то, что вы называете обычно пониманием, и в настоящем случае ты поймешь, почему же я, - хорошо зная, что человеку присуще (из-за чего я много раз испытывал чувство сострадания к нему) это качество, неизбежное проявление которого состоит в том, что, если кто-нибудь за что-то платит деньги, он должен использовать это до конца, - всем своим составом воодушевился возникшей в моем мышлении идеей принять все возможные меры для того чтобы ты, как говориться, «мой собрат по аппетиту и духу» - в случае, если окажется, что ты уже привык читать хотя и всякие книги, однако, все же только написанные исключительно на вышеупомянутом «интеллигентном языке», - уже заплатив деньги за мои писания и только потом узнав, что они написаны не на обычном удобном и легко читаемом языке, не был бы вынужден, вследствие упомянутого присущего человеку качества, читать мои писания до конца во что бы то ни стало, как наш бедный закавказский курд был вынужден продолжать есть то, что ему понравилось лишь своим внешним видом, и не стал бы «шутить» с благородным красным перцем.
    И поэтому, чтобы избежать всяких недоразумений из-за этого качества, данные для которого формируются в составе современного человека, по-видимому, из-за частого посещения кино, а также из-за того, что он никогда не упускает случая заглянуть в левый глаз особы другого пола, я хочу, чтобы эта моя начальная глава была напечатана вышеуказанным образом, так, чтобы каждый мог прочитать ее, не разрезая страниц самой книги.
    В противном случае книгопродавец будет, как говориться, «кочевряжиться» и непременно поведет себя в соответствии с основным принципом всех торговцев книгами, формулируемым ими так: «Ты будешь не рыбаком, а простофилей, если дашь уйти рыбе, проглотившей приманку», и откажешься взять обратно книгу, страницы которой ты разрезал. Я нисколько не сомневаюсь что это возможно; в самом деле, я вполне ожидаю такой бессовестности со стороны книгопродавцев.
    И данные для порождения моей уверенности относительно такой бессовестности книгопродавцев полностью сформировались во мне в то время, когда я, будучи профессиональным «индийским факиром», имел необходимость для полного уяснения одного «ультрафилософского» вопроса также ознакомиться среди прочего с ассоциативным процессом проявлений автоматически устроенной психеи современных владельцев книжными лавками и их продавцов, когда они всучают книги своим покупателям.
    Но в случае, если, несмотря на это мое предостережение, ты тем не менее захочешь познакомиться с дальнейшим содержанием моих писаний, то мне уже не остается ничего больше делать, как пожелать тебе всей своей «душой» очень и очень хорошего аппетита и чтобы ты «переварил» все, что ты прочтешь, - не только ради твоего собственного здоровья, но и ради здоровья всех окружающих тебя.
    Я сказал «всей своей душой», так как, живя последнее время в Европе и часто общаясь с людьми, которые по всякому удобному и неудобному случаю любят употреблять всуе святые слова, которые должны быть достоянием лишь внутренней жизни человека, то есть с людьми, которые клянутся попусту, я, будучи, как я уже признался, вообще последователем не только теоретических, но также - в отличие от современных людей - практических изречений народной мудрости, складывавшихся веками, и, следовательно, изречения, соответствующего в данном случае тому, что выражено словами: «С волками жить - по-волчьи выть», решил, чтобы не идти вразрез с установившемся здесь в Европе обычаем, клясться в обычном разговоре и в то же время поступать в соответствии с заповедью, провозглашенной праведными устами святого Моисея: «не произносить имени Господа, Бога твоего, напрасно», - воспользоваться одним из современных «новоиспеченных» модных языков, именно английским, и поэтому с тех пор я начал в необходимых случаях клясться своей «английской душой».
    Дело в том, что на этом модном языке слова «soul» (душа) и подошва вашей ноги, также называемая «sole», произносятся и даже пишутся почти одинаково.
    Я не знаю, как ты, уже частично ставший кандидатом в покупатели моих писаний, но моя своеобразная натура не может, даже при большом умственном желании, не возмущаться тем фактом, проявляемым людьми современной цивилизации, что самое высшее в человеке, особенно любимое нашим ОБЩИМ ОТЦОМ-ТВОРЦОМ, может действительно называться и - в самом деле, очень часто, прежде чем человек уяснит, что имеется в виду, - может быть понято как то, что является самым низким и грязным у человека.
    Ну, хватит «филологии». Вернемся к главной задаче этой первой главы, предназначенной среди прочего, с одной стороны, разбудить дремлющие мысли как во мне, так и в читателе и, с другой стороны, кое о чем предостеречь читателя.
    Так вот, я уже составил в голове план и последовательность изложения намеченных писаний, но какую форму они примут на бумаге, я, говоря откровенно, сам еще не знаю своим сознанием, но своим подсознанием я уже определенно чувствую, что в целом это будет иметь вид чего-то, что будет, так сказать, «острым» и окажет такое действие на состав каждого читателя, какое оказали стручки красного перца на бедного закавказского курда.
    Теперь, когда вы познакомились с историей нашего общего соотечественника, закавказского курда, я считаю уже своим долгом сделать признание, и поэтому, прежде чем продолжать эту первую главу, являющуюся введением ко всем моим дальнейшим предрешенным писаниям, я хочу довести до сведения того, что называется вашим «бодрствующим сознанием», тот факт, что в следующих за этой предостерегающей главой писаниях я буду излагать свои мысли намеренно в такой последовательности и с таким «логическим сопоставлением», что суть некоторых истинных понятий сможет сама по себе, автоматически, так сказать, перейти из этого «бодрствующего сознания» - которое большинство людей, по своему невежеству, ошибочно принимает за истинное сознание, но которое, как я утверждаю и экспериментально доказываю, является воображаемым, - в то, что вы называете подсознанием, которое должно быть, по моему мнению, истинным человеческим сознанием, и там самостоятельно, механически, произвести ту же трансформацию, которая должна вообще происходить в составе человека и приносить ему из его собственного мышления надлежащие результаты, подобающие человеку, а не всего лишь одно - или двухмозговым животным.
    Я решил сделать это непременно, для того чтобы эта моя начальная глава, предназначенная, как я уже сказал, пробудить ваше сознание, полностью оправдала свое назначение и, проникнув не только в ваше, по моему мнению, пока только воображаемое «сознание», но также в ваше истинное сознание, то есть в то, что вы называете своим подсознанием, могла бы впервые заставить вас мыслить активно.
    В составе каждого человека, независимо от его наследственности и воспитания, формируются два независимых сознания, которые как в своем функционировании, так и в своих проявлениях не имеют почти ничего общего. Одно сознание формируется из восприятия всевозможных случайных или намеренно создаваемых механических впечатлений, к которым также следует отнести «звучания» различных слов, по сути дела, как говориться, пустых; а другое сознание формируется из переданных ему по наследству, так сказать, «уже ранее сложившихся материальных результатов», которые смешались с соответствующими частями человеческого состава, а также из данных, возникающих из преднамеренного вызывания им ассоциативных сопоставлений этих уже имеющихся в нем «материализовавшихся данных».
    Вся полнота структуры, так же как и проявление этого второго сознания человека, которое есть не что иное, как то, что называется «подсознанием», и формируется из «материализовавшихся результатов» наследственности и сопоставлений, осуществляемых преднамеренно самим человеком, должна - по моему мнению, сформировавшемуся на основе моих многолетних экспериментальных исследований при исключительно благоприятно сложившихся условиях, - господствовать в общем присутствии человека.
    В результате этого моего убеждения, которое, без сомнения, пока вам кажется плодом фантазии поврежденного рассудка, я не могу теперь, как вы сами понимаете, игнорировать это второе сознание и, побуждаемый своей сущностью, вынужден построить общее изложение даже этой первой главы моих писаний - именно главы, которая должна быть предисловием ко всему дальнейшему, - рассчитывая, чтобы она проникла в ваши представления, накопленные в обоих этих ваших сознаниях, и требуемым для моей цели образом взбаламутила их.
    Продолжая свои писания с этим расчетом, я должен прежде всего сообщить вашему воображаемому сознанию, что, благодаря трем определенным своеобразным данным, кристаллизовавшимся в моем составе в течение разных периодов моего подготовительного возраста, я действительно уникален по части, так сказать, «внесения беспорядка» во все понятия и убеждения, считающиеся твердо закрепившимися в составе людей, с которыми я общаюсь.
    Ай-ай-ай!.. Я уже чувствую, что в вашем «ложном», но, по вашему мнению, «истинном» сознании начинают волноваться, подобно «растревоженным пчелам», все главные данные, переданные вам по наследству от дядюшки и вашей матери, совокупность каковых данных, всегда и во всем, по меньшей мере порождает в вас все же чрезвычайно хороший, как в данном случае, импульс любопытства поскорее узнать, почему я, то есть новичок в писательстве, имя которого ни разу не было упомянуто в газетах, вдруг стал таким уникальным.
    Ничего! Я лично очень доволен возникновением этого любопытства хотя бы только в вашем «ложном» сознании, так как я уже знаю по опыту, что этот импульс, недостойный человека, иногда может даже переходить из этого сознания в натуру человека и становиться достойным импульсом - импульсом желания знать, который, в свою очередь, способствует лучшему восприятию и даже более точному пониманию сути любого объекта, на котором, как иногда случается, может сосредоточиться внимание современного человека, и поэтому я даже с удовольствием готов удовлетворить это любопытство, возникшее в вас в настоящий момент.
    Теперь слушайте и постарайтесь оправдать, а не разочаровать мои, ожидания. Эта моя оригинальная личность, - уже «разнюханная некоторыми определенными индивидуумами из обоих хоров Высшего Суда, откуда исходит Объективная справедливость, а также здесь на Земле пока еще очень ограниченным числом людей, - основывается, как я уже сказал, на трех вторичных специфических данных, сформировавшихся во мне в разное время в течение моего подготовительного возраста.
    Первое из этих данных с самого начала своего возникновения стало, так сказать, главным направляющим рычагом всего моего состава, а другие два и «живительными источниками», так сказать, для питания и совершенствования этого первого данного.
    Возникновение этого первого данного произошло, когда я был еще только, как говориться, «пухленьким карапузом». Моя дорогая, ныне покойная бабушка была тогда еще жива, и ей было сто с лишним лет.
    Когда моя бабушка - Царство ей Небесное - умирала, моя мать, как тогда было принято, подвела меня к ее постели, и, в то время как я целовал ее правую руку, моя дорогая, ныне покойная бабушка положила мне на голову свою слабеющую левую руку и шепотом, однако очень отчетливо сказала:
    - Старший из моих внуков! Слушай и всегда помни мой строгий наказ тебе: никогда не делай в жизни так, как делают другие.
    Сказав это, она устремила пристальный взгляд на мою переносицу и, очевидно, заметив, что я озадачен и лишь смутно понял то, что она сказала, добавила несколько сердито и внушительно:
    - Или ничего не делай - просто ходи в школу, - или делай что-нибудь, чего никто больше не делает.
    После чего она тотчас же, без колебаний и с ощутимым импульсом презрения ко всему окружающему ее и с похвальным самосознанием отдала свою душу прямо в руки Его Правдивости, Архангела Гавриила.
    Думаю, вам будет интересно и даже поучительно узнать, что все это произвело на меня столь сильное впечатление, что мне вдруг стало невыносимо чье-либо присутствие, и поэтому, как только мы вышли из комнаты, где лежало смертное «планетарное тело» причины моего возникновения, я очень тихо, стараясь не привлекать внимания, ушел и залез в ларь, куда во время великого поста складывали отруби и картофельные очистки для наших «санитарок», то есть свиней, и лежал там, без еды и питья, в вихре бурлящих и спутанных мыслей - которых тогда в моем детском мозгу, к счастью для меня, было еще лишь очень ограниченное количество, - вплоть до возвращения с кладбища моей матери, плач которой, когда она обнаружила мое исчезновение и безуспешно искала меня, так сказать, «сокрушил» меня; я тогда тотчас же выбрался из ларя и, постояв сначала на его краю почему-то с протянутой рукой, подбежал к ней и, уцепившись за ее юбку, стал непроизвольно топать ногами и, не знаю почему, подражать крику осла, принадлежащему нашему соседу, судебному приставу.
    Почему это произвело на меня такое впечатление именно тогда и почему я почти автоматически проявлял себя так странно, я до сих пор не могу понять; хотя последние годы, особенно в дни «Масленицы», я много размышлял, стараясь главным образом найти причину этого.
    Тогда у меня было только логическое предположение, что это было, может быть, только потому, что комната, в которой произошла эта священная сцена, которой было суждено иметь громадное значение для всей моей дальнейшей жизни, была насквозь пропитана ароматом особого ладана, привезенного из монастыря «Старый Афон» и очень популярного среди последователей всех вероучений христианской религии. Как бы то ни было, этот факт еще и теперь остается голым фактом.
    В течение последовавших за этим событием дней в моей общем состоянии не случилось ничего особенного, если не считать того, что эти дни я чаще обычного ходил вверх ногами, то есть на руках.
    Мой первый поступок, явно расходящийся с проявлениями других, хотя, по правде говоря, совершенный без участия не только моего сознания, но также и подсознания, произошел ровно на сороковой день после смерти моей бабушки, когда вся наша семья, родственники и все уважавшие мою дорогую, всеми любимую бабушку собрались, как принято, на кладбище, чтобы совершить над ее смертными останками, покоящимися в могиле, так называемую «панихиду», когда вдруг, ни с того ни с сего, вместо того чтобы соблюдать то, что было принято у людей всех степеней условной и безусловной нравственности и всякого материального положения, то есть, вместо того чтобы спокойно стоять с удрученным видом, с выражением горя на лице и даже, если возможно, со слезами на глазах, я стал скакать вокруг могилы, как бы приплясывая, и петь:
    
    «Ой, ой, ой! Ой, ой, ой!
    Со святыми упокой,
    Раз она ушла домой,
    Перешедши в мир иной.
    Ой, ой, ой! Ой, ой, ой!
    Со святыми упокой…» … и т. д., и т. п.
    
    И с тех пор в отношении всякого, так сказать «обезьянничанья», то есть подражания обычным механическим проявлениям окружающих, в моем составе возникало «нечто», всегда и во всем порождающее то, что я назвал бы теперь «непреодолимым стремлением» делать все не так, как другие.
    В этом возрасте я поступал, к примеру, следующим образом.
    Если, например, учась ловить мяч правой рукой, мой брат, сестры и соседские дети, приходившие играть с нами, подбрасывали мяч вверх, я, имея в виду ту же цель, сперва сильно ударял мячом о землю, и только когда он отскакивал, я, сперва сделав сальто, ловил его и то только большим и средним пальцами левой руки; или, если все другие дети скатывались с пригорка вперед головой, я старался делать это, и притом всякий раз лучше и лучше, как у детей это тогда называлось, «задом наперед»; или, если нам, детям, давали разные «абаранские печенья», то все другие дети, прежде чем положить в рот, сперва облизывали его, по-видимому для того чтобы попробовать на вкус и продлить удовольствие, а я… сперва обнюхивал его со всех сторон и, может быть, даже прикладывал к уху и внимательно прислушивался и потом, хотя почти бессознательно, однако, тем не менее, серьезно, приговаривая про себя:
    
    «Только так, только так,
    Жадно ест один дурак.
    Если дать себе потворство,
    Можно лопнуть от обжорства»
    
    и, ритмично напевая в такт, откусывал только один кусочек и, не смакуя, его проглатывал, - и т. д. и т. п.
    Первое из событий, во время которого во мне возникло одно из двух упомянутых данных, ставших «живительными источниками» для питания и совершенствования наказа моей бабушки, произошло в том возрасте, когда я превратился из пухленького карапуза в так называемого «молодого повесу» и уже становился, как иногда говорится, «кандидатом в молодого человека приятной наружности и подозрительной внутренности».
    И это событие произошло при следующих обстоятельствах, возможно, даже специально скомбинированных самой Судьбой.
    Вместе с несколькими такими же, как я сам, молодыми повесами, я однажды ставил силки на голубей на крыше соседского дома, когда вдруг один из мальчиков, стоявший надо мной и внимательно наблюдавший за мной, сказал:
    - Я думаю, что петлю из конского волоса нужно расположить так, чтобы в нее попал большой палец голубя, потому что, как нам недавно объяснил учитель зоологии, во время движения именно в этом пальце сосредотачивается резервная сила голубя, и поэтому, если этот большой палец голубя попадет в петлю, голубь может, конечно, легко разорвать ее.
    Другой мальчик, наклонившийся как раз напротив меня, у которого, между прочим, когда он говорил, всегда изо рта во все стороны обильно разлеталась слюна, фыркнул при этом замечании первого мальчика следующими словами, сопровождаемыми обильным количеством слюны:
    - Закрой свою пасть, ты, жалкий готтентотский ублюдок! Ты такой же недоносок, как и твой учитель! Если наибольшая физическая сила голубя сосредоточена в этом большом пальце, то тем более мы должны стремиться, чтобы как раз этот палец и попал в петлю. Только тогда наша цель - то есть поймать этих несчастных голубей - будет иметь какой-то смысл в той особенности мозга, свойственной всем обладателям этого мягкого и скользкого «нечто», которая состоит в том, что, когда (из-за других действий, от которых зависит его ничтожная способность проявления) возникает периодически необходимое закономерное так называемое «изменение присутствия», этот небольшой так называемый «закономерный кавардак» (которому надлежит происходить для оживления его других процессов в его общем функционировании) тотчас же создает возможность временного перемещения центра тяжести всего функционирования (в котором это скользкое «нечто» играет очень небольшую роль) из своего обычного места в другое, вследствие чего во всем этом общем функционировании часто получаются неожиданные результаты, смехотворные до нелепости.
    Он выпалил последние слова с таким фонтаном слюны, что мое лицо как будто оказалось подставленным под «пульверизатор» (причем не «эрзац» продукции), изобретенный немцами для окрашивания материалов анилиновыми красителями.
    Этого я стерпеть не мог, и, прямо из своего положения на корточках, бросился на него и, ударив его изо всей силы головой под ложечку, мгновенно сбил с ног, и он, как говориться, «потерял сознание».
    Я не знаю и не желаю знать, в каком духе сформулируется в вашем мышлении результат информации об этом необычайном, по моему мнению, совпадении жизненных обстоятельств, которое я сейчас намереваюсь здесь описать, хотя для моего мышления это совпадение было прекрасным материалом, подтверждающим возможность того, что это описанное мною событие, случившееся в моей юности, произошло не просто случайно, а было намеренно создано некими внешними силами.
    Дело в том, что этому ловкому приему всего лишь за несколько дней до этого события меня в совершенстве обучил один греческий священник из Турции, который был вынужден бежать оттуда, преследуемый турками за свои политические убеждения, и, по прибытии в наш город, был нанят моими родителями, чтобы обучать меня современному греческому языку.
    Я не знаю, на каких данных основывались его политические убеждения и идеи, но я очень хорошо помню, что во всех разговорах этого греческого священника, даже когда он объяснял мне разницу между междометиями в древнем и современном греческом, действительно всегда очень ясно были видны его мечты как можно скорее попасть на остров Крит и проявить себя там, как подобает истинному патриоту.
    Так вот, лицезрея последствия своего искусства, я, должен признаться, сильно испугался, так как, ничего не зная о подобной реакции от удара в это место, я в самом деле решил, что убил его.
    В тот момент, когда я переживал этот страх, другой мальчик, двоюродный брат того, кто стал первой жертвой моего, так сказать, «искусства самозащиты», видя это, без промедления и явно обуреваемый, так сказать, «родственными чувствами», тотчас же кинулся на меня и со всего размаха ударил меня кулаком в лицо.
    От этого удара у меня, как говориться, искры из глаз посыпались, и в то же самое время мой рот так наполнился, как будто в него набили столько корма, что хватило бы откормить тысячу цыплят.
    Через некоторое время, когда оба эти странные ощущения во мне успокоились, я тогда действительно обнаружил у себя во рту какое-то инородное тело, и, когда вытащил его пальцами, оказалось, что это не что иное, как зуб огромных размеров и странной формы.
    Видя, что я уставился на этот необыкновенный зуб, все мальчики столпились вокруг меня и тоже начали разглядывать его с большим любопытством и при необычном молчании.
    К этому времени сбитый с ног и неподвижно лежавший мальчик пришел в себя и, поднявшись, тоже стал, как ни в чем не бывало, рассматривать мой зуб вместе с остальными мальчиками.
    У этого странного зуба было семь корней, и на конце каждого из них выступила капля крови, и через каждую отдельную каплю ясно и отчетливо просвечивал один из семи аспектов проявления белого луча.
    После этого молчания, необычного для нас, «молодых повес», опять поднялся обычный гвалт, и в этом гаме было решено немедленно идти к цирюльнику, специалисту по удалению зубов, и спросить его, почему этот зуб такой.
    Итак, мы все слезли с крыши и направились к цирюльнику. И я, как «герой дня», выступал впереди их всех.
    Цирюльник, бросив небрежный взгляд, сказал, что это просто «зуб мудрости» и что такой зуб имеют все, принадлежащие к мужскому полу, которых, до того как они впервые произнесут «папа» и «мама», вскармливают молоком только их собственной матери и которые с первого взгляда способны различить среди многих других лиц лицо своего собственного отца.
    В результате всей совокупности последствия этого события, когда мой бедный «зуб мудрости» стал настоящей жертвой, не только мое сознание стало постоянно впитывать в связи со всем суть сути завета моей покойной бабушки - да благословит Господь ее душу, - но в это время у меня также, поскольку я не обратился к «квалифицированному дантисту», чтобы заполнить пустоту на месте этого моего зуба (чего, между прочим, я не мог сделать потому, что наш дом был слишком далеко от какого бы то ни было центра современной культуры), из этой полости постоянно начало сочиться «нечто», которое - как мне лишь недавно объяснил очень известный метеоролог, с которым нам случалось стать, как говориться, «закадычными друзьями», благодаря частым встречам в парижских ночных ресторанах Монмартра, - имело свойство возбуждать интерес к причинам возникновения каждого подозрительного «действительного факта» и тенденцию выискивать эти причины; и это свойство, не переданное моему составу по наследству, постепенно и автоматически привело к тому, что я в конце концов стал специалистом по расследованию всех подозрительных явлений, которые, как то часто бывало, попадались на моем пути.
    Это свойство, сформировавшееся во мне вскоре после этого события, - когда я, конечно, при содействии нашего Всеобщего Владыки Безжалостного Геропаса, то есть, с «течением времени», превратился в уже описанного мною молодого человека, - стало для меня настоящим неугасимым, всегда пылающим очагом сознательности.
    Вторым из упомянутых живительных факторов, способствующим на этот раз полному слиянию наказа моей дорогой бабушки со всеми данными, составляющими мою общую индивидуальность, была совокупность впечатлений, полученных из случайно приобретенных мною сведений относительно происшедшего здесь, на Земле среди нас, события, раскрывающего происхождение того «принципа», который, как оказалось согласно разъяснениям мистера Алана Кардека во время «совершенно секретного» спиритического сеанса, впоследствии стал повсюду среди подобных нам существ, возникающих и существующих на всех других планетах нашей Великой Вселенной, одним из главных «принципов жизни».
    Словесная формулировка этого нового «вселенского принципа жизни» следующая:
    «Гулять, так гулять, оплатим и почтовые расходы».
    Так как этот «принцип», теперь уже всеобщий, возник на той же самой планете, на которой возникли и вы и на которой, более того, вы почти всегда ведете безмятежную жизнь и часто танцуете фокстрот, я считаю, что не имею права утаить от вас известные мне сведения, проясняющие некоторые подробности возникновения этого всеобщего принципа.
    Вскоре после несомненного внедрения в мою природу упомянутого нового свойства, то есть необъяснимого стремления выяснить истинные причины возникновения всяких «действительных фактов», в первый мой приезд в сердце России, город Москву, где, не найдя ничего другого для удовлетворения своих психических потребностей, я занялся изучением русских былин и поговорок, мне однажды довелось, то ли случайно, то ли в результате какой-то неизвестной мне объективной закономерности, узнать, между прочим, следующее.
    Однажды один русский, по виду просто купец, должен был поехать из своего провинциального города по тому или иному делу в эту вторую столицу России, город Москву, а сын, его любимец - потому что был похож на свою мать - просил его привезти ему какую-то книгу.
    Когда этот великий невольный автор «вселенского принципа жизни» прибыл в Москву, он вместе со своим другом, как было и еще остается там, «вдрызг напился» настоящей «русской водки».
    И когда эти два представителя этой весьма значительной современной группировки двуногих дышащих существ выпили надлежащее количество стаканов этой «русской благодати» и обсуждали проблему так называемого «народного просвещения», с чего уже давно было принято всегда начинать любой разговор, наш купец вдруг по ассоциации вспомнил просьбу своего дорогого сына и решил немедленно отправиться со своим другом в книжную лавку покупать книгу.
    В лавке купец, просматривая поданную ему продавцом книгу, спросил, сколько она стоит.
    Продавец ответил, что книга стоит шестьдесят копеек.
    Заметив, что обозначенная на обложке книги цена лишь сорок пять копеек, наш купец сначала задумался странным, вообще не обычным для русских образом, а потом повел плечами, приосанился и, выпятив грудь, как гвардейский офицер, после непродолжительного молчания сказал очень спокойным, но весьма авторитетным тоном:
    - Но здесь указано сорок пять копеек. Почему вы спрашиваете шестьдесят?
    На это продавец, сделав, как говориться, «елейное» лицо, свойственное всем продавцам, ответил, что книга действительно стоит только сорок пять копеек, но должна продаваться за шестьдесят, потому что пятнадцать копеек надбавляются за почтовые расходы.
    Получив этот ответ, наш русский купец был озадачен этими двумя совершенно несвязанными, но, по-видимому, безусловно, совместимыми фактами, и было заметно, что в нем начинает что-то происходить; уставившись в потолок, он опять задумался, на этот раз подобно английскому профессору, который изобрел капсулу для касторового масла, потом вдруг повернулся к своему другу и впервые на Земле произнес словесную формулу, которая, выражая своей сутью несомненную объективную истину, с тех пор приобрела характер поговорки.
    И изложил он ее тогда своему другу следующим образом:
    - Ничего, брат, мы возьмем книгу. Как-никак мы сегодня гуляем, а уж если «гулять, так гулять, оплатим и почтовые расходы».
    Что касается меня, к несчастью, обреченного уже при жизни испытать прелести «Ада», то, как только я увидел все это, во мне немедленно начало и довольно долго продолжало происходить что-то очень странное, чего я не испытывал ни раньше, ни потом: как будто бы во мне начались всевозможные, как говорят современные «хивинцы», «призовые скачки» между всеми различными по происхождению ассоциациями и обычно случающимися во мне переживаниями.
    В то же самое время в области всего моего позвоночника начался сильный, почти невыносимый зуд, а в самом центре солнечного сплетения - резкая боль, тоже невыносимая, и все это, то есть эти двойные, взаимно стимулирующие ощущения, по истечении некоторого времени внезапно сменились состоянием такого внутреннего покоя, который я испытал в последующей жизни только однажды, когда надо мной совершался обряд великого посвящения в Братстве «Основателей делания масла из воздуха»; и позже, когда «Я» - то есть это мое «нечто неизвестное», которое в древние времена один чудак (которого окружающие называли, как мы теперь называем таких людей, «учеными») определил как «допускающее относительные перемещения образование, зависящее от качества функционирования мышления, чувства и физического автоматизма», а по определению другого, также древнего и известного ученого, аравийца Маль-эль-Лель (каковое определение, между прочим, с течением времени заимствовал и по-другому повторил не менее известный и ученый грек Ксенофонт) является «объединенным результатом сознания, подсознания и инстинкта», - так вот, когда это самое «Я» в этом состоянии направило мое потрясенное внимание внутрь меня, тогда, во-первых, оно очень ясно констатировало, что все, вплоть до каждого отдельного слова, разъясняющее эту цитату, которая стала «вселенским принципом жизни», трансформировалось во мне в особую космическую субстанцию и, слившись с данными, уже кристаллизовавшимися во мне значительно раньше от наказа моей покойной бабушки, превратило эти данные в «нечто», и это «нечто», протекая повсюду через мой состав, навсегда обосновалось во всех атомах, слагающих этот мой состав и, во-вторых, это мое злополучное «Я» тут же определенно почувствовало и с импульсом покорности поняло то печальный для меня факт, что уже с этого момента я должен буду волей-неволей проявлять себя всегда и во всем без исключения в соответствии с этим неотъемлемым качеством, сформировавшемся во мне не по законам наследственности и даже не под влиянием окружающих обстоятельств, а возникшим в моем составе под влиянием трех внешних случайных причин, не имеющих ничего общего друг с другом, именно: благодаря, во-первых, наказу человека, ставшему, без малейшего желания с моей стороны, пассивной причиной причины моего возникновения, во-вторых, из-за одного моего зуба, выбитого каким-то мальчишкой-оборванцем, главным образом, из-за «слюнявости» кого-то еще, и, в-третьих, благодаря словесной формуле, произнесенной в пьяном состоянии совершенно посторонним мне человеком - каким-то купцом «московской марки».
    Если до своего знакомства с этим «вселенским принципом жизни» я осуществлял все проявления иначе, чем другие подобные мне двуногие животные, возникающие и вегетирующие со мной на одной и той же планете, то я делал это автоматически и только иногда полусознательно, но после этого события я начал делать это сознательно и притом с инстинктивным ощущением двух слившихся импульсов самоудовлетворения и сознания, что правильно и достойно выполняю свой долг перед Великой Природой.
    Следует даже подчеркнуть, что, хотя и до этого события я уже делал все не так, как другие, однако мои проявления почти не привлекали внимания моих соотечественников вокруг меня; но с того момента, когда суть этого принципа жизни была усвоена моей природой, тогда, с одной стороны, все мои проявления как целенаправленные, так и просто возникающие, как говориться, «от нечего делать», приобрели живительность и стали «мозолить» глаза всякому, без исключения, подобному мне существу, прямо или косвенно обращающего внимания на мои действия, и, с другой стороны, я сам начал выполнять все эти мои действия в предельно возможном соответствии с наказаниями моей покойной бабушки, и я автоматически приобрел обыкновение, приступая к чему-нибудь новому, а также при всяком изменении, конечно значительном, всегда произносить про себя или вслух:
    «Гулять, так гулять, оплатим и почтовые расходы».
    И вот, например, в данном случае также, поскольку, вследствие причин, не зависящих от меня, а проистекающих из необычных и случайных обстоятельств моей жизни, мне приходится писать книги, я вынужден делать это также в соответствии с тем же самым принципом, который постепенно определился благодаря разным необычайным комбинациям, созданным самой жизнью, и который слился с каждым атомом моего состава.
    На этот раз я начну осуществлять этот свой психофизический принцип таким образом, что не буду следовать издавна установившемуся обыкновению всех писателей брать в качестве темы своих разнообразный писаний события, предположительно происходившие или происходящие на Земле, а возьму вместо этого в качестве масштаба событий своих писаний - всю Вселенную. Таким образом, в данном случае также: «Брать, так брать!» - то есть «Гулять, так гулять, оплатим и почтовые расходы».
    Всякий писатель может писать в пределах масштаба Земли, но я не «всякий» писатель.
    Могу ли я ограничить себя лишь этой нашей в объективном смысле «жалкой Землей»? Сделать это, то есть взять для своих писаний те же темы, какие обычно берут другие писатели, мне нельзя хотя бы потому, вдруг действительно окажется правдой то, что утверждают наши ученые спириты, - и моя бабушка узнает об этом; и вы понимаете, что может случиться с ней, с моей дорогой любимой бабушкой? Не перевернется ли они в гробу, к тому же не один раз, как обычно говориться, а - насколько я ее знаю, особенно теперь, когда могу уже вполне «умело» входить в положение другого, - она перевернется столько раз, что станет похожа на «волчок».
    Пожалуйста, читатель, не беспокойся… Я буду, конечно, также писать и о Земле, но с таким беспристрастием, что сама эта сравнительно маленькая планета, а также все находящиеся на ней, будет соответствовать тому месту, которое оно фактически занимает и которое, даже по твоей собственной здравой логике, достигнутой, конечно, благодаря моему руководству, она должна занимать в нашей Великой Вселенной.
    Я должен, конечно, сделать и так называемыми «героями» этих своих писаний не таких типов, как какой-нибудь Иванов, Петров или Сидоров, которые возникают в результате недоразумения и которые не приобретают в течение процесса своего формирования ко времени так называемой «ответственной жизни» абсолютно ничего из того, что подобает иметь возникновению, сотворенному по образу Божьему, то есть человеку, и которые неустанно развивают в себе, до своего последнего вздоха, только такие прелести, как, например, «похотливость», «слюнявость», «влюбчивость», «злобность», «малодушие», «завистливость» и тому подобные пороки, недостойные человека.
    Я намереваюсь ввести в свои писания таких героев, что каждый, как говориться, «волей-неволей» почувствует всем своим существом их реальность, и в отношении которых в каждом читателе должны неизбежно кристаллизоваться данные, что они не просто «кто попало», а действительно «что-то» представляют собой.
    За последние недели, лежа в постели, совершенно больной телом, я мысленно наметил краткое содержание своих будущих писаний и продумал форму и последовательность их изложения, и я решил сделать главным героем первой серии моих писаний… знаете кого?.. Самого Великого Вельзевула - даже несмотря на то, что этот мой выбор с самого начала может вызвать в мышлении большинства моих читателей такие мысленные ассоциации, которые должны породить в них всевозможные автоматические противоречивые импульсы под действием того множества данных, неизбежно формирующихся в психее людей вследствие всех установившихся ненормальных условий нашей внешней жизни, каковые данные вообще кристаллизуются в людях вследствие знаменитой, так называемой «религиозной морали», существующей и укоренившейся в их жизни, и в них, следовательно, неизбежно должны сформироваться данные для необъяснимой враждебности по отношению ко мне лично.
    Но знаешь что, читатель?
    В случае если ты решишь рискнуть, несмотря на это Предостережение, продолжать знакомиться с моими дальнейшими писаниями и будешь стараться поглощать их всегда с импульсом беспристрастия и понимать самую суть проблем, которые я решил осветить, и учитывая также присущую человеческой психее особенности, что беспрепятственное восприятие добра возможно исключительно лишь при установлении, так сказать, «контакта взаимного искреннего доверия», я сейчас еще хочу сделать тебе откровенное признание относительно возникших во мне ассоциаций, которые, как следствие, отложили в соответствующей области моего сознания данные, побудившие всю мою индивидуальность выбрать главным героем своих писаний как раз этого индивидуума, который предстает перед твоим внутренним взором этим самым господином Вельзевулом.
    Это я сделал не без хитрости. Моя хитрость заключается просто в логическом предположении, что, если я окажу ему это внимание, он непременно - в чем я нисколько не сомневаюсь - должен проявить свою благодарность и помочь мне всеми имеющимися в его распоряжении средствами в моих намеченных писаниях.
    Хотя господин Вельзевул сделан, как говориться, «из другого теста», однако, поскольку Он также может мыслить и, что весьма важно, имеет - как я недавно узнал, благодаря трактату знаменитого католического монаха брата Балдаона - хвост с завитком, то я, будучи совершенно убежден по опыту, что завитки никогда не бывают естественными, а могут получаться только путем различных намеренных манипуляций, заключаю, в соответствии со «здравой логикой» хиромантии, сформировавшейся в моем сознании от чтения книг, что господин Вельзевул должен также обладать немалой долей тщеславия и поэтому сочтет крайне неудобным не помочь тому, кто собирается рекламировать его имя.
    Недаром наш славный и несравненный учитель мулла Наср-эддин часто говорит:
    «Не подмазав, невозможно не только нигде сносно прожить, но даже и дышать».
    А другой, также земной мудрец, ставший таковым благодаря непроходимой человеческой глупости, по имени Тиль Уленшпигель, выразил то же самое следующими словами:
    «Не подмажешь - не поедешь».
    Зная эти и многие другие изречения народной мудрости, складывавшиеся столетиями в совместной жизни людей, я решил «подмазать» именно господина Вельзевула, который, как всякий понимает, имеет возможностей и знаний более чем достаточно.
    Довольно, старина! Шутки в сторону, даже философские. Ты, кажется, нарушил из-за всех этих отступлений один из главных принципов, выработанных в тебе и положенных в основу системы заранее обдуманного перенесения твоих мечтаний в жизнь с помощью этой новой профессии; каковой принцип состоит в том, чтобы всегда помнить и принимать во внимание, что у современного читателя ослаблено функционирование мышления, и не утомлять его восприятием многих идей за короткий срок.
    Более того, когда я попросил одного из всегда окружавших меня людей, из тех, которые «готовы войти в Рай прямо в сапогах», прочитать вслух все то, что я написал в этой вступительной главе, тогда то, что я назвал своим «Я», - конечно с участием всех определенных данных, сложившихся в моей своеобразной психее за прошедшие годы, каковые данные дали мне, среди прочего понимание психеи подобных мне созданий другого типа, - констатировало и удостоверилось, что в составе каждого читателя, без исключения, благодаря одной только этой первой главе, должно было неизбежно возникнуть «нечто», автоматически порождающее определенное недружелюбие по отношению ко мне лично.
    По правде сказать, сейчас меня тревожит главным образом не это, а то, что в конце этого чтения я также констатировал, что в итоге всего изложенного в этой главе весь мой состав, в котором вышеупомянутое «Я» играет очень небольшую роль, проявил себя в полном противоречии с одной из основных заповедей особенно мною почитаемого Всеобщего Учителя муллы Наср-эддина, которую он сформулировал словами:
    «Не суй палку в осиное гнездо».
    Волнение, которое охватило весь организм, воздействуя на мои чувства, и которое происходило из сознания, что в читателе должно обязательно возникнуть по отношению ко мне недружелюбное чувство, сразу же улеглось, как только я вспомнил старую русскую пословицу: «Перемелется - мука будет».
    Но теперь меня серьезно беспокоит не только волнение, которое возникло в моем организме, когда я понял, что пренебрег соблюдением заповеди муллы Наср-эддина; как только я понял это, во мне стал еще больше усиливаться какой-то очень странный процесс, начавшийся в моих обеих недавно обнаруженных «душах» и принявший форму необычного зуда, так что теперь он вызывает и производит почти невыносимую боль в области пониже правой половины моего уже и без этого перегруженного «солнечного сплетения».
    Постой, постой!.. Этот процесс, кажется, тоже прекращается, и во всех глубинах моего сознания и, пока скажем, «даже ниже моего подсознания» уже начинает возникать все необходимое для полной уверенности, что он прекратится совершенно, так как я вспомнил еще один отрывок житейской мудрости, раздумье над которым привело мое мышление к мнению, что, если я и поступил вопреки совету высокочтимого муллы Наср-эддина, однако я невольно действовал в соответствии с принципом в высшей степени симпатичного - не так уж известного повсюду на Земле, но незабываемого теми, кто хоть раз встречался с ним, - этого настоящего сокровища, Карапета из Тифлиса.
    Ничего не поделаешь… Раз уж эта моя вступительная глава оказалась такой длинной, не беда, если я еще немного удлиню ее, чтобы рассказать вам также об этом чрезвычайно симпатичном Карапете из Тифлиса.
    Прежде всего, я должен сказать, что двадцать или двадцать пять лет назад на тифлисской железнодорожной станции был «паровой гудок».
    Гудок давали каждое утро, чтобы будить железнодорожников и станционных рабочих, а так как тифлисская станция стояла на холме, этот гудок был слышен почти во всем городе, и он будил не только железнодорожных рабочих, но и жителей самого города Тифлиса.
    Тифлисские местные власти, насколько я помню, даже затеяли переписку с начальством железной дороги по поводу нарушения утреннего сна мирных граждан.
    Подавать пар для гудка каждое утро было обязанностью этого самого Карапета, работавшего на станции.
    Итак, когда он утром подходил к веревке, с помощью которой подавал пар в гудок, то обычно, прежде чем взяться за веревку и потянуть ее, махал рукой во всех направлениях и торжественно, как мусульманский мулла с минарета, громко выкрикивал:
    - Ваша мать…, ваш отец…, ваш дед хуже чем…, чтоб ваши глаза, уши, нос, селезенка, печенка мозоли… и т. д., - короче говоря, он произносил на разные лады все известные ему проклятия и только после этого тянул за веревку.
    Услышав об этом Карапете и этом его обыкновении, я однажды вечером после работы навестил его с небольшим бурдюком кахетинского вина и, после совершенного этого обязательного местного «ритуала торжественного провозглашения тостов», спросил его, конечно подобающим образом, а также в соответствии с местными правилами «вежливого обхождения», принятыми во взаимоотношениях, почему он так делает.
    Залпом осушив стакан и спев один раз известную грузинскую песню «Мы мало выпили», обязательно исполняемую при выпивке, он неторопливо начал отвечать следующим образом:
    - Так как вы пьете вино не так, как пьют теперь, то есть не просто для видимости, а действительно честно, то это указывает мне, что вы хотите узнать об этом моем обыкновении не из любопытства, как наши инженеры и техники, а действительно из-за своего стремления к знанию, и поэтому я хочу и даже считаю своим долгом откровенно поведать вам точную причину этих внутренних, так сказать, моих «деликатных соображений», которые привели меня к этому и мало-мальски укрепили во мне такую привычку.
    Затем он рассказал следующее:
    - Прежде я работал на этой станции по ночам - чистил паровые котлы, но, когда привезли сюда этот паровой гудок, начальник станции, очевидно учитывая мой возраст и неспособность выполнять эту тяжелую работу, приказал мне заниматься только подачей пара в гудок, для чего я должен был приходить в определенное время каждое утро и каждый вечер.
    В первую неделю этой новой работы я однажды заметил, что после выполнения этой своей обязанности я чувствовал себя в течение часа или двух как-то не по себе. Но когда это странное чувство увеличивалось день ото дня, в конце концов стало определенным инстинктивным беспокойством, от которого пропала даже моя склонность к «махоху», я начал с той поры все время думать и думать, чтобы выяснить причину этого. Я думал обо всем этом по той или иной причине особенно напряженно, когда шел на работу или возвращался домой, но как я ни старался, я не мог уяснить себе абсолютно ничего хотя бы приблизительно.
    Так продолжалось почти два года, и, наконец, когда мозоли на моих ладонях от веревки парового гудка совсем затвердели, я совершенно случайно и неожиданно понял, почему испытываю это беспокойство.
    Толчком к правильному пониманию, в результате которого во мне сформировалось относительно этого непоколебимое убеждение, было одно восклицание, случайно услышанное мною при следующих, довольно своеобразных, обстоятельствах.
    Однажды утром, когда я, не выспавшись, так как провел первую половину ночи на крестинах девятой дочери моего соседа, а вторую половину за чтением очень интересной книги, которая попала ко мне случайно и называлась «Сны и колдовство», спешил подавать гудок, я неожиданно увидел на углу знакомого мне цирюльника, служившего в городской управе, который сделал мне знак остановиться.
    Обязательность этого моего приятеля цирюльника состояла в том, что бы с определенное время вместе в помощником на специально оборудованной телеге объезжать город и ловить всех беспризорных собак, у которых на ошейниках не было металлических блях, выдаваемых местными властями после уплаты налога, и доставлять этих собак на городскую бойню, где их держали в течение двух недель на казенный счет, подкармливая отбросами с бойни; если по истечении этого периода владельцы собак не приходили за ними и не уплачивали установленного налога, то этих собак с некоторой торжественностью гнали по определенному проходу, ведущему прямо в специально построенную печь.
    Вскоре из другого конца этой знаменитой прибыльной печи с приятным бульканьем вытекало, в пользу отцов нашего города, некоторое количество прозрачного и идеально чистого жира для производства мыла, а также, возможно, что-нибудь еще, и с журчанием, не менее приятным для слуха, вытекало также немалое количество очень полезного вещества для удобрения.
    Этот мой друг цирюльник ловил собак следующим простым и удивительно искусным способом.
    Он где-то достал обыкновенную большую старую рыболовную сеть, которую он, во время своих своеобразных экспедиций по трущобам нашего города на благо человечества, нес сложенную особым образом на своих сильных плечах, и, когда «беспаспортная» собака попадала в сферу его всевидящего и страшного для всего собачьего рода ока, он, не спеша и с мягкостью пантеры, близко подкрадывался к ней и, улучшив подходящий момент, когда собаку заинтересовывало и привлекало что-то ею замеченное, набрасывал на нее сеть и быстро опутывал ее, а потом, подкатив телегу, высвобождал собаку таким образом, что она оказывалась в клетке, прикрепленной к телеге.
    Когда мой друг цирюльник сделал мне знак остановиться, он как раз прицеливался, чтобы набросить в благоприятный момент сеть на свою очередную жертву, которая в тот момент стояла, виляя хвостом, и поглядывая на суку. Мой друг уже собирался набросить сеть, когда вдруг зазвонили колокола соседней церкви, созывая народ к ранней заутрене. При этом неожиданном звоне в утренней тишине собака испугалась и, отскочив в сторону, пулей помчалась по безлюдной улице со всей своей собачьей скоростью.
    Тогда цирюльник, настолько взбешенный этим, что волосы у него даже под мышками встали дыбом, швырнул сеть на мостовую и, плюнув через левое плечо, громко воскликнул:
    - О, черт! Нашли время звонить!
    Как только это восклицание цирюльника достигло моего мыслительного аппарата, в нем начали роиться разные мысли, которые в конце концов привели, по моему мнению, к правильному пониманию того, почему же во мне возникает вышеупомянутое инстинктивное беспокойство.
    В первый момент после того как я понял это, у меня возникла даже досада на себя, как это раньше мне не пришла в голову такая простая и очевидная мысль.
    Я понял всем своим существом, что мое воздействие на окружающую жизнь и не могло породить никакого иного результата, чем тот процесс, который все время происходит во мне.
    И в самом деле, все, кого будил шум, который я производил паровозным гудком, нарушавшим их сладкий утренний сон, должны, без сомнения, ругать меня «на чем свет стоит», именно меня, причину этого адского рева, и вследствие этого к моей персоне со всех сторон, конечно, должны течь вибрации всяческой злобы.
    В то знаменитое утро, когда, выполнив свои обязанности, я в обычном подавленном состоянии сидел в соседнем «духане» и ел «хаш» с чесноком, я, продолжая размышлять, пришел к заключению, что, если бы я заранее обругал всех тех, для кого моя работа, производимая на пользу некоторых из них, может казаться помехой, то, согласно объяснениям книги, которую я читал прошлой ночью, как бы ни поносили меня все те, которых можно назвать «пребывающими в сфере идиотизма», то есть между сном и дремотой, это не оказало бы - как объяснено в этой самой книге - на меня совершенно никакого воздействия.
    И действительно, с тех пор как я начал делать это, я больше не чувствую упомянутого инстинктивного беспокойства.
    Ну теперь, терпеливый читатель, я должен в самом деле закончить эту вступительную главу. Теперь ее надо только подписать.
    
    Тот, которого…
    
    Стоп! Здесь необходима осторожность! С подписью шутить нельзя, иначе с вами сделают то же самое, что делают в одной из империй Центральной Европы, когда вас заставляют заплатить десятилетнюю арендную плату за дом, который вы занимали в течение трех месяцев, только потому, что вы неосмотрительно приложили руку к бумаге, обязывающей возобновлять контракт за дом каждый год.
    Конечно, после этого и еще других примеров из жизненного опыта я должен, во всяком случае в отношении своей собственной подписи, быть очень и очень осторожным.
    Ну, ладно.
    Тот, которого в детстве называли «Татах»; в ранней юности «Чернявый»; позже «Черный Грек»; в среднем возрасте «Тигр Туркестана»; а теперь не просто кто-нибудь, а настоящий «мсье» или «мистер» Гурджиев, или «племянник князя Мухранского», или, наконец, просто «Учитель танцев».
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Fri, 23 Jan 2009 21:30:06 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 2 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/49--2.html
ГЛАВА 2. ПРОЛОГ. ПОЧЕМУ ВЕЛЬЗЕВУЛ НАХОДИЛСЯ В НАШЕЙ СОЛНЕЧНОЙ СИСТЕМЕ
    
    Это было в 223 году после сотворения Мира по объективному времяисчислению, или, как сказали бы здесь, на «Земле», в 1921 году после Рождества Христова.
    Через Вселенную летел корабль «транспространственного» сообщения «Карнак».
    Он летел из пространства «Асупарацата», то есть из пространств «Млечного Пути» с планеты Каратаз к солнечной системе «Пандецнох», солнце которой называется также «Полярная Звезда».
    На упомянутом «транспространственном» корабле находился Вельзевул со своими родственниками и приближенными.
    Он отправлялся на планету Ревозврадендр на специальную конференцию, в которой согласился принять участие по просьбе своих давних друзей.
    Только память об этой старой дружбе вынудила его принять это приглашение, так как он уже был немолод, а такое длительное путешествие и неизбежно связанные с ним превратности были отнюдь не легким делом для всякого в его возрасте.
    Незадолго до этого путешествия Вельзевул вернулся домой на планету Каратаз, где он получил свое возникновение и вдали от которой, вследствие обстоятельств, не зависящих от его собственной сущности, провел много лет своего существования в условиях, не соответствующих его природе.
    Это многолетнее существование, неподходящее для него, вместе со связанными с этим восприятиями, необычными для его природы, и с не соответствующими его сущности переживаниями, не могло не оставить на его общем присутствии заметного следа.
    Кроме того, само время теперь неизбежно состарило его, и упомянутые необычные условия существования привели Вельзевула, того самого Вельзевула, у которого была столь необычайно здоровая, горячая и прекрасная молодость, к столь же необычайной старости.
    Давным-давно, в то время, когда Вельзевул жил еще на планете Каратаз, его взяли благодаря его необычайно изобретательному уму, на службу на «Солнце Абсолют», где наш ВЕРХОВНЫЙ ВЛАДЫКА БЕСКОНЕЧНОСТЬ имеет основное место СВОЕГО Пребывания; и там Вельзевул, среди других ему подобных, стал приближенным ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ.
    Именно тогда, вследствие еще не сформировавшегося, по молодости, разума и вследствие незрелости и поэтому еще горячности своего мышления, основанного (что естественно для существ, еще не ставшими определенно ответственными) на ограниченном понимании, - Вельзевул однажды увидел в управлении Миром что-то, показавшееся ему «нелогичным», и, найдя поддержку среди своих товарищей, существ, как и он, еще не сформировавшихся, вмешался не в свое дело.
    Вследствие пылкости и силы натуры Вельзевула тогдашнее вмешательство его и его товарищей вскоре захватило все умы и тем самым поставило центральное государство Мегалокосмоса почти на грань революции.
    Узнав об этом, ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТЬ, несмотря на свое Вселюбие и Всепрощение, был вынужден изгнать Вельзевула с его товарищами в один из удаленных районов Вселенной, именно в солнечную систему «Орс», обитатели которой называют ее просто «Солнечной Системой», и назначить местом их существования одну из планет этой солнечной системы, именно Марс, с правом жить также на других планетах, хотя только той же солнечной системы.
    Среди этих изгнанников, помимо упомянутых товарищей Вельзевула, находилось просто несколько сочувствовавших ему, а также приближенные и подчиненные как Вельзевула, так и его товарищей.
    Все со своими домочадцами прибыли в это отдаленное место, и там, на планете Марс, вскоре образовалась целая колония трехмозговых существ с различных планет центральной части нашей Великой Вселенной.
    Все это население, необычное для упомянутой планеты, мало-помалу приспособилось к своему новому месту жительства, и многие из них даже нашли то или иное занятие, чтобы скоротать долгие годы своего изгнания.
    Они нашли занятия либо на этой самой планете Марс, либо на соседней планете, именно на тех планетах, которые были почти совершенно заброшены из-за их удаленности от центра и бедности всех их формаций.
    По мере того как проходили годы, многие, либо по своей собственной инициативе, либо откликаясь на нужды общего характера, постепенно переселялись с планеты Марс на другие планеты; но сам Вельзевул, вместе со своими приближенными, остался на планете Марс, где он более или менее сносно организовал свое существование.
    Одним из его главных занятий было устройство «обсерватории» на планете Марс для наблюдения как отдаленных пунктов Вселенной, так и условий жизни существ на соседних планетах; и эта его обсерватория, как здесь уместно отметить, впоследствии стала хорошо известна и даже знаменита повсюду во Вселенной.
    Хотя солнечная система «Орс» была заброшена вследствие ее удаленности от центра и по многим другим причинам, тем не менее, наш ВЕРХОВНЫЙ ВЛАДЫКА время от времени направлял СВОИХ Посланцев на планеты этой системы, чтобы более или менее упорядочивать бытийное существование возникающих на них трехмозговых существ, для координации процесса их существования с общей Мировой Гармонией.
    И в соответствии с этим на одну из планет этой солнечной системы, именно на планету Земля, однажды был направлен такой Посланец от нашего ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ, некий Ашиата Шиемаш, а, так как Вельзевул выполнил тогда что-то требовавшееся в связи с его миссией, упомянутый Посланник, вернувшись снова на «Солнце Абсолют», горячо просил ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТЬ простить этого когда-то молодого и пылкого, но теперь состарившегося Вельзевула.
    Приняв во внимание эту просьбу Ашиата Шиемаша, а также скромное и устремленное к познанию существование самого Вельзевула, наш СОЗДАТЕЛЬ ТВОРЕЦ простил его и разрешил ему вернуться в место своего возникновения.
    Вот почему Вельзевул, после долгого отсутствия, теперь опять оказался в центре Вселенной.
    Его влияние и авторитет не только не уменьшились во время изгнания, но, наоборот, очень увеличились, так как все окружающие его ясно понимали, что, благодаря продолжительному существованию в вышеупомянутых необычных условиях, его знания и опыт должны были неизбежно расшириться и углубиться.
    И вот, когда на одной из планет солнечной системы «Пандецнох» произошли очень важные события, старые друзья Вельзевула решили побеспокоить его и пригласить на конференцию, связанную с этими событиями.
    И как раз в результате этого Вельзевул теперь совершал длительное путешествие на корабле «Карнак» с планеты Каратаз на планету Ревозврадендр.
    На этом большом космическом корабле «Карнак» пассажиры состояли из родственников и приближенных Вельзевула, а также многих существ, служивших на самом корабле.
    В то время, к которому относится это наше повествование, все пассажиры были заняты либо своими обязанностями, либо просто осуществлением того, что называется «активным бытийным мышлением».
    Среди всех пассажиров на борту корабля бросался в глаза один очень красивый мальчик; он был всегда подле самого Вельзевула.
    Это был Хусейн, сын любимого сына Вельзевула - Тулуфа.
    После своего возвращения домой из изгнания Вельзевул увидел этого своего внука Хусейна впервые и, оценив его доброе сердце, а также благодаря так называемому «родственному влечению», сразу полюбил его.
    И так как это время случайно совпало со временем, когда разум маленького Хусейна нуждался в развитии, Вельзевул, имея там много свободного времени, сам занялся воспитанием своего внука, и с тех пор всюду брал с собой Хусейна.
    Вот почему Хусейн также сопровождал Вельзевула в этом длительном путешествии и находился в числе окружавших его.
    И Хусейн, со своей стороны, так любил своего деда, что не желал сделать ни шагу без него и жадно впитывал все, что говорил и чему учил его дед.
    Во время этого повествования Вельзевул с Хусейном и со своим преданным старым слугой Ахуном, всегда всюду сопровождавшим его, сидел на самом высоком «каснике», то есть на верхней палубе корабля «Карнак» под «кальнокранонисом», несколько напоминающим то, что мы бы назвали «стеклянным колоколом», и они беседовали там, наблюдая при этом безграничное пространство.
    Вельзевул рассказывал о солнечной системе, где он провел долгие годы.
    И Вельзевул как раз описывал тогда особенности природы планеты, называемой Венерой.
    Во время разговора Вельзевулу доложили, что с ним хочет говорить капитан их корабля, и на эту просьбу Вельзевул дал согласие.
   
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Fri, 23 Jan 2009 21:33:09 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 3 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/50--3.html
ГЛАВА 3. ПРИЧИНА ЗАДЕРЖКИ ПАДЕНИЯ КОРАБЛЯ «КАРНАК»
    
    Вскоре после этого капитан вошел и, оказав Вельзевулу все подобающие рангу Вельзевула почтения, сказал:
    - Ваше Высокопреподобие, позвольте мне узнать ваше авторитетное мнение по поводу «неизбежности», которая находится на линии нашего курса и которая помешает нашему плавному падению кратчайшим путем.
    Дело в том, что если мы будем следовать своим намеченным курсом, то наш корабль через два «кильпрено»[1] пройдет через солнечную систему «Вуаник».
    Но как раз там, где должен проходить наш корабль, приблизительно одним «кильпрено» раньше должна также пройти огромная комета, относящаяся к той солнечной системе и именуемая «Сакур», или, как ее иногда называют, «Сорви-голова».
    Потому, если будем придерживаться своего предполагаемого курса, мы должны неизбежно пересечь пространство, через которое должна будет пройти эта комета.
    Ваше Высокопреподобие конечно знает, что эта комета «Сорви-голова» всегда оставляет на своем пути массу «цильнотраго»,[2] которое, попадая в планетарное тело существа, дезорганизует большинство его функций, пока все «цильнотраго» из него не улетучится.
    Сначала я думал, - продолжал капитан, - избежать «цильнотраго», направив корабль в обход этих областей, но для этого был бы необходим длинный крюк, который сильно затянул бы наше путешествие. С другой стороны, ждать где-нибудь, пока рассеется «цильнотраго», пришлось бы еще дольше.
    Учитывая большое различие в решениях стоящей перед нами альтернативы, я не могу решить сам, что делать, и поэтому осмеливаюсь побеспокоить вас, Ваше Высокопреподобие, и просить вашего компетентного совета.
    После того как капитан кончил говорить, Вельзевул немного подумал и сказал следующее:
    - Право я не знаю, что посоветовать вам, мой дорогой капитан. Ах, да… в той солнечной системе, где я долгое время существовал, есть планета, называемая Землей. На этой планете возникали и еще продолжают возникать очень странные трехмозговые существа. И среди существ континента той планеты, называемого «Азия», возникло и существовало очень мудрое трехмозговое существо, которого они там назвали «мулла Наср-эддин».
    Для всякой своеобразной ситуации, значительной и незначительной, в жизни тех существ, - продолжал Вельзевул, - у этого земного мудреца муллы Наср-эддина имелась подходящая и выразительная поговорка.
    Поскольку все его поговорки отражали истинный дух тамошнего существования, я тоже всегда пользовался ими там, как руководством, для того чтобы вести сносное существование среди существ той планеты.
    В данном случае, мой дорогой капитан, я намереваюсь воспользоваться одной из его мудрых поговорок.
    В такой ситуации, которая постигла нас, он, вероятно, сказал бы:
    «Выше головы не прыгнешь и хоть близок локоть, да не укусишь».
    Я вам теперь говорю то же самое и добавляю: делать нечего; когда надвигается событие, порождаемое силами неизмеримо большими, чем наши собственные, нужно подчиниться.
    Вопрос только в том, какое из упомянутых вами решений следует выбрать - то есть переждать где-нибудь или удлинить наше путешествие, сделав «крюк».
    Вы говорите, что крюк значительно удлинит наше путешествие, но на ожидание уйдет значительно больше времени.
    Хорошо, мой дорогой капитан. Предположим, что, сделав крюк, мы сэкономили бы немного времени. Как вы думаете: стоит ли подвергать износу детали механизмов нашего корабля ради того, чтобы окончить наше путешествие немного скорее?
    Если этот крюк нанесет ходя бы малейший ущерб нашему кораблю, то, по моему мнению, нам следует предпочесть второе ваше предложение, то есть остановиться где-нибудь, пока путь не очиститься от вредного «цильнотраго». Таким образом мы уберегли бы наш корабль от излишнего ущерба.
    А мы постараемся заполнить время этой непредвиденной задержки чем-нибудь полезным для всех нас.
    Например, мне лично доставило бы большое удовольствие побеседовать с вами о современных кораблях вообще и о нашем корабле в частности.
    В этой области за время моего отсутствия в этих местах было сделано очень много нового, о чем я еще ничего не знаю.
    Например, в мое время эти большие транспространственные корабли были так сложны и громоздки, что почти половина их мощности уходила на то, чтобы везти материалы, необходимые для обеспечения возможности их движения.
    Но по своей простоте и просторности эти современные корабли - прямо-таки «стоблагое».
    Существам на них жить так просто и они пользуются такой свободой в отношении всех бытийных проявлений, что по временам вы забываете, что вы не на одной из планет.
    Итак, мой дорогой капитан, я очень хотел бы знать, как было осуществлено это благо и как работают современные корабли.
    А теперь ступайте и сделайте все необходимые приготовления для требуемой остановки. А потом, когда вы освободитесь, снова приходите ко мне, и мы проведем время нашей неизбежной задержки в полезной для всех нас беседе.
    Когда капитан ушел, Хусейн вдруг вскочил на ноги, начал приплясывать, хлопать в ладоши и кричать:
    - О, как я рад, как я рад, как я рад этому!
    Вельзевул с нежностью смотрел на эти проявления радости своего любимца, но старый Ахун не мог удержаться и, укоризненно покачав головой, вполголоса назвал мальчика «подрастающим эгоистом».
    Услышав, как Ахун назвал его, Хусейн остановился перед ним и, лукаво глядя на него, сказал:
    - Не сердись на меня, старый Ахун. Причина моей радости - не эгоизм, а лишь удачное для меня совпадение. Ты ведь слышал? Мой дорогой дедушка решил не только просто сделать остановку, но он также обещал капитану побеседовать с ним…
    А ты ведь знаешь, что беседы моего дорогого дедушки всегда содержат рассказы о местах, где он побывал, и ты также знаешь, как замечательно он рассказывает их и как много новых и интересных сведений кристаллизуется в наших присутствиях от этих рассказов.
    Где же эгоизм? Разве не сам он по своей собственной воле, взвесив своим мудрым разумом все обстоятельства этого непредвиденного события, решил сделать остановку, которая, по-видимому, не очень сильно нарушает намеченные им планы?
    Мне кажется, что моему дорогому дедушке нет нужды спешить; на «Карнаке» имеется все необходимое для его отдыха и комфорта, и здесь также находятся многие из тех, которые любят его и которых любит он.
    Разве ты не помнишь, как он недавно сказал: «мы не должны противиться силам более высоким, чем наши собственные» и добавил, что следует не только не противиться им, но даже подчиняться и принимать все их результаты с почтительностью, восхваляя и прославляя при этом чудесные и провиденциальные деяния Нашего Бога Творца?
    Я радуюсь не этому злоключению, а тому, что случилось непредвиденное событие, исходящее свыше, благодаря которому мы сможем еще раз послушать рассказы моего дорогого дедушки.
    Разве моя вина, что обстоятельства случайно сложились наиболее желательно и удачно для меня?
    Нет, дорогой Ахун, тебе не только не следует осуждать меня, но ты должен, как и я, выразить благодарность источнику всех возникающих благотворных результатов.
    Все это время Вельзевул внимательно и с улыбкой слушал щебетание своего любимца и, когда тот кончил, сказал:
    - Ты прав, мой дорогой Хусейн, и за это я расскажу тебе, даже до прихода капитана, все, что захочешь.
    Услышав это, мальчик тотчас же подбежал и сел у ног Вельзевула и, немного подумав, сказал:
    - Мой дорогой дедушка, ты мне столько рассказывал о той солнечной системе, где ты провел так много лет, что теперь я, возможно, мог бы продолжить, пользуясь одной только логикой, описание подробностей природы того своеобразного уголка нашей Вселенной.
    Но мне интересно знать, обитают ли на планетах той солнечной системы трехмозговые существа и покрыты ли их высшие «бытийные тела».
    Пожалуйста, расскажи мне сейчас именно об этом, дорогой дедушка, - закончил Хусейн, с любовью глядя вверх на Вельзевула.
    - Да, - ответил Вельзевул, - почти на всех планетах той солнечной системы также обитают трехмозговые существа, и почти у всех них могут быть покрыты высшие бытийные тела.
    Высшие бытийные тела, или, как их называют на некоторых планетах той солнечной системы, души, возникают у трехмозговых существ, плодящихся на всех планетах, за исключением тех, до которых эманации нашего «Наисвятейшего Солнца Абсолюта» доходят лишь после того, как, вследствие неоднократных столкновений, постепенно потеряют полноту своей силы и, в конце концов, совершенно утратят животворную способность покрывать высшие бытийные тела.
    Конечно, мой мальчик, на каждой отдельной планете и той солнечной системы планетарные тела трехмозговых существ покрываются и принимают внешнюю форму в соответствии с природой данной планеты и во всех деталях приспособлены к окружающей природе.
    Например, на той планете, на которой было предписано существование всем нам, изгнанникам, именно на планете Марс, трехмозговые существа покрыты планетарными телами, имеющими форму - как бы это сказать - форму, напоминающую «каруну», то есть у них длинное широкое туловище, обильно снабженное жиром, и головы с огромными светящимися глазами на выкате. На спине этого их огромного «планетарного тела» два больших крыла, а на нижней стороне две сравнительно маленьких ноги с очень сильными когтями.
    Почти вся сила этого громадного «планетарного тела» приспособлена природой, чтобы производить энергию для их глаз и крыльев.
    В результате трехмозговые существа, плодящиеся на той планете, могут свободно видеть всюду, каким бы ни было «клда-цах-ти», и они могут также передвигаться не только по самой планете, но также и в ее атмосфере, а некоторые из них иногда даже умудряются путешествовать за пределами ее атмосферы.
    Трехмозговые существа, плодящиеся на другой планете, немного ниже планеты Марс, вследствие сильного холода там, покрыты густой мягкой шерстью.
    Внешняя форма этих трехмозговых существ подобна форме «тусуку», то есть она напоминает «два шара»; верхний шар содержит главные органы всего планетарного тела, а другой, нижний, шар - органы для трансформации первой и второй бытийной пищи.
    В верхнем шаре имеются три отверстия, открывающиеся наружу: два служат для зрения, а третье - для слуха.
    Другой, нижний, шар, имеет только два отверстия: одно впереди для принятия первой и второй бытийной пищи, а другое сзади для удаления из организма отходов.
    К нижнему шару прикреплены две очень сильных мускулистых ноги, и на каждой из них есть нарост, служащий тем же целям, что и у нас пальцы.
    В той солнечной системе, мой дорогой мальчик, есть еще одна планета, совсем маленькая, носящая имя «Луна».
    Во время своего движения эта своеобразная маленькая планета часто приближалась очень близко к нашей планете Марс, и иногда в течение целых «кильпрено» я с большим удовольствием наблюдал через свой «тескуано» [3] в моей обсерватории процесс существования на ней трехмозговых существ.
    Хотя существа этой планеты имеют очень хрупкие «планетарные тела», они, с другой стороны, очень «сильны духом», благодаря чему они все обладают необычайной настойчивостью и способностью к работе.
    Внешне они напоминают так называемых больших муравьев; и, подобно им, они постоянно суетятся, работая на своей планете и внутри нее.
    Результаты их беспрерывной деятельности теперь уже ясно видны.
    Я однажды случайно заметил, что за два наши года они, так сказать, «протуннелили» всю свою планету.
    Они были вынуждены взяться за эту задачу из-за ненормальных местных климатических условий, которые являются следствием того, что эта планета возникла неожиданно и упорядочение ее климатической гармонии не было поэтому заранее подготовлено Высшими Силами.
    Климат этой планеты «сумасшедший», и по своему непостоянству он мог бы дать несколько очков вперед самым нервным истеричным женщинам, существующим на другой планете той же солнечной системы, о ней я также расскажу тебе.
    Иногда на этой «Луне» бывают такие морозы, что все промерзает насквозь и существам становится невозможно дышать в открытой атмосфере; а потом вдруг становится так жарко, что в ее атмосфере можно в один миг сварить яйцо.
    На этой своеобразной маленькой планете только в течение двух коротких периодов, именно до и после ее оборота вокруг ее соседки - другой большой планеты, - погода бывает такой великолепной, что вся планета цветет и за несколько оборотов производит различных продуктов для их первой бытийной пищи значительно больше их общей потребности во время их существования в том своеобразном внутрипланетном царстве, которое они устроили и где они защищены от всех капризов этого «сумасшедшего» климата, негармонично изменяющего состав атмосферы.
    Ближе всех к этой маленькой планете находится другая, большая планета, которая также иногда приближается совсем близко к планете Марс и называется Земля.
    Упомянутая Луна является лишь частью этой Земли, и последняя должна теперь постоянно поддерживать существование Луны.
    На только что упомянутой планете Земля тоже формируются трехмозговые существа; и они тоже содержат все данные для покрытия в себе высших бытийных тел.
    Но по «силе духа» они не идут в сравнение с существами, плодящимися на маленькой вышеупомянутой планете. Внешние покрытия трехмозговых существ этой планеты Земля очень похожи на наши; только, во-первых, их кожа немного более скользкая, чем наша, и затем, во-вторых, у них нет хвоста, а на головах нет рогов. Хуже всего у них дело обстоит с ногами, именно у них нет копыт, правда, в качестве защиты от внешних воздействий они изобрели то, что называют «ботинками», но это изобретение не очень помогает им.
    Кроме несовершенства их внешней формы, их разум также совсем «из ряда вон выходящий».
    Их «бытийный разум», вследствие очень многих причин, о которых я также может быть когда-нибудь расскажу тебе, постепенно выродился и в настоящее время очень, очень странен и чрезвычайно разнообразен.
    Вельзевул продолжал бы рассказывать дальше, но в этот момент вошел капитан корабля, и Вельзевул, пообещав мальчику рассказать о существах планеты Земля в другой раз, начал беседовать с капитаном.
    Вельзевул попросил капитана сначала сказать ему, кто он, как долго он был капитаном и как ему нравится его работа, а затем объяснить некоторые подробности относительно современных космических кораблей.
    На что капитан сказал:
    - Ваше Высокопреподобие, как только я достиг возраста ответственного существа, отец предназначил мне эту карьеру на службе ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ ТВОРЦА.
    Начав с самых низших должностей на транспространственных кораблях, я, в конце концов, удостоился выполнять обязанности капитана, и вот восемь лет, как я капитан на кораблях дальнего следования.
    Этот свой последний пост, именно пост капитана корабля «Карнак», я занял, строго говоря, в качестве преемника своего отца, когда, после многих лет безупречного исполнения обязанностей капитана на службе у ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ почти с самого начала Миротворчества, он удостоился назначения на пост Правителя солнечной системы «Калман».
    Короче говоря, - продолжал капитан, - я начал свою службу как раз в то время, когда Ваше Преподобие отбывал к месту своего изгнания.
    Я был тогда всего лишь «подметалой» на кораблях дальнего следования того времени.
    Да… прошло много, много времени.
    Все подверглось изменению с тех пор и продолжает изменяться; только наш ГОСПОДЬ и ПОВЕЛИТЕЛЬ остается неизменным. Благословения «Аменцано» на ЕГО НЕИЗМЕНЯЕМОСТЬ во веки веков!
    Вы, Ваше Высокопреподобие, изволили весьма справедливо заметить, что прежние корабли были очень неудобны и громоздки.
    Да, они тогда были действительно очень сложными и громоздкими. Я тоже помню их очень хорошо. Между кораблями того времени и теперешними кораблями огромная разница.
    В вашей молодости все такие корабли как для межсистемного, так и межпланетного сообщения еще работали на космическом веществе «элекилпомагтистцен», которое представляет собой целое, состоящее из двух отдельных частей вездесущего Окиданоха.
    И именно для того чтобы получать это целое, были необходимы как раз те многочисленные материалы, которые прежние корабли должны были везти.
    Но эти корабли применялись недолго после того, как вы улетели из этих краев, так как их вскоре после этого заменили кораблями Святого Венома.
   
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Fri, 23 Jan 2009 21:33:56 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 4 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/51--4.html
ГЛАВА 4. ЗАКОН ПАДЕНИЯ
    
    Капитан продолжал:
    - Это случилось в 185 году по объективному времяисчислению.
    Святой Веном за свои заслуги был взят с планеты «Сурт» на святую планету «Чистилище», где, после того как он познакомился со своим новым окружением и новыми обязанностями, он стал посвящать все свое свободное время своей любимой работе.
    А его любимой работой было отыскивать, какие новые явления можно обнаружить в различных сочетаниях уже существующих закономерных явлений.
    И через некоторое время, в процессе этих занятий, этот Святой Веном впервые констатировал в космических законах то, что позже стало знаменитым открытием, и это открытие он впервые назвал «Законом Падения».
    Этот космический закон, который Святой Веном тогда открыл, он сам сформулировал так:
    «Все, существующее в Мире, падает вниз. А низом любой части Вселенной является ее ближайшая „стабильность“, а эта упомянутая „стабильность“ есть место или точка, в которых сходятся все силовые линии, приходящие со всех направлений.
    Центры всех солнц и всех планет нашей Вселенной как раз и есть такие точки «стабильности». Это самые нижние точки тех областей пространства, на которые устремляются силы со всех сторон данной части Вселенной и где они концентрируются. В этих точках концентрируется равновесие, которое дает возможность солнцам и планетам сохранять свое положение».
    В этой своей формулировке Святой Веном далее сказал, что все, брошенное в пространство, где бы это ни происходило, стремится упасть на то или иное солнце либо на ту или иную планету в соответствии с тем, к какому солнцу или к какой планете относится та часть пространства, где брошен предмет, так как каждое солнце или планета являются для данной области «стабильностью» или низом.
    Исходя из этого, Святой Веном рассуждал в своих дальнейших исследованиях следующим образом:
    «Если это так, то нельзя ли использовать эту космическую особенность для необходимого нам передвижения между пространствами вселенной?»
    И с тех пор он работал в этом направлении.
    Его дальнейшие праведные труды показали, что, хотя в принципе это было вообще возможно, тем не менее полностью применить для этой цели этот открытый им «Закон Падения» было невозможно. А невозможно было бы исключительно из-за атмосфер, окружающих большинство космических сгущений, каковые атмосферы препятствовали бы прямому падению предмета, брошенного в пространство.
    Установив это, Святой Веном тогда посвятил все свое внимание тому, чтобы открыть какое-нибудь средство, преодоления упомянутого сопротивления атмосферы кораблями, построенными на основе принципа Падения.
    И через три «луняса» Святой Веном нашел такую возможность, и позже, когда под его руководством было закончено строительство соответствующего специального сооружения, он приступил к практическим испытаниям.
    Это специальное сооружение имело вид большого вместилища, все стены которого были сделаны из особого материала вроде стекла.
    Затем с каждой стороны этого большого вместилища были приделаны подобия «заслонок» из материала, непроницаемого для лучей космического вещества «элекилпомагтистцен», и эти заслонки, хотя и плотно пригнанные к стенам вышеупомянутого вместилища, могли тем не менее свободно скользить во всех направлениях.
    Внутри вместилища была сделана специальная «батарея», генерирующая и дающая это самое вещество «элекилпомагтистцен».
    Я сам, Ваше Высокопреподобие, присутствовал при новых испытаниях, проводимых Святым Веномом в соответствии с открытыми им принципами.
    Весь секрет заключался в том, что, когда лучи «элекилпомагтистцена» пропускались через это особое стекло, тогда во всем пространстве, куда они проникали, все, обычно составляющее саму атмосферу планет, как, например, «воздух», всякие «газы», «туман» и т. д., разрушалось. Эта часть пространства становилась, по сути дела, абсолютно пустой и не оказывала ни сопротивления, ни давления, так что, если бы даже недавно родившееся существо толкнуло это огромное сооружение, оно двинулось бы вперед легко, как перышко.
    К другой стороне этого своеобразного сооружения были прикреплены приспособления, похожие на крылья, которые приводились в движение посредством этого самого вещества «элекилпомагтистцена» и служили для того, чтобы давать толчок к движению всего этого огромного сооружения в нужном направлении.
    После того как Приемная Комиссия под председательством Архангела Адоссия одобрила и благословила результаты этих экспериментов, было начато строительство большого корабля, основанного на этих принципах.
    Корабль был скоро готов и передан для эксплуатации. И вскоре мало-помалу на всех линиях межсистемного сообщения стали использоваться исключительно корабли этого типа.
    Хотя позже, Ваше Высокопреподобие, неудобства этой системы постепенно становились все более и более очевидными, тем не менее она продолжала вытеснять все системы, существовавшие прежде.
    Нельзя отрицать, что, хотя корабли, построенные по этой системе, были идеальны в безатмосферных пространствах и двигались там почти со скоростью «этциколнионахных» лучей, исходящих от планет, однако, при приближении к какому-нибудь солнцу или какой-нибудь планете, управлять ими становилось настоящим мучением, так как требовалось много сложного маневрирования.
    Необходимость такого маневрирования была обусловлена «Законом Падения».
    И это было потому, что, когда корабль входил в атмосферную среду какого-нибудь солнца или планеты, мимо которых он должен был пройти, он немедленно начинал падать по направлению к тому солнцу или планете, и, как я уже упоминал, требовались значительные знания и очень много внимания, чтобы не дать кораблю сбиться с курса.
    Когда корабли проходили вблизи какого бы то ни было солнца или планеты, скорость их движения иногда нужно было снижать в сотни раз по сравнению с их обычной скоростью.
    Было особенно трудно управлять ими в тех областях, где имелось большое скопление «комет».
    Вот почему тогда предъявлялись большие требования к существам, которые должны были управлять этими кораблями, и их готовили к этим обязанностям существа очень высокого разума.
    Но, несмотря на вышеупомянутые недостатки системы Святого Венома, она постепенно, как я уже сказал, вытеснила все прежние системы.
    И корабли этой системы Святого Венома существовали уже двадцать три года, когда впервые прошел слух, что Архангел Харитон изобрел новый тип корабля для межсистемного и межпланетного сообщения.
   
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Fri, 23 Jan 2009 21:34:36 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 5 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/52--5.html
ГЛАВА 5. СИСТЕМА АРХАНГЕЛА ХАРИТОНА
    
    - И в самом деле, вскоре после этого слуха, под руководством опять-таки Великого Архангела Адоссия были проведены открытые для всех практические эксперименты с этим новым и позже очень знаменитым изобретением.
    Эта новая система была единодушно признана лучшей, и очень скоро она была принята для общего Вселенского сообщения, после чего все прежние системы постепенно были полностью вытеснены.
    Эта система Великого Ангела, ныне Архангела, Харитона теперь применяется повсюду в настоящее время.
    Корабль, на котором мы теперь летим, также относится к этой системе, и его конструкция подобна конструкции всех кораблей, построенных по системе Архангела Харитона.
    Эта система не очень сложна. Все это великое изобретение состоит лишь из одного «цилиндра», имеющего форму обыкновенной бочки.
    Секрет этого цилиндра заключается в расположении материалов, из которых сделана его внутренняя сторона.
    Эти материалы расположены в определенном порядке и изолированы друг от друга «янтарем». Они имеют такое свойство, что, если в пространство, которое они заключают, попадает какое бы то ни было космическое газообразное вещество, будь то «атмосфера», «воздух», «эфир» или любая другая «совокупность» однородных космических элементов, оно немедленно расширяется, вследствие упомянутого расположения материалов внутри цилиндра.
    Дно этой цилиндрической бочки герметически запечатано, но ее крышка, хотя она может быть плотно закрыта, так устроена на петлях, что при давлении изнутри может открываться и снова закрываться.
    Таким образом, Ваше Высокопреподобие, если эта цилиндрическая бочка наполняется атмосферой, воздухом или каким-нибудь другим подобным веществом, то под действием стенок этой своеобразной цилиндрической бочки, и, благодаря упомянутым петлям, крышка открывается и, дав выход этим расширившимся веществам, сразу закрывается снова. А так как вообще Природа не терпит пустоты, то одновременно с выходом расширившихся газообразных веществ цилиндрическая бочка опять наполняется новыми веществами извне, с которыми, в свою очередь, происходит то же самое, и так далее без конца.
    Таким образом, вещества все время сменяются, и крышка цилиндрической бочки попеременно открывается и закрывается.
    К этой самой крышке прикреплен очень простой рычаг, который движется при движении крышки и, в свою очередь, приводит в движение определенные, также очень простые, «шестерни», которые опять-таки, в свою очередь, вращают лопасти винтов, прикрепленных к бортам и корме самого корабля.
    Таким образом, Ваше Высокопреподобие, в пространствах, где нет сопротивления, современные корабли, подобные нашему, просто падают по направлению к ближайшей «стабильности»; но в пространствах, где имеются космические вещества, оказывающие сопротивление, эти вещества, какова бы ни была их плотность, с помощью этого цилиндра дают возможность кораблю двигаться в любом желаемом направлении.
    Интересно заметить, что чем плотнее вещество в данной части Вселенной, тем лучше и сильнее происходит наполнение и опорожнение этой цилиндрической бочки, и в результате, конечно, сила движения рычагов тоже меняется.
    Но все же, я повторяю, безатмосферная область, то есть пространство, содержащее только Мировое Эфирокрилно, для современных кораблей также лучше всего, потому что в такой области нет никакого сопротивления вообще и поэтому в ней можно полностью использовать «Закон Падения» без всякой помощи в виде работы цилиндра.
    Более того, современные корабли также хороши потому, что содержат в себе такие возможности, что в безатмосферных пространствах им можно давать толчок в любом направлении и они могут падать именно туда, куда требуется, без сложных манипуляций, необходимых на кораблях Святого Венома.
    Короче говоря, Ваше Высокопреподобие, удобство и простота современных кораблей не идут ни в какое сравнение с прежними кораблями, которые были часто и очень сложны и, в то же время, не обладали возможностями кораблей, которыми мы пользуемся теперь.
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Fri, 23 Jan 2009 21:35:52 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 6 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/54--6.html
ГЛАВА 6. ВЕЧНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ
    
    - Постойте, постойте! - прервал Вельзевул капитана. Это - то, что вы только что рассказали нам - несомненно должно быть и есть как раз та недолговечная идея, которую странные трехмозговые существ, плодящиеся на планете Земля называли «вечным двигателем» и из-за которой одно время многие из них там совсем, как они сами говорят, «посходили с ума», а многие окончательно погибли.
    Однажды кому-то на той злосчастной планете каким-то образом пришла в голову, как говорят, «бредовая идея», что он может сделать «двигатель», который работал бы вечно, не требуя никаких материалов извне.
    Эта идея так понравилась всем, что многие чудаки той своеобразной планеты начали размышлять о ней и пытаться осуществить это чудо на практике.
    Сколько их поплатилось за эту недолговечную идею всем материальным и духовным благосостоянием, которое они ранее приобрели с таким большим трудом.
    По той или иной причине они все были полны решимости изобрести то, что, по их мнению, было «простым делом».
    Если позволяли внешние обстоятельства, многие принимались за изобретение этого «вечного двигателя» без всяких внутренних данных для такой работы - одни, полагаясь на свои «знания», другие - на «удачу», а большинство из них просто из-за своей уже полнейшей психопатичности.
    Короче говоря, изобретение «вечного двигателя» было, как говорят, «помешательством», и каждый чудак чувствовал себя обязанным интересоваться этим вопросом.
    Я был там однажды в одном из городов, где были собраны всевозможные модели и бесчисленные «описания» предлагаемых «механизмов» для этого «перпетуум мобиле».
    Чего там только не было! Каких только «хитроумных» и сложных машин я не увидел! В каждом из этих механизмов, которые я увидел там, должно быть, было больше идей и «мудрствований», чем во всех законах Миротворчества и Миросуществования.
    Я заметил в то время, что в этих бесчисленных моделях и описаниях предлагаемых механизмов преобладала идея использования так называемой «силы тяжести». А идею использования «силы тяжести» они объясняли таким образом: очень сложный механизм должен поднять «какую-нибудь» тяжесть, а эта последняя затем должна упасть и своим падением привести в движение весь механизм, и это движение опять поднимает тяжесть и т. д. и т. д.
    В результате всего этого тысячи людей были упрятаны в «сумасшедшие дома», еще тысячи, сделав эту идею своей мечтой, или совсем перестали выполнять даже те свои бытийные обязанности, которые так или иначе установились там на протяжении многих лет, или стали выполнять их «как нельзя хуже».
    Я не знаю, чем бы все это кончилось, если бы там одно совсем спятившее существо, уже стоящее одной ногой в могиле, такое, каких они сами называют «старыми дураками», и которое раньше каким-то образом приобрело известный авторитет, не доказало с помощью «расчетов», известных только ему самому, что изобрести «перпетуум мобиле» абсолютно невозможно.
    Теперь, после вашего объяснения, я хорошо понимаю, как работает цилиндр системы Архангела Харитона. Это та самая вещь, о которой мечтали там эти несчастные.
    В самом деле, о «цилиндре» системы Архангела Харитона вполне можно сказать, что при наличии одной лишь атмосферы, он будет работать вечно, не нуждаясь в расходовании каких-либо материалов извне.
    А так как мир без планет и, следовательно, без атмосфер, существовать не может, из этого следует, что пока существует мир и, следовательно, атмосферы, цилиндрические бочки, изобретенные Архангелом Харитоном, будут всегда работать.
    Теперь у меня возникает лишь один вопрос - о материале, из которого сделана эта цилиндрическая бочка.
    Я очень хотел бы, мой дорогой капитан, чтобы вы в общих чертах рассказали мне, из каких материалов она сделана и как долго они могут выдержать, - попросил Вельзевул.
    На этот вопрос Вельзевула капитан ответил следующим образом:
    - Хотя цилиндрическая бочка не сохраняется вечно, она, безусловно, выдерживает очень долгое время.
    Ее главная часть сделана из «янтаря» с «платиновыми» обручами, а ее внутренние панели стенок сделаны из «антрацита», «меди» и «слоновой кости» и очень прочной «мастики», не поддающейся воздействию ни 1) «паищакира», ни 2) «таинолера», ни 3) «салякуриапы»,[4] ни даже излучений космических сгущений.
    Но другие части, - продолжал капитан, - как наружные «рычаги», так и «шестерни», должны, конечно, время от времени обновляться, ибо, хотя они сделаны из крепчайшего металла, долгое употребление их все же изнашивает.
    А что касается корпуса самого корабля, то его долгое существование, конечно, нельзя гарантировать.
    Капитан намеревался говорить еще, но в этот момент по всему кораблю раздался звук, напоминающий вибрации продолжительного минорного аккорда далеко находящегося оркестра духовых инструментов.
    Извинившись, капитан встал, чтобы уйти, объяснив при этом, что он, должно быть, нужен по очень важному делу, так как все знают, что он у Его Высокопреподобия и не осмеливались бы обеспокоить слух Его Высокопреподобия из-за какого-нибудь пустяка.
   
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Sat, 24 Jan 2009 10:38:23 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 7 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/55-------------7.html
ГЛАВА 7. ОСОЗНАНИЕ ИСТИННОГО БЫТИЙНОГО ДОЛГА
    
    После того как капитан ушел, Вельзевул взглянул на своего внука и, заметив его необычное состояние, спросил заботливо и с некоторым беспокойством:
    - В чем дело, мой дорогой мальчик? О чем ты так глубоко задумался?
    Подняв на своего деда глаза, полные печали, Хусейн сказал задумчиво:
    - Я не знаю, что со мной, мой дорогой дедушка, но твоя беседа с капитаном корабля навела меня на некоторые чрезвычайно грустные мысли.
    Вещи, о которых я никогда прежде не думал, теперь думаются во мне.
    Благодаря вашей беседе, моему сознанию постепенно стало очень ясно, что во Вселенной ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ все было не всегда таким, каким я сейчас вижу и понимаю.
    Раньше, например, я никогда не предполагал, что во мне будут ассоциативно протекать такие мысли, как та, что этот корабль, на котором мы сейчас летим, не всегда был таким, каким он является в данный момент.
    Только теперь я стал очень ясно понимать, что все, что мы имеем в настоящее время, и все, чем мы пользуемся, - одним словом, все современные удобства и все, необходимое для нашего комфорта и благоденствия, - существовало не всегда и не так легко появилось.
    По-видимому, некоторые существа в прошлом трудились очень долгое время и очень много выстрадали для этого и претерпели очень много, чего им, может быть, даже и не было необходимости претерпевать.
    Они трудились и страдали только для того, чтобы мы могли теперь иметь все это и пользоваться этим для своего благоденствия.
    И все это они делали, сознательно или несознательно, именно для нас, то есть для существ им совершенно неизвестных и абсолютно безразличных.
    А теперь мы не только не благодарим их, но даже совсем ничего не знаем о них, считая все это в порядке вещей и не задумываемся над этим вопросом, и нас это совсем не тревожит.
    Я, например, существовал уже столько лет во Вселенной, однако мне даже в голову не приходила мысль, что, возможно, было время, когда все, что я вижу и имею, не существовало и что все не родилось со мной как мой нос.
    И вот, мой дорогой и добрый дедушка, теперь, когда благодаря твоему разговору с капитаном, я постепенно, всем своим присутствием, осознал все это, во мне возникла, наряду с этим, потребность объяснить своему разуму, почему я лично имею все удобства, которыми теперь пользуюсь, и чем я обязан за них.
    Именно из-за этого в настоящий момент во мне протекает «процесс угрызения совести».
    Сказав это, Хусейн повесил голову и умолк; а Вельзевул, с нежностью глядя на него, начал говорить следующее:
    - Я советую тебе, мой дорогой Хусейн, еще не задавать себе таких вопросов. Не будь нетерпеливым. Только тогда в твоем существовании наступит период, подходящий для того чтобы ты стал осознавать такие сущностные вопросы, и ты будешь активно размышлять о них, ты поймешь, что должен ты делать в качестве платы за это.
    Твой теперешний возраст еще не обязывает тебя платить за свое существование.
    Время теперешнего возраста дано тебе не для того, чтобы платить за свое существование, а чтобы подготовить себя к будущему, для обязанностей, подобающих ответственному трехмозговому существу.
    Поэтому существуй, как существуешь. Только не забывай одного, именно, в твоем возрасте обязательно нужно, чтобы каждый день при восходе солнца, наблюдая отражение его великолепия, ты устанавливал контакт между своим сознанием и различными подсознательными частями своего общего присутствия. Старайся продлить это состояние и убедить несознательные части - не так, как если бы они были сознательными, - что, если они будут мешать твоему общему функционированию, то в период твоего ответственного возраста они не только не смогут осуществить подобающее им добро, но твое общее присутствие, частью которого они являются, не сможет быть хорошим слугой нашего ОБЩЕГО БЕСКОНЕЧНОГО ТВОРЦА и поэтому даже не будет достойно платить за свое возникновение и существование.
    Я повторяю еще раз, мой дорогой мальчик, старайся пока не думать об этих вопросах, о которых в твоем возрасте еще рано думать.
    Все в свое время!
    Теперь проси меня рассказать тебе все, что хочешь, и я это сделаю.
    Поскольку капитан еще не вернулся, он, должно быть, еще занят там своими обязанностями и не очень скоро вернется.
   
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Sat, 24 Jan 2009 10:39:12 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 8 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/56-------------8.html
ГЛАВА 8. ДЕРЗКИЙ МАЛЬЧИШКА ХУСЕЙН, ВНУК ВЕЛЬЗЕВУЛА, ОСМЕЛИВАЕТСЯ НАЗВАТЬ ЛЮДЕЙ «СЛИЗНЯКАМИ»
    
    Хусейн тотчас же сел у ног Вельзевула и, ласкаясь, сказал:
    - Расскажи мне, что хочешь, мой дорогой дедушка. Что бы ты ни рассказал мне, будет для меня величайшей радостью хотя бы потому, что рассказываешь об этом именно ты.
    - Нет, - возразил Вельзевул, - ты сам спроси то, что интересует тебя больше всего. В настоящий момент мне доставит тебе большое удовольствие рассказать тебе именно о том, что ты особенно хочешь знать.
    - Дорогой и добрый дедушка, расскажи мне тогда что-нибудь о тех… как их?.. забыл… да, о тех «слизняках».
    - Что? О каких слизняках? - спросил Вельзевул, не поняв вопрос мальчика.
    - Разве ты не помнишь, дедушка, что недавно, когда ты говорил о трехмозговых существах, плодящихся на различных планетах той солнечной системы, где ты так долго существовал, ты упомянул, что на одной планете - я забыл, как ты назвал ее, - что на той планете обитают трехмозговые существа, в целом похожие на нас, но кожа которых более скользкая, чем наша.
    - А! - рассмеялся Вельзевул. - Ты, конечно же, спрашиваешь о тех существах, которые плодятся на планете Земля и называют себя «людьми».
    - Да, дедушка, да, как раз это. Расскажи мне об этих «существах-людях» немножко подробнее. Мне хотелось бы больше знать о них, - закончил Хусейн.
    Тогда Вельзевул сказал:
    - О них я мог бы рассказать тебе очень много, ибо часто посещал ту планету и существовал среди них долгое время и даже подружился со многими из тех земных трехмозговых существ.
    В самом деле, тебе будет очень интересно узнать больше об этих существах, ибо они весьма своеобразны.
    У них есть много, чего ты не увидишь ни у каких других существ любой другой планеты нашей Вселенной.
    Я знаю их очень хорошо, потому что их возникновение, дальнейшее развитие и существование на протяжении многих, многих веков, по их времяисчислению, происходило у меня на глазах.
    И не только их собственное возникновение происходило у меня на глазах, но даже завершение образования самой планеты, на которой они возникают и существуют.
    Когда мы впервые прибыли в ту солнечную систему и обосновались на планете Марс, на той планете Земля, которая еще не успела даже полностью остыть после своего сгущения, еще ничего не существовало.
    С самого начала эта планета была причиной многих серьезных неприятностей для ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ.
    Если хочешь, я расскажу тебе прежде всего о событиях общекосмического характера, связанных с этой планетой, которые были причиной упомянутых неприятностей ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ.
    - Да, мой дорогой дедушка, - сказал Хусейн, - расскажи мне сначала об этом. Это, несомненно, будет так же интересно, как и все, что ты рассказываешь.
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Sat, 24 Jan 2009 10:39:39 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 9 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/57-------------9.html
ГЛАВА 9. ПРИЧИНА ВОЗНИКНОВЕНИЯ ЛУНЫ 
    
    Вельзевул начал свой рассказ следующим образом:
    - Прибыв на планету Марс, куда были направлены существовать, мы начали постепенно обосновываться там.
    Мы еще были полностью поглощены суетой в связи с организацией всего внешне необходимого для более или менее сносного существования в той Природе, совершенно чуждой для нас, когда вдруг, в один из самых занятых дней, вся планета Марс сотряслась, а немного позже появилось такое «удушающее зловоние», что сначала показалось, будто все во Вселенной смешалось с чем-то, прямо скажем, «неописуемым».
    Только после того, как прошло значительное время и рассеялось упомянутое зловоние, мы пришли в себя и постепенно разобрались в том, что случилось.
    Мы поняли, что причиной этого ужасного явления была как раз эта самая планета Земля, которая время от времени проходила очень близко к нашей планете Марс и которую мы имели возможность ясно видеть, иногда даже без «тескуано».
    По причинам, которых мы еще не могли понять, эта планета, как обнаружилось, «взорвалась», и два осколка, отделившись от нее, улетели в пространство.
    Я уже говорил тебе, что эта солнечная система тогда еще формировалась и еще не полностью «слилась» с так называемой «Гармонией Взаимоподдержания Всех Космических Сгущений».
    Впоследствии выяснилось, что в соответствии с этой упомянутой «Общекосмической Гармонией Взаимоподдержания Всех Космических Сгущений» в этой системе должна была также функционировать комета с огромной так называемой «орбитой», еще существующая и именуемая кометой «Кондур».
    И вот эта-то комета, хотя она тогда уже была сгущена, лишь в первый раз осуществляла свой «полный путь».
    Как нам также позднее конфиденциально объяснили некоторые компетентные Священные Индивидуумы, линия пути упомянутой кометы должна была пересечь линию, на которой также лежал путь той планеты Земля; но в результате ошибочных расчетов некоего Священного Индивидуума, занимавшегося делами Миротворчества и Мироподдержания, время прохождения каждого из этих сгущений через точку пересечения линий их пути совпало, и вследствие этой ошибки планета Земля и комета «Кондур» столкнулись, и столкновение было таким сильным, что от этого удара, как я уже говорил тебе, от планеты Земля отломились два больших осколка и улетели в пространство.
    Этот удар повлек за собой эти серьезные последствия потому, что, по причине недавнего возникновения этой планеты, атмосфера, которая в таком случае могла бы послужить буфером, еще не успела полностью образоваться на ней.
    И, мой мальчик, ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ также немедленно сообщили об этом общекосмическом несчастье.
    В результате этого донесения, с Наисвятейшего Солнца Абсолюта на ту солнечную систему «Орс» была немедленно послана целая комиссия, состоящая из Ангелов и Архангелов, специалистов по работе Миротворчества и Мироподдержания, под руководством Величайшего Архангела Сакакия.
    Высочайшая комиссия прибыла на нашу планету Марс, так как она была ближе к планете Земля, и с этой нашей планеты начала свои расследования.
    Священные члены этой Высочайшей Комиссии сразу успокоили нас, сказав, что угроза возможной катастрофы большого космического масштаба уже миновала.
    И Архиинженер Архангел Алгематант был настолько добр, что объяснил нам лично, что, по всей вероятности, произошло следующее:
    - Оторвавшиеся осколки планеты Земля потеряли инерцию движения, которую они получили от удара, раньше, чем достигли границы той части пространства, которая является сферой этой планеты, и поэтому, в соответствии с «Законом Падения», эти осколки начали падать обратно по направлению к своей основной части.
    Но они больше не могли упасть на свою основную часть, потому что тем временем они подпали под космический закон, называемый «Законом Подхвата», и были полностью подчинены его влиянию, и поэтому теперь они будут описывать правильные эллиптические орбиты вокруг своей основной части, точно так же, как основная часть, именно, планета Земля, описывала и описывает свою орбиту вокруг своего солнца «Орс».
    И так будет продолжаться всегда, если какая-нибудь новая непредвиденная катастрофа большого масштаба так или иначе не изменит этого.
    Слава случаю… - закончил Его Всеразмерность, - гармоничное общесистемное движение не было уничтожено всем этим, и спокойное существование этой системы «Орс» было скоро восстановлено.
    - Но все же, мой мальчик, эта Высочайшая Комиссия, приняв в расчет все имеющиеся в наличие факты, а также все, что могло случиться в будущем, пришла к заключению, что, хотя осколки планеты Земля могут удерживаться пока в своем теперешнем положении, однако, учитывая некоторые так называемые «тастартунальные смещения», предполагаемые Комиссией, они могут в будущем сместиться со своих положений и вызвать множество непоправимых бедствий как в этой системе «Орс», так и в других соседних солнечных системах.
    Поэтому Высочайшая Комиссия решила принять некоторые меры, чтобы исключить возможность такого случая.
    И они решили, что наилучшей мерой в данном случае было бы, чтобы основная часть, именно планета Земля, постоянно посылала своим отделившимся осколкам, для их поддержания, священные вибрации «аскокина».
    Эта священная субстанция может образоваться на планетах, только когда оба основных космических закона, действующие на них, священный «Гептапарапаршинох» и священный «Триамазикамно» функционируют, что называется, «ильносопарно», то есть когда упомянутые священные космические законы в данном космическом сгущении преломляются самостоятельно - конечно, самостоятельно лишь в определенных пределах.
    Итак, мой мальчик, поскольку такая космическая реализация была возможна только с санкции ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ, Великий Архангел Сакакия, в сопровождении нескольких других священных членов этой Высочайшей Комиссии, немедленно отправился к ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ просить Его дать упомянутую санкцию.
    И в последствии, когда упомянутые Священные Индивидуумы получили санкцию ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ для реализации ильносопарного процесса также на этой планете и когда этот процесс был реализован под руководством того же Великого Архангела Сакакия, то с того времени на той планете также, как и на многих других, начало возникать «соответствующее», благодаря чему упомянутые отделившиеся осколки существуют до сих пор, не представляя угрозы крупномасштабной катастрофы.
    Из этих двух осколков больший был назван «Лундерперцо», а меньший «Анулиос», и обычно трехмозговые существа, которые впоследствии возникли и формировались также и на этой планете, сначала называли их этими именами, но существа более позднего времени называли их по-разному в разные периоды, и в самое последнее время больший осколок стал называться Луной, а название меньшего было постепенно забыто.
    Что касается существ, находящихся там теперь, то они не только не имеют для этого меньшего осколка никакого названия вообще, но даже и не подозревают о его существовании.
    Здесь интересно отметить, что существа одного погибшего впоследствии континента на той планете, называемого «Атлантидой», еще знали об этом втором осколке их планеты и тоже называли его «Анулиос», но существа последнего периода того же континента, - в которых результаты последствий свойств того органа, называемого «кундабуфер» (о котором теперь, по-видимому, я должен буду рассказать тебе и даже очень подробно), начали кристаллизоваться и становиться и становиться частью их общих присутствий, - называли его также «Кимеспай», что означало у них «не дающий спокойно спать».
    Современные трехмозговые существа этой своеобразной планеты не знают об этом прежнем осколке своей планеты главным образом потому, что его сравнительно маленькая величина и удаленность места его движения делают его совершенно невидимым для их зрения, а также потому, что никакая «бабушка» никогда не рассказывала им, что когда-то давным-давно был известен такой маленький спутник их планеты.
    И если бы кто-нибудь из них случайно увидел его через их хорошую, но все же детскую, игрушку, называемую телескопом, он не обратил бы на нее внимания, приняв его просто за большой каменный метеорит.
    Современные существа, может быть, никогда не увидят его, так как их природе стало присуще видеть только нереальное.
    Надо отдать им должное: за последние столетия они поистине самым артистичным образом сделали себя механичными и не видят ничего реального.
    Итак, мой мальчик, вследствие всего ранее сказанного, и на этой планете сперва возникли, как и следует, так называемые «подобия целого», или, как они также называются, «Микрокосмы», и далее из этих «Микрокосмов» была образована так называемая «одуристельновая» и «полормедехтная» растительность.
    Еще позже, как также обычно случается, из тех же «Микрокосмов» начали также группироваться различные формы так называемых «Тетартокосмосов» всех трехмозговых систем.
    И среди этих последних там тогда впервые возникли как раз те двуногие «Тетартокосмосы», которых ты недавно назвал «слизняками».
    О том, как и почему на планетах, во время перехода основных священных законов в «ильносопарные», возникают подобия целого, и о том, какие факторы способствуют образованию той или иной из этих так называемых «систем бытийного мозга», а также о всех законах Миротворчества и Мироподдержания вообще я объясню тебе особо в другой раз.
    А пока знай, что эти интересующие тебя трехмозговые существа, возникающие на планете Земля, вначале имели в себе те же возможности для совершенствования функций приобретения бытийного разума, какие имеют все другие формы «Тетартокосмосов», возникающие во Вселенной.
    Но потом, как раз в тот период, когда они также, как бывает и на других подобных планетах нашей великой Вселенной, постепенно начали одухотворяться так называемым «бытийным инстинктом», именно тогда, к несчастью для них, произошла беда, непредвиденная Свыше и крайне прискорбная для них.
   
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Sat, 24 Jan 2009 10:40:07 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 10 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/58-------------10.html
ГЛАВА 10. ПОЧЕМУ «ЛЮДИ» - НЕ ЛЮДИ 
    
    Вельзевул глубоко вздохнул и продолжал говорить:
    - После реализации на этой планете «ильносопарного» процесса прошел год по объективному времяисчислению.
    В течение этого времени на этой планете также были постепенно скоординированы соответствующие процессы, или инволюция и эволюция всего возникающего там.
    И, конечно, там начали постепенно кристаллизоваться в трехмозговых существах соответствующие данные для приобретения объективного разума.
    Короче говоря, и на этой планете все тогда уже начало происходить обычным нормальным порядком.
    И поэтому, мой мальчик, если бы Высочайшая Комиссия под верховным руководством того же Архангела Сакакия не поехала бы в конце года туда снова, может быть, все последующие недоразумения, связанные с трехмозговыми существами, возникающими на этой злосчастной планете, не произошли бы.
    Этот второй спуск Высочайшей Комиссии на ту планету объяснялся тем, что, несмотря на принятые ими меры, о которых я тебе рассказывал, в разумах большинства ее священных членов еще не кристаллизовалась полная уверенность, что в будущем не будет какого-нибудь нежелательного сюрприза, и они теперь пожелали проверить на месте результаты тех мер.
    Именно во время этого второго спуска Высочайшая Комиссия решила в любом случае, хотя бы только ради своего собственного успокоения, осуществить некоторые дальнейшие специальные меры, среди которых была также та мера, последствия которой не только постепенно превратились в ужасный кошмар для самих трехмозговых существ, возникающих на этой злосчастной планете, но и стали, так сказать, злокачественной язвой для всей великой Вселенной.
    Тебе следует знать, что ко времени этого второго спуска Высочайшей Комиссии в них уже постепенно зародился - что свойственно трехмозговым существам - так называемый «механический инстинкт».
    Священные члены этой Высочайшей Комиссии тогда рассудили, что, если упомянутый механический инстинкт у этих двуногих трехмозговых существ той планеты будет развиваться в направлении достижения объективного разума - как обычно происходило везде у трехмозговых существ, - тогда вполне может случиться, что они преждевременно поймут причину своего возникновения и существования и причинят массу неприятностей; может случиться, что, поняв причину своего возникновения, именно, что своим существованием они должны поддерживать отделившиеся осколки их планеты, и убедившись в этом своем подчинении совершенно чуждым им обстоятельствам, они не захотят продолжать свое существование и из принципа уничтожат себя.
    Поэтому, мой мальчик, учитывая это, Высочайшая Комиссия тогда решила, среди прочего, временно внедрить там в общие присутствия трехмозговых существ особый орган с таким свойством, чтобы, во-первых, они воспринимали реальность шиворот-навыворот и, во-вторых, чтобы каждое повторное впечатление извне кристаллизовало в них данные, которые порождали бы факторы, вызывающие в них ощущение «удовольствия» и «наслаждения».
    И тогда, действительно, с помощью Главного Общевселенского Архихимика физика Ангела Луисоса, который был также среди членов этой Высочайшей Комиссии, они особым образом вырастили там у трехмозговых существ, у основания их позвоночного столба, в основании их хвоста (который у них также в то время еще был, и более того, эта часть их общих присутствий еще имела свой нормальный внешний вид, выражающий, так сказать, «полноту своей внутренней значимости»), «нечто», способствовавшее возникновению и них упомянутых свойств.
    И это «нечто» они тогда впервые назвали «органом кундабуфер».
    Вырастив этот орган в присутствиях трехмозговых существ и удостоверившись, что он будет работать, Высочайшая Комиссия, состоящая из Священных Индивидуумов, возглавляемых Архангелом Сакакия, успокоенная и с чистой совестью возвратилась в центр; в то время как там, на поразившей твое воображение планете Земля, действие этого удивительного и чрезвычайно остроумного изобретения начало с первого дня развиваться и развивалось, как сказал бы мудрый мулла Наср-эддин, «подобно нарастающему звуку Иерихонской трубы».
    Так вот, чтобы у тебя было хотя бы приблизительное представление о последствиях свойств органа, придуманного и реализованного несравненным Ангелом Луисосом - да будет благословенно его имя во веки веков, - необходимо, чтобы ты знал о различных проявлениях трехмозговых существ той планеты не только в течение того периода, когда в их присутствиях существовал этот орган кундабуфер, но и во время более поздних периодов, когда, хотя этот удивительный орган и его свойства были в них уничтожены, все же, по многим причинам, последствия его свойств начали кристаллизоваться в их присутствиях.
    Но это я объясню тебе позднее.
    Пока ты должен принять к сведению, что был еще третий спуск той Высочайшей Комиссии на ту планету тремя годами позже по объективному времяисчислению, но этот раз под руководством Величайшего Архисерафима Севотартра, поскольку Величайший Архангел Сакакия тем временем сподобился стать Божественным Индивидуумом, каковым он является теперь, именно, одним из четырех Четвертьдержителей всей Вселенной.
    И во время именно этого третьего спуска туда, когда тщательным расследованием священных членов этой третьей Высочайшей Комиссии было выяснено, что для поддержания существования тех упомянутых отделившихся осколков больше не было необходимости продолжать осуществление намеренно принимаемых предупредительных мер, тогда, среди других мер, там был также уничтожен, с помощью того же Архихимика-физика Ангела Луисоса, в присутствиях трехмозговых существ упомянутый орган кундабуфер со всеми его удивительными свойствами.
    Но вернемся к начатому рассказу.
    Так вот, слушай. Когда наше замешательство, вызванное недавней катастрофой, которая представляла угрозу всей той солнечной системе, прошло, мы постепенно, после этого неожиданного перерыва, возобновили освоение нашего нового места на планете Марс.
    Мало-помалу мы все познакомились с местной Природой и приспособились к существующим условиям.
    Как я уже сказал, многие из нас окончательно обосновались на планете Марс; а другие на корабле «Случай», предоставленном существам нашего племени для межпланетного сообщения, или отправились или готовились отправиться существовать на другие планеты той же солнечной системы.
    Но я со своими родственниками и некоторыми приближенными остался существовать на той планете Марс.
    Да, я должен заметить, что ко времени, к которому относится мой рассказ, мой первый «тескуано» уже был установлен в обсерватории, которую я построил на планете Марс, и я тогда как раз полностью посвятил себя дальнейшей организации и усовершенствованию этой своей обсерватории для более детального наблюдения отдаленных сгущений нашей великой Вселенной и планет этой солнечной системы.
    Среди объектов моих наблюдений была тогда также эта планета Земля.
    Время шло.
    Процесс существования на этой планете также начал постепенно упрочиваться, и казалось, по всей видимости, что процесс существования происходил там точно так же, как и на других планетах.
    Но при внимательном наблюдении, во-первых, можно было ясно видеть, что количество этих трехмозговых существ постепенно увеличивается, и, во-вторых, иногда можно было наблюдать их очень странные проявления, то есть время от времени они делают то, что никогда не делают трехмозговые существа на других планетах, именно, они вдруг ни с того ни с сего начинают уничтожать существование друг друга.
    Иногда это уничтожение существования друг друга происходило там не в одной лишь области, а в нескольких и продолжалось не только один «дионоск», день, а много «дионосков», а иногда даже целые «орнакры», то есть, месяцы.
    Иногда было очень заметно также, что от этого их ужасного процесса их численность быстро уменьшалась; но, с другой стороны, во время других периодов, когда в этих процессах бывало затишье, их численность также очень заметно увеличивалась.
    К этой их особенности мы постепенно привыкли, объяснив себе, что, по-видимому, по некоторым высшим соображениям эти свойства также, должно быть, намеренно были приданы органу кундабуфер Высочайшей Комиссией; другими словами, видя плодовитость этих двуногих существ, мы полагали, что это было сделано из предусмотрительности, учитывая необходимость того, что они должны существовать в таких больших количествах для нужд поддержания Общекосмического Гармоничного Движения.
    Если бы не эта их странная особенность, то никому никогда бы не пришло в голову, что на этой планете что-то «не так».
    В течение периода, к которому относится сказанное раньше, я посетил большинство планет той солнечной системы как населенных, так и еще ненаселенных.
    Лично мне больше всех понравились трехмозговые существа, плодящиеся на планете, носящей название Сатурн, внешний вид которых совсем не похож на наш, а напоминает внешний вид существа-птицы ворона.
    Интересно, между прочим, отметить, что, по той или иной причине, тип существа-птицы ворона плодится не только почти на всех планетах этой солнечной системы, но и на большинстве тех других планет всей нашей великой Вселенной, на которых возникают и покрываются планетарными телами различных форм существа различных мозговых систем.
    Словесное общение этих существ, воронов, той планеты Сатурн несколько похоже на наше.
    Но что касается их произношения, то оно, по моему мнению, самое красивое из всех, какие я когда-либо слышал.
    Его можно сравнить с пением наших лучших певцов, когда всем своим существом они поют в минорном тоне.
    Что же касается их взаимоотношений с другими, их - не знаю даже, как описать - можно узнать только существуя среди них и испытав их на себе.
    Можно лишь сказать, что у этих существ-птиц сердца точно такие, как у ангелов, ближайших к ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ СОЗДАТЕЛЮ И ТВОРЦУ.
    Они существуют строго в соответствии с девятой заповедью нашего ТВОРЦА, именно: «Относись к принадлежащему другому, как относился бы к принадлежащему тебе».
    Позже я должен обязательно рассказать тебе гораздо подробнее также о трехмозговых существах, которые возникают и существуют на планете Сатурн, так как один из моих истинных друзей в течение всего периода моей ссылки в той солнечной системе был существом именно этой планеты, у которого было внешнее покрытие ворона и имя которого было «Хархарх».
   
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Sat, 24 Jan 2009 10:40:33 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 11 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/59-------------11.html
ГЛАВА 11. ПИКАНТНАЯ ЧЕРТА СВОЕОБРАЗНОЙ ПСИХЕИ СОВРЕМЕННОГО ЧЕЛОВЕКА
    
    - Теперь вернемся к тем трехмозговым существам, возникающим на планете Земля, которые больше всего заинтересовали тебя и которых ты назвал «слизняками».
    Сперва я хочу сказать, как я рад, что ты далеко от этих трехмозговых существ, которых ты назвал словом, столь «оскорбительным для их достоинства», и что они вряд ли когда-либо услышат об этом.
    Ты знаешь, бедняжка, маленький еще несознательный мальчик, что они сделали бы с тобой там, особенно современные существа, если бы услышали, как ты назвал их?
    Меня охватывает ужас при одной мысли о том, что они сделали бы с тобой, если бы ты был там и если бы они добрались до тебя.
    Во всяком случае, я советую тебе, чтобы при всяком начинании чего-нибудь нового ты всегда благословлял бы Судьбу и умолял бы ее, чтобы она всегда милостиво оберегала тебя и не дала существам планеты Земля когда-либо заподозрить, что ты, мой любимый и единственный внук, посмел назвать их «слизняками».
    Тебе следует знать, что во время моих наблюдений за ними с планеты Марс и в периоды моего существования среди них я изучал психею этих странных трехмозговых существ очень тщательно и поэтому уже очень хорошо знаю, что они сделали бы со всяким, кто посмел дать им такое прозвище.
    Конечно, ты назвал их так лишь по своей детской наивности; но трехмозговые существа той своеобразной планеты, особенно современные, не различают таких тонкостей.
    Кто назвал их, почему и при каких обстоятельствах - все равно. Их назвали словом, которое они считают оскорбительным, - и этого вполне достаточно.
    Разбираться в таких вещах, по мнению большинства из них, просто, как они выражаются, - «переливать из пустого в порожнее».
    Как бы то ни было, во всяком случае с твоей стороны было очень неосмотрительно назвать трехмозговые существа, плодящиеся на планете Земля, таким обидным именем; во-первых, потому, что ты заставил меня тревожиться за себя, и, во-вторых, потому что ты создал для себя угрозу в будущем.
    Положение таково: хотя, как я уже сказал, ты далеко и они не смогут добраться до тебя, чтобы лично наказать тебя, но все же, если им каким-то образом неожиданно случиться узнать, хоть из двадцатых рук, как ты оскорбил их, то ты тотчас же можешь быть уверен в их настоящем «проклятии», и размеры этого проклятия будут зависеть от интересов, которыми им случиться быть занятыми в данный момент.
    Может быть, стоит описать тебе, как существа Земли поступили бы, если бы им случилось узнать, что ты так оскорбил их. Это описание может послужить очень хорошим примером для пояснения странности психеи этих интересующих тебя трехмозговых существ.
    Рассерженные таким инцидентом, как нанесение им тобой оскорбления, если им в данный момент довольно «скучно» за отсутствием какого-нибудь другого столь же нелепого интереса, они устроили бы где-нибудь в заранее выбранном месте, с заранее приглашенными людьми, конечно, одетыми в специально предназначенные для таких случаев костюмы, так называемое «торжественное заседание».
    Прежде всего, для этого своего «торжественного заседания» они выбрали бы из своего числа так называемого «председателя» и только тогда продолжили бы свое «судебное разбирательство».
    Для начала они, как там говорят, «разобрали бы тебя по косточкам», и не только тебя, но и твоего отца, деда, и, может быть, даже весь род до Адама.
    Если бы они тогда решили - конечно, как всегда, большинством голосов, - что ты виновен, они вынесли бы тебе приговор в соответствии с указаниями свода законов, составленного на основе прежних таких же «кукольных представлений», устраивающихся существами, называемыми «древними».
    Но если бы случилось, что они большинством голосов не нашли абсолютно ничего криминального в твоем поступке - хотя у них это случается очень редко, - то все это их «судебное разбирательство», подробно изложенное на бумаге и подписанное всеми ими, было бы отправлено - ты думаешь, в корзину для ненужных бумаг? О, нет! - соответствующим специалистам; в такого рода случаях к так называемым «церковным властям», или в «Священный Синод», где повторилась бы та же самая процедура; только на этот раз тебя судили бы там «важные» существа.
    Только в самом конце этого поистине «переливания из пустого в порожнее» они пришли бы к главному, именно, что обвиняемый находится вне досягаемости.
    Но тут то и возникает главная опасность для твоей персоны, именно, что, когда они совершенно, без всякого сомнения будут уверены, что не могут добраться до тебя, они тогда единодушно решат, ни более, ни менее, как я уже сказал «проклясть» тебя.
    А ты знаешь, что это такое и как это делается?
    - Нет!
    - Тогда слушай и содрогайся.
    Самые «важные» существа отдадут распоряжение всем остальным существам, чтобы во всех их соответствующих учреждениях, таких, как так называемые «церкви», «часовни», «синагоги», «городские управы» и т. д., специальные должностные лица в определенных случаях с надлежащими церемониями мысленно желали тебе что-нибудь вроде следующего:
    Чтоб ты лишился своих рогов, и чтоб твои волосы преждевременно поседели, и чтоб пища в твоем желудке превратилась в гвозди для твоего гроба, и чтоб язык твоей будущей жены стал втрое длиннее, и чтоб всякий раз откушенный кусок твоего любимого пирога превращался в «мыло», и т. д. и т. п. в том же духе.
    Ты понимаешь теперь, каким опасностям ты подверг себя, когда назвал этих далеких трехмозговых уродцев «слизняками»?
    Закончив таким образом, Вельзевул с улыбкой посмотрел на своего любимца.
   
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Sat, 24 Jan 2009 10:41:13 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 12 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/60-------------12.html
ГЛАВА 12. ПЕРВЫЕ «РАСКАТЫ» 
    
    Немного позже Вельзевул начал говорить так:
    - Одна история, которую я только что вспомнил в связи с этими упомянутыми мной «проклятиями», может оказаться очень полезным материалом для того, чтобы начать понимать странность психеи трехмозговых существ этой поразившей твое воображение планеты; и кроме того эта история может тебя немного успокоить и позволить тебе надеяться, что, если эти своеобразные земные существа случайно узнают, как ты оскорбил их и «проклянут» тебя, то, может быть, все это, в конце концов, обернется для тебя не так уж скверно.
    История, которую я собираюсь рассказать тебе, произошла там у современных трехмозговых существ совсем недавно, и породили ее следующие события:
    В одном из больших сообществ там мирно жило обыкновенное существо, бывшее по профессии тем, что там называется «писатель».
    А надо сказать, что в давние времена еще можно было встретить существа этой профессии, которые еще сочиняли и писали что-нибудь действительно самостоятельно; но в эти более поздние эпохи «писатели» у существ там, особенно у современных, были такие, которые только переписывают из многих уже существующих книг всякие идеи и, подогнав их вместе, делают «новую книгу».
    И они предпочитают книги, которые дошли до них от их очень отдаленных предков.
    Нужно отметить, что книги, написанные там современными «писателями», являются, в общем и целом, главной причиной того, что разум всех остальных трехмозговых существ все больше и больше становится тем, что почтенный мулла Наср-эддин называет «глупостью».
    Так вот, мой мальчик:
    Современный писатель, о котором я начал говорить, был просто «писателем», как все остальные там, и ничем не примечателен сам по себе.
    Однажды, когда он закончил какую-то книгу, то начал думать, о чем ему писать дальше, и с этой целью решил поискать какую-нибудь новую «идею» в книгах, находящихся в его так называемой «библиотеке», каковую каждый писатель должен иметь.
    Когда он искал, ему в руки попала книга под названием «Евангелие».
    «Евангелие» это название, данное там книге, когда-то написанной некими лицами по имени Матфей, Марк, Лука и Иоанн об Иисусе Христе, Посланце от ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ на ту планету.
    Эта книга широко распространена там у тех трехмозговых существ, которые номинально существуют согласно указаниям этого Посланца.
    Когда эта книга случайно попала в руки того писателя, ему в голову пришла вдруг мысль: почему бы мне также не создать какое-нибудь «Евангелие»?
    Из расследований, которые мне пришлось проводить для совершенно других моих надобностей, выяснилось, что он тогда рассуждал следующим образом:
    «Чем я хуже этих древних варваров - Матфея, Марка, Луки и Иоаннушки?
    Во всяком случае я культурнее, чем были они; и я могу написать гораздо лучшее «Евангелие» для своих современников.
    А написать именно «Евангелие» решительно необходимо, так как современные люди, называемые «англичанами» и «американцами», имеют большую слабость к этой книге, а валютный курс их фунтов и долларов как раз сейчас «недурен"».
    Сказано - сделано.
    И с того дня он принялся «мудрствовать» над своим новым «Евангелием». Однако все дальнейшие события, связанные с этим его новым «Евангелием», начались, когда закончил его и сдал в типографию.
    В какое-нибудь другое время ничто, возможно, и не случилось бы, и это его новое «Евангелие» просто заняло бы там свое место в библиотеках библиоманов среди множества других книг, излагающих подобные же «истины».
    Но, к счастью или к несчастью для этого писателя, случилось так, что неким «власть имущим» существам того большого сообщества, в котором он существовал, не повезло в так называемые «рулетку» и «баккара» и поэтому они требовали так называемые «деньги» у обыкновенных существ их сообщества, вследствие чего, из-за этих непомерных требований денег, обыкновенные существа того сообщества пробудились, наконец, от своего обычного так называемого оцепенения и «зашевелились».
    Видя это, «власть имущие» существа, оставшиеся дома, встревожились и приняли соответствующие «меры».
    И среди этих принятых ими «мер» было также немедленное стирание с лица их планеты всего того из недавно появившегося на их родине, что могло бы помешать обыкновенным существам их сообщества снова впасть в спячку.
    И как раз в это время появился ранее упомянутое «Евангелие» этого писателя.
    В содержании этого нового «Евангелия» «власть имущие» существа тоже нашли кое-что, что также, по их мнению, могло помешать обыкновенным существам их сообщества снова впасть в спячку; и поэтому они решили как можно скорее «избавиться» и от самого писателя, и от его «Евангелия» - потому что теперь они вполне владели искусством «отделываться» от тех многих «выскочек», которые совались не в свое дело.
    Но по некоторым причинам они не могли обойтись с этим писателем таким образом, и тогда они забеспокоились, не зная, что им делать.
    Одни предлагали, что им следует просто запереть его там, где водится много «крыс» и «вшей»; другие предлагали отправить его в «Тимбукту» и т. д. и т. п.; но в конце концов они решили проклясть этого писателя вместе с его «Евангелием» публично и в точном соответствии со всеми правилами и при этом тем же самым «проклятием», которым, без сомнения, они прокляли бы и тебя, если бы узнали, как ты их оскорбил.
    Так вот, мой мальчик, странность психеи современных трехмозговых существ той своеобразной планеты в данном случае проявилась в том, что, когда этот писатель и его «Евангелие» были публично преданы этому «проклятию», последствием для него были, как опять-таки говорит почтенный мулла Наср-эддин, «сплошные розы».
    Произошло же следующее:
    Обыкновенные существа упомянутого сообщества, видя поднятый «власть имущими» существами вокруг этого писателя шум, очень заинтересовались им и жадно покупали и читали не только это его новое «Евангелие», но также все книги, которые он написал прежде.
    Вследствие чего, как обычно происходит у трехмозговых существ, плодящихся на этой своеобразной планете, все другие интересы существ упомянутого сообщества постепенно сошли на нет, и они говорили и думали только об этом писателе.
    И - что тоже случается - в то время как одни превозносили его до небес, другие осуждали его; и в результате этих дискуссий и разговоров число интересовавшихся им росло не только среди существ его собственного сообщества, но и среди существ других сообществ.
    И это произошло потому, что некоторые из «власть имущих» существ этого сообщества, обыкновенно с карманами, набитыми деньгами, еще продолжали, в свою очередь, посещать другие сообщества, где процветали «рулетка» и «баккара», и, ведя там свои разговоры об этом писателе, они постепенно заразили и существ других сообществ этим делом.
    Короче говоря, вследствие странности их психеи, там постепенно получалось так, что даже в настоящее время, когда уже давно забыто «Евангелие» этого писателя, он известен почти всюду как «превосходный писатель».
    Все, что он пишет теперь, они все покупают нарасхват и считают неоспоримой истиной.
    В настоящее время все относятся к его писаниям с таким же почтением, с каким древние калкиане там слушали предсказания своей священной «пифии».
    Здесь интересно отметить, что, если теперь спросить там какое-нибудь существо об этом писателе, оно будет знать его и, конечно, отзываться о нем как о необыкновенном существе.
    Но если затем спросить, что он написал, окажется, что большинство из них, если, конечно, они скажут правду, не прочитали ни одной из его книг.
    Все равно они говорят о нем, ведут дискуссии о нем и, конечно с пеной у рта, утверждают, что он был существом «необыкновенного ума» и феноменально хорошо знал психею существ, обитающих на планете «Земля».
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Sat, 24 Jan 2009 10:42:09 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку. Глава 13 http://fway.org/onlinelib/39-velsev/61-------------13.html
ГЛАВА 13. ПОЧЕМУ РАЗУМОМ ЧЕЛОВЕКА ФАНТАЗИЯ МОЖЕТ ВОСПРИНИМАТЬСЯ КАК РЕАЛЬНОСТЬ
    
    - Мой дорогой и добрый дедушка, будь добр, объясни мне, хотя бы только в общих чертах, почему там эти существа такие, что принимают «эфемерное» за реальное.
    На этот вопрос своего внука Вельзевул ответил так:
    - Трехмозговые существа планеты Земля приобрели эту особенность своей психеи лишь в более поздние периоды; и эта особенность возникла у них только потому, что их господствующая часть, сформировавшаяся у них как у всех трехмозговых существ, постепенно позволяла другим частям их общего присутствия воспринимать каждое новое впечатление не с так называемой «бытийной парткдолг-обязанностью», а просто лишь как такие впечатления вообще воспринимаются имеющимися у трехмозговых существ отдельными независимыми локализациями, существующими под названием бытийных центров, или, как я сказал бы на их языке, они верят всему, что каждый скажет, а не верят тому, что сами имели возможность осознать по здравом размышлении.
    Вообще всякое новое мнение кристаллизуется в присутствиях этих странных существ, только если Иванов отзывается о ком-нибудь или о чем-нибудь определенным образом; и тогда, если Петров говорит то же самое, слышащий совершенно убежден, что это именно так и никак не может быть иначе. Вследствие лишь этой особенности их психеи и того факта, что об упомянутом писателе много говорили указанным образом, большинство существ там в настоящее время совершенно убеждены, что он действительно очень большой психолог и обладает превосходным знанием психеи существ своей планеты.
    Но на самом деле - когда я был на той планете в последний раз и, услышав об упомянутом писателе, однажды сам пошел специально повидать его, по совсем другому делу - он оказался, по моему мнению, не только таким же, как все остальные современные писатели там, то есть крайне ограниченными и, как сказал бы наш дорогой мулла Наср-эддин, «неспособными видеть дальше своего носа», но и, по части знания реальной психеи существ его планеты в действительных условиях, его можно даже попросту назвать «совершенно безграмотным».
    Я повторяю, что история этого писателя - очень характерный пример, показывающий, до какой степени у трехмозговых существ, завладевших твоим воображением, особенно у современных, отсутствует сознание бытийной парткдолг-обязанности и как у них никогда не кристаллизуются (что вообще должно происходить у трехмозговых существ) их собственные бытийные убеждения, сформированные их собственными логическими рассуждениями, а кристаллизуются только те, которые зависят исключительно лишь от того, что говорят другие по данному вопросу.
    Именно только потому, что они не сознавали бытийной парткдолг-обязанности - а лишь такое осознание дает возможность существу видеть истинную реальность, - они видели в упомянутом писателе те или иные достоинства, которых там вовсе не было.
    Эта странная черта их общей психеи, именно, - удовлетворяться лишь тем, что говорит Иванов или Петров, не пытаясь узнать ничего больше, укоренилась в них уже давно, и теперь они больше совсем не стремятся узнать что-нибудь, что может быть постигнуто лишь их собственными активными размышлениями.
    Относительно всего этого нужно сказать, что в этом не повинны ни орган кундабуфер, который был у их предков, ни его последствия, которые, из-за ошибки со стороны некоторых Священных Индивидуумов, кристаллизовались у их предков и позже начали переходить по наследству из поколения в поколение.
    Но виноваты в этом они были сами, и именно потому что сами постепенно установили такие ненормальные условия обычного внешнего бытийного существования, которые постепенно сформировали в их общем присутствии как раз то, что теперь стало их внутренним «Злым Богом», называемым «Самоуспокоение».
    Но все это ты сам позже хорошо поймешь, когда я тебе сообщу, как уже обещал, больше сведений об этой планете, поразившей твое воображение.
    Во всяком случае, я очень советую тебе в будущем при разговоре о трехмозговых существах этой планеты стараться никоим образом не оскорбить их; иначе - как они также говорят там, «чем черт не шутит?» - они могут узнать о том, что ты их оскорбил, и, как они выражаются, «засадить тебя».
    И в данном случае невредно еще раз вспомнить одно из мудрых изречений нашего дорогого муллы Наср-эддина, который говорит:
    «Поистине, чего только не случается в этом мире! Блоха может проглотить слона».
    Вельзевул собирался сказать что-то еще, но в этот момент вошел служащий корабля и, подойдя, вручил ему «эфирограмму» на его имя.
    Когда Вельзевул кончил слушать содержание упомянутой «эфирограммы» и служащий корабля ушел, Хусейн опять обратился к Вельзевулу со следующими словами:
    - Дорогой дедушка, пожалуйста, рассказывай дальше о трехмозговых существах, возникающих и существующих на этой интересной планете, называемой Землей.
    Взглянув опять на своего внука с особенной улыбкой и сделав очень странный жест головой, Вельзевул продолжал говорить так:
]]>
Гурджиев Г.И. Все и вся. Рассказы Вельзевула. Sat, 24 Jan 2009 10:43:03 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Встречи с замечательными людьми. Описание, скачать книгу. http://fway.org/onlinelib/40-vstr/63-2009-01-28-17-42-34.html Книга Георгий Иванович Гурджиев Встречи с замечательными людьми.

 

Скачать книгу

Прочитать книгу.

]]>
Гурджиев Г.И. Встречи с замечательными людьми. Wed, 28 Jan 2009 17:40:57 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Встречи с замечательными людьми. Введение. http://fway.org/onlinelib/40-vstr/64-2009-01-28-17-45-19.html ВВЕДЕНИЕ
С тех пор как я закончил писать свою первую книгу, прошел один месяц - период,
который необходимо было посвятить отдыху. Как вы можете узнать из последней
главы этой книги, я дал себе слово, что за этот месяц не напишу ни одной строки.
Если я и обращался к литературному творчеству, то только для того, чтобы
произнести тост, восхваляющий отменные качества старого кальвадоса, который я
пью сейчас в винном подвальчике Шато дю Приер, напитка, изготовленного людьми,
знающими, в чем заключается истинный смысл жизни.
Ободренный истинным интересом, проявленным читателями к моей первой книге, я
решил вновь взяться за литературный труд. На этот раз я выбрал более доступную
форму повествования, которая поможет подготовить читателя к восприятию моих
идей.
Сознание современного человека, находящегося на любом уровне интеллектуального
развития, способно познавать окружающий мир только посредством восприятия
отдельных фактов, всякий раз случайно или намеренно искаженных, что создает в
нем ложное представление об окружающей действительности. Постепенно дисгармония,
вызванная потоком избыточной и искаженной информации, приводит к плачевным
результатам, которых избежали те, кто смог изолировать свое сознание от этих
вредных влияний. Доказательством вреда, причиняемого влиянием современной
цивилизации, является уменьшающаяся с каждым десятилетием продолжительность
жизни.
Во второй книге я намереваюсь познакомить читателя с семью заповедями, которые
мне посчастливилось найти и расшифровать во время моих многочисленных
экспедиций. В них наши далекие предки сформулировали познанную ими объективную
истину, которую способно оценить даже сознание нашего современника. Я начну с
одной расшифрованной мной надписи, которая послужит отправным пунктом для моего
повествования и одновременно звеном, соединяющим последнюю главу предыдущей
книги с первой главой нынешней.
Эта древняя мудрость гласит:
Только тот достоин звания человека, кто сумел сохранить всех овец, доверенных
его попечению, и при этом не погубил волков.
Конечно, понятие "волки" и "овцы" не следует воспринимать буквально, они здесь
символизируют разум и чувства. Древние считали достойным того человека, который
был способен создать условия для "мирного" сосуществования этих двух разнородных
и враждующих составляющих человеческой личности.
Интересно отметить, что среди множества пословиц, загадок и притч, существующих
у азиатских племен, есть одна загадка, в которой фигурируют волк и коза и
которая дополняет уже процитированную пословицу.
Перед нами ставится задача: как перевезти через реку волка, козу и капусту если
в лодку можно посадить только одного "пассажира", и при этом необходимо
учитывать, что волка не следует оставлять "в обществе" козы, а козу "в обществе"
капусты, иначе последствия будут плачевными.
Чтобы найти правильное решение этой задачи, одной сообразительности мало,
необходимо также быть деятельным человеком, ведь придется лишний раз пересечь
реку.
Заканчивая вчера в парке перечитывать эту, как я назвал ее, "разминку для ума",
я не заметил, как вечер сменился ночью, и знаменитый холодный туман Фонтенбло
начал пробираться в каждую складочку моей одежды, а сизые обитатели горных
высей, называемые птицами, все чаще и чаще оставляли следы своей
жизнедеятельности на моем голом как колено черепе. Раздосадованный таким
бесцеремонным поведением божьих тварей, я решил последовать их примеру и также,
пренебрегая мнением авторитетов, вставить эту главу в новую книгу, а там будь
что будет.
Здесь я описал свои не особенно лестные впечатления от общения с современными
литераторами и, что еще хуже, с современной литературой. В связи с этим я хотел
бы вставить в эту главу отрывок из выступления одного почтенного персидского
писателя, который произвел на меня неизгладимое впечатление. Я тогда еще совсем
молодым человеком приехал в Персию, и мне довелось присутствовать на собрании
местной интеллигенции, на котором обсуждалось состояние современной литературы.
Один из выступавших был немолодым интеллигентным персидским писателем,
интеллигентным не в европейском, а в азиатском смысле слова, то есть не только
очень образованным, но и гармонически развитым человеком.
Среди прочего он сказал: "Как жаль, что современный период, который называют
европейской цивилизацией, оказался таким бесплодным, неспособным передать нашим
потомкам ничего полезного".
Современные писатели, вместо того чтобы стараться выразить свои идеи как можно
яснее, все внимание уделяют тому, что называется "красотой стиля".
И в самом деле, вы можете потратить целый день на чтение "толстой" книги и все
же теряться в догадках, что же хотел сказать автор. И только потратив еще день
или два и дочитав ее до конца, обнаружить, что идея не стоила и выеденного яйца,
что вся интрига закручена вокруг того, любит ли Смит Мэри, а Мэри Смита.
Это касается как художественной, так и научной литературы.
Научные труды, как правило, содержат набор старых гипотез, перетасованных каждый
раз по-новому.
В романах главным образом описываются высокие чувства, которые уже выродились в
народе, или же они посвящены описанию всевозможных грехов, в которых находят
себе выход не получившие удовлетворения естественные человеческие чувства.
Есть еще одна категория книг, содержащая, как правило, описания разнообразных
путешествий и приключений, а также флоры и фауны разных стран и континентов.
Произведения такого рода пишутся людьми, которые выходили за порог своего дома
только для того, чтобы купить сигареты, и вымучивают эти жалкие истории, истязая
свое донельзя жалкое воображение. Зачастую они просто слизывают целые куски из
других книг, компонуя их различным образом.
Не обладая и малейшим пониманием ответственности писателя, эти "творцы",
стремясь к красоте стиля, уничтожают последние остатки смысла, содержащегося в
их произведениях.
Как ни странно вам это покажется, но я обвиняю в том вреде, который причинила
человечеству литература, не что иное, как современную грамматику. Ее я считаю
одним из самых страшных орудий "заговора" современной цивилизации, направленного
против общества.
Современная грамматика большинства языков построена искусственно, в то время как
прежде грамматика формировалась самой жизнью в зависимости от уровня развития
данного народа, климатических условий, преобладающих способов добывания пищи.
Современная же грамматика мешает писателю точно выразить свои мысли, таким
образом читатель, особенно иностранный, лишается последней возможности уловить
смысл сказанного.
Чтобы пояснить свою мысль, приведу в качестве примера один эпизод, свидетелем
которого мне довелось быть.
Как вы знаете, у меня есть только один близкий родственник, это мой племянник по
линии отца, который несколько лет тому назад унаследовал нефтяное месторождение,
расположенное недалеко от Баку, и был вынужден поселиться там.
Так как мой племянник не мог покидать Баку из-за необходимости контролировать
свой бизнес, я иногда навещал его.
Район, где располагалось это месторождение, теперь принадлежит России, стране,
обладающей богатой современной литературой.
В городе Баку и его окрестностях жили люди разных национальностей, которые в
своих семьях говорили на родном языке, а в межнациональном общении вынуждены
были использовать русский язык.
Во время моих приездов в Баку я общался с представителями разных народов, и
поэтому решил выучить русский язык.
К тому времени я уже владел многими иностранными языками, и эта задача не
казалась мне особенно сложной. Через некоторое время я смог говорить на русском
довольно бегло, но, конечно, подобно местным жителям, с сильным акцентом.
Как человек, получивший филологическое образование, хочу отметить, что, даже
отлично владея иностранным языком, невозможно думать на нем, если продолжать
говорить и думать на своем родном.
И, следовательно, заговорив на русском языке, я все же продолжал думать на
персидском, постоянно подыскивая своим "персидским" мыслям эквиваленты в русском
языке.
При переводе определенной мысли с персидского языка на русский иногда возникали
почти необъяснимые трудности, и я стал задумываться над тем, почему иногда так
трудно передать совсем простую мысль словами чужой речи.
Заинтересовавшись этой проблемой и имея массу свободного времени, я начал
изучать грамматику русского языка и некоторых других современных языков и вскоре
понял, что трудности при переводе мысли с одного языка на другой заключаются в
искусственных грамматических правилах построения речи. Так у меня сформировалось
твердое убеждение в том, что правила грамматики многих языков составлялись
людьми, стоящими на более высокой ступени интеллектуального развития, чем
основная масса населения.
В качестве подтверждения этой мысли укажу на затруднение, которое возникло у
меня на начальных этапах изучения русского языка и которое заставило меня более
детально изучить этот вопрос.
Однажды, когда я, как обычно, занимаясь изучением русского языка, пытался
сформулировать на нем свои мысли, родившиеся в моем сознании на родном
персидском языке, я захотел использовать выражение, которое мы, персы, часто
употребляем в разговорной речи - "myan-diaram", которое на французском языке
означает "je dis", а на английский переводится фразой "I say". Пытаясь подобрать
соответствующее выражение в русском языке, я долго напрягал свою память, но,
несмотря на свое достаточно хорошее владение языком, не нашел необходимого
эквивалента. Ни одно из выражений, употребляемых как среди простого народа, так
и в среде интеллектуальной элиты, не подходило.
Потерпев фиаско, я сперва предположил, что не обладаю достаточным запасом
русских слов и выражений, и обратился к своим многочисленным словарям, а также
проконсультировался у тех людей, которые считались признанными авторитетами в
этой области. Однако оказалось, что в современном русском языке не существует
выражения, эквивалентного персидскому "myan-diaram", вместо него употребляется
выражение "я говорю", которое соответствует в персидском языке "myan-soil-
yaran", во французском "Je parle" и в английском "I speak".
Так как другие представители персидского народа имеют общую со мной систему
восприятия образов, могут ли они принять такую неравноценную замену без
внутреннего сопротивления? Конечно, нет. Ведь, "soil-yaran" и "diaram" или
"speak" и "say" - это глаголы, обозначающие различные действия.
Вот один из тысячи возможных примеров, иллюстрирующих трудности, которые
возникают при переводе мысли на язык иных культур, находящихся по общему
признанию в периоде расцвета.
Вследствие отсутствия эквивалентов слов и выражений, наблюдаемого в современных
литературных языках, представители тех цивилизаций, в которых слова имеют только
буквальный смысл, слыша или читая слова и выражения, употребляемые в переносном
смысле, воспримут мысль автора в искаженном виде.
При этом слова и выражения, обозначающие широкий круг понятий, относящихся к
жизни и деятельности простых людей, имеют точные эквиваленты в большинстве
языков.
Пример отсутствия в русском языке выражения, точно соответствующего персидскому
варианту, который я привел выше, служит подтверждением моего вывода, на первый
взгляд поверхностного, что любой самый искусный перевод с одного языка на другой
является всего лишь эрзацем - неким искусственным подобием оригинала.
Должен сказать, что, начав изучать грамматику русского языка, а также и других
современных языков, с целью установить причину отсутствия эквивалентных
выражений, я решил, что одних только филологических знаний для этого
недостаточно, и стал знакомиться с историей происхождения и развития русского
языка.
И мои изыскания подтвердили, что прежде этот язык содержал слова,
соответствующие конкретным понятиям из области практической деятельности. Но с
течением времени, достигнув определенной ступени развития, он стал объектом
экспериментов бесчисленных псевдолитературных выскочек, так что смысл многих
слов и выражений оказался искаженным, или они были даже совсем выведены из
употребления только потому, что они не соответствовали требованиям,
предъявляемым к "культурной" речи. Среди них оказалось и слово, которое я долго
не мог отыскать, соответствующее персидскому понятию "diaram" и в те времена
звучавшее так: "сказываю".
Интересно отметить, что это слово сохранилось и до настоящего времени, но
употребляется в прежнем, буквальном значении только людьми, хотя и являющимися
представителями русской нации, но живущими в районах, удаленных от культурных
центров страны и, таким образом, изолированных от влияния современной
цивилизации.
Искусственно созданные языковые конструкции, которые молодое поколение вынуждено
усваивать, являются, по моему мнению, одной из основных причин того, что среди
современных европейских народов развивается и нормально функционирует только
один из трех принципов, необходимых для формирования здорового сознания, а
именно мышление. Но без определения и сознания собственных чувств и инстинктов,
что очевидно для каждого здравомыслящего человека, не может быть сформирована
полноценная личность.
Подводя итог всему ранее сказанному о современной литературе, точнее всего могу
описать ее словами: "Она не имеет души".
Современная цивилизация убила душу литературы, как и всего того, к чему она
прикоснулась.
Я имею более чем достаточно оснований для такой беспощадной критической оценки
современной цивилизации, тогда как дошедшие до наших дней памятники античной
литературы свидетельствуют о том, что нам есть что позаимствовать из нее, что
она способна помочь формированию полноценной, гармонично развитой личности и
должна передаваться из поколения в поколение.
Я пришел к выводу что мудрость древних народов, квинтэссенция их идей,
увековеченных в форме кратких и доступных изречений, может быть очень полезна их
потомкам.
Чтобы показать различия между литературой прежних времен и современной, я хочу
напомнить старый анекдот про двух воробьев.
Однажды под стрехой сидели два воробья, старый и молодой. Они обсуждали событие,
которое стало "сенсацией дня" и заключалось в том, что служанка муллы выбросила
из окна на улицу, где собирались стаи воробьев, нечто, на первый взгляд похожее
на кусок засохшей каши, но которое оказалось всего лишь старой мочалкой.
Некоторые из молодых неопытных воробьишек бросились на нее.
Обсуждая этот случай, старый воробей внезапно весь нахохлился и с недовольной
гримасой стал искать под крылом блох, которые его постоянно донимали. Поймав
одну, он сказал с глубокомысленным видом: "Не те нынче времена. Сидим, бывало,
под стрехой, дремлем. А тут вдруг внизу шум, гром. Запах такой, что слюнки
текут. Душа радуется в предчувствии того, как мы слетим вниз и устроим
грандиозный пир. А что сейчас? Шума достаточно, и вонь такая, что вытерпеть
невозможно. А в результате несколько пятен масла на мостовой".
В этой беседе, как вы уже наверное поняли, речь идет о конных экипажах.
Последние, производя гораздо больше шума и неприятного запаха, вполне бесполезны
в смысле обеспечения воробьев питанием. А без пищи и воробью несладко.
Этот анекдот является отличной иллюстрацией к моему утверждению о различии между
современной и ушедшей цивилизациями.
Литература должна служить совершенствованию человечества, но в настоящее время
не может выполнять эту функцию, так как она слишком поверхностна. Как в анекдоте
о старом воробье, шуме, суете и плохом запахе.
Любой человек, отбросив предубеждения, может заметить различия в степени
развития чувств между людьми, родившимися и проведшими всю свою жизнь в Азии, и
коренными европейцами.
В самом деле, многие отмечают, что у современных жителей Азии, которые
существовали изолированно от современной цивилизации, чувства развиты гораздо
сильнее, чем у европейцев. А так как чувства - это основа при формировании
гармоничной личности, то азиаты, имея, как правило, меньше фундаментальных
знаний, тем не менее имеют более верные представления об окружающем мире и самих
себе, чем те, кто считает себя сливками современного цивилизованного общества.
Европейское образование заключается в осмыслении объекта наблюдения, в то время
как азиаты получают информацию с помощью чувств или даже инстинктов.
Жители азиатских стран первое время проявляли заинтересованность европейской
литературой, но, осознав ее весьма поверхностный характер, потеряли значительную
часть этого интереса и в настоящее время едва ли ее читают.
В их прохладном отношении к литературе Европы главную роль, по-моему, сыграл
такой литературный жанр, как роман.
Большинство популярных европейских романов посвящено нарушению гармонии в
отношениях между людьми, произошедшей вследствие их слабости и безволия и
описанной со всякими стилевыми ухищрениями. Азиаты, которые все еще недалеко
ушли от Матери Природы, считают такое состояние взаимоотношений как для мужчин,
так и для женщин ущербным и недостойным, и особенно недостойным для мужской
половины человечества, и инстинктивно презирают таких людей.
Что касается других жанров, таких, как научные статьи, очерки и другие формы
познавательной литературы, жители азиатских стран, стоя ближе к природе,
подсознательно чувствуют полное отсутствие подлинного понимания автором того, о
чем он пишет, вследствие недостатка знаний.
И вот в то время как азиаты практически полностью игнорируют современную
литературу, полки книжных магазинов Европы ломятся от новинок.
Конечно, может возникнуть резонный вопрос, как согласовать мое утверждение с тем
фактом, что подавляющее большинство жителей Азии неграмотны.
На это я отвечу, что все же действительная причина отсутствия интереса азиатов к
современной европейской литературе заключается в присущих ей недостатках. Я сам
неоднократно был свидетелем того, как сотни неграмотных людей собирались вокруг
человека, умеющего читать, чтобы слушать Священное Писание или сказки Шехерезады
"Тысяча и одна ночь".
Конечно, вы можете возразить мне, отметив, что события, описанные в этих
произведениях, особенно в сказках, взяты из их жизни, и поэтому понятны и
интересны слушателям. Но секрет в том, что эти тексты, особенно в "Тысяча и
одной ночи" являются литературой в полном смысле слова. Все читатели и слушатели
понимают, что все, описанное в этих книгах, придумано автором, но эти выдумки
очень правдоподобны, даже те эпизоды, которые не могли бы произойти в реальной
жизни. Читательский интерес рождается вследствие тонкого проникновения автора в
психологию своих персонажей и поддерживается развитием действия,
концентрирующегося вокруг событий, происходящих в реальной жизни.
Потребности современной цивилизации породили новый, совершенно специфический вид
литературы - журналистику.
Я не могу обойти молчанием этот факт, так как, по моему мнению, журналистика не
привносит ничего, способствующего развитию полноценного, гармоничного сознания,
и, оказывая разрушительное влияние на взаимоотношения людей, является одним из
главных зол в жизни современных людей.
Этот род литературы получил такое распространение в наши дни, что становится
фактором, все более и более увеличивающим безволие и ущербность современных
людей. Развивающаяся атрофия воли и пассивность лишают людей доступного им
прежде самоосознания, они перестают понимать самих себя, что не позволяет им
идти по пути самосовершенствования.
С другой стороны, это ежедневное легковесное чтиво так изменяет образ мышления,
что лишает их даже приобретенного ранее самоосознания и гармонии. Таким образом,
исчезают условия, дававшие прежде людям возможность сделать жизнь более или
менее гармоничной, хотя бы только в области их взаимоотношений.
К несчастью, газеты и журналы, издаваясь все более частыми и большими тиражами,
ослабляют способность человека мыслить независимо и принимать самостоятельные
решения, уменьшают сопротивление всем видам обмана и заблуждений, дезориентируют
его сознание, стимулируя в людях развитие всяческих отрицательных свойств,
таких, как зависть, подозрительность, лицемерие, гордыня и тому подобное.
Чтобы обосновать свое непоколебимое убеждение во вреде, приносимом человечеству
периодической печатью, расскажу о нескольких историях, реальность которых я могу
подтвердить, так как сам по воле случая принимал в них участие.
У меня был довольно близкий друг, американец, проживавший в Тегеране, который
незадолго до смерти сделал меня своим душеприказчиком.
У него был сын, уже немолодой человек, который получал доходы от бизнеса, жил со
своей многочисленной семьей в одном из крупных европейских городов.
Однажды вечером после ужина он и его домочадцы почувствовали себя плохо и к утру
умерли все до одного. Будучи душеприказчиком семьи, я был вынужден приехать
туда, где произошло это страшное событие.
Там я узнал, что незадолго до трагедии отец того несчастного семейства в течение
нескольких дней постоянно читал газеты. В нескольких из этих изданий он прочел
объявления об открытии магазина, где продавались колбасы, производимые, как
утверждалось, из особо качественного сырья по специальной технологии.
В конце концов под воздействием этой настойчивой рекламы он пошел в этот магазин
и накупил колбасы, хотя ни он, ни его семейство прежде не увлекались колбасными
изделиями, так как они все выросли в Армении, где колбас не едят. Отведав этой
колбасы на ужин, все они получили тяжелое отравление, от которого и скончались.
Это экстраординарное событие разбудило мои подозрения, и, чтобы пролить на него
свет, я воспользовался услугами частного детектива.
Мне удалось узнать следующее. Одна крупная фирма приобрела по низкой цене
огромную партию колбасных изделий, первоначально предназначавшуюся для отправки
в другую страну, но отвергнутую из-за задержки при погрузке. Чтобы избавиться от
всей партии колбас как можно быстрее, эта фирма не поскупилась на вознаграждение
журналистам, которым она доверила эту рекламную кампанию.
А вот  другая история.
Во время моего очередного посещения Баку я увлекся от нечего делать чтением
газет, получаемых моим племянником. Меня заинтересовали огромные статьи сразу в
нескольких газетах, посвященные одной известной актрисе.
О ней писали так много и в таких выражениях, что даже я, пожилой человек, под
впечатлением прочитанного отложил в сторону все запланированные дела и. нарушив
привычный распорядок дня, отправился в театр.
И что вы думаете я там увидел? Нечто, соответствующее тому, о чем писали в
газетах? Ничего подобного.
На своем веку я повидал немало актрис такого жанра, плохих и хороших, и без
преувеличения могу считаться авторитетом в этой области. Но даже не принимая во
внимание мой изысканный вкус, с точки зрения обычного человека, я должен
признать, что за всю свою жизнь я не видел ничего более бездарного и скучного.
Эта женщина не имела ни малейшего представления об актерском искусстве.
Она произвела на меня такое плохое впечатление. что даже если бы во мне
проснулся альтруист, я не предложил бы ей и роли своей кухарки.
Как я узнал позже, один из нефтепромышленников заплатил журналистам кругленькую
сумму, пообещав удвоить ее, если они обеспечат аншлаг на выступлениях его
любовницы, которая до недавнего времени служила горничной у одного русского
инженера.
И еще один случай. В одной очень популярной немецкой газете я время от времени
встречал статьи, до небес превозносившие одного художника, и благодаря этому у
меня сложилось мнение что живописец обладает феноменальным талантом.
Мой племянник, только что купивший большой дом в Баку, решил, готовясь к своей
свадьбе, оформить его как можно богаче. Так как в течение года на его нефтяных
участках дважды произошли выбросы нефти, увеличившие ее добычу, то я посоветовал
своему племяннику потратить эти деньги с толком. оплатив услуги этого
прекрасного художника, о котором я слышал столько хорошего, а также купить
несколько фресок, которые должны были украсить стены дома.
Такие затраты не только улучшат репутацию владельца дома, но и сделают его
наследников в будущем обладателями прекрасных фресок и других работ кисти
знаменитого мастера.
И племянник последовал моему совету Он даже нанес личный визит этой европейской
знаменитости, чтобы сделать свое предложение. Вскоре художник прибыл, прихватив
с собой целый вагон ассистентов и маляров и, как мне показалось, даже личный
гарем, конечно, в европейском понимании слова, и без особой спешки приступил к
работе.
Результатом трудов этой знаменитости было то, что день свадьбы пришлось
перенести, чтобы привести дом в исходное состояние.
Чтобы отдать должное журналистам, отмечу, что в данном случае они восхваляли
этого весьма посредственного художника почти бескорыстно, ведь надо же им было о
чем-то писать, создавать сенсации, пусть даже делая из мухи слона.
И в качестве последнего примера я хочу привести историю одного недоразумения,
которое характеризует состояние современной литературы.
Однажды я познакомился с парой юных европейцев, которые любили путешествовать.
Оказалось, что мой юный друг увлечен решением одной интересной задачи. Во всех
странах, в которых ему удалось побывать, он собирал и анализировал информацию о
влиянии никотина, содержащегося в разных видах табачных изделий, на организм и
психику человека.
Собрав достаточное количество необходимых ему данных по интересующей его
проблеме во многих странах Азии, он вместе со своей женой вернулся в Европу, где
начал писать книгу, содержащую результаты его исследований. Но так как его юная
беспечная жена, не имевшая ни малейшего понятия об экономии, потратила во время
путешествий все имевшиеся у них деньги, она была вынуждена пойти работать
машинисткой в одно крупное издательство.
В офис, где она теперь работала, часто заходил один писатель, который, увидев
молодую очаровательную женщину, влюбился и попытался соблазнить ее. Но эта юная
особа, верная своему долгу, отвергла его домогательства. И вот в то время, когда
молодая женщина торжествовала, одержав моральную победу, неудачный воздыхатель с
помощью всевозможных интриг добился ее увольнения. Моральный уровень этого
человека вполне допускал возможность такого рода мести за отказ удовлетворить
его страсть.
К тому времени мой юный друг опубликовал свою книгу и, пылая ненавистью к
человеку, оскорбившему его жену, стал писать критические статьи на книги этого
писателя, разнося их в пух и прах. И он добился своего - спрос на книги автора
значительно упал.
Я знавал одного музыкального критика, который ни разу в своей жизни не
прикасался ни к одному музыкальному инструменту и даже не знал нот. Он не мог
отличить "до" от "ре", но благодаря существующему положению вещей занял
ответственный пост музыкального критика и таким образом стал авторитетом для
читателей солидной и популярной газеты, формирующим музыкальные вкусы тысяч
людей.
Читатели иногда не знают мотивов и истинных взглядов автора статьи, не знают
всех закулисных интриг и выгод, которые можно извлечь, используя средства
массовой информации в корыстных целях.
Дожив до преклонного возраста, я могу утверждать. и любой здравомыслящий человек
согласится со мной, что нелепо вырабатывать свою систему ценностей и формировать
вкусы, основываясь на той "информации", которую мы получаем из средств массовой
информации.
Звезды современной культуры, имея очень низкий уровень морали и интеллекта,
подобно детям, играющим с огнем, сами не способны оценить отрицательные
последствия влияния средств массовой информации на массовое сознание.
Изучая античную историю, я пришел к выводу, что носители древней культуры
никогда не позволяли себе того, что является нормой в настоящее время.
Мои выводы основаны на достоверных источниках, дошедших до нас из тех времен,
когда наша страна являлась одной из крупнейших держав мира и Вавилон,
принадлежавший нашему народу, был единственным культурным центром той эпохи.
Опираясь на исторические факты, мы можем утверждать, что "пресса" существовала и
в те времена, конечно, в гораздо более скромных объемах.
Но в античном мире это ответственное дело доверялось только самым просвещенным и
достойным людям, заслужившим эту честь всей своей честной жизнью и благими
делами.
Прежде чем быть допущенными на эти должности, люди приносили присягу служить на
благо своему народу
Теперь же любой мальчишка может быть журналистом, если у него хорошо подвешен
язык и он обладает элементарной грамотностью.
Я познакомился с подобным типом людей довольно близко и еще более утвердился в
своем мнении о них, когда в течение трех-четырех месяцев ежедневно посещал
собрания молодых бакинских журналистов.
Это произошло при следующих обстоятельствах.
Однажды, в очередной раз посетив Баку с намерением провести там всю зиму у
своего племянника, я стал там свидетелем того, как несколько молодых людей
пришли к нему, чтобы просить разрешения проводить на первом этаже его дома, где
сперва предполагалось устроить ресторан, собрания "Общества литераторов". Мой
племянник дал им согласие, и начиная со следующего дня эти молодые люди стали
собираться у нас. главным образом по вечерам.
Так как посторонним лицам не запрещалось посещать их собрания, я часто заходил к
ним, будучи почти свободным по вечерам. Моя комната располагалась рядом с местом
их встреч, и это способствовало завязыванию довольно близких приятельских
отношений.
Большинство из них были еще совсем юные создания, слабые и изнеженные на вид.
Лица некоторых явно свидетельствовали о том, что их родители злоупотребляли
спиртными напитками или обладали другими пагубными привычками.
Хотя Баку был всего лишь небольшим городком в сравнении со многими европейскими
городами и хотя люди, собравшиеся в нашем доме, были только мелкими сошками, я
все же позволю себе сделать некоторые обобщения, касающиеся их коллег,
работающих где бы то ни было. Путешествуя по Европе и тесно общаясь со многими
представителями этой профессии, я все более и более утверждался в своем мнении о
них. Они походили друг на друга как горошины одного стручка.
Единственное различие между ними состояло в том, насколько высоко они задирали
нос, а это зависело исключительно от того, сотрудниками какого издательства они
подвизаются, насколько велик тираж газеты или журнала, предоставляющего свои
страницы для их беспомощных опусов. Известность и степень материального
процветания фирмы, владеющей этим изданием и, следовательно, его сотрудниками, и
определяет степень их самомнения.
Многие из них почему-то считаются поэтами. В наши времена, если кто-то напишет
несколько строчек революционной чепухи, вроде этой:
Зеленые розы,
Красные мимозы
Дивной красоты,
Как мои мечты
и т. п., он сразу же награждается званием поэта такими же, как он,
бумагомарателями, а иные из них даже заказывают визитные карточки, где их
обладатель именуется поэтом.
Среди современных литераторов принято превозносить друг друга при каждом удобном
случае.
Мне кажется, что это одна из главных причин того, что сфера влияния этих
фальшивых авторитетов очень быстро распространяется и толпа раболепно
поклоняется и безудержно льстит этим ничтожествам, чем их и считает всякий
здравомыслящий человек.
На собраниях литераторов в Баку. о которых я рассказал, один из этих людей встал
на возвышение и начал читать стихи, подобные тем, которые я только что
процитировал, дальше рассказал о том, что говорил министр на одном из банкетов,
будучи навеселе, и все в том же роде. Закончил же выступающий следующими
словами: "Я уступаю место на трибуне одному из величайших писателей наших дней,
мистеру такому-то, который посетил наш город и был так любезен, что почтил наше
скромное собрание своим присутствием. И теперь мы будем иметь счастье услышать
его выступление".
Эта знаменитость появилась на импровизированной трибуне с такими словами:
"Дорогие леди и джентльмены, мой коллега, мой собрат по перу был столь любезен,
назвав меня одним из величайших писателей". Тут я должен заметить, что этот
писатель не мог слышать ни одного слова, сказанного его "собратом по перу", так
как вошел в эту комнату позже, после окончания его выступления, открыв плотно
запертую дверь, а уж хорошая звукоизоляция стен нашего дома мне хорошо известна.
Затем он продолжал: "На самом деле я даже не заслуживаю чести сидеть в его
присутствии. Величайшим писателем нашего времени являюсь не я, а он, мой
высокоуважаемый коллега, известный не только всей России, но почитаемый всем
цивилизованным человечеством. Наши потомки будут с благоговением произносить его
имя и никогда не забудут того, что он сделал на благо человечества. Его законное
место не среди нас, а в кругу богов Олимпа".
И только после этой преамбулы наше "светило" произнесло никому не нужную чепуху,
а потом был сервирован стол, впрочем весьма скромный, с двумя бутылками дешевого
вина. Во время трапезы несколько кусочков колбасы и рыбы перекочевали в карманы
некоторых из присутствующих. Невольным свидетелям смущенно объяснили: "Это для
моей собаки. Этот паршивец завел привычку выпрашивать у меня подачку, когда я
возвращаюсь домой".
На следующий день во всех местных газетах появился подробный отчет об этом
литературном мероприятии, составленный в весьма выдержанном стиле и содержащий
цитаты из выступлений всех присутствовавших, но в котором не упоминалось о
скромности ужина и об исчезновении со стола некоторых продуктов.
Таковы эти люди, постоянно учащие нас жить, формирующие наши вкусы и образ
мышления, которым может верить только очень наивный читатель, не знающий, что
они собой представляют в действительности.
Почти все писатели и журналисты Европы за редким исключением стали тем, что они
есть, не благодаря своим достоинствам, а благодаря слабостям.
С моей точки зрения, не может быть сомнения в том, что ущербность современной
цивилизации во многом обусловлена тем вредным, деморализующим влиянием, которое
периодическая печать оказывает на массовое сознание.
Меня безмерно удивляет тот факт, что ни одно из современных правительств,
расходующих более половины того, что называется государственным бюджетом, на
полицию, пенитенциарную систему, судопроизводство, церковь, медицину и т.п., и
платящих немалое жалование бесчисленному количеству государственных служащих,
таких, как врачи, священники, агенты тайной полиции и прокуроры, с единственной
целью поддержать моральный уровень населения, не потратит и цента на то, чтобы
устранить это зло, являющееся очевидной причиной многих преступлений и
несчастий.
Так закончил свою речь этот мудрый благородный перс.
Я привел слова этого человека только потому, что мысль, заключенная в них, очень
полезна и поучительна, особенно для тех поклонников современной цивилизации,
которые наивно полагают, что она находится на гораздо более высоком уровне
развития человеческого разума. Этим я хочу закончить вводную часть книги и
приступить к основной ее части.
Начав работать над материалом, предназначенным для публикации, с намерением
придать ему как можно более доходчивую форму, я припомнил совет небезызвестного
муллы Нассреддина, который звучал так: "Во всяком деле старайся совместить
приятное с полезным".
Что касается второй части совета нашего мудрого учителя, мне не придется слишком
беспокоиться о ней, так как идеи, которыми изобилует текст, позволят достичь
этой цели, а что касается моего собственного удовольствия - то я получу его,
придавая тексту форму рассказа, что сделает мою жизнь более терпимой, так как
люди будут считать меня писателем,
Чтобы вы могли понять, что я подразумеваю под выражением "терпимая жизнь",
должен сказать, что после моих путешествий по странам Азии и Африки, которые по
тем или иным причинам привлекли в настоящее время общественное внимание, я
долгое время считался магом и экспертом по "потустороннему миру".
Поэтому первый встречный, считая, что он имеет полное право надоедать мне с
целью удовлетворения своего праздного любопытства, задавал глупые вопросы о
высоких материях, вынуждая посвящать его в те или иные стороны моей личной жизни
и рассказывать о всех моих приключениях во время путешествий по дальним странам.
Как бы я ни устал, я обязан был что-нибудь отвечать, иначе возникали обиды и
недоброжелательное отношение ко мне. и в дальнейшем эти люди постоянно нелестно
отзывались обо мне, не упуская случая устроить мне какую-либо неприятность. Вот
почему, просматривая материал, предназначенный для этой книги, я решил оформить
его в виде отдельных историй, служащих подтверждением какой-либо идеи и косвенно
отвечающих на вопросы, задаваемые мне наиболее часто. И впоследствии, имея дело
со всякими бессовестными бездельниками, я смог бы удовлетворять их праздное
любопытство, просто отсылая к соответствующей главе книги. Этот стиль
повествования, привычный для читателя, одновременно дает мне передышку, спасая
от умственного переутомления, неизбежного при добросовестном выполнении
многочисленных обязанностей, налагаемых на нас жизнью.
Вопросы, наиболее часто задаваемые людьми различных классов и уровней
образования, таковы:
- С какими замечательными людьми я встречался?
- Увидел ли я на Востоке что-либо необычное и удивительное?
- Есть ли у человека душа и бессмертна ли она?
- Обладает ли человек свободой воли?
- Что такое жизнь и почему существуют страдания?
- Верю ли я в оккультные и спиритические науки?
- Что такое гипноз, магнетизм и телепатия?
- Почему я заинтересовался этими проблемами?
- Что привело меня к созданию системы, практикуемой в институте, носящем мое
имя?
То, как я построил повествование, разделив текст книги на несколько
самостоятельных глав. служит ответом на первый из этих вопросов, а именно: каких
замечательных людей я встречал? В каждой из глав книги я расскажу о какой-либо
встрече, расположив главы в определенном порядке так, что будет явно
просматриваться автобиографическая линия, и одновременно отвечу на все вопросы,
задаваемые мне наиболее часто.
Перед тем как идти дальше, я хотел бы пояснить, что я понимаю под выражением
"замечательные люди", так как, подобно всем определениям конкретных понятий, оно
воспринимается крайне субъективно.
Например, человека, показывающего фокусы, многие относят к "замечательным", но
перестают считать его таковым, разгадав секрет фокусов.
Для того, чтобы разъяснить свою точку зрения, я дам как можно более короткое
определение этого понятия.
По-моему, замечательным человеком может по праву считаться тот, кто выделяется
из окружения благодаря своему уму и таланту, кто никому не навязывает свой образ
мышления и в то же время терпим и справедлив к слабостям и недостаткам других.
Так как первым человеком, чье влияние оставило глубокий след в моей жизни, был
мой отец, я начну с него.

]]>
Гурджиев Г.И. Встречи с замечательными людьми. Wed, 28 Jan 2009 17:43:29 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Встречи с замечательными людьми. Часть 1 http://fway.org/onlinelib/40-vstr/65----------1.html МОЙ ОТЕЦ
В последней четверти прошлого и в начале нынешнего века мой отец был известным
ашугом, т.е. поэтом и сказителем по прозвищу Адаш; и хотя он был не
профессионалом, а только любителем, но сумел завоевать широкую популярность
среди жителей Кавказа и Средней Азии.
Ашугами в Азии и на Балканах называли представителей устного народного
творчества, которые сочиняли, декламировали и пели, исполняя перед
многочисленными слушателями старинные песни, рассказывали легенды, народные
сказки, читали поэмы.
Несмотря на то что в те времена люди, посвятившие себя такому роду деятельности,
были, как правило, неграмотны, не имели даже начального образования, они
обладали такой памятью и такой богатой фантазией, которые сейчас кажутся
невероятными и даже феноменальными.
Ашуги не только запоминали на слух бесчисленные и часто очень длинные сказания и
поэмы, но, обладая отличным слухом, путем импровизации создавали прекрасные
произведения искусства, подбирая к ним все новые мелодии и ритмы.
Теперь это искусство утеряно, и даже во времена моей молодости молодые люди,
обладавшие подобным даром, встречались все реже и реже.
Я имел счастье наблюдать выступления ашугов, которые в те времена были очень
известными людьми, и их образы глубоко запечатлелись в моей памяти.
Это произошло потому, что мой отец брал меня, тогда еще совсем ребенка, на их
состязания, на которых ашуги, приезжавшие из многих стран, таких, как Персия,
Турция, Кавказ и даже из некоторых областей Туркестана, соревновались перед
большим количеством зрителей в искусстве пения и импровизации.
Обычно это происходило следующим образом.
Один из участников состязания, выбранный по жребию, начинал петь, сразу подбирая
мелодию и задавая своим коллегам канву выступления, которую они и подхватывали,
импровизируя каждый на свой лад. Темы имели религиозный и философский характер,
или вниманию слушателей предлагались подлинные старинные легенды и предания.
Звучал, как правило, турецкий язык, который был в этих местах общепринятым
языком межнационального общения и позволял людям, говорившим на разных
диалектах, понимать друг друга.
Такие состязания продолжались неделями и даже месяцами, завершаясь присуждением
призов и вручением подарков благодарными зрителями, которые награждали коврами и
домашним скотом наиболее отличившихся ашугов.
Я присутствовал на трех таких состязаниях, первое из которых проходило в Турции
в городе Ван, второе в азербайджанском городе Карабах и третье - в маленьком
городке Субатан под Карсом.
В Александрополе и Карсе, где наша семья жила во времена моего детства, отца
часто приглашали на собрания, на которые люди, ценившие его дар, приходили,
чтобы послушать песни и сказания в его исполнении.
Там он читал поэму или рассказывал старинную легенду, которую хотели услышать
присутствующие.
Часто одного вечера не хватало на то, чтобы завершить повествование, и участники
встречи собирались и на следующий день.
По вечерам перед воскресными и праздничными днями, когда нам не нужно было рано
вставать, отец рассказывал детям всякие интересные истории про античных героев,
читал стихи и неизменно заканчивал одной из сказок "Тысяча и одна ночь", которых
он знал так много, что их действительно хватило на тысячу и одну ночь.
Среди самых сильных впечатлений от этих вечерних чтений, оставивших глубокий
след в моей жизни, было одно, которое стало духовным откровением, давшим мне
возможность постичь непостижимое.
Это впечатление, запавшее мне в душу и выкристаллизовавшееся с течением времени,
произвела на меня дискуссия моего отца со своим другом по поводу одной античной
легенды.
Это случилось в то время, когда мой отец под давлением жизненных обстоятельств
вынужден был стать профессиональным плотником.
Приятель отца часто заходил к нему в мастерскую и просиживал там ночи напролет,
обсуждая с отцом значение античных легенд и преданий.
Другом отца был не кто иной, как настоятель Борш, человек, который должен был
вскоре стать моим наставником, сформировать мое мировоззрение, сделать из меня
то, чем я сейчас являюсь.
Вечером, когда эта дискуссия состоялась, я был в мастерской отца, как и мой
дядя, который приехал навестить нас из пригорода, где располагался его
загородный дом, окруженный садами и виноградниками.
Мы с дядей сидели в углу на куче стружек и, замерев, слушали пение отца, которое
повествовало о вавилонском герое Гильгамеше, и его разъяснения этого
произведения.
Спор возник, когда отец закончил 21-й стих этого эпоса, в котором Ут-Напишти
рассказывает Гильгамешу историю гибели во время потопа страны Шуруппак.
После этой песни отец остановился, чтобы набить трубку, и сказал, что, по его
мнению, легенда о Гильгамеше пришла к нам от шумеров, народа более древнего, чем
вавилоняне, и, несомненно, эта легенда в качестве подлинного свидетельства
потопа отразилась в иудейской Библии и послужила фундаментом развития
христианского мировоззрения с привнесением изменений лишь в отдельные детали.
Отец-настоятель Борш начал возражать, приводя в опровержение этой точки зрения
различные аргументы, и вскоре спор стал таким горячим, что они даже забыли
отослать меня спать, как это делалось раньше в подобных случаях.
Я с моим дядей были так увлечены этой полемикой, что пролежали, не шелохнувшись,
на куче опилок до утра, когда она наконец завершилась и спорщики разошлись.
Эта 21-я песня была повторена в течение ночи столько раз, что запечатлелась в
моей памяти на всю жизнь.
То, что закладывалось во мне благодаря сильным впечатлениям, полученным в
детстве под влиянием отца, хотя и не было сразу осознано мной, но сказывалось в
течение всей моей дальнейшей жизни.
Однажды произошло событие, перевернувшее все в моей душе. Читая журнал, я
случайно наткнулся на статью, в которой говорилось о том, что среди руин
Вавилона обнаружено несколько табличек с надписями, которым не менее четырех
тысяч лет, там же приводился текст надписей с расшифрованным переводом - это был
эпос о герое Гильгамеше.
Когда я понял, что это была та самая легенда, которую я в детстве так часто
слышал от отца, и особенно когда я прочел 21-й стих этого эпоса, составленный
почти в тех же выражениях, которые были уже мне знакомы, я ощутил такое
волнение, как будто это событие определяет всю мою будущую жизнь.
Я был потрясен тем, что эта легенда передавалась ашугами из поколения в
поколение в течение тысяч лет почти без изменения содержания.
Этот случай раскрыл мне глаза: я понял, какое благотворное влияние оказало на
меня общение с моим отцом, и я пожалел, что так поздно осознал великое значение
памятников античной литературы.
И была другая легенда, слышанная мной от отца, в ней тоже говорилось о великом
потопе в стихотворной форме. Много-много веков тому назад, за целых семьдесят
поколений перед последним потопом (здесь нужно иметь в виду, что одним
поколением считается период в сто лет), когда на месте суши была вода,
существовала великая цивилизация, центром которой был остров Ханаан, он же
являлся и центром земли.
Как я узнал из других исторических источников, остров Ханаан располагался там,
где находится современная Греция.
Единственными людьми, пережившими первый потоп, были члены существовавшего в те
времена братства Имастумов. Имастумами в древней Армении называли выдающихся
людей, членов касты, распространенной по всей земле.
Это братство состояло из очень образованных людей, изучавших, кроме всего
прочего, астрологию. Как раз перед потопом члены братства расселились во всех
уголках земли, чтобы иметь возможность наблюдать за этим феноменом из разных
мест. Несмотря на большое расстояние между ними, эти люди поддерживали
постоянную связь друг с другом и отправляли всю важную информацию в центр
посредством телепатии.
Для этого они использовали специальных медиумов, которые были как бы
принимающими аппаратами. Находясь в трансе, эти люди бессознательно принимали и
регистрировали информацию, передаваемую им из разных мест земли.
Это, так сказать, точное описание средств связи, существующих в наши дни.
Воспользуюсь представившейся мне возможностью, рассказывая о моем отце,
упомянуть о его друге и моем первом наставнике - настоятеле Борше. Я считаю
совершенно необходимым описать обычай, установившийся между этими людьми,
которые взяли на себя обязательство воспитывать меня, тогда еще совсем ребенка,
готовя к сознательной жизни.
Этот обычай, как я понял значительно позже, сыграл огромную роль в моей жизни, в
формировании моего образа мышления, моей души.
Они сами называли это кастусилией (kastousilia), словом, пришедшим к нам,
видимо, из древней Ассирии, которое мой отец взял из какой-нибудь легенды.
Обыкновенно это происходило так: один из них неожиданно задавал другому вопрос,
и тот должен был ответить, сохраняя полное хладнокровие, убедительно и логично.
Например, однажды вечером мой будущий учитель, неожиданно войдя в мастерскую, с
порога спросил отца: "А где сейчас находится Всевышний?"
И мой отец ответил невозмутимо: "Он сейчас как раз в Сарыкамыше".
Сарыкамыш - это лесистая местность в районе границы между Россией и Турцией, где
растут необычайно высокие сосны, славящиеся по всему Кавказу и Средней Азии.
Получив такой ответ, настоятель осведомился: "А что он там делает?" На это отец
ответил, что Всевышний мастерит длинные приставные лестницы и закрепляет счастье
на вершинах сосен, так что отдельные люди и целые народы могут подниматься и
спускаться по ним.
Эти вопросы и ответы звучали всегда в очень серьезном тоне, даже если один
интересовался ценой картофеля, а другой сообщал, что благодаря хорошему урожаю
картофель в этом году чрезвычайно дешев.
Только гораздо позже я понял, сколько смысла заключено в этих вопросах и
ответах.
Став свидетелем подобных дискуссий, посторонний человек мог подумать, что перед
ним два выживших из ума старика, которые находятся вне стен сумасшедшего дома
только в результате недоразумения.
Мой отец обладал очень простым и определенным взглядом на то. в чем состоит
смысл жизни. Он много раз говорил мне в дни моей юности, что главное для
человека - обрести внутреннюю свободу и подготовить себе счастливую спокойную
старость.
Он считал совершенно необходимым, чтобы цель, стоящая перед человеком, была
проста и понятна и не заключала в себе каких-либо абстрактных умствований. Но
достичь этой цели можно, только если в детстве и юности человек усвоит следующие
заповеди, которым будет строго следовать в дальнейшей жизни.
Первая - любить своих родителей.
Вторая - оставаться простым человеком.
Третья - быть вежливым со всеми вне зависимости от того, бедны они или богаты,
хозяева или слуги. И какую бы религию они ни исповедовали.
Четвертая - любить свою работу ради нее самой, а не за прибыль, которую она
приносит.
Мой отец, любивший меня, как своего первенца, больше всех, оказал на мою жизнь
особое влияние. Я относился к отцу скорее как к старшему брату, и он, постоянно
общаясь со мной, рассказывая различные увлекательные истории, помог развиться
моему поэтическому воображению и высоким идеалам.
Мой отец воспитывался в семье греков, чьи предки иммигрировали из Византии,
покинув свою родину, чтобы спастись от преследований турков, завоевавших
Константинополь.
Сперва они осели в центре Турции, но позже, по нескольким причинам, одной из
которых был поиск лучших климатических условий и лучших пастбищ для
многочисленных стад домашнего скота, составлявших основу богатства моих предков,
они переселились на восточное побережье Черного моря в окрестности города
Гюмюшхане, а незадолго до последней русско-турецкой войны, из-за новых
преследований их турками, перебрались в Грузию.
В Грузии мой отец отделился от своих братьев, отправившись в Армению, и
поселился в городе Александрополе, который прежде, при турках, назывался Гюмри.
При разделе имущества семьи на долю моего отца пришлось несколько стад домашнего
скота, что в те времена составляло огромное богатство.
Через один-два года все, что унаследовал мой отец, было потеряно по
обстоятельствам, не зависящим от воли человека.
Поселившись в Армении со своей семьей, пастухами и стадами, мой отец стал самым
богатым человеком в этой местности, и более бедные семьи передали ему имевшееся
у них небольшое количество скота, за что он, по существовавшему здесь обычаю,
должен был отдавать им определенное количество масла и сыра.
Таким образом его стадо увеличилось на несколько тысяч голов, но в результате
мора, который пришел из Азии и распространился в Закавказье, почти все поголовье
пало в течение нескольких месяцев. Немногочисленные оставшиеся животные
представляли собой кожу и кости.
Мой отец, беря на свое попечение чужой скот, одновременно взял на себя по
местным обычаям всю ответственность за падеж и другие беды, которые могли
приключиться, например, при нападении на стадо стаи волков, что случалось здесь
довольно часто. Поэтому он был вынужден отдать оставшихся животных в виде
компенсации другим людям.
Таким образом, мой отец из богатого человека внезапно превратился в нищего.
В те времена наша семья состояла из шести человек: моего отца, матери, бабушки,
которая пожелала доживать свои дни рядом со своим младшим сыном, и троих детей -
меня самого, моих младших брата и сестры.
После случившегося несчастья отец был вынужден завести собственное дело, так как
содержать семью, привыкшую жить в полном довольстве, было нелегкой задачей.
Собрав остатки имущества. в основном домашнюю обстановку, он организовал ломбард
и одновременно, согласно местным обычаям, мастерскую по изготовлению
всевозможных изделий из дерева.
Но так как мой отец никогда прежде не занимался коммерческой деятельностью и,
следовательно, не имел в этой области никакого опыта, его ломбард приносил одни
убытки. В конце концов его пришлось закрыть и оставить только мастерскую,
специализировавшуюся на производстве небольших деревянных поделок.
Во второй раз неудача постигла отца через четыре года после первого несчастья.
Наша семья жила в городе Александрополе в то время, которое совпало с периодом
активного восстановления русскими пограничного города Карса, который они
захватили.
Решив, что в Карсе можно будет хорошо зарабатывать, и поддавшись уговорам моего
дяди, который уже имел в этом городе свой бизнес, отец перевел мастерскую в
Карс. Сперва он поехал туда один, потом вернулся за нами.
К этому времени наша семья увеличилась на три "космических аппарата для
перерабатывания пищи" в виде трех моих очаровательных сестренок.
Обосновавшись в Карсе, отец сперва отдал меня в греческую школу затем перевел в
русскую.
Так как я обладал хорошими способностями и быстро запоминал, мне не приходилось
тратить много времени на приготовление уроков, и все оставшееся время я помогал
отцу в его мастерской.
Вскоре я даже завел своих собственных клиентов из числа друзей, для которых я
делал игрушки и некоторые школьные принадлежности, например, пеналы. Мало-помалу
мне стали доверять и более серьезную работу по мелкому ремонту домов.
Несмотря на то что в те времена я был совсем ребенком, я помню все, что тогда
происходило, в мельчайших деталях. До сих пор меня восхищает мужество, с которым
мой отец встречал все несчастья, которые сыпались на него, как из рога изобилия,
и сохранял жизнерадостность и самообладание, оставаясь в душе настоящим поэтом.
Что бы ни случилось, в какие бы трудные обстоятельства мы ни попали, в нашей
семье всегда господствовали согласие, любовь и желание помочь друг другу.
Благодаря врожденной способности моего отца черпать вдохновение и радость в
самой обыденной жизни он был для нас примером и заряжал нас своим оптимизмом.
Говоря об отце, я не должен обойти молчанием и моего взгляда на то, что называют
сверхъестественным. По этому вопросу он имел свое особое мнение.
Однажды, навещая отца, я задал ему один из стереотипных вопросов, которые во
время моих многочисленных странствий я часто задавал людям, с которыми меня
сводила судьба.
Я попросил его сказать мне без общих фраз и пространного философствования, как
лично он считает - бессмертна ли душа?
"Ты хочешь узнать мое мнение? -- спросил он. - Что ж, в такое бессмертие, при
котором, как принято считать, душа, отделяясь от тела после смерти человека,
существует независимо от него, я не верю.
Я пришел к убеждению, что человек от рождения обладает определенным свойством,
благодаря которому в процессе жизни в нем образуется некая субстанция, почти
независимая от его физического тела.
Когда человек умирает, эта субстанция продолжает существовать еще некоторое
время после отделения от физического тела.
Хотя это "нечто" формируется из того же материала, что и физическое тело
человека, оно гораздо более чувствительно к различным видам воздействий. Это
доказывает и тот эксперимент, который ты проводил много лет тому назад".
Он имел в виду один из моих опытов, при котором однажды присутствовал, когда я
приводил в состояние гипноза различных людей с целью прояснить для себя один
интересный феномен.
Я поступал следующим образом: делал из глины и воска фигурку человека,
изображавшую моего подопытного, которого я приводил в гипнотическое состояние.
Дальше я натирал какую-либо часть тела загипнотизированного человека смесью
оливкового и бамбукового масла, затем, удалив часть масла, натирал им
соответствующее место глиняной фигурки.
Особенно удивило тогда моего отца то, что, когда я кольнул иглой фигурку в
место, смазанное маслом, загипнотизированный человек дернулся, а когда я уколол
фигурку сильнее, на соответствующем месте кожи человека выступила капелька
крови.
Интересным оказался и тот факт, что испытуемый человек, выведенный из состояния
гипноза, не помнил абсолютно ничего, что с ним за это время произошло, и,
конечно, не чувствовал боли от "уколов".
Ссылаясь на то, чему свидетелем он был, мой отец сказал: ""Нечто",
сформировавшееся в человеке, может самостоятельно реагировать на определенные
внешние воздействия".
Отец, занимаясь моим воспитанием, имел определенную систему, глубоко им
выношенную и повлиявшую на формирование моей личности самым благотворным
образом.
С раннего детства он так формировал мой образ мышления, так развивал мои
чувства, чтобы в будущем исключить появление у меня таких черт характера, как
привередливость, трусость, робость, зазнайство, вызывающих безволие, безразличие
к жизни.
Я очень хорошо помню, как с этой целью он подкладывал мне в кровать животных -
мышь и лягушку, позволял мне брать в руки неядовитых змей и даже играть с ними.
Отец учил меня, что человек должен заботиться о своих близких, особенно о старых
людях, таких, как моя мать, тетя, и даже пожилых пастухах, которые на нас
работали.
Он заставлял меня вставать рано утром, когда детский сон особенно сладок, и идти
к роднику. чтобы облиться холодной ключевой водой, а также приучал меня
обходиться легкой одеждой даже в холодную погоду.
И как я ни пытался отлынивать от этих легких обязанностей, отец никогда не
уступал, хотя был добрым человеком и очень любил меня. Несмотря на то что я
очень часто подвергался наказаниям, я вспоминаю его с благодарностью за все то,
что он для меня сделал.
Не будь отец так строг и требователен ко мне, я не смог бы, став взрослым
человеком, преодолеть все препятствия, которые возникали на моем пути во время
длительных странствий.
Отец проявлял требовательность не только ко мне, но и к себе относился не менее
строго. Он вел жизнь, педантично подчиненную строгому распорядку.
Например, он всегда ложился спать очень рано, чтобы так же рано вставать на
следующее утро, и не изменил этой привычке даже в день свадьбы собственной
дочери.
В последний раз я виделся с отцом в 1916 году. Ему было уже 82 года, и при этом
он был здоровые полным сил и оптимизма человеком, в его густой бороде белело
всего несколько седых волос. Он умер годом позже и не своей смертью.
Это событие, горестное и несправедливое для тех, кто его хорошо знал, случилось
во время нелепого взрыва человеческих страстей, когда турки в очередной раз
атаковали Александрополь и моя семья вынуждена была бежать, чтобы спастись.
Отец не захотел бросить наш дом на произвол судьбы и, защищая его от турок, был
тяжело ранен, вскоре умер и был похоронен несколькими стариками, случайно
оказавшимися свидетелями этих событий.
Тексты древних легенд и песен, записанные отцом, были, к несчастью, безвозвратно
утеряны во время массовых грабежей и погромов. Его голос, записанный на пленку
фонографа, содержащую несколько сотен песен, возможно, уцелел среди вещей,
которые мне пришлось оставить в Москве.
Мне будет очень жаль любителей народного фольклора, если эти записи бесследно
исчезнут.
Своеобразие личности моего отца, его недюжинный ум будут, несомненно, по
достоинству оценены читателями, если я приведу здесь несколько любимых изречений
моего отца, которые он часто и очень к месту употреблял в беседе.
В связи с этим очень интересно отметить, что те же самые изречения, если их
вставлял в разговор кто-нибудь другой, воспринимались иначе и казались верхом
нелепости.
- Не отведав соли, не узнаешь вкус сахара.
- Сутана - хороший покров для глупости.
- Если священник пошел направо, разумный человек должен, не раздумывая,
повернуть налево.
- Чтобы признать себя трусом, нужно иметь немало мужества.
- Человека насыщает не наличие пищи, а отсутствие жадности.
- В потемках вошь страшнее тигра.
- Своя ноша не тянет.
- Глуп тот, кто слишком много умничает.
- Болтливая жена хуже тяжелой болезни.
- Счастлив тот, кто не замечает своих несчастий.
- Чингисхан был могущественным человеком, но полицмейстер еще могущественнее.
- Если хочешь стать богатым, подружись с полицией.
- Если хочешь стать знаменитым - подружись с журналистами.
- Если хочешь быть сытым - подружись с тещей.
- Если хочешь жить в мире и спокойствии - подружись с соседом.
- Если хочешь спокойно спать - помирись с женой.
- Если хочешь стать атеистом - подружись со священником.
Чтобы дать вам полное представление о личности моего отца, я должен рассказать о
его характере, редко встречающемся среди современных людей и вызывавшем
удивление у всякого, кто был с ним хорошо знаком.
С тех самых пор, когда отец внезапно лишился всего своего богатства и был
вынужден заняться коммерческой деятельностью, его дела шли так плохо, что все
те, кто был в курсе его бизнеса, считали его крайне непрактичным.
И в самом деле, любое коммерческое предприятие, которое организовывал мой отец,
несмотря на все его усилия приносило ему одни убытки. Однако так происходило не
потому, что он был непрактичным в деловом отношении или не имел способностей к
коммерческой деятельности. Причина этих неудач заключалась в его характере.
Свойство его натуры, по-видимому сформировавшееся еще в детском возрасте, я бы
определил так: инстинктивная антипатия к возможности строить свое счастье на
несчастьях других людей.
Иными словами, будучи очень гордым и честным человеком, мой отец никогда не мог
извлекать выгоду из наивности или неопытности своих партнеров. Но большинство из
тех, кто окружал его, являясь типичнейшими представителями своего времени,
использовали его честность и несуетность для того, чтобы обмануть его самым
бессовестным образом.
В самом деле, к моему отцу идеально применимы строки Священного Писания, которые
цитируются представителями самых разных вероисповеданий для того, чтобы описать
убожество нашей обыденной жизни:
"Если не хочешь быть избитым - бей первым.
Если ты не ударишь - будешь забит до смерти, как Сидорова коза".
Несмотря на то что мой отец часто попадал в сложные ситуации, преодолеть которые
было невозможно, и несчастья сыпались на него как из рога изобилия, несмотря на
то что он постоянно сталкивался с самыми низменными проявлениями человеческой
природы, заставлявшей предполагать, что человек произошел от шакала, - он
сохранил доброе, отзывчивое сердце и всегда оставался самим собой.
Отсутствие в его жизни того, что называется материальным благополучием, не
тревожило его ни в малейшей степени. Все, что было необходимо моему отцу, - это
немного хлеба на обед и тишина в те часы, когда он предавался медитации.
Единственное, что могло его расстроить, - отсутствие свободного времени по
вечерам, когда он любил наблюдать за звездами.
Все, что я могу пожелать для себя. это стать таким человеком, каким был мой отец
в зрелые годы.
Под давлением обстоятельств, от меня независящих, я был лишен возможности
посетить могилу моего дорогого отца, и маловероятно, что я смогу сделать это в
будущем, однако, завершая эту главу, посвященную самому дорогому для меня
человеку, завещаю своим сыновьям по крови и духу, если судьба дарует им такую
возможность, - отыскать одинокую, заброшенную могилу и установить на ней
памятник с надписью:
Он принадлежит нам.
Мы принадлежим ему.
Наша близость безмерна.]]>
Гурджиев Г.И. Встречи с замечательными людьми. Wed, 28 Jan 2009 17:47:39 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Встречи с замечательными людьми. Часть 2 http://fway.org/onlinelib/40-vstr/66--2.html ЧАСТЬ II

МОЙ ПЕРВЫЙ УЧИТЕЛЬ

 

Как я уже упоминал в предыдущей главе, моим первым учителем был настоятель Борш. Служа настоятелем собора в Карсе, он был одновременно величайшим духовным авторитетом для целой области, незадолго до описываемых событий захваченной русскими войсками.

Отец Борш, благодаря счастливому случаю, сыграл огромную роль в становлении моей личности.

Певчих в соборный хор набирали из учащихся муниципальной русской школы, которую я посещал. Благодаря хорошему голосу я попал в число избранных.

Старый настоятель, интересуясь церковным пением, часто присутствовал на наших спевках. Он очень любил детей и поэтому был добр с маленькими певчими.

Вскоре настоятель стал проявлять ко мне особое внимание; то ли потому, что я обладал очень хорошим голосом, который выделялся в общем хоре, то ли потому, что я был большим озорником, а ему нравились такие непоседы. В любом случае, он проявлял ко мне неподдельный интерес и вскоре стал помогать мне готовить школьные уроки.

В конце года я пропустил много спевок в соборе, потому что заболел трахомой. Узнав об этом, настоятель лично пришел к нам домой, приведя с собой двух врачей-окулистов. После обследования доктора прописали мне порошок сульфата меди, специальную мазь и затем ушли, а мой отец разговорился с настоятелем Боршем. Эти два человека, прожившие такие разные жизни, оказались родственными душами.

Почувствовав друг к другу большое расположение с самой первой встречи, они часто встречались в нашей мастерской и беседовали часами, прихлебывая кофе, приготовленный моим отцом. Устроившись на мягкой куче опилок в укромном уголке, они обсуждали религиозные и исторические вопросы. Я помню, что настоятель Борш особенно оживлялся, когда мой отец рассказывал ему об Ассирии.

Отцу-настоятелю было тогда около семидесяти лет. Не обладая крепким здоровьем, он сохранял бодрость духа. Этот высокий стройный человек с благородными чертами лица обладал глубокими и обширными знаниями, при этом его взгляды отличались от взглядов его окружения.

Его считали человеком со странностями, и, с обывательской точки зрения, он давал достаточно оснований для такого отношения. Будучи довольно богатым человеком и получая хорошее жалование, он занимал только одну комнату с кухней, хотя его помощники, люди гораздо менее обеспеченные, жили в шести-десятикомнатных комфортабельных квартирах.

Отец Борш вел очень уединенную жизнь, почти ни с кем не общаясь, не нанося визиты своим немногочисленным знакомым, не позволяя входить в свою комнату никому, кроме меня и прислуги, причем прислуге не разрешалось входить к нему в его отсутствие.

Добросовестно исполняя свои обязанности, отец-настоятель отдавал все свободное время наукам, особенно астрономии и химии, иногда для отдыха занимался музыкой - игрой на скрипке и сочинением духовной музыки. Многие из его произведений стали широко известны в России.

Некоторые из его вещей, которые были сочинены в моем присутствии, мне приходилось впоследствии слышать в граммофонной записи.

Настоятель Борш заходил к нам, чтобы повидать моего отца, обычно по вечерам, когда они оба были свободны от своих обязанностей.

Чтобы, так сказать, не вводить других в соблазн, он старался сделать эти визиты как можно более незаметными, так как он занимал видное положение в городе и почти все знали его в лицо, в то время как мой отец был простым плотником.

Во время одной из таких встреч в мастерской моего отца настоятель Борш заговорил с ним о моем дальнейшем образовании.

Он сказал, что находит меня очень способным мальчиком и считает совершенно бессмысленным мое дальнейшее пребывание в школе, где мне предстояло потратить целых восемь лет на то, чтобы получить аттестат, соответствующий начальному образованию.

И в самом деле, муниципальная школа была устроена абсурдно, так как, отучившись восемь лет, вы в конце концов получали документ об образовании, соответствующем трем классам.

Поэтому настоятель Борш убедительно посоветовал моему отцу забрать меня из школы и обучать дома, предложив свои услуги, пообещав найти мне и других учителей. Он сказал, что если мне впоследствии понадобится аттестат, я смогу получить его в любой школе, сдав экзамены за соответствующий класс.

После семейного совета отец так и сделал. Я бросил школу, и с того времени настоятель Борш занялся моим образованием, лично преподавая мне некоторые предметы и подыскав мне учителей. Это были выпускники теологической семинарии Пономаренко и Крестовский, которые служили дьяконами в соборе, готовясь стать армейскими капелланами. Еще со мной занимался доктор Соколов.

Пономаренко учил меня географии и истории, Крестовский - Священному Писанию и русскому языку, Соколов занимался со мной анатомией и физиологией. Математику и многие другие предметы преподавал мне сам настоятель.

Мне приходилось нелегко. Хотя я был способным учеником и обладал хорошей памятью, мне едва хватало времени, чтобы готовиться к занятиям, и не оставалось буквально ни одной свободной минуты.

Много времени приходилось тратить на дорогу, так как все учителя жили в разных районах, а доктор Соколов - в форте Чакман, в нескольких милях от города.

Вначале отец и мать хотели, чтобы я стал священником, но настоятель имел свое мнение по этому вопросу. Он считал, что священник должен не только заботиться о душах своей паствы, но и обязан знать все об их телесных неудачах и о том, как врачевать их.

Он был убежден, что обязанности священника и врача должны быть объединены, ведь только тот врач, который имеет доступ к душе своего пациента, сможет оказать ему реальную помощь. В то же время только тот будет хорошим священником, кто имеет медицинское образование, потому что тело и душа взаимосвязаны, и невозможно лечить одно, если причина недуга кроется во втором.

Отец Борш считал, что я должен получить медицинское образование, но не для того, чтобы впоследствии работать врачом.

Но сам я хотел для себя иной судьбы. Имея с детства склонность к изготовлению всякого рода поделок, я мечтал о технической специальности.

И так как еще не было решено, на чем следует остановиться, я продолжал готовиться на священника и врача, так как многие предметы пригодились бы мне в любом случае.

Все продолжалось, как и прежде, и я, будучи способным учеником, смог преуспеть в обоих направлениях и даже нашел время для чтения книг, частью даваемых мне отцом Боршем, а частью добываемых мной самим.

Отец-настоятель очень тщательно занимался со мной по тем предметам, которые он выбрал, и зачастую после уроков позволял мне оставаться, угощая чаем и слушая, как я исполняю духовные песнопения, сочиненные им.

Во время наших частых и продолжительных встреч он беседовал со мной на разные темы: и те, что касались преподаваемых им предметов, и те, что не имели к ним отношения. Мало-помалу между нами установились такие доверительные отношения, что отец Борш стал разговаривать со мной не как с ребенком, а как со взрослым человеком, как с ровней.

Я так привык к нему что чувство робости, которое я вначале испытывал, совершенно исчезло. Сохраняя все свое уважение к нему, я тем не менее иногда забывался настолько, что позволял спорить с ним, что его не только ни в малейшей степени не обижало, но, как мне теперь кажется, даже радовало.

В беседах со мной отец-настоятель часто обращался к вопросам пола. Относительно сексуального желания он сказал мне следующее: "Если юноша, не достигший зрелости, позволит себе удовлетворить свою страсть, с ним произойдет то же, что с небезызвестным Исавом, который продал за чечевичную похлебку право первородства. Потому что, уступив искушению хотя бы один раз, он лишит себя возможности в дальнейшем быть достойным человеком.

Удовлетворять вожделение до достижения зрелости - все равно, что добавлять спирт в моллавалльянский мадьяр. (Примечание. Моллавалли - район Карской области, а мадьяр - это молодое перебродившее вино.) Если влить в это вино хотя бы каплю спирта, оно превращается в уксус.

Но когда юноша достигнет зрелости, он может делать то, к чему стремится. Так и с вином: когда процесс брожения закончится, вы можете добавлять в него спирт в тех количествах, которые считаете необходимыми, добиваясь определенной крепости напитка".

Отец Борш имел весьма оригинальное мировоззрение, которое принципиально отличалось как от взглядов окружавших его людей, так и от всего того, что я успел почерпнуть в книгах.

Я приведу здесь некоторые из его идей, позволяющих ознакомиться с его представлениями о личности человека.

Он говорил: "Человек, не достигший зрелости, не несет ответственности за свои поступки, хорошие или плохие, вольные или невольные. Лицами, отвечающими за все, являются его близкие - люди, намеренно или случайно взявшие на себя обязанность подготовить его к сознательной жизни.

Детство и юность даются человеку, неважно, женщина это или мужчина, для того, чтобы в нем сформировалась сознательная личность. Взрослея, человек как бы продолжает находиться в "материнском лоне", и только выйдя из него, наделяется личной ответственностью за все, что он делает.

Согласно законам природы, как утверждают мудрые люди, процесс созревания заканчивается у мужчин к 20-23 годам, у женщин - к 15-19 годам, в зависимости от климатических условий местности, где они росли.

Эти периоды обусловлены законами природы, но, к сожалению, это еще не стало общепризнанным фактом.

По моему мнению, современная педагогика крайне небрежно относится к вопросам пола, которые играют важнейшую роль в жизни каждого человека.

Что касается ответственности за свои действия, то большинство современников, достигших зрелости или даже перешагнувших этот рубеж, как ни странно это может показаться на первый взгляд, не виноваты, по моему мнению, во многих своих скверных поступках, так как они вызваны нарушением законов природы.

Одна из самых главных причин совершения людьми немотивированных асоциальных действий состоит в том, что в этом возрасте молодые люди часто испытывают недостаток в общении с лицами противоположного пола, необходимом для полноценного развития и самосовершенствования личности, и поэтому находятся в состоянии внутреннего дискомфорта.

Вот почему человеку, достигшему зрелости, совершенно необходимо иметь рядом лицо противоположного пола, для того чтобы вести гармоничную полноценную жизнь.

Наши далекие предки понимали это очень хорошо и считали необходимым для нормального развития общества достижение гармонии в семейных отношениях.

У древних народов даже был обычай обручать своих маленьких детей: мальчиков с семи лет и девочек с годовалого возраста. С момента помолвки родители будущих супругов брали на себя обязательство всячески содействовать развитию у своих детей привычек, вкусов и склонностей, которые окажут благотворное влияние на их совместную жизнь".

Я также очень хорошо помню, как отец и Борш повторяли: чтобы в зрелом возрасте человек мог стать полезным членом общества, а не паразитировать на нем, его воспитание должно опираться на десять основных принципов.

С раннего детства ребенку необходимо исподволь внушать следующее:

- Веру в неизбежное наказание за ослушание.

- Веру в то, что вознаграждение дается только по заслугам.

- Любовь к Господу, но безразличие к святым.

- Неприятие жестокого обращения с животными.

- Боязнь обидеть родителей и учителей.

- Отсутствие страха перед чертями, мышами и змеями.

- Способность радоваться тому, что имеешь.

- Желание сохранить добрые отношения с окружающими.

- Терпеливое отношение к физическим страданиям.

- Стремление зарабатывать "свой кусок хлеба" как можно раньше.

К моему глубокому сожалению, мне не довелось присутствовать при последних днях жизни этого достойного человека и заплатить последний долг в земной жизни моему незабвенному учителю, моему второму отцу.

Однажды в воскресный день, через много лет после его кончины, священнослужители карского собора были очень удивлены и крайне заинтересованы тем, что какой-то незнакомец заказал полную заупокойную службу для того, кто лежал в одинокой и всеми забытой могиле. Они в недоумении переглядывались, видя, что этот никому не известный человек с трудом сдерживает подступавшие к глазам слезы.

Покойтесь с миром, дорогой учитель. Не знаю, оправдал ли я ваши надежды, но в течение всей моей жизни я нерушимо следовал вашим заповедям.

]]>
Гурджиев Г.И. Встречи с замечательными людьми. Fri, 30 Jan 2009 09:34:46 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Встречи с замечательными людьми. Часть 3 http://fway.org/onlinelib/40-vstr/67--3.html ЧАСТЬ III

БОГАЕВСКИЙ

 

Богаевский, или отец Евлиссий, в настоящее время жив и здоров и удостоен чести служить помощником аббата в главном монастыре Ессейского братства, находящемся на берегу Мертвого моря. Согласно преданиям, это братство возникло за двести лет до Рождества Христова, и утверждают, что именно в этом братстве Иисус Христос принял первое причастие.

Впервые я встретился с Богаевским, или отцом Евлиссием, когда он был еще совсем молодым человеком, только что закончившим обучение в русской духовной семинарии и в ожидании принятия сана служившим дьяконом в карском соборе.

Вскоре после приезда в наш город он, в ответ на просьбу отца-настоятеля, дал согласие стать моим учителем, заменив Крестовского, который незадолго до того получил место капеллана в одном из полков, стоявшем где-то в Польше. Богаевский был приглашен в Карс, чтобы заместить Крестовского в соборе.

Он оказался очень общительным и добродушным человеком и вскоре заслужил всеобщую любовь и доверие. Даже Пономаренко, которого окружающие считали, и не без основания, грубияном, и тот сошелся с Богаевским довольно близко. Они совместно снимали комнату, расположенную рядом с городским общественным садом и пожарной каланчой.

Так как Богаевский был еще совсем молод, у меня с ним возникли дружеские, доверительные отношения, и я часто заходил к нему в гости или оставался после окончания занятий, чтобы послушать, о чем он беседует с Пономаренко или другими знакомыми, которые часто собирались у него. Иногда я помогал ему по дому.

Среди тех, кто чаще всего приходил к Богаевскому, мне запомнились военный инженер Всеславский, его близкий друг и соотечественник, и офицер артиллерийских войск Кузьмин, специалист по взрывным веществам.

Сидя у самовара, они беседовали обо всем на свете, и я внимательно прислушивался ко всему, о чем они говорили. Будучи большим любителем чтения, я поглощал огромное количество книг, посвященных различным вопросам, и как губка впитывал в себя все, что узнавал. Из-за разницы в возрасте я никогда не решался вмешиваться в их беседы и испытывал благоговение перед их обширными и глубокими знаниями.

Жизнь в нашем провинциальном городке была скучна, и, чтобы развеять тоску, эти люди собирались одной компанией довольно часто. Их дискуссии, постоянным свидетелем которых мне доводилось быть, пробудили во мне интерес к абстрактным вопросам, который не угас до сих пор.

Это увлечение "высокими материями" определило всю мою будущую жизнь, поэтому я остановлюсь на этом периоде моей жизни довольно подробно. Однажды во время очередной дискуссии завязался горячий спор о спиритизме и в том числе о cтоловерчении, которое в те дни привлекало всеобщий интерес.

Военный инженер утверждал, что этот феномен осуществляется при участии духов, остальные присутствующие относили его к проявлению иных сил природы, таких, как магнетизм, закон притяжения, самовнушение и т.п., но никто не отрицал существования этого феномена как такового.

Я слушал как всегда внимательно: эта тема меня очень заинтересовала. Хотя я много читал, но мне еще не попадались книги о спиритизме. Этот интерес многократно усиливался под влиянием одного события в моей жизни. Я все еще скорбел о недавно умершей младшей сестренке, и тема смерти и загробной жизни, обсуждаемая моими знакомыми, чрезвычайно волновала меня.

Дискуссия закончилась, и собравшиеся решили провести эксперимент, для которого понадобился стол на трех ножках. Как раз такой находился в комнате, но, большой специалист по этому вопросу, офицер артиллерии отверг его, потому что он был изготовлен с применением гвоздей. Он объяснил, что нужен такой стол, в котором отсутствует металл, и поэтому я был послан к соседу и вскоре вернулся, захватив с собой то, что было необходимо.

Наступил вечер, мы расселись вокруг стола, положив на него руки определенным образом, как нам показал Кузьмин.

Минут через двадцать стол начал двигаться. И инженер спросил его о возрасте каждого из присутствующих, и он отстучал ножкой соответствующие цифры.

Мне трудно описать, какое сильное впечатление произвело на меня это событие. Передо мной открылся целый мир неизведанного, непостижимого.

Все, что я увидел и услышал, так поразило меня, что я думал об этом всю дорогу домой и целую ночь не спал, размышляя над тем, что случилось.

В конце концов я решился спросить обо всем увиденном у отца Борша.

Услышав мой подробный рассказ, отец-настоятель ответил: "Все это полная чепуха. Не забивай себе голову подобными глупостями. Подумай сам, если духи действительно имели бы возможность стучать ножкой стола - это значило бы, что они обладают физической силой. А если это так, то почему они прибегают к такому идиотскому способу заявить о своем присутствии".

Но хотя я очень уважал своего учителя, я не смог безоговорочно принять его ответ. Мне подумалось, что мой молодой репетитор и его друзья, которые окончили высшие учебные заведения, гораздо более образованны, чем старый человек, который учился во времена, когда наука еще не достигла такого прогресса, как теперь. Я решил, что мои молодые друзья наверняка знают о некоторых вещах гораздо больше, чем мой старый учитель.

Чтобы глубже разобраться в этом вопросе, который меня заинтересовал, я обратился к книгам, которые мне давали Богаевский и его друзья.

Но моя напряженная учеба оставляла очень мало свободного времени, и в конце концов я забыл обо всем этом.

Время шло. Я очень усердно занимался со своими учителями, а во время недолгих каникул ездил к дяде в Александрополь, где завел много друзей. Целью моей поездки было желание подзаработать, так как я постоянно испытывал нужду в деньгах. Мне необходимо было покупать еду, одежду, книги и т.п., а также материально поддерживать некоторых членов семьи.

В Александрополе меня ценили как мастера на все руки и часто просили починить то одно, то другое. Один человек хотел починить замок, другой - старые часы, третий просил собрать печь особой конструкции из местного камня. Кому-то необходимы были богато вышитые подушки для приданого своей дочери, кто-то хотел украсить поделками свою гостиную. Короче говоря, у меня была обширная клиентура, и моя работа щедро оплачивалась.

В Карcе я вращался в среде интеллигентных людей и из-за своих предрассудков не хотел, чтобы они узнали, что я простой ремесленник, и заподозрили, насколько бедна моя семья. Мне было бы неприятно, если бы они увидели, как я зарабатываю себе на жизнь. Мое самолюбие было бы сильно уязвлено.

Итак, на Пасху, как обычно, я отправился в Александрополь, который находился примерно в шестидесяти милях от Карса, с намерением остановиться в доме моего дяди, который всегда относился ко мне очень хорошо.

На следующий день моя тетя за обедом вдруг сказала мне: "Послушай, будь поосторожнее, чтобы с тобой ничего не случилось".

Я удивился: "А что со мной может случиться?"

"Да я и сама толком ничего не знаю, - смутилась она. - Но часть предсказания сбылась, и я боюсь, как бы и остальное не осуществилось", - и она рассказала следующее.

В начале зимы полоумный Иунг Ашох Мадиросс приехал в Александрополь, и почему-то моей тетке пришло в голову узнать о том, что ожидает меня в будущем. Она пошла к нему и услышала предсказание моей судьбы, причем некоторые описанные события действительно уже осуществились. "Но, слава Богу,- добавила тетя, - кое-что не сбылось: первое - у тебя должен был заболеть правый бок, и второе - несчастный случай на охоте. Пожалуйста, будь осторожен с огнестрельным оружием и не ходи на охоту, - попросила эта добрая женщина. - Он хоть и не в своем уме, но лучше не рисковать".

Я очень удивился всему услышанному, потому что два месяца тому назад у меня на правом боку и вправду появился карбункул, от которого я избавился только через несколько недель ежедневных хождений в военный госпиталь на перевязку. Но я об этом никому не рассказывал, и даже у меня дома об этом не знали. Как же могла моя тетя, которая была так далеко, проведать об этом случае?

Однако я не придал значения этой истории, так как не верил в предсказания, и вскоре вообще забыл обо всем.

В Александрополе у меня был друг по фамилии Фатинов, который в свою очередь имел приятеля Горбакяна, сына управляющего одной компанией в бакинском районе.

Примерно через неделю после того, как тетя удивила меня своим рассказом, Фатинов зашел ко мне и предложил пойти вместе с ним и его приятелем на озеро, чтобы поохотиться на уток. Это озеро располагалось у подножия большой горы. Я не раздумывая согласился составить им компанию, так как нуждался в отдыхе. Перед этим я усердно штудировал труды по нейрофизиологии и был очень утомлен. К тому же я с детства обожал стрелять.

Однажды, когда мне только что исполнилось шесть лет, я без разрешения взял отцовскую винтовку и отправился стрелять воробьев. И хотя из-за сильной отдачи первый же выстрел свалил меня с ног, это никак не охладило мой пыл и даже усилило страсть к огнестрельному оружию. Конечно, ружье у меня отобрали и повесили очень высоко, чтобы я не смог до него добраться, но я изготовил себе другое - из старых гильз. Это ружье стреляло картонными пульками от моей игрушечной винтовки. Оно же, заряженное свинцовым шариком, попадало в цель так метко, что очень заинтересовало моих товарищей по играм. Они стали мне заказывать такие же винтовки, и, заслужив репутацию отличного "ружейного мастера", я стал неплохо зарабатывать.

И вот через два дня Фатинов со своими приятелями зашел за мной, и мы вместе отправились на охоту. Так как до озера было не меньше пятнадцати миль, выйти нужно было на рассвете, чтобы к вечеру, не спеша, добраться до места.

Нас было четверо, вместе с присоединившимся солдатом - денщиком Горбакяна. Мы все захватили ружья, а Горбакян даже казенную винтовку. Вовремя добравшись до озера, мы разложили костер, приготовили ужин и легли спать.

Проснувшись на рассвете, мы разошлись по берегу, заняв каждый свое место, и стали ждать, когда взлетят утки. Слева от меня расположился Горбакян. Выстрелив по первой утке, он взял слишком низко, и пуля попала мне прямо в ногу. К счастью, рана оказалась сквозной, кость не была задета.

Конечно, охоту пришлось прервать. Нога сильно кровоточила и начала болеть, и так как я не мог идти, мои друзья несли меня всю дорогу на импровизированных носилках.

Некоторое время я пролежал дома, и хотя рана вскоре зажила, хромота оставалась еще длительное время.

Совпадение того происшествия с предсказаниями нашего местного "прорицателя" заставило меня задуматься. Заехав к дяде в очередной раз, я узнал, что Иунг Ашох Мадиросс сейчас находится в Александрополе, и попросил тетю пригласить его. Он произвел на меня впечатление не вполне нормального человека, время от времени вздрагивал и непрерывно курил. Определенно, он был очень болен.

Весь процесс "прорицания" выглядел следующим образом. Сидя между двумя зажженными свечами, он держал перед собой отставленный большой палец руки, пристально глядя на его ноготь, пока не погрузился в состояние, подобное сну. Тогда он начал рассказывать, что он видит на ногте, сперва описывая, во что человек одет, затем его черты лица и только потом предсказывал то, что ждет этого человека в будущем.

Если приходилось предсказывать судьбу отсутствующего человека, медиум просил описать его внешний вид, назвать возраст и показать направление, в котором он сейчас находится.

По моей просьбе медиум описал мое будущее. И когда-нибудь я расскажу вам, сбылось ли его предсказание.

В Александрополе я столкнулся с другим феноменом, которому не могу найти объяснения. Напротив дома моего дяди росли тополя, это было очень красивое место, и я любил ходить туда, прихватив с собой книгу или какую-нибудь работу. Здесь всегда играли дети, которые приходили сюда из разных районов города. Тут можно было встретить ребятишек с любым цветом кожи: греков, курдов, татар. Их игры подымали невероятный шум и суматоху, которые, впрочем, мне совсем не мешали. Однажды я сидел под тополем, погруженный в работу, заказанную мне соседом, свадебным подарком его племяннице. Я должен был вырезать на дощечке монограмму, состоящую из инициалов племянницы и ее будущего мужа, а также день, месяц и год этого памятного события. В то время, когда я усердно трудился над выполнением заказа, вдруг раздался пронзительный крик. Я вскочил, уверенный, что с одним из играющих детей произошел несчастный случай. Я увидел мальчика, который стоял в окружении детей, громко рыдал и делал странные движения. Другие ребятишки смеялись над ним. Подойдя поближе, я спросил у них, что случилось, и узнал, что плачущий мальчик был езидом, вокруг него нарисовали круг, из которого невозможно выбраться, пока его не сотрут. Ребенок изо всех сил пытался выйти из круга, но у него ничего не получалось. Я подошел и стер часть круга, что позволило мальчику выйти из него.

Я был так поражен этим феноменом, что просто прирос к месту, и далеко не сразу ко мне вернулась способность двигаться. Хотя я не раз слышал о езидах, но никогда не верил в это. И только увиденное собственными глазами заставило меня изменить точку зрения.

Заметив, что дети вернулись к своим обычным играм, я в глубоком замешательстве занялся прерванной работой над монограммой, которую необходимо было закончить в течение сегодняшнего дня. Ведь это был подарок молодоженам, чья свадьба была назначена на завтра.

Езиды были сектой, члены которой проживали в Закавказье, главным образом возле горы Арарат. Их называли сатанистами.

Спустя много лет после описанного случая я проделал специальный эксперимент с целью изучить этот феномен и убедился, что если вокруг езида начертить круг, то он и в самом деле не сможет из него выбраться, как бы ни старался. Внутри окружности движения человека не ограничены, и чем шире этот круг, тем больше пространство, по которому он может перемещаться, но пересечь эту магическую линию он не способен. Какая-то сверхъестественная сила, значительно превышающая физическую силу человека, удерживает его внутри.

Меня никак нельзя назвать слабаком, но я не смог вытащить из такого круга хрупкую женщину.

Когда езида пытаются вытолкнуть из круга насильно, он немедленно впадает в состояние, похожее на каталепсию, из которого выходит после того, как вновь окажется внутри круга. Но если этого человека не вернуть в круг немедленно, то он приходит в себя только через тринадцать или двадцать один час.

Привести его в нормальное состояние раньше невозможно, по крайней мере, мне не удалось это сделать, несмотря на то, что я обладаю довольно глубокими познаниями в области гипноза и мне не раз приходилось выводить людей из состояния обычной каталепсии. Только особо просвещенные сектанты могут это сделать при помощи таинственных заклинаний.

Итак, несколько придя в себя, я отправился в русский квартал Александрополя, где жило большинство моих друзей и знакомых, в надежде на то, что они помогут мне разобраться в увиденном. Русский квартал был таким районом города, где жила местная интеллигенция.

Должен заметить, что примерно с восьмилетнего возраста, благодаря счастливому стечению обстоятельств, моими друзьями в Александрополе, а также и в Карсе, были люди не только старшие по возрасту, но и принадлежавшие к семьям, занимавшим более высокое социальное положение. В греческом квартале, где прежде жили мои родственники, у меня не было друзей. Все они жили в другой части города и были детьми офицеров, чиновников и духовенства. Я часто ходил к ним в гости и таким образом вскоре стал своим почти во всех домах этого квартала.

Помнится, первым человеком, с которым я обсуждал поразивший меня феномен, был мой близкий друг Ананьев. Он даже не дослушал до конца, заявив, что дети просто разыграли меня.

"Вы слишком наивны и доверчивы, вот они вас и провели. Но какие ловкие эти проказники!" - добавил он и пошел в соседнюю комнату, чтобы надеть форму перед уходом на службу. (В те дни Ананьев работал на почте.) Затем он предложил мне проводить его, но я отказался, сославшись на нехватку времени, а сам отправился к другому приятелю, жившему на той же улице. Павлов, так его звали, был бухгалтером и отличным парнем, несмотря на его любовь к крепким напиткам. У него я застал дьякона - отца Максима, офицера артиллерии Артемина, капитана Терентьева, учителя Стольмаха, и еще двоих, с которыми я не был знаком. Когда я вошел, они пили водку и предложили мне присоединиться к их компании.

Должен сказать, что я выпивал и раньше понемногу, и, когда мне предлагали, как в данном случае, я обычно не отказывался. Привычка к небольшим порциям водки возникла у меня после одного случая в Карсе. Однажды утром, после ночи, проведенной за чтением увлекательной книги, я собрался лечь спать, но неожиданно за мной зашел один солдат, который предложил мне отправиться в собор. В этот день должна была проходить служба, не помню, в честь чего, и в последний момент было решено вести ее в сопровождении хора певчих. Во все концы города за ними были посланы денщики и солдаты.

Не сомкнув глаз ни разу за всю ночь, я так устал, поднимаясь к расположению гарнизона по крутому склону, что едва передвигал ноги. После церковной службы был накрыт стол, и хормейстер, сам большой любитель выпить, видя мое состояние, предложил мне рюмку водки.

Выпив ее, я почувствовал себя гораздо лучше, а после второй рюмки всю мою усталость как рукой сняло. С тех пор, когда я уставал физически или нервничал, я выпивал одну-две рюмки водки.

В этот вечер я выпил только одну рюмку за компанию и больше не притрагивался к спиртному. Собравшиеся еще только приступили к выпивке, но я заранее знал, чем она закончится. Отец-дьякон, например, почему-то начинал петь заупокойную Александру I. Другие вели себя не лучше. Учитывая ситуацию, я задал свой вопрос как бы в шутку.

Мою историю выслушали с большим интересом и наперебой начали высказывать свое мнение. Первым заговорил капитан, рассказавший, что он своими глазами видел нечто подобное: несколько солдат начертили на земле окружность вокруг одного курда, а тот со слезами на глазах начал умолять их стереть эту линию. И до тех пор, пока капитан не приказал своим солдатам сделать это, курд не мог выбраться из круга.

"Я думаю, - добавил капитан, - что дали клятву никогда не выходить из замкнутого круга. Они не выходят из него не потому, что физически не в состоянии сделать это, а потому, что не хотят нарушать данную клятву".

А вот что сказал отец-дьякон: "Эти сатанисты прекрасно знают, что их господин не причинит вреда своей пастве, но они как бы соблюдают внешние приличия, демонстрируя, какой властью он над ними обладает. Дьявол ведет себя со своей паствой точно так же, как Филин со мной".

Филином звали жандарма, который стоял здесь же на углу и иногда за небольшое вознаграждение ходил за сигаретами для всей компании, когда в этом возникала необходимость.

"Положим, - продолжал отец-дьякон, - я окажусь на улице в сильном подпитии. Этот Филин как представитель власти должен немедленно арестовать меня и доставить в полицейский участок. Чтобы не вызвать нареканий прохожих, он для вида так и сделает, но как только мы зайдем за угол, отпустит меня на все четыре стороны, не забыв взять на чай". Офицер артиллерийских войск заявил, что никогда не слышал о подобном феномене и что, по его мнению, все это чушь. Он удивился, что интеллигентные люди могут в это верить и даже ломать голову над разъяснением подобной загадки.

Учитель Стольмах возразил, что убежден в существовании сверхъестественных явлений, найти объяснение которым современная наука не может, но с ее дальнейшим развитием существование метафизических сил непременно будет доказано. "Что касается вашего рассказа, я думаю, это один из магнетических феноменов, еще не изученный современными учеными". Он собрался еще что-то добавить, когда Павлов прервал его:

"Черт побери этих всех сатанистов. Дать им всем по бутылке водки, и тогда никакой дьявол не затащит их обратно в круг. Давайте выпьем за здоровье Исакова". (Исаков был владельцем местного винокуренного завода.)

Эта дискуссия нисколько не помогла мне понять, что же я видел собственными глазами. Наоборот, с этого момента я начал сомневаться в том, что мои друзья обладают глубокими знаниями.

На следующее утро я случайно встретил доктора Иванова, главного врача госпиталя тридцать девятого дивизиона. Его вызвали к больному армянину и он предложил мне пойти с ним в качестве переводчика. Доктор Иванов был в нашем городе очень уважаемым человеком и имел обширную практику. Я хорошо его знал, часто встречая у своего дяди. После окончания визита я сказал ему: "Ваше благородие (он был в звании генерала), пожалуйста, объясните мне, почему езиды не могут выйти из круга?" - "А, вы имеете в виду этих сатанистов? Это всего лишь проявление истерии". - "Истерии?" - переспросил я. - "Да, типичное истерическое состояние психики", - и он прочел мне небольшую лекцию об истерии. Все, что я смог узнать из этой лекции, это то, что такое истерия. Но я это знал и раньше, проштудировав к этому времени гору книг по нейрофизиологии и психологии, которые брал в библиотеке. Но ни эти книги, ни речь доктора Иванова не разрешили моих сомнений и не дали объяснения этому феномену.

Чем больше объяснений я слушал, тем труднее мне было понять, где истина и чему верить. Тому, что написано в книгах, или тому, что я видел собственными глазами.

Вскоре случилось другое происшествие, которое меня еще сильнее озадачило. Я шел к роднику, чтобы умыться, - я привык умываться по утрам ледяной водой - и увидел группу женщин, что-то оживленно обсуждавших. Подойдя к ним, я узнал, что в их квартале появился горнах - так называли злого духа, который вселялся в тела недавно умерших людей и в таком обличье совершал всяческие злодеяния, особенно досаждая врагам покойного.

И вот один из злых духов вселился в тело татарина, недавно скончавшегося и погребенного всего день тому назад.

Я знал, что тот человек умер. Его дом был расположен возле дома, где прежде жили мои родители, и я часто ходил туда, чтобы получить плату с арендаторов.

Это был молодой человек, который недавно поступил в полицию. Несколько дней тому назад во время состязаний по джигитовке он упал с лошади и получил сильные внутренние повреждения. И хотя врач сделал все возможное, этот молодой человек скончался, и по татарским обычаям был в тот же день похоронен.

Вселившийся в его тело злой дух направлялся домой, когда кто-то, заметив его, поднял тревогу. Этот же человек, чтобы помешать злому духу причинить кому-либо зло, перерезал ему глотку и отнес обратно на кладбище.

Среди приверженцев христианской веры существовало убеждение, что духи вселяются в тела только умерших татар, так как, согласно обычаю, они зарывают гроб совсем неглубоко, и злому духу очень легко забраться в тело.

Происшествие ошеломило меня. Какое объяснение я мог придумать? Все обсуждали это событие, в том числе - мой дядя, уважаемый Георгий Меркуров, и его сын, недавно закончивший школу и служивший в полиции. Они были гораздо старше меня, пользовались уважением окружающих и знали столько всего, о чем я не имел ни малейшего понятия. Заметил ли я на их лицах негодование, горе или удивление? Нет, казалось, они даже рады, что кому-то удалось вовремя наказать злого духа, который так и не успел натворить бед.

Я опять засел за книги, надеясь, что с их помощью смогу удовлетворить свое любопытство. Богаевский, который очень помогал мне, к сожалению, вынужден был вскоре уехать, так как получил место капеллана в одном из гарнизонов Закавказья. Пока он жил в Карсе и был моим учителем, он удивлял меня тем, что заставлял исповедоваться каждую неделю, еще не будучи посвященным в сан. Перед отъездом он предложил мне еженедельно записывать мои исповеди и посылать ему в письмах. Он обещал иногда отвечать мне. Мы договорились, что мой дядя будет получать эти письма и передавать мне.

Через год после этого Богаевский прервал свою службу капеллана и ушел в монахи. Ходили слухи, что он это сделал из-за романа его жены с одним офицером. Выгнав жену, Богаевский отказался оставаться в этом городе и даже не захотел вести службы в соборе. Вскоре после его отъезда из Карса я уехал в Тифлис. К тому времени я получил от него всего два письма, после чего не имел никаких известий в течение нескольких лет.

Позже я случайно встретился с ним в Самаре, где он жил в доме местного епископа. Богаевский не сразу узнал меня, так как я за эти несколько лет повзрослел и очень изменился. Но когда я назвал себя, он очень обрадовался, и несколько дней подряд мы встречались и беседовали с ним. Затем нам обоим пришлось уехать из Самары.

Это была последняя моя встреча с Богаевским, больше я его никогда не видел. Только слышал, что он не захотел остаться в русском монастыре и уехал в Турцию, а затем, оставив монашество, направился в Иерусалим. Там Богаевский познакомился с одним торговцем четками, который оказался монахом Ессейского братства, и с его помощью вступил в это братство. Благодаря своей праведной жизни Богаевский сначала стал церковным старостой, а затем, несколькими годами позже, настоятелем одного из приходов братства в Египте. Его настолько ценили и уважали, что, когда умер один из помощников аббата, предложили занять это место.

Я узнал много интересного о его необыкновенной судьбе из рассказов одного турка-дервиша, который часто виделся с Богаевским и даже получил от него письмо, содержащее благословение. К письму было приложено несколько фотографий: на одной был изображен сам Богаевский в одеянии греческого монаха, на других были виды святых мест в окрестностях Иерусалима.

Из наших частых бесед в Карсе я знал, что Богаевский, в те времена еще не принявший сана, имел свой особый взгляд на вопросы морали. Он говорил мне, что на земле существует два вида морали: всеобщая, сформированная самой жизнью в ходе тысячелетнего развития, и другая, субъективная, обслуживающая как отдельных индивидуумов, так и целые нации, семьи, социальные группы.

Всеобщая, объективная мораль, данная нам в заповедях Господа Бога, донесенная его пророками, стала почвой, на которой вырастает то, что мы называем совестью. И благодаря совести эта всеобщая мораль сохраняется на земле. Всеобщая объективная система ценностей не меняется, только шире распространяется по земному шару. Что касается субъективной морали, она изобретена людьми и поэтому относительна, различна у разных народов и социальных групп, и даже у отдельных людей. Она зависит от индивидуального или группового понимания добра и зла, господствующего в данный период времени в данном месте.

"Например, здесь, в Закавказье, - говорил Богаевский, - если женщина не закрывает лица, если она первая заговорит с гостем, окружающие будут считать ее непорядочной, испорченной и плохо воспитанной. В России же напротив, если женщина закрывает лицо, если она неприветлива с гостем и не вступает с ним в разговор, ее будут считать невоспитанной, невежливой и неприятной.

Другой пример: если мужчина, живущий в Карсе, не ходит раз в неделю или в крайнем случае раз в две недели в турецкие бани, его знакомые начнут испытывать к нему неприязнь и даже отвращение и найдут, что от него очень плохо пахнет, хотя это может и не соответствовать истине. А в Санкт-Петербурге все наоборот: если человек из приличного общества даже намекнет на то, что он посещает баню, его сочтут некультурным, неинтеллигентным человеком. И если этот человек действительно любит попариться и хочет следовать этой привычке, он будет вынужден скрывать ее от окружающих как что-то постыдное, чтобы сохранить хорошую репутацию.

Очень хорошо иллюстрируют мою мысль два случая, о которых я тебе расскажу, - продолжал Богаевский. - Это происходило у нас в Карсе, и в свое время эти события привлекли всеобщее внимание. Первое - суд над лейтенантом К. и второе - самоубийство лейтенанта Макарова.

Лейтенант К. предстал перед трибуналом за избиение сапожника Иванова, в результате которого тот лишился глаза. Подсудимый был оправдан, когда судьи узнали в процессе расследования, что сапожник очень досаждал лейтенанту К. и распространял о нем порочащие его слухи.

Заинтересовавшись этим делом, я, несмотря на решение суда, провел собственное расследование, расспросив знакомых и родственников пострадавшего, чтобы лично удостовериться в том, каковы действительные причины поступка лейтенанта К.

Как я узнал, этот лейтенант заказал у сапожника сначала одну пару сапог, а потом еще две и обещал заплатить ему за работу в двадцатых числах месяца, когда будет получено жалованье. Так как деньги не были посланы в срок, сапожник пришел к лейтенанту с просьбой вернуть долг. Офицер обещал заплатить на следующий день, и так продолжалось довольно долго. Лейтенант кормил его обещаниями, не отдавая денег, однако Иванов не прекращал свои визиты, так как для него эти деньги были очень важны. Для того чтобы купить кожу для сапог, он потратил все свои сбережения, и ему нечем было кормить своих шестерых детей.

В конце концов приходы сапожника так надоели лейтенанту, что он приказал своему денщику гнать того взашей, а если он заявится снова, задать ему хорошую трепку.

Денщик, человек добродушный, не стал бить Иванова, как ему было приказано, а желая по-дружески убедить его не раздражать хозяина, пригласил сапожника на кухню. Иванов присел, а денщик начал ощипывать гуся, предназначенного для жаркого. Видя это, сапожник заметил: "Ваш хозяин, не заплатив мне долга, ест каждый день жареных гусей, а мои дети пухнут с голоду!"

В это время лейтенант К. случайно зашел в кухню и услышал эти слова. Он в бешенстве схватил со стола свеклу и ударил Иванова в лицо так сильно, что выбил ему глаз.

Второй случай, - продолжал Богаевский, - так сказать, полная противоположность первому. Некий лейтенант Макаров не смог заплатить долг в установленный срок капитану Машвелову и поэтому застрелился. Следует сказать, что Машвелов был известным карточным шулером. Каждый день он кого-нибудь обыгрывал, и для всех было очевидно, что он не чист на руку Некоторое время тому назад лейтенант Макаров сел играть в карты с другими офицерами, среди которых был и Машвелов, и не только проиграл все деньги, что имел при себе, но даже занял некоторую сумму у этого Машвелова, обещая вернуть ему их через три дня. Так как это была довольно большая сумма и он не смог достать столько денег к указанному сроку, Макаров застрелился, чтобы не запятнать честь офицера.

Оба эти события случились из-за денег. В первом случае должник выбил глаз своему кредитору, во втором случае должник предпочел застрелиться. Почему так вышло? Потому что знакомые Макарова стали бы презирать его, если бы он не заплатил карточного долга, тогда как в случае с долгом Иванову все было в порядке вещей, даже если бы его дети умерли с голоду. Своевременный возврат долга сапожнику не предусмотрен кодексом офицерской чести.

Такие события возможны потому, что люди забивают своим детям головы всеми мыслимыми и немыслимыми предрассудками и таким образом мешают самой природе развивать в них совесть".

Богаевский убеждал меня не поддаваться влиянию социальных и национальных предрассудков. Он говорил: "Настоящему человеку необходима настоящая, истинная мораль, которая исходит от совести и дана нам Господом Богом в заповедях.

Совесть повсюду одна: здесь, в Карсе, в Петербурге, в Америке, на Камчатке и на Соломоновых островах. Сегодня ты здесь, а завтра можешь оказаться в Америке, и если ты обладаешь истинной совестью и живешь в согласии с ней, то тебе всегда будет хорошо, где бы ты ни оказался. Ты еще очень юн, только начинаешь жить. Не беда, если кто-то говорит, что ты плохо воспитан, потому что ты не умеешь правильно поклониться или поддержать светскую беседу, - главное, чтобы в тебе развилась совесть, которая является фундаментом всеобщей объективной морали.

Субъективная мораль - вещь относительная, и если твоя голова забита понятиями, которые не имеют абсолютной ценности, тогда, повзрослев, ты будешь судить других людей неправедным судом. Ты не должен жить по правилам, которые тебе навязывают окружающие в зависимости от их представлении о добре и зле, ты должен делать то, что говорит тебе твоя совесть.

Прислушивайся к голосу совести, и ты будешь знать больше, чем все книги и учителя вместе взятые, а пока твоя совесть еще не сформировалась, живи по заповедям учителя нашего Иисуса Христа: не делай другому то, чего не желаешь для себя".

Отец Евлиссий - один из немногих людей на земле, живущих по заповедям Великого Учителя Иисуса Христа. Может быть, его молитвы помогут тем, кто ищет пути истинного.

]]>
Гурджиев Г.И. Встречи с замечательными людьми. Fri, 30 Jan 2009 09:37:56 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Встречи с замечательными людьми. Часть 4 http://fway.org/onlinelib/40-vstr/68--4.html IV

МИСТЕР  ИКС,  ИЛИ КАПИТАН ПОГОСЯН

 

Саркис Погосян, или, как его теперь называют, Мистер Икс, владеет несколькими пароходами, один из которых, курсирующий вокруг его любимых Соломоновых островов, он держит для своих собственных поездок.

Армянин по национальности, он родился в Турции, а детство провел в Закавказье, в городе Карсе.

Я познакомился и подружился с Погосяном, когда он еще был очень молодым человеком, заканчивающим обучение в теологической семинарии и готовящимся принять сан.

Задолго до первой встречи с ним я много о нем слышал от его родителей, которые жили недалеко от нас и часто приходили в гости к моему отцу. Я знал, что они имели только одного сына, который прежде учился в Ереване, а сейчас перевелся в теологическую семинарию в Эчмиадзине. Родители Погосяна были по национальности турками. Они перебрались в Карс из города Эрзурума вскоре после того, как он был захвачен русскими. Отец был по профессии красильщиком, мать вышивала золотом, особенно хорошо у нее получалась вышивка на поясах и других деталях национального армянского женского костюма. Живя очень скромно, они все деньги тратили на то, чтобы дать своему сыну хорошее образование.

Саркис Погосян редко приезжал к родителям, и мне не пришлось встретиться с ним в Карсе. Впервые я увидел его в Эчмиадзине. Прежде чем отправиться в этот город, я заехал в Карс повидать своего отца. Родители Погосяна, узнав, куда я собираюсь ехать, попросили меня передать их сыну посылку с бельем.

Я направлялся в Эчмиадзин, чтобы отыскать ответ на вопрос - существует ли сверхъестественное? Эта проблема продолжала меня интересовать.

Должен сказать, что, как я уже упоминал в предыдущей главе, увлекшись сверхъестественными явлениями, я погрузился в книги, чтобы там отыскать объяснение этому феномену. Не найдя ответа ни в книгах, ни у ученых, с которыми меня сводила судьба, я обратился к религии. Посещая монастыри, я знакомился с людьми, известными своим благочестием, читал Священное Писание и Жития святых и даже провел три месяца в монастыре у отца Евлалия. Еще я совершал паломничества к святым местам в Закавказье. В этот период времени я стал свидетелем целой серии феноменов, которые произошли на моих глазах и которым я не мог найти разумное объяснение. Все это не только не проясняло мне ум, но даже еще больше озадачивало.

Например, однажды, когда я вместе с группой паломников шел из Александрополя на религиозное празднество у подножия горы Джаджур, я стал свидетелем следующего инцидента.

Парализованный человек родом из маленького поселка Палдеван был посажен в повозку и по дороге разговорился со своими родственниками, которые его сопровождали.

Из их беседы я узнал, что паралитик, человек, которому не было и тридцати лет, болен в течение шести последних лет, но раньше он обладал исключительно хорошим здоровьем и даже был военным. Заболел он, возвратившись из армии, как раз перед своей свадьбой, вдруг потеряв чувствительность в левой половине тела. Несмотря на усилия всевозможных докторов и народных целителей ему не стало лучше. Больного возили в Минеральные Воды на Кавказе, а сейчас родные взяли его с собой, надеясь, что святой поможет и исцелит недуг. По дороге в святые места мы сделали остановку в поселке Дискиант, как повелось у паломников, чтобы помолиться на чудотворную икону Спасителя, которая находилась в простой армянской семье. Так как инвалид тоже хотел помолиться у иконы, он был внесен в этот дом с помощью родных.

Сразу после обеда мы отправились к горе Джаджур, на склоне которой находились маленькая церковь и чудотворная могила. По дороге нам пришлось остановиться на месте, где паломники обычно оставляли свои повозки и фургоны, следуя дальше пешком. Это расстояние примерно в четверть мили многие преодолевали босиком, в соответствии со здешними обычаями, или даже на коленях.

Когда паралитика сняли с повозки, чтобы нести наверх на руках, он внезапно запротестовал, сказав, что хочет добраться до святого места без посторонней помощи. Положенный на землю, он стал ползти, используя правую здоровую половину тела. Это было такое тяжелое зрелище, что у всех присутствующих на глазах выступили слезы. Но инвалид продолжал ползти, отвергая помощь окружающих. Наконец, часа через три, после многих остановок в пути, он добрался до могилы святого, которая находилась в центре церкви, и, поцеловав могильную плиту, сразу потерял сознание.

Родные стали хлопотать вокруг него, стараясь привести его в чувство: лили ему воду в рот, смачивали лицо. И как только он пришел в себя, случилось чудо - паралич прошел.

Сперва этот мужчина чуть не лишился рассудка от радости и, вскочив на ноги, стал плясать как сумасшедший, но опомнившись, громко вскрикнул и, распростершись на земле, стал молиться.

Все присутствующие со священником во главе последовали его примеру, упали на колени и стали возносить хвалу Господу. Затем священник благословил коленопреклоненных и, отправившись в храм, провел церковную службу, благодаря Всевышнего за чудесное исцеление.

Другой случай, поразивший меня не менее первого, произошел в Карсе. В том году стояла ужасная жара, начиналась засуха, охватывающая значительную область. Почти весь урожай сгорел, людям угрожал голод, возникла паника. Тем же летом из России приехал архимандрит с чудотворным образом - иконой Божьей Матери, чтобы собрать деньги для помощи грекам, пострадавшим в результате войны. Архимандрит останавливался главным образом в тех местах, где существовали греческие диаспоры, поэтому не минул и Карс. Не знаю, было ли это связано только с религией или здесь примешалась политика, но русская община также приняла в этом участие, устроив ему горячий прием и оказывая всяческие почести.

Когда архимандрит прибывал в какой-либо город, икона переносилась из церкви в церковь, и духовенство выходило встречать ее с хоругвями, подчеркивая исключительность этого события.

На следующий день после того, как архимандрит прибыл в Карс, прошел слух, что перед иконой Божьей Матери будет проведена специальная служба. В этой службе, которая должна была состояться за городом, примет участие весь церковный клир Карса, прося послать дождь жаждущей земле. И в самом деле, в тот же день из всех церквей города в условленное место в окрестностях Карса отправились церковные процессии с хоругвями и иконами. В этой церемонии приняло участие духовенство греческой церкви, недавно восстановленной, церкви стоящего здесь кубанского полка, а также армянской церкви.

В этот день стояло настоящее пекло. В присутствии почти всего населения Карса духовенство провело службу, после которой все отправились обратно в город. И тут произошло то, что невозможно объяснить с точки зрения здравого разума. Небо внезапно покрылось облаками, и, прежде чем люди успели добраться до города, разразился чудовищный ливень, который вымочил всех до нитки.

Объясняя феномены подобного рода, люди обычно употребляют стереотипное слово "совпадение", которое особенно любят в среде так называемых думающих людей. Но нельзя отрицать, что это "совпадение" было уж слишком невероятным.

Третий случай, о котором я хочу рассказать, имел место в Александрополе в то время, когда моя семья ненадолго возвратилась сюда и жила в нашем старом доме. По соседству проживала моя тетя. Одну из квартир в ее доме снимал татарин, работавший в местной управе секретарем. Он жил вместе со старой матерью и младшей сестрой, а недавно женился на красивой девушке - татарке из соседнего городка Карадаг. Поначалу все у них шло прекрасно. Но когда через сорок дней после свадьбы молодая женщина по обычаю отправилась погостить у своих родителей, она, видимо, сильно простудилась и, вернувшись, внезапно почувствовала себя плохо. Семья мужа окружила ее заботой, но несмотря на то, что к ней приглашали лучших врачей, среди которых, как я припоминаю, был главный врач Карса Резник и бывший военврач Кильчевский, состояние молодой женщины продолжало ухудшаться. Мой знакомый медбрат ежедневно по указанию доктора Резника приходил к ним, чтобы делать больной инъекции. Этот человек, чьего имени я, к сожалению, не помню, часто заходил ко мне, выполнив свои обязанности.

Однажды утром он зашел ко мне, когда я вместе с матерью пил чай. Мы пригласили его к столу, и во время беседы я среди прочего поинтересовался, как чувствует себя больная, и был очень огорчен его ответом. Оказалось, что у больной женщины скоротечная чахотка и дни ее сочтены.

Во время нашего разговора в комнату вошла старая женщина, свекровь больной, и попросила позволения у моей матери собрать несколько роз в нашем небольшом садике. Со слезами на глазах она рассказала, что Мариам Ани - так татары называют Деву Марию - явилась больной женщине во сне и велела ей собрать лепестки роз, сварить их в молоке и выпить этот отвар. Не переча больной, старая женщина решила так и сделать. Услышав это, помощник доктора не смог скрыть улыбки.

Моя мать, конечно, разрешила нарвать роз в нашем саду, и сама пошла помочь ей в этом. Когда мой знакомый ушел, я тоже отправился в сад, чтобы предложить свою помощь.

Каково же было наше удивление, когда на следующее утро по дороге на базар я увидел эту молодую женщину в сопровождении ее свекрови, идущую в армянскую церковь, где была чудотворная икона Божьей Матери, чтобы возблагодарить ее за ниспосланное чудесное исцеление. А еще через неделю она вовсю хлопотала по хозяйству. Доктор Резник назвал это случайностью и вспомнил, что подобное уже встречалось в его врачебной практике.

Эти случаи, свидетелем которых я оказался, а также и многие другие, о которых я много слышал во время своих странствий, указывали на существование сверхъестественных явлений, которые ни в коем случае не могут быть объяснены с помощью точных наук, которые исключают возможность чего-либо подобного.

Эти противоречия лишили меня душевного покоя, потому что доказательства, приводимые сторонниками обеих точек зрения, были достаточно убедительными. Я продолжал свои исследования по этой проблеме, надеясь, что когда-нибудь я найду истину.

Попытка разгадать эту загадку и привела меня в Эчмиадзин или, как его еще называют, Вагаршапат. Для армян он то же самое, что Мекка для мусульман и Иерусалим для христиан. Это резиденция католикоса Армении, а также центр армянской культуры, где ежегодно проходят грандиозные религиозные празднества и куда стекаются паломники как из разных уголков Армении, так и со всего мира. Уже за год до начала этого праздника все окрестные дороги запружены толпами паломников, идущих пешком, путешествующих на повозках и фургонах на лошадях и ослах.

Я шел пешком в группе других паломников из Армении, погрузив свои пожитки на подводу молокан.

Добравшись до Эчмиадзина, я, согласно обычаю направился поклониться святым местам, а затем пошел в город, чтобы подыскать себе жилье. Но меня постигла неудача, так как все постоялые дворы (отелей тогда еще не существовало) были переполнены паломниками. Поэтому я решил, как делали многие, расположиться на ночлег под повозкой, которая была оставлена возле города. Но было еще рано, и я отправился к Погосяну, чтобы выполнить данное мне поручение и передать ему посылку с вещами.

Он жил неподалеку от самого большого постоялого двора, в доме своего дальнего родственника архимандрита Сурениана. К счастью, я застал его дома. Это был совсем еще молодой человек, мой ровесник, - очень смуглый, среднего роста, с небольшими аккуратными усиками. В его глазах таилась печаль и в то же время полыхал внутренний огонь. Правый глаз слегка косил. В целом он производил впечатление физически слабого, робкого человека.

Погосян начал расспрашивать меня о своих родителях, а затем, узнав, что я не нашел себе пристанища, предложил поселиться у него.

Я с благодарностью согласился и сразу же пошел за своими пожитками, оставленными в повозке молокан. Когда я с помощью Погосяна соорудил себе постель, за нами пришли, чтобы пригласить на ужин к отцу Сурениану, который встретил меня очень приветливо и много расспрашивал как о родителях Погосяна, так и о жизни в Александрополе.

После ужина я в сопровождении Погосяна пошел осмотреть город и поклониться святым реликвиям. Должен сказать, что во время празднества город не спит всю ночь, улицы полны людей и кофейни открыты.

Весь этот вечер и все последующие дни я провел в обществе Погосяна. Он водил меня повсюду, так как знал город и его окрестности. Мы посещали места, куда не допускаются обычные паломники и даже побывали в Канзане, где хранятся сокровища города и куда очень трудно попасть.

Общаясь с Погосяном в течение нескольких дней, я понял, что у нас с ним очень много общего, волновавшие меня вопросы интересовали и его. Постепенно наши беседы становились все доверительнее и сердечнее, завязалась настоящая дружба.

Погосян должен был вскоре закончить учебу в теологической семинарии и через два года принять сан, но его это нисколько не прельщало. Он питал сильную неприязнь к людям, среди которых ему приходилось жить.

Когда мы подружились, он рассказал мне о многих скрытых сторонах жизни церковного клира. Сама мысль, что, приняв сан, он должен будет жить в таком окружении, доводила его до отчаяния.

Проведя в Эчмиадзине три недели, я все это время жил в доме архимандрита Сурениана и таким образом имел возможность лично беседовать с ним, обсуждая вопросы, которые меня интересовали. Я общался также с монахами, с которыми он меня познакомил. Но я, затратив довольно много времени, не нашел ответа на мучившие меня вопросы и в конце концов понял, что здесь мне их не найти.

Расстались мы с Погосяном друзьями, пообещав писать друг другу и обмениваться своими идеями и наблюдениями, касающимися вопросов, которые интересовали нас обоих.

Однажды Погосян приехал в Тифлис, где я в это время жил, и пришел повидаться со мной. Он окончил теологическую семинарию и должен был жениться только ради того, чтобы получить церковный приход. Его родители уже нашли ему невесту, но он все еще колебался, не зная, на что решиться, Эти дни он провел, запоем читая книги, которыми я его снабжал. Когда я возвращался домой с работы (я был кочегаром на тифлисской железной дороге), мы много гуляли по пустынным окрестностям города и говорили, говорили.

Во время одной из прогулок я в шутку предложил Погосяну пойти работать на железную дорогу и был очень удивлен, когда на следующий день он заявил, что согласен, и попросил меня помочь ему устроиться туда. Я не стал его отговаривать и дал ему записку к моему другу инженеру Ярослеву, который сразу же рекомендовал его железнодорожному мастеру И таким образом Погосян получил место помощника слесаря.

Так продолжалось до октября. Погосян не собирался возвращаться к прежней жизни. Однажды в доме Ярослева я познакомился с его знакомым инженером Васильевым, который только что приехал на Кавказ вести разведывательные работы на маршруте проектируемой железнодорожной ветки между Тифлисом и Караклисом. После нескольких дней знакомства Васильев предложил мне отправиться вместе с ним в качестве переводчика. Предложенное жалование было очень соблазнительным, так как в четыре раза превышало то, которое я теперь получал. К тому же моя нынешняя работа отнимала у меня очень много сил и времени. Я предложил Погосяну отправиться вместе с нами, подобрав себе подходящую должность, но он ответил отказом, так как был весьма заинтересован своей теперешней работой и хотел ее сохранить.

Я был в экспедиции в течение трех месяцев. Мы облазили все долины между Тифлисом и Караклисом, и мне за это время удалось неплохо заработать, так как кроме официального жалования я имел еще несколько побочных источников дохода, несколько сомнительных. Заранее зная, через какие населенные пункты пройдет проектируемая железнодорожная ветка, я посылал своего доверенного человека к представителям местной власти этих аулов или городков и предлагал им "устроить" так, чтобы железная дорога была проложена через них. Как правило, мои предложения принимались и я получал за эту "услугу" соответствующее вознаграждение, временами составлявшее весьма значительную сумму.

К тому времени, когда я возвратился в Тифлис, оказалось, что я достаточно обеспечен материально для того, чтобы иметь возможность посвятить себя полностью изучению сверхъестественных явлений, которые меня так интересовали.

Погосян, между тем, став слесарем, также имел теперь больше свободного времени, которое он посвятил чтению. С недавних пор он начал особенно интересоваться древнеармянской литературой поглощая огромное количество книг на эту тему.

Мы одновременно пришли к выводу, что наши предки знали "нечто" и что это знание утеряно безвозвратно. Современная наука не имеет ключа к разгадке этой тайны. Разочаровавшись в современной научной литературе и не находя ответов на многие вопросы, мы направили все свое внимание на древнюю литературу. Получив возможность работать с огромным собранием старинных книг, мы почерпнули много нового. Мы решили поехать в Александрополь и найти там тихое уединенное место, где могли бы полностью посвятить себя чтению древних книг. Мы выбрали древние развалины города Ани, расположенные в тридцати милях от Александрополя, и поселились здесь, среди руин, построив хижину и покупая еду в ближайших аулах и у пастухов.

Ани стала столицей империи Багратидов в 961 году, была завоевана византийцами в 1046 году и уже к тому времени называлась Городом Тысячи Церквей. Позже она была захвачена турками-сельджуками; между 1125 и 1209 годами пять раз захватывалась Грузией; в 1239 году была завоевана монголами ив 1313 была полностью разрушена в результате землетрясения. Среди руин находятся развалины резиденции Патриарха, построенной в 1010 году, развалины двух церквей также одиннадцатого века и церковь, возведенная около 1215 года.

Не могу обойти молчанием факт, который может заинтересовать моих читателей. Приведенные здесь даты, относящиеся к армянской столице Ани, - это единственная информация, которую я взял из официальных источников. Это мое первое и последнее обращение к энциклопедии.

Существует древняя легенда, объясняющая, почему этот город, названный сначала Городом Тысячи Церквей, впоследствии стал называться Городом Тысячи и Одной Церкви. Как-то раз жена одного пастуха пожаловалась мужу, что шум и суета, которую создают в церкви толпящиеся прихожане, мешают ей полностью отдать себя молитве. И этот пастух, вняв жалобам жены, построил для нее особую церковь. Должен отметить, что в те времена слово пастух имело несколько иное значение. Прежде пастухи владели теми стадами, которые они пасли, и часто были очень богатыми людьми. Когда этот человек закончил строительство церкви, он назвал ее Церковью жены пастуха Пиу, и с тех пор Город Тысячи Церквей стал называться Городом Тысячи и Одной церкви. Согласно другим источникам, задолго до того как пастух построил свою собственную Церковь, в этом городе было более тысячи церквей. Но найденный в результате раскопок камень с надписями подтверждает истинность истории о богатом пастухе и его набожной жене.

Живя среди руин этого древнего города и проводя все время за чтением и обсуждением прочитанного, мы иногда для отдыха проводили раскопки в надежде найти что-нибудь интересное, так как среди развалин Ани было много подземных ходов. Однажды мы с Погосяном, копая в одном из таких подземелий, обнаружили место, где характер грунта изменялся, и, пробиваясь дальше, открыли узкий проход, конец которого был завален камнями. Разобрав этот завал, мы увидели маленькую комнату с арками, согнувшимися от времени. Это была монастырская келья, почти пустая, с полом, засыпанным черепками простой глиняной посуды и древесной трухой, несомненно являвшейся остатками деревянной отделки. Не сразу в некоем подобии ниши мы обнаружили груды древних пергаментов. Некоторые из них полностью превратились в пыль, другие более или менее сохранились. С предельной осторожностью мы отнесли их в нашу хижину и попытались прочесть. Оказалось, что они были заполнены надписями на языке, который сперва показался нам армянским, но тем не менее мы ничего не смогли прочесть. Я владел армянским в совершенстве, как и Погосян, и все-таки наши попытки разобраться в этих надписях оказались безуспешными, так как это был древнеармянский, имеющий мало общего с современным армянским языком. Пергаменты так заинтересовали нас, что мы спешно вернулись в Александрополь, захватив их с собой, и провели много дней и ночей за их расшифровкой. Наконец, ценой огромных усилий, постоянно консультируясь со знатоками древнеармянского языка, нам удалось кое-чего добиться. Оказалось, что это письмена, посланные одним монахом другому, некоему отцу Арему. Нас особенно заинтересовало одно из них, носившее загадочный характер. К сожалению, этот пергамент был значительно поврежден и некоторые слова прочесть было абсолютно невозможно, но мы добились немалого успеха в расшифровке письма. Нас больше всего заинтересовал конец, а не начало этого исторического документа. Начинаясь обычным длинным приветствием, оно заканчивалось пожеланием счастья и благополучной жизни в некоем монастыре, где, как можно было предположить, тогда жил отец Арем. Одно сообщение в конце этого письма особенно привлекло наше внимание. Вот оно: "Наш достопочтенный отец Телвант наконец узнал правду о Сармунгском братстве. Их монастырь действительно существовал возле города Сирануша пятьдесят лет тому назад, и во время переселения народов они также мигрировали и осели в долине Изрумин в трех днях пути от Нивси". Далее автор переходил на другие, менее интересные темы.

Нас больше всего поразило то. что слово "Сармунг", встречавшееся в книге под названием "Меркават", - это, оказывается, название известной эзотерической школы, которая, согласно историческим источникам, была образована в Вавилоне не менее чем за 2500 лет до Рождества Христова, а также процветала где-то в Месопотамии в шестом-седьмом веках нашей эры. Больше никаких сведений о ней не существует.

Ее эзотерическое учение, концентрируя в себе огромные знания, содержит ключ к разгадке многих тайн. Мы с Погосяном давно заинтересовались этим учением и мечтали найти более полную и достоверную информацию о нем. И вот, неожиданно для себя, натолкнулись на упоминание об этой эзотерической школе в древних пергаментах. Но кроме упоминания о ней в этом письме не было никакой информации, и мы так и не узнали ничего нового.

Посвятив еще несколько дней упорным поискам, мы установили следующее. Примерно в шестом или седьмом веках потомки ассирийцев айсоры были переселены византийцами из Месопотамии в Персию. Возможно, это произошло как раз в тот период, когда было написано это письмо. И мы смогли установить, что современный город Мосул, прежняя столица государства Ниеви, назывался в те времена Нивси, и что в настоящее время население этого города и его окрестностей состоит главным образом из айсоров. Если эта эзотерическая школа действительно существовала в тот период, то это могла быть только айсорская школа. И если имеются последователи этого учения, то искать их нужно среди айсоров. Принимая во внимание указанное в пергаменте расстояние, равное трем дням пути от города Мосул, мы определили, что это место должно находиться где-то между Урмией и Курдистаном, и надеялись отыскать его без особых усилий. Поиск этого места стал целью нашей жизни.

Айсоры, как я уже упоминал, происходили от ассирийцев, теперь рассеянных по всему миру. Многие из них проживают в Закавказье, евро-западной Персии и восточной Турции, а также по всей Средней Азии. Считается, что всего их около трех миллионов. Большинство из них несториане, то есть не признают божественности Иисуса Христа, остальные - ваххабиты, католики, грегориане. Есть среди них и сатанисты, которых, однако, немного.

Айсоры живут в основном в небольших аулах, властные функции в которых выполняют духовные лица; несколько аулов составляют клан, находящийся под управлением князя или, как его здесь называют, мелика. Все мелики подчиняются патриарху, чья власть является наследственной, переходящей от дяди к племяннику и ведущей свое начало, как принято считать, от Симона, брата Иисуса Христа. Следует упомянуть, что айсоры сильно пострадали в первой мировой войне, будучи пешками в руках русских и английских политиков. Каждый второй айсор был убит из мести курдами и персами, а оставшиеся в живых спаслись только благодаря действиям американского консула. Если этот благородный человек еще жив, по моему мнению, у его дверей следует поставить почетный караул айсоров, а если его уже нет с нами, он заслуживает памятника на своей родине.

В то время, когда мы с Погосяном собирались отправиться в экспедицию, среди местных армян набирало силу политическое движение на национальной основе. На устах каждого армянина были имена людей, воевавших за освобождение Армении, особенно часто упоминалось имя юного Андроника, который позже стал национальным героем.

Повсеместно среди турецких и персидских, а также среди русских армян формировались политические организации, которые, однако, не смогли объединиться. Проводимая извне политика, принципом которой был девиз "разделяй и властвуй", вносила раздор в ряды сторонников национального освобождения.

Однажды ранним утром, когда я, как обычно, отправился купаться на реку Арпачай, на полдороге меня нагнал Погосян, сообщивший, что Армянский комитет намеревается, отобрав добровольцев из числа членов партии, послать их в Моуш со специальной миссией.

"Мне пришло в голову, - продолжал Погосян, - что мы могли бы воспользоваться этим обстоятельством в своих целях, то есть для того, чтобы отыскать дорогу в Сармунгское братство".

Я перебил его, напомнив, что, во-первых, мы не являемся членами партии, и во-вторых... Но он не дал мне договорить, объяснив, что знает, как все это можно будет устроить, и все, что ему теперь нужно знать - согласен ли я с этим планом.

Я ответил, что главное попасть туда, куда мы стремимся, и что меня не интересует, при каких обстоятельствах это произойдет. Чтобы попасть в долину, которая когда-то называлась Изрумин, я согласен продать свою душу дьяволу или даже священнику Власову. Погосян знал, что я терпеть не мог этого человека, и старался, чтобы нас с ним всегда разделяло расстояние не меньше мили.

"Если вы это можете устроить, - продолжал я, - действуйте, как считаете нужным, а я заранее согласен на все, если в результате мы сможем попасть туда, куда стремимся".

Не знаю, что предпринял Погосян, но в результате мы получили для выполнения специальной миссии письма к доверенным лицам, некоторую сумму в русской, турецкой и персидской валюте, а также рекомендательные письма к людям, живущим в местах, через которые мы будем проходить. Итак, мы двинулись из Александрополя в направлении Кагишмана и через два дня достигли берега реки Араке, естественной границы между Россией и Турцией. Перебравшись через нее с помощью нескольких курдов, высланных нам на помощь, мы решили, что главные трудности позади и дальше все обойдется гладко.

Мы путешествовали в основном пешком, останавливаясь на ночлег у пастухов и тех людей, к которым имели рекомендательные письма.

Хотя мы по мере возможности выполняли возложенную на нас миссию, но ни на одну минуту не забывали о главной цели нашего путешествия, маршрут которого не всегда совпадал с тем, который был нам предписан людьми, пославшими нас, и не испытывали при этом угрызений совести.

Миновав границу с Россией, мы решили идти через Эгрисский хребет. Это был самый трудный путь, но он давал нам шанс избежать встреч с бесчисленными вооруженными бандами курдов и турок, преследующими армян. Перейдя через перевал, мы повернули на юг к озеру Ван, оставив справа истоки рек Тигр и Евфрат.

Во время нашего путешествия мы пережили тысячи приключений, я не буду останавливаться на них, но одно происшествие до сих пор вспоминается мне. Это случилось много лет тому назад, и теперь воспоминания вызывают веселую улыбку, хотя опасность, грозившая нам тогда, была очень серьезной.

Впоследствии я не раз попадал в ситуации, которые могли закончиться для меня катастрофой: мне приходилось стоять под прицелом, в буквальном смысле этого слова, сталкиваться на горной тропе с вышедшим на охоту туркестанским тигром, но то, о чем я хочу сейчас рассказать, было и страшным и комическим одновременно. Мы шли, что-то беззаботно напевая себе под нос, когда неизвестно откуда на дорогу выскочила огромная собака, за ней другая, третья... всего около пятнадцати, и, окружив нас, стали лаять и прыгать. Погосян инстинктивно подобрал камень и швырнул в них, после чего они сразу же бросились на нас. Это были курдские овчарки, огромные злобные животные, и они в мгновение ока разорвали бы нас, если бы я не толкнул Погосяна на землю, заставив его сидеть неподвижно, и сам немедленно не сделал бы то же самое. Собаки успокоились и сели вокруг нас.

Когда через некоторое время мы пришли в себя и смогли осознать комизм этой ситуации, то расхохотались. Действительно, было очень смешно: пока мы сидели на земле, собаки тоже сидели, они даже с удовольствием ели хлеб, который мы бросали им, но как только мы пытались встать, они с рычанием бросались на нас. Через несколько часов нам было не до смеха. Все наши попытки подняться с земли заканчивались одинаково, и мы решили не рисковать больше и покорно ждать избавления извне. Не знаю, сколько еще мы оставались бы в таком жалком положении, если бы в отдалении не показалась маленькая курдская девочка, которая, ведя в поводу ослика, собирала кизяк. Делая различные знаки, нам, к счастью, удалось привлечь ее внимание. Поняв, что случилось, она убежала за пастухом - хозяином этих собак, который находился за ближайшим холмом. Он отозвал животных, но, когда мы, дождавшись, пока они отойдут на достаточное расстояние, решились наконец встать, эти злобные твари косились на нас, скаля огромные зубы.

Наша надежда на то, что, перебравшись через Аракс, мы избавимся от большинства опасностей, оказалась иллюзией. Как раз теперь и начинались настоящие трудности. Мы находились в районе, населенном настоящими айсорами, где армянину встреча с людьми грозила большей опасностью, чем встреча с собаками. В этой местности все нации объединились, чтобы преследовать армян. Но выдавать себя за персов или турков тоже было небезопасно. Лучше всего было бы притвориться русскими или евреями, но наша внешность не позволяла нам этого. Выдать себя за иностранцев - тоже было бы не лучшим решением: из достоверных источников я знал, что недавно с нескольких англичан заживо содрали кожу только за то, что они вели археологические изыскания.

После длительной дискуссии мы решили назваться кавказскими татарами и, внеся в наши одежды необходимые изменения, продолжили свой путь.

Ровно через два месяца после переправы через Аракс, мы добрались до города Z, за которым, перейдя через ущелье, нам следовало повернуть к границам Сирии. Но где-то здесь, в окрестностях знаменитого водопада, мы надеялись отыскать место, которое было истинной целью нашего долгого путешествия. Мы имели достаточно времени, чтобы адаптироваться к трудностям, с которыми постоянно сталкивались, и все происходило гладко, пока не случилось происшествие, которое заставило изменить все наши планы.

Однажды во время привала, когда мы подкреплялись соленой рыбой, захваченной в дорогу, Погосян внезапно вскочил, издав крик. Я с ужасом увидел рядом с ним большую желтую фалангу. Убив ее, я занялся пострадавшим. Он был укушен в ногу. Я знал, что укус этого насекомого, принадлежащего к роду тарантулов, часто заканчивается смертью, и разрезал одежду на уровне укуса, чтобы отсосать яд из ранки. Но вспомнил, что это может оказаться опасным и для меня, если у меня на губах или во рту окажется хоть малейшая царапинка. Приняв во внимание все это, я выхватил нож и сделал разрез на ноге в месте укуса. Из-за моей неопытности и волнения разрез оказался слишком глубоким. Немного успокоившись, так как опасность летального исхода миновала, я промыл и перевязал рану, стараясь сделать все как можно тщательнее. Рана была довольно глубокой, из-за сильной потери крови возможны были разные осложнения. О продолжении путешествия не могло быть и речи, нужно было решать, что делать дальше.

Обсудив ситуацию, мы пришли к выводу, что эту ночь мы проведем здесь, а утром поищем возможность попасть в город N, что в тридцати милях отсюда, где живет священник, которому мы должны доставить послание. Мы не сделали этого прежде, потому что город N лежал в стороне от маршрута, который вел нас к нашей истинной цели.

На следующий день с помощью одного старого курда, случайно проходившего мимо и оказавшегося очень дружелюбным человеком, мы наняли в ближайшем поселке двуколку, запряженную двумя волами, которые применяются здесь для перевозки навоза, и, положив на нее Погосяна, отправились в город N. Дорога заняла у нас почти двое суток, так как приходилось останавливаться через каждые четыре часа, чтобы накормить волов. Добравшись до города, мы сразу отправились к армянскому священнику, которому должны были передать письмо. Он встретил нас очень радушно, когда узнал, какое несчастье случилось с Погосяном, то предложил нам остановиться у него в доме. Мы с благодарностью приняли это предложение, так как у пострадавшего поднялась температура, нагноилась рана и ему требовался тщательный уход. Обстоятельства сложились так, что нам пришлось пользоваться гостеприимством этого доброго человека в течение целого месяца.

Живя столько времени под одной крышей с этим священником, мы подружились с ним и часто вели беседы на различные темы. Однажды он рассказал мне, что обладает одним древним пергаментом, с которым связана очень интересная история. Этот пергамент, на котором изображено нечто напоминающее карту какой-то местности, хранился в их семье с незапамятных времен, передаваясь из поколения в поколение, и достался нашему священнику от его прадеда.

"Год тому назад, - продолжал свой рассказ священник, - какой-то незнакомец пришел ко мне в дом и попросил показать ему пергамент. Я удивился тому, что он знает о существовании этой карты, и так как все это показалось мне довольно подозрительным, сначала отказал ему и даже отрицал наличие у меня этой вещи. Но незнакомец продолжал настаивать, и я сдался. Он тщательно изучил пергамент и затем спросил, не могу ли я продать его за двести турецких фунтов. Эта сумма была очень значительной, но я не нуждался в данный момент в деньгах и отказал, не желая расставаться с вещью, которая была мне дорога как память о моих предках.

Этот человек остановился на ночлег в доме нашего бея, и на следующее утро слуга бея пришел ко мне и от имени того незнакомца предложил мне за пергамент пятьсот фунтов.

Должен сказать, что, оставшись в одиночестве и размышляя об этом деле, я приходил во все большее замешательство. Было очевидно, что этот человек проделал большой путь, чтобы добраться сюда, к тому же мне было непонятно, как он узнал о существовании этого пергамента, и наконец, был загадочен тот интерес, который незнакомец проявлял к этому документу. Все это убедило меня в том, что я обладаю очень ценной вещью. И хотя предложенная сумма в пятьсот фунтов, конечно же, соблазняла меня, я все же колебался, опасаясь уступить вещь дешевле, чем она на самом деле стоит. И, желая проявить осторожность, снова отказался от этой сделки.

Вечером незнакомец снова посетил меня, на этот раз в сопровождении самого бея, и повторил свою просьбу, предлагая мне пятьсот фунтов, на что я ответил категорическим отказом. Но из уважения к бею я пригласил обоих собеседников в дом и угостил их кофе. В ходе беседы выяснилось, что подозрительный незнакомец был русским князем, который интересовался античными редкостями, и так как мой пергамент отлично дополнил бы его богатую коллекцию, он и предлагал мне такую сумму, которая, по его мнению, значительно превышала реальную стоимость вещи.

Бей, заинтересовавшийся этим разговором, выразил желание посмотреть на вещицу, за которую предлагали такую большую сумму. Когда я принес пергамент и показал ему, он был очень удивлен, что какой-то свиток с непонятными надписями может стоить так дорого. Во время дальнейшей беседы князь внезапно спросил меня, за какую сумму я могу позволить ему снять копию с этого документа. Я затруднился с ответом на это неожиданное предложение, испугавшись, что лишился выгодного покупателя. Тогда он сказал, что согласен заплатить двести фунтов за снятие копии. Я постеснялся торговаться, так как считал, что он предлагает мне значительную сумму буквально ни за что. Только подумайте: я получаю двести фунтов, при том, что пергамент остается у меня. Конечно же, я охотно согласился.

На следующее утро, когда князь зашел ко мне, мы разложили на столе пергамент и, покрыв разведенным в небольшом количестве воды порошком алебастра его смазанную маслом поверхность, сняли копию. Тщательно завернув полученный список в кусок материи, князь расплатился со мной и ушел. Так что Господь по милости своей послал мне двести фунтов и позволил оставить у себя эту семейную реликвию".

История, рассказанная армянским священником очень заинтересовала меня, но я не подал и вида, и, поговорив о чем-то другом, как бы между прочим попросил показать мне эту вещицу, которую оценивают так дорого. Священник принес в церковь пергамент. Развернув его, я сначала не мог разобрать то, что на нем было изображено, но, приглядевшись получше, чуть не завопил от восторга. Господи! Я никогда не забуду то, что почувствовал в это мгновение. Стараясь скрыть свое волнение, я держал в руках древнюю карту места, которое я искал столько месяцев, о котором грезил долгими бессонными ночами. Мне стоило огромных усилий сдерживать дрожь в руках и продолжать вести светскую беседу. Когда священник вновь свернул этот свиток и удалился, я, печально глядя ему вслед, пожалел, что не был богатым русским князем и не мог заплатить двести фунтов за снятие копии.

Но желание иметь у себя эту карту было так велико, что я решил получить копию любой ценой. К этому времени Погосян чувствовал себя гораздо лучше. С нашей помощью выходя на террасу, он часами просиживал на ней, любуясь окрестными видами. Я попросил его сообщить мне, когда священник надолго отлучится, и, тайно пробравшись в дом, сумел переснять все, что изображалось на пергаменте, с помощью полупрозрачной бумаги. Завладев этой копией, я тщательно зашил ее в подкладку своей одежды, горя желанием немедленно отправиться к месту, указанному на карте, и не думая больше ни о чем другом.

Некоторые назвали бы мой поступок в отношении гостеприимного армянского священника предосудительным, но я полагаю, что он заслуживает некоторого снисхождения, учитывая страсть, которая меня на него толкнула.

Я убедил Погосяна в том, что нам лучше не скупиться и купить пару лошадей местной породы, выезженных под седло, которые обладали очень плавной размашистой рысью, и отправиться в направлении сирийской границы. В дороге мы смогли по достоинству оценить характерную особенность этой породы. Пустив их во весь опор, можно было держать в руке полный стакан воды и не расплескать ни капли, так плавно они неслись.

Я не буду описывать наше путешествие во всех подробностях, скажу только, что ровно через месяц после того как мы покинули дом гостеприимного армянского священника, нам удалось добраться до города Смирны, где вечером того же дня стали участниками события, ставшего поворотным пунктом в судьбе Погосяна.

Для того чтобы хорошенько отдохнуть, развлечься и вознаградить себя за все перенесенные трудности, мы решили вечером отправиться в один из греческих ресторанов. Там, не спеша попивая знаменитую дузику и закусывая разнообразными вкусными блюдами из рыбы и мяса, мы мирно беседовали, вспоминая то, что пережили во время странствий. Кроме нас в ресторане было довольно много посетителей, в основном моряков с иностранных кораблей, стоящих в гавани. Они вели себя довольно шумно, и было видно, что это не первое заведение, в котором они побывали в этот день.

Между моряками, сидевшими за разными столами и представлявшими разные страны, время от времени возникали ссоры, которые начинались с обмена соответствующими ругательствами на греческом и итальянском языках, а затем перерастали в драку. Не помню, какая именно фраза вызвала такую бурную реакцию, но внезапно большая группа моряков, сидевших за соседним столом, с криками ярости и со сжатыми кулаками бросилась на своих обидчиков. В мгновение ока началось настоящее сражение. Погосян и я, также возбужденные в результате обильных возлияний, присоединились к той стороне, которая была в меньшинстве, даже не интересуясь, кто из них прав, а кто виноват. Когда не участвовавшие в потасовке посетители ресторана вместе со случайно проходившим мимо военным патрулем наконец растащили дерущихся, всем изрядно досталось. Мой левый глаз украшал огромный синяк, а Погосян, сыпя проклятьями на армянском языке, пожаловался на невыносимую боль в груди.

Когда, по выражению моряков, "буря угасла", мы решили, что для одного вечера приключений вполне достаточно, и поплелись домой. Нельзя сказать, что мы были очень болтливы в дороге. Мой заплывший, нераскрывающийся глаз и поврежденное ребро Погосяна не располагали к обмену любезностями.

На следующее утро, критически обозревая свое отражение в зеркале и сетуя на неразумное поведение вчера вечером, мы решили не откладывать нашу поездку в Египет. Мы подумали, что свежий морской воздух во время продолжительного путешествия на корабле поможет быстрее залечить наши раны, и отправились в порт, чтобы узнать, по карману ли нам билеты на корабль, отправляющийся в Александрию. Оказалось, что в гавани как раз стоит греческое судно, готовящееся к отплытию в Александрию. Мы поспешили в офис пароходной компании, которой принадлежало судно, чтобы получить необходимую информацию. Но как только мы подошли к офису, к нам подбежал моряк и, что-то бормоча, начал возбужденно размахивать руками.

Сперва мы растерялись, но через некоторое время выяснилось, что это был один из английских моряков, на чьей стороне мы сражались предыдущим вечером. Жестами он предложил нам подождать и, куда-то сбегав, вскоре вернулся в сопровождении трех товарищей, одним из которых, как впоследствии оказалось, был офицер. Они горячо поблагодарили нас за вчерашний поступок и настояли на том, чтобы мы вместе отправились в ближайший греческий ресторан побеседовать там за стаканчиком дузики. Отдав должное этому волшебному напитку, достойному наследнику благословенной мастики древних греков, мы разговорились, объясняясь, конечно, в основном с помощью международного языка жестов и мимики. Когда они узнали, что мы хотим попасть в Александрию, их жестикуляция стала еще более активной. Нам показалось, что они позабыли о нас, взволнованно говоря о чем-то между собой. Неожиданно двое из них, осушив то, что оставалось в стаканах, одним глотком, встали и ушли, другие, продолжая активно жестикулировать, видимо, пытались нас в чем-то убедить.

Наконец нам показалось - мы поняли то, что они нам хотят сказать. И, как впоследствии выяснилось, эта догадка была верна: те двое внезапно исчезнувших моряков пошли на свой корабль, чтобы замолвить за нас словечко и добиться разрешения взять нас на судно в этот рейс. На следующий день их судно отплывало на Сицилию, а из Сицилии шло в Александрию, где планировалась двухнедельная стоянка перед отправкой в Бомбей.

Ожидая возвращения ушедших, мы продолжали прикладываться к стаканам, и тут Погосян, очевидно, вспомнив про свое поврежденное ребро, потерял терпение и стал настаивать на том, чтобы мы немедленно пошли домой. Он с самым серьезным видом утверждал, что я ужасно выгляжу и что мой второй глаз также начинает запухать.

Предположив, что мой товарищ еще не вполне оправился от укуса фаланги, я не стал возражать ему и, не вступая ни в какие объяснения с двумя нашими собутыльниками, отправился вслед за ним.

Озадаченные нашим неожиданным и безмолвным уходом, моряки встали и последовали за нами. Мы шли довольно долго, и каждый развлекал себя по-своему: один что-то мурлыкал себе под нос, другой размахивал руками так, как будто хотел кому-то что-то доказать, третий насвистывал военный марш.

Когда мы пришли, Погосян лег на кровать, даже не раздеваясь, я же, уступив свое ложе старшему из сопровождавших нас моряков, растянулся прямо на полу, жестом предложив другому моряку последовать моему примеру

Проснувшись среди ночи с раскалывающейся от боли головой, я смутно припоминал последовательность вчерашних событий и, увидев, что моряков в комнате больше нет, опять заснул. Разбудил меня звон посуды: это Погосян готовил себе чай, напевая вполголоса какие-то псалмы. Но мы не стали пить чай в это утро и, не обменявшись и словом, опять улеглись спать. Мне никогда в жизни не было так скверно - во рту как будто переночевала, по меньшей мере, дюжина казаков вместе с их лошадьми. И тут открылась дверь, и в комнату ворвались трое английских моряков. Только один из них был нам знаком, двух других мы видели в первый раз. Перебивая друг друга и размахивая руками, они попытались нам что-то объяснить. Напрягая все свои умственные способности, сильно ослабленные большими дозами алкоголя, мы наконец сообразили, что нам следует быстро одеться и следовать за англичанами на их судно, так как они получили разрешение взять нас в плавание в качестве дополнительной рабочей силы.

Пока мы собирались, моряки быстро упаковывали наши небогатые пожитки, и как только мы расплатились с хозяином гостиницы, все уже было готово. Мы вышли на улицу и направились к гавани. У берега стоял баркас с двумя моряками на борту, очевидно, ожидавший нас, и, взойдя на него, через полчаса мы причалили к большому военному кораблю. Не успели мы взобраться на палубу, как несколько моряков, стоявших на сходнях, подхватили наши вещи и отнесли их в отведенную нам каюту, находящуюся рядом с камбузом.

Наскоро устроившись в этом довольно тесном, но удобном и чистом помещении, мы вышли на верхнюю палубу, сопровождаемые одним из тех моряков, плечом к плечу с которыми мы дрались в греческом ресторане. Вокруг нас собралась почти вся команда. Независимо от званий и должностей все наперебой благодарили нас за мужество и поддержку на смеси всевозможных языков.

Во время этой оригинальной беседы один из моряков, который сносно владел греческим, предложил, чтобы во время путешествия каждый из присутствующих заучил хотя бы по 20 слов: мы с Погосяном английских, они, соответственно, турецких. Это предложение было всеми встречено с энтузиазмом, и двое английских моряков сразу же составили список английских слов, которые нам следовало выучить в первую очередь, мы же записали для них, соответственно, турецкие слова.

Когда к борту причалил баркас с капитаном, команда разошлась, чтобы выполнять свои обязанности и готовить корабль к отплытию. Погосян и я сразу сели учить английские слова, записанные для нашего удобства греческими буквами. Мы были так погружены в это занятие, стараясь как можно лучше выговаривать звуки, чуждые греческому уху, что не заметили, что наступил вечер и судно уже давно в пути. Мы прервали свои занятия, когда за нами зашел один моряк, объяснивший с помощью жестов, что наступило время приема пищи. За едой, посоветовавшись с моряком, хорошо владевшим греческим языком, мы решили, что я буду выполнять уборку корабля, а Погосян попросится в машинное отделение. Так и вышло.

Прибыв в Александрию, я тепло попрощался с моими новыми друзьями, поблагодарив их за заботу и гостеприимство, и покинул судно. Мне не терпелось как можно быстрее попасть на Кипр. Но Погосян, который за время нашего путешествия очень сдружился с командой корабля и увлекся работой в машинном отделении, отказался сойти со мной и продолжил плавание. Мы договорились поддерживать связь друг с другом.

Как я узнал позже, Погосян после того как мы расстались, продолжал работать в машинном отделении, посетил Бомбей и многие порты Австралии. Высадился он в Англии, в Ливерпуле, последовав совету своих друзей, поступил в технический институт. Параллельно совершенствуясь в английском языке, через два года стал квалифицированным специалистом.

Завершая эту главу, посвященную моему первому другу и единомышленнику Погосяну, я хочу рассказать о некоторых чертах его личности, сформировавшихся еще в юном возрасте.

Никто никогда не видел, чтобы Погосян сидел, сложа руки. Он всегда находил себе какое-нибудь занятие, способное дать пищу его деятельному уму. Вынужденное безделье так угнетало его, что он начинал делать нечто вроде физзарядки.

Однажды, не выдержав, я спросил его, почему он не может спокойно отдыхать и развлекаться, как все нормальные люди, а тратит силы на деятельность, за которую ему никто не заплатит.

"Если мне не заплатят теперь, значит, заплатят в будущем, - ответил он. - Я не шучу, для меня работа - это удовольствие, хотя по своей природе я был так же ленив, как все люди. Я сознательно приучил себя любить работу, потому что осмысленный труд - это единственное, что отличает нас от животных. Добровольный осмысленный труд никогда не пропадает зря. Раньше или позже он будет щедро оплачен. Постоянно находя себе какое-нибудь занятие, я отучаю себя от праздности, которая свойственна всякому человеку, и при этом зарабатываю себе на жизнь, так как мои родители не в состоянии обеспечить меня средствами, достаточными для праздной жизни".

Всю свою жизнь он последовательно придерживался этих принципов и через некоторое время стал одним из самых богатых людей на земле. И я могу поручиться, что он честно нажил свое огромное состояние. Его вера в то, что упорный осознанный труд не остается без вознаграждения, не обманула его. Он всю свою жизнь работал как вол, и я надеюсь, Господь обеспечит ему в конце концов заслуженный отдых.

]]>
Гурджиев Г.И. Встречи с замечательными людьми. Fri, 30 Jan 2009 09:46:00 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Встречи с замечательными людьми. Часть 5 http://fway.org/onlinelib/40-vstr/69--5.html V

АБРАМ  ЕЛОВ

 

Абрам Елов был одним из замечательнейших людей, с которыми меня свела судьба в молодости и которые вольно или невольно оказали огромное влияние на становление моей личности.

Впервые я встретился с ним, когда, потеряв всякую надежду узнать у современников ответы на вопросы, которые лишали меня душевного покоя, я возвратился из Эчмиадзина в Тифлис и с головой погрузился в изучение античной литературы. Тифлис привлекал меня тем, что здесь можно было без труда раздобыть любую книгу на любом языке, и особенно на армянском, грузинском и арабском.

Прибыв в Тифлис, я поселился в районе, называемом Дидубай-Базар, на одной из улиц, расположенных вдоль западной стороны Александрийских садов, где находилось огромное количество всевозможных магазинов. Лавки тифлисских букинистов располагались там же, напротив капитальных книжных магазинов. Мелкие торговцы, книгоноши, раскладывали свои книги прямо на земле, особенно в ярмарочные дни. Среди этих торговцев книгами был один юный айсор, который покупал, продавал и брал на комиссию любые книги. Его звали Абрам Елов, самый ловкий мошенник из всех, кого я знал, и несмотря на это мой лучший друг. Он служил для меня ходячим справочником, так как знал бесчисленное количество названий книг на разных языках, фамилии их авторов, дату и место публикации, а также то, где их можно купить. Сначала я только покупал у него книги, а впоследствии, прочитав какую-нибудь книгу, я менял ее у него на другую, интересующую меня, так как он мог раздобыть абсолютно любое издание. Вскоре мы стали близкими друзьями. В это время Абрам Елов готовился к поступлению в кадетский корпус и почти все свое свободное время проводил в зубрежке. Однако будучи увлечен философией, он выкраивал минутку для чтения книг по этому предмету. Из-за увлечения философией и завязалась наша дружба. Мы часто встречались по вечерам в Александрийских садах и беседовали на философские темы, а также часто вместе рылись в грудах старых изданий, и я даже стал ему помогать стоять за прилавком в базарные дни.

Наша дружба особенно усилилась после одного забавного случая. В базарные дни возле лавки Абрама Елова устанавливал свою палатку некий грек, который торговал разными вещицами, как он утверждал, заграничного производства, так сказать "made in Paris". Это были всевозможные статуэтки, бюсты знаменитых людей, фигурки Купидона и Психеи, пастухов и пастушек, а также копилки в виде кошек, собак, свинок, яблок, груш и т.п., которые в то время очень ценились и раскупались с большой охотой, украшая затем жилища небогатых людей.

Однажды во время затишья в торговле Абрам, указывая на все эти вещи, сказал мне в свойственной ему ироничной манере: "На этой чепухе он зарабатывает кучу денег. Эти безделушки изготавливаются итальянскими эмигрантами в их лачугах, а лоточники, особенно такие ловкачи, как этот грек, помогают набивать им свои карманы деньгами, заработанными простыми людьми тяжелым трудом: простофили покупают эти шедевры безвкусицы, чтобы украшать свои убогие лачуги".

Наша торговля книгами шла не очень бойко и вынуждала нас сидеть на одном месте целый день, страдая то от жары, то от холода. К концу дня душа едва держалась в теле, а на следующий день снова приходилось идти на эту каторгу. Вскоре после того разговора я пошел к этому греку и узнал, что все эти безделушки действительно изготовлялись итальянцами, которые тщательно скрывали секреты производства. Фигурки пользовались таким спросом, что едва хватало двух десятков торговцев, чтобы продавать их по всему городу. Все это навело меня на мысль узнать любым способом секрет производства этих фигурок и начать собственное дело, так как деньги, заработанные мной прежде, уже подходили к концу.

Я еще раз поговорил с этим греком, не раскрывая ему своих планов, убедил отвести меня к итальянским ремесленникам. Мне очень повезло, так как оказалось, что как раз в это время ученик, работавший у них, был обвинен в краже и с позором выгнан, так что я по рекомендации грека смог сразу же заступить на его место. В соответствии со своим планом я прикидывался полным идиотом, хотя и очень усердным и трудолюбивым. Поверив в непроходимую тупость своего нового подмастерья, итальянцы не стали скрывать от меня свои секреты, как они это делали с предыдущими учениками. Недели через две я уже знал вполне достаточно, так как весь процесс изготовления фигурок проходил у меня на глазах. Многие тонкости были действительно очень важны для успешной работы. Например, необходимо было знать точные пропорции компонентов, которыми разводят гипсовый порошок, чтобы в результате в готовом изделии не было пузырьков и поверхность предмета казалась гладкой. Так же я узнал, что кроме клея, желатина и глицерина добавляют лимонный сок.

Одним словом, через месяц-другой на рынке появились изделия моего собственного изготовления. Я расширил ассортимент изделий, придумав несколько новых фигурок, которые стали пользоваться огромным спросом. Не думаю, что в Тифлисе остался хоть один дом, в котором не было "произведений искусства", изготовленных мною.

Дела пошли так хорошо, что я завел даже полдюжины подмастерьев, и они не жаловались на отсутствие работы. Елов тоже помогал мне и даже однажды на неделю бросил торговлю книгами. Все это время мы продолжали учиться, поглощая огромное количество книг по философии.

Через несколько месяцев, когда я заработал приличную по моим представлениям сумму, я продал свою мастерскую двум евреям за хорошую цену. К тому же мне ужасно надоело изготовление дурацких фигурок. Так как я должен был освободить комнату при магазине, где я жил, я переехал на улицу вблизи железнодорожной станции, и Абрам Елов со своими книгами тоже.

Елов был невысокий, полноватый и смуглый, с глазами, горящими как угольки. У него была густая шевелюра, очень широкие брови и борода, растущая откуда-то из-под носа, так что закрывала ему все щеки.

Он родился в Турции, вблизи озера Ван, то ли в городе Битлис, то ли в его окрестностях, откуда семья переехала в Россию за три-четыре года до того, как мы с ним впервые встретились. В Тифлисе Абрам стал ходить в гимназию, но вскоре, несмотря на то что порядки в этом учебном заведении были не очень строгие, он умудрился так нашалить, что его вскоре исключили решением учительского совета. Через некоторое время отец выгнал его из дому, после чего Абрам стал жить как бог на душу положит. Короче говоря, он был в своей семье, так сказать, поганой овцой. Мать в тайне от отца продолжала посылать ему деньги. К ней он всю жизнь испытывал самые нежные чувства, которые не стеснялся проявлять открыто. Фотография матери всегда висела у него над кроватью. Уходя, он всегда целовал ее на прощанье, а возвращаясь откуда-нибудь, с порога восклицал: "Здравствуй, мамочка!" Мне кажется, за эти чувства к матери я стал уважать его еще больше. Отца он тоже по-своему любил, но считал его ограниченным, тщеславным и капризным. Тот слыл довольно богатым человеком и был уважаем своим окружением, так как происходил, хотя только по материнской линии, из династии Маршимунов, которая в свое время была правящей.

У Абрама также был брат, в то время проходивший обучение в Филадельфии, которого он не любил и считал эгоистичным и бездушным человеком. Некоторые привычки Абрама очень смешили окружающих. Например, он постоянно подтягивал вверх свои штаны, и его друзьям стоило немалых усилий отучить его от этого. Погосян часто подшучивал над Абрамом, говоря: "Ха-ха, а ты еще хочешь стать офицером. Первый встречный генерал отправит тебя на гауптвахту, потому что вместо того чтобы отдавать ему честь, ты будешь поддерживать свои штаны". Шутки Погосяна порой не отличались деликатностью. Дружеское поддразнивание всегда присутствовало в их общении между собой. Погосян называл своего товарища не иначе как соленым армянином, а тот, в свою очередь, именовал друга качагохом. Это были распространенные прозвища армян. И айсор, и качагох толковались как "церковный вор", и история этого прозвища такова. Айсоры были известны своим плутовством. В Закавказье существовала даже пословица: "Сложите вместе семь русских - получится один еврей, сложите семь евреев -получится один армянин, сложите семь армян - получится один айсор".

В среде айсоров была очень распространена профессия священника, большинство из которых были самозванцами. Живя в окрестностях горы Арарат, естественной границы между Россией, Турцией и Персией, и свободно попадая в любую из этих трех стран, они в России выдавали себя за турецких айсоров, в Персии - за русских и т.д. Эти самозванцы не только совершали все церковные службы, но и с большим успехом торговали различными видами церковных реликвий. В российской провинции они выдавали себя за греческих священников, которые пользовались доверием местных жителей, и наживались, продавая "реликвии", которые, как они утверждали, были привезены из Иерусалима, Афона и других святых мест. Среди этих "реликвий" были фрагменты того самого креста, на котором был распят Иисус Христос, волосы Девы Марии, ногти Николая Угодника, зубы Иуды, приносящие обладателю удачу, подковы лошади Георгия Победоносца и даже череп и ребра этого святого. Все это охотно раскупалось невежественными людьми. И многие из тех предметов впоследствии хранились в церквях и домах верующих. Поэтому армяне и называли айсоров церковными ворами. Армян, в свою очередь, дразнили солеными, потому что у них существовал обычай посыпать солью новорожденных детей. Хочу заметить, что этот обычай не так нелеп, как может показаться на первый взгляд. В соответствии с моими собственными наблюдениями могу утверждать, что младенцы, рожденные в других местностях, гораздо больше, чем армянские дети, страдали от кожной сыпи в тех местах, которые необходимо обрабатывать кожной присыпкой для предотвращения воспалительных процессов. У армянских младенцев кожная сыпь наблюдается очень редко. Этот факт я объясняю антисептическим действием соли.

У Абрама отсутствовали черты, характерные для его соплеменников. Хотя он был очень вспыльчивым человеком, его никак нельзя было назвать злопамятным. Вспылив, он быстро остывал и, если чувствовал, что обидел кого-то своим поведением, старался как можно быстрее уладить конфликт. Абрам отличался терпимостью к другим верованиям. Однажды, обсуждая деятельность миссионеров, которые съезжались сюда из разных стран, чтобы наставить местное население "на путь истинный", он сказал: "Не важно, каким богам молится человек, главное, чтобы он обладал верой. Вера - это совесть человека, основы которой закладываются в детском возрасте. Человек, меняющий одну веру на другую, теряет свою совесть, а совесть - это самое ценное в человеке. Если я уважаю совесть человека, а совесть поддерживается верой, то я обязан уважать и его религию. Осуждать чужую религию такой же грех, как разрушать в человеке его совесть".

Елов был необычайно предан своим друзьям. Для человека, к которому он испытывал симпатию, он мог сделать все что угодно. Когда Елов и Погосян подружились, они заботились друг о друге, как родные братья, хотя внешние проявления их дружбы были довольно курьезными. Чем крепче они дружили, тем чаще поддразнивали друг друга, скрывая за внешней грубостью нежность чувств. Некоторые проявления этих дружеских отношений так трогали меня, что я не мог удержать слез, которые невольно навертывались на глаза.

Мне вспоминаются такие случаи. Когда Елову случалось быть в гостях, иногда его угощали какими-нибудь сладостями, которые он, как было принято, должен был съесть тут же, чтобы не обидеть хозяев дома. Однако, даже будучи сладкоежкой, он не ел их сам, а прятал в карман, чтобы отнести По-госяну, причем отдавал их ему, сопровождая свои действия градом насмешек и издевательств.

Обычно это происходило так. За обедом Абрам как будто неожиданно для себя обнаруживал в кармане конфету и предлагал ее Погосяну, говоря: "Как, черт побери, эта гадость оказалась у меня в кармане? Лопай скорей, ты просто чемпион по поеданию всяких гадостей, от которых другие воротят нос". Погосян отправлял конфету в рот со следующей тирадой: "Эти деликатесы не для таких олухов, как ты. Лопай лучше желуди, как твои собратья свиньи". На что Елов отвечал с гримасой отвращения: "Посмотрите, он заглатывает конфеты быстрее, чем карабахский осел жует чертополох, а потом будет бегать за мной как шелудивая собачонка, дожидаясь следующей подачки", И дальше обмен репликами продолжался в подобном же духе,

Обладая феноменальными познаниями в области литературы, он к тому же был полиглотом. Я, владея восемнадцатью языками, чувствовал себя молокососом по сравнению с ним. Прежде чем я успевал выучить несколько слов нового языка, он уже владел им так хорошо, как родным языком. Подтверждением моих слов может служить следующая история.

Скридлов, профессор археологии (о нем я расскажу позже), должен был взять одну археологическую находку на территории Афганистана, но сделать это было невозможно, так как пограничники, как русские, так и афганские и британские, задерживали всякого, пытавшегося пересечь границу. Раздобыв где-то форму британского офицера, Елов надел ее и пошел к британским пограничникам, выдавая себя за английского офицера, который приехал из Индии и хочет здесь поохотиться на туркестанского тигра. Он так отвлек их рассказами об Индии, что мы не спеша перебрались через границу и, захватив то, что нам было нужно, без помех вернулись обратно. Обладая феноменальными знаниями, Елов постоянно пополнял их, не упуская случая узнать что-нибудь новое. Он не поступил в кадетский корпус, как собирался прежде, а поехал в Москву, где блестяще сдал экзамены и был зачислен в Лазаревский институт восточных языков, через несколько лет получил диплом Казанского университета по философии, если не изменяет память.

Так же как и Погосян, имевший особый взгляд на физическую работу, Елов имел свое оригинальное мнение о работе умственной. Так как наш мозг все равно постоянно работает, то, вместо того чтобы заниматься всякой чепухой, лучше увлечь его чем-нибудь полезным. Если все равно приходится тратить умственную энергию, лучше потратить ее с толком. Под влиянием этих убедительных доводов я решил продолжать изучение иностранных языков. Это не только способствовало развитию моего интеллекта и отвлекало от несбыточных мечтаний, но и могло оказаться полезным в моих путешествиях.

Абрам Елов, мой близкий друг, в настоящее время жив и здоров. Он окончательно осел в одном из городов Северной Америки. Мировая война застала его в России, где он претерпел много испытаний и невзгод. Только три года тому назад его племянник доктор Елов приехал из Америки и забрал его с собой.

]]>
Гурджиев Г.И. Встречи с замечательными людьми. Fri, 30 Jan 2009 09:50:46 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Встречи с замечательными людьми. Часть 6 http://fway.org/onlinelib/40-vstr/70--6.html ЧАСТЬ VI

КНЯЗЬ ЮРИЙ ЛЮБОВЕЦКИЙ

 

Русский князь Юрий Любовецкий был одним из самых интересных людей, с которыми меня сводила судьба. В течение многих лет он оставался моим старшим товарищем и близким другом.

Трагические обстоятельства, при которых оборвалась жизнь его горячо любимой жены, привела к нашей встрече и длительным дружеским отношениям. В молодости, будучи гвардейским офицером, князь встретил юную прелестную девушку, которую горячо полюбил. Став мужем и женой, они жили душа в душу, пока смерть молодой женщины во время родов не прервала эту идиллию. Не находя утешения в своем горе, князь стал посещать спиритические сеансы, питая надежду вступить в общение с душой трагически умершей жены, и с течением времени все больше и больше погружался в изучение оккультных наук и поиски смысла жизни. Он полностью отказался от обычных светских развлечений и земных привязанностей, не принимая у себя никого и почти не выходя из дому, дни и ночи проводя в библиотеке.

Однажды его добровольное затворничество было нарушено визитом неизвестного старого человека, к удивлению всех домочадцев, немедленно допущенного к князю. Запершись в библиотеке, они долго о чем-то беседовали, после чего князь вскоре покинул Москву и почти всю оставшуюся жизнь провел в Африке, Индии, Афганистане и Персии, возвращаясь в Россию только в случаях крайней необходимости и на очень короткое время.

Князь был очень богатым человеком, но тратил все свои деньги не на обеспечение своего комфорта, а на организацию специальных экспедиций в места, где он надеялся найти ответы на мучившие его вопросы. Он подолгу жил в монастырях, общаясь с людьми, которые разделяли его воззрения.

Когда я впервые встретился с князем, он был уже немолод, но несмотря на значительную разницу в возрасте мы с тех пор и до его смерти поддерживали тесные отношения друг с другом.

Наша первая встреча произошла в Египте, вскоре после моего путешествия с Погосяном. Я приехал сюда из Иерусалима, где зарабатывал на жизнь, показывая туристам, в основном приехавшим из России, местные достопримечательности. Одним словом, я работал профессиональным гидом.

В Египте я решил заняться тем же, так как в достаточной мере владел арабским, греческим, а также итальянским, в те времена совершенно необходимым при общении с европейцами. За несколько дней узнав все, что необходимо было знать профессиональному гиду, я начал вместе с одним молодым и очень ловким арабом дурачить наивных туристов. Мне необходимо было заработать некоторую сумму денег, чтобы приступить к осуществлению собственных планов.

Однажды я был нанят одним русским, который оказался профессором археологии по фамилии Скридлов. Когда мы, побывав у Сфинкса, направлялись к пирамиде Хеопса, мой клиент был окликнут одним седым господином. В шутку назвав археолога осквернителем праха, седой джентльмен вступил с ним в беседу. Они говорили по-русски, не зная, что я владею этим языком. Скридлов обращался ко мне на ломаном итальянском. Они присели у подножия пирамиды, а я устроился невдалеке, чтобы слышать, о чем они будут говорить. Седой господин, который оказался русским князем, спросил своего знакомого, зачем тот тревожит останки давно умерших людей и коллекционирует предметы домашнего обихода, которыми кто-то пользовался в своей жалкой жизни.

"А почему бы и нет, - ответил профессор. - По крайней мере, это нечто реальное и осязаемое в отличие от того эфемерного, чему вы посвятили свою жизнь. Вы занимаетесь тем, что могут позволить себе только богатые бездельники. Моя же деятельность, даже если она не приносит мне морального удовлетворения, все же позволяет мне зарабатывать себе на жизнь". Вскоре собеседники попрощались, договорившись о встрече в Тибете. Следует упомянуть, что все свое свободное время я тратил на то, чтобы обследовать эти места с помощью своей карты, надеясь разгадать загадки Сфинкса и других монументов.

Через несколько дней после встречи с князем я сидел у подножия одной из пирамид, рассматривая карты и погрузившись в свои мысли. Внезапно я почувствовал, что кто-то стоит возле меня, и, инстинктивно прикрыв карту, оглянулся. Это был недавний собеседник профессора археологии. Он взглянул на меня с нескрываемым удивлением и спросил, где я раздобыл эту карту. Интерес, проявленный этим человеком к моей карте, внезапно натолкнул меня на мысль, что это тот самый незнакомец, описанный армянским священником, который заплатил большую сумму за копию этого древнего документа. Я спросил его об этом и получил утвердительный ответ. Пораженный таким удивительным совпадением, князь присел рядом со мной, и мы разговорились. Через некоторое время он предложил мне отправиться в его апартаменты в Каире и продолжить нашу беседу в более подходящей обстановке.

С тех пор, благодаря общности наших интересов, мы часто встречались с князем и подолгу беседовали. Наша дружба продолжалась почти сорок лет, до самой смерти этого удивительного человека. За эти годы мы с ним побывали в Тибете, Индии и различных областях Средней Азии.

Последний раз мы встретились с князем в Константинополе, в его доме, расположенном недалеко от российского посольства. Здесь князь жил подолгу. Наша встреча произошла при следующих обстоятельствах. Я возвращался из Москвы в обществе нескольких бухарских дервишей, с которыми я недавно познакомился. Направляясь в Тифлис через Константинополь, я собирался затем заехать в Александрополь, чтобы повидаться со своей семьей, и после этого вместе с дервишами отправиться в Бухару. Но этим планам не суждено было осуществиться. В Константинополе я узнал, что наш пароход простоит здесь шесть-семь дней, что сильно меня раздосадовало. Провести неделю в праздности - не лучшая перспектива для такого человека, как я. Чтобы не терять времени зря, я решил встретиться со знакомым дервишем в Бруссе и заодно посетить знаменитую мечеть. Когда я шел по берегу Галаты, мне пришла в голову мысль снова зайти в дом князя и привести себя в порядок после долгого пути, а также повидаться с мажордомом князя, старым армянином Мариамом Бадьи, с которым у меня завязались дружеские отношения.

Как следовало из последнего письма, которое я получил от князя, он должен был находиться в это время на Цейлоне, но, к своему удивлению, я застал его в Константинополе. Ведя оживленную переписку, мы не виделись с князем уже два года, и эта встреча оказалась приятным сюрпризом для обоих. Мне пришлось отложить свою поездку в Бруссу и отказаться от запланированного путешествия на Кавказ, чтобы выполнить просьбу князя сопровождать в Россию одну молодую даму, из-за которой князь сейчас находился не на Цейлоне, а в Константинополе. Приведя себя в божеский вид, я вечером ужинал с князем, и во время ужина узнал историю дамы, провожатым которой согласился стать.

Судьба этой замечательной женщины сложилась так необычно, что я считаю необходимым посвятить ей несколько страниц моей книги.

Я не только повторю ее историю, рассказанную мне в тот вечер князем, но и опишу ее дальнейшую жизнь, известную мне благодаря нашим добрым отношениям, тем более что оригинал рукописи, в которой судьбе этой женщины было уделено гораздо больше внимания, остался в России и был утерян вместе со многими другими моими рукописями.

 

Витвицкая

 

Вот что рассказал мне князь. "Неделю тому назад, собираясь на Цейлон, уже на борту корабля среди других провожающих я увидел атташе российского посольства, который обратил мое внимание на одного из пассажиров, вполне представительного господина.

- Взгляните на этого достойного джентльмена, - сказал атташе, - вы мне не поверите, но это известный торговец живым товаром. Кто бы мог догадаться об этом, основывая свои впечатления на его наружности!

В суете, предшествующей отплытию, я не уделил особого внимания этому сообщению и вскоре совсем выбросил его из головы.

Корабль отчалил, была чудесная погода, поэтому я почти все время проводил на палубе, прогуливая своего фокстерьера Джека. К нам подошла очаровательная девушка и, приласкав собаку, протянула ей на ладони кусочек сахару. Так как Джек был приучен ничего не брать у чужих без моего разрешения, он вопросительно взглянул на меня, навострив уши. После того как я позволил собаке съесть сахар, мы разговорились, и оказалось, что девушка прекрасно говорит по-русски. Она представилась Витвицкой и рассказала мне, что отправляется в Александрию, чтобы поступить гувернанткой в семью русского консула. Во время нашей беседы пожилой джентльмен, на которого мне указал атташе, приблизился к нам и позвал девушку, после чего они вместе куда-то ушли. Я вспомнил то, что было сказано об этом господине, и его знакомство с моей собеседницей показалось мне подозрительным. Еще покопавшись в памяти, я припомнил, что семья русского консула, с которым я был хорошо знаком, не нуждалась в услугах гувернантки. Мои подозрения усилились настолько, что я в ближайшем же порту в Дарданеллах послал телеграмму консулу, упомянув в ней о девушке-гувернантке, и еще одну отправил своим друзьям в Салоники, куда корабль должен был вскоре прибыть. Я также поделился своими подозрениями с капитаном нашего судна. Еще до прибытия в Салоники мне все стало ясно: девушку заманили в сети путем обмана и дальнейшая судьба ее ужасна. Я почувствовал себя обязанным изменить ход событий и принял решение отправить ее обратно в Россию, а до тех пор, пока не устрою ее судьбу, прервать поездку на Цейлон. Мы вместе покинули корабль в Салониках и в тот же день поднялись на борт судна, которое возвращалось в Константинополь. Вскоре выяснилось, что в России у девушки нет никого, кто бы мог о ней позаботиться, вот почему я задержался здесь.

Ее история была не совсем обычной. Она родилась в Волынской губернии и все детство провела недалеко от города Ровно, в имении одного графа, где ее отец служил управляющим. Мать умерла, когда дети, две девочки и двое мальчиков, были еще совсем маленькими, и их воспитывала старая тетушка. Когда Витвицкой было четырнадцать лет, а ее старшей сестре шестнадцать, отец умер. К тому времени один из братьев учился на католического священника где-то в Италии, а другой, впоследствии оказавшийся негодяем, бросил колледж и, по слухам, обделывал какие-то темные делишки в Одессе. После смерти отца девочки вместе с тетей должны были покинуть имение, так как граф уже взял нового управляющего. Несчастья следовали одно за другим, и вскоре после переезда в город Ровно тетя скончалась. Находясь в очень затруднительной ситуации, девочки по совету дальних родственников уехали в Одессу, где стали обучаться профессии портнихи. Витвицкая отличалась необыкновенной красотой и, в отличие от старшей сестры, была довольно легкомысленна. У нее было много поклонников и среди них один коммивояжер, которому удалось соблазнить ее и увезти в Санкт-Петербург. Витвицкая захватила с собой свою долю наследства, и по приезде в Санкт-Петербург спутник ограбил ее и бросил одну в незнакомом большом городе. Испытывая огромные лишения, она вынуждена была стать содержанкой одного пожилого сенатора, который вскоре выгнал ее, так как ревновал к каждому встречному. Затем она попала в "уважаемую" семью одного практикующего доктора, который с ее помощью очень оригинальным способом увеличивал свою клиентуру. Жена доктора, увидев ее сидящей в полном отчаянии в саду напротив Александрийского театра, проявила к ней участие и привела к себе домой, где ей и сообщила, в чем будут заключаться ее обязанности. Девушка должна была прогуливаться по Невскому проспекту и позволять какому-нибудь мужчине, привлеченному ее необыкновенной внешностью, сопровождать ее до дверей дома. Здесь она покидала своего поклонника, разбудив у него определенные надежды. Тот, конечно, осведомлялся о ней у портье и узнавал, что эта прелестная девушка - компаньонка жены доктора, и мгновенно находил у себя кучу болезней. В результате доктор приобретал еще одного пациента, который под предлогом визита к доктору проникал в апартаменты, где он надеялся познакомиться с восхитившей его красавицей. Ближе познакомившись с Витвицкой, - продолжал князь, - я убедился, что только безысходная нужда заставила ее вести подобный образ жизни, который ей самой был глубоко отвратителен. Однажды, когда она шла по Невскому проспекту, выполняя свою обычную работу, она совершенно неожиданно встретила своего младшего брата, с которым не виделась много лет. Он был очень хорошо одет и производил впечатление богатого человека. Брат рассказал ей, что у него свой бизнес и он ведет торговлю в Одессе и даже за границей. Узнав, что дела ее далеко не блестящи, он предложил ей свою помощь и увез в Одессу, где, по его рассказам, имел связи в высшем обществе, и обещал устроить ее судьбу. В Одессе брат сообщил, что нашел ей отличное место гувернантки в доме русского консула в Александрии, и, представив пожилого респектабельного джентльмена привлекательной наружности, предложил ехать туда в его сопровождении. Дальнейшее вам известно".

Князь утверждал, что только бедность и несчастливое стечение обстоятельств привели ее к краю пропасти, но что она и в таких условиях сохранила свои лучшие качества. Поэтому он решил помочь несчастной девушке устроить ее дальнейшую судьбу, наставив на путь истинный.

"Я отправляю ее к своей сестре в Тамбовское имение, где она сможет оправиться от всего пережитого, а там будет видно", - в заключение сказал князь.

Зная доброту и некоторую наивность моего друга, я очень скептически отнесся к этому проекту, помня старую поговорку: "Что в воду упало, то пропало". Решив, что Витвицкая дурачит князя, я сразу же проникся к ней отвращением и скрепя сердце согласился сопровождать ее, так как не мог ни в чем отказать моему другу. Только через несколько дней после того, как мы поднялись на борт корабля, я внимательно взглянул на нее. Это была очень красивая брюнетка с чудесными карими глазами и изящной фигурой. Ее взгляд выдавал сильную натуру, и я подумал, что Таис Афинская наверняка была женщиной того же типа. Несмотря на всю ее привлекательность я продолжал испытывать к ней смешанные чувства, иногда презирая, иногда жалея, а иногда и любуясь ею. Прибыв с ней в Тамбов, я оставил ее у сестры князя, которая очень полюбила Витвицкую и взяла с собой за границу, где они долгое время жили, особенно в Италии. Мало-помалу под влиянием самого князя и его сестры молодая женщина стала интересоваться оккультными науками и всем тем, во что верили ее покровители. Она занялась самообразованием, много работала над собой, и каждый, кто беседовал с ней хотя бы один раз, отмечал ее острый ум и глубокие познания.

Расставшись с ней в России, я не видел ее в течение довольно длительного времени. Мне кажется, прошло не менее четырех лет, когда я встретил ее в Италии вместе с сестрой князя Юрия Любовецкого. Это произошло при следующих обстоятельствах.

Однажды в Риме я очутился в затруднительном положении, так как у меня кончились почти все деньги, и, следуя совету двух молодых айсоров, с которыми я здесь познакомился, я стал уличным чистильщиком обуви. Нельзя сказать, что с самого начала мой бизнес пошел успешно, поэтому я решил внести в него некоторые усовершенствования. С этой целью я заказал специальное кресло, под сиденьем которого незаметно для окружающих помещался фонограф Эдисона, к которому было прикреплено нечто вроде наушников. Таким образом, клиент, севший в кресло, мог насладиться оперными ариями, пока я занимался его обувью. В дополнение к этому я укрепил на подлокотнике небольшой поднос, на который ставил стакан, графин с водой и вермут, а также клал несколько иллюстрированных журналов. Теперь мои дела пошли исключительно хорошо, и на меня посыпались не сантимы, а лиры. Любопытствующие зеваки весь день толпились вокруг меня. Они ждали своей очереди и глазели на диковинку, производя впечатление не очень нормальных людей. В этой толпе я несколько раз замечал одну юную леди, которая показалась мне знакомой. Так как я был очень занят, то не имел возможности хорошенько рассмотреть ее, но однажды она сказала своей пожилой спутнице: "Держу пари - это он". Я был так заинтригован, что, немедленно бросив работу, подошел к ней и спросил: "Скажите, пожалуйста, кто вы. Мне кажется, я вас где-то видел".

"Я та, которую вы однажды так возненавидели, что мухи, попадая в поле этой ненависти, немедленно дохли, - сказала молодая женщина. - Если вы помните князя Юрия Любовецкого, тогда, возможно, вспомните и бедную девушку, которую сопровождали в Россию из Константинополя".

Я конечно же узнал Витвицкую и ее спутницу, и все последующие дни, вплоть до их отъезда в Монте-Карло, мы встречались и разговаривали. Через полтора года после этого Витвицкая в сопровождении профессора Скридлова приехала на место сбора нашей очередной экспедиции и с тех пор принимала участие во всех наших путешествиях.

Чтобы дать вам полное представление о характере Витвицкой, женщины, которая смогла остановиться на краю пропасти и благодаря поддержке благородного человека стала, не побоюсь этого слова, выдающейся личностью, приведу только один пример из ее жизни.

Витвицкая серьезно интересовалась теорией музыки, доказательством этого интереса может служить разговор между нами во время одной из экспедиций, маршрут которой проходил через центральные районы Туркестана. Благодаря особым рекомендациям нам было позволено остановиться на три дня в одном монастыре, недоступном для большинства. Утром, когда мы покидали стены монастыря, я заметил, что Витвицкая бледна как смерть, а на руке у нее повязка. Она не могла сама сесть на лошадь, и нам пришлось подсаживать ее. Когда наш караван двинулся в путь, я постарался держаться поближе к ней, чтобы узнать, что случилось. Я заподозрил, что кто-то из нашей группы грубо обошелся с ней, оскорбив ее чувства - чувства женщины, которая стала для нас святой, и решил, что пристрелю этого подонка как куропатку. Но в ответ на мой вопрос Витвицкая сказала, что причиной ее плохого настроения была "эта чертова музыка", и поинтересовалась, какое впечатление она произвела на меня. Эта монотонная мелодия религиозных песнопений и в самом деле оказала на меня странное воздействие. Мы стали обсуждать эту тему, и наш диалог перешел в монолог Витвицкой, в котором она рассказала о своем прошлом. Не знаю, что было причиной ее откровений - удивительно красивая местность, по которой проезжал наш караван, или что-то иное, но я до сих пор помню почти каждое слово из ее интересного рассказа.

Он начинался так:

"В юности музыка не производила на меня глубокого впечатления. Беседуя с кем-либо на эту тему, я, не желая проявлять своего невежества, произносила какие-то глубокомысленные фразы, оставаясь в душе равнодушной. Как правило, я критиковала музыкальное произведение, чтобы выдать себя за знатока, и при этом старалась использовать специфические музыкальные термины. Если же я иногда и хвалила какую-нибудь вещь, то только потому, что думала: прославленный композитор выпустил в свет свое произведение, значит он абсолютно уверен в том, что оно ему удалось. Высказывая какое-либо суждение, я всегда была неискренней и при этом не испытывала ни малейшего угрызения совести. Мне казалось, что так поступают все окружающие.

Впоследствии, когда эта добрая женщина, сестра князя Любовецкого, взяла меня под свое крыло, она убедила меня научиться играть на пианино. "Каждая образованная интеллигентная леди должна хорошо владеть этим инструментом", - говорила она. Для того чтобы не огорчать эту достойную женщину, я стала усердно учиться играть на пианино и через шесть месяцев достигла таких хороших результатов, что была приглашена принять участие в благотворительном концерте. Все наши знакомые, присутствовавшие там, выражали свое восхищение моей игрой, высоко оценивали мои способности. Однажды, взволнованная моим исполнением одного музыкального произведения, княгиня подошла ко мне и торжественно сказала, что раз Всевышний наградил меня таким талантом, то было бы большим грехом пренебречь этим даром и не дать ему развиться полностью. Она добавила, что я должна продолжать совершенствовать свою игру, но мне не следует пренебрегать и теорией музыки. С этого дня она начала выписывать всевозможную литературу по этому предмету и даже лично ездила в Москву, чтобы приобрести там несколько редких изданий. Вскоре все полки моих многочисленных книжных шкафов были заполнены книгами, посвященными теории музыки, и я принялась усердно изучать их, на этот раз не только чтобы доставить удовольствие моей покровительнице. Я увлеклась теорией музыки, и мой интерес усиливался день ото дня. Но книги не давали ответа на возникающие у меня вопросы, там ничего не говорилось о том, что такое музыка, каковы законы ее воздействия на психику человека. Как правило, в них содержалась информация из истории музыки. Например сообщалось, что в то время, как наша октава состоит из семи нот, китайская ограничивается пятью; что арфа древних египтян называлась тебуни, а флейта -мем; что полифония впервые появилась в музыке в девятом веке и первоначально воспринималась как какофония, так что были случаи преждевременных родов у женщин, которые услышали в церкви рев органа; что в одиннадцатом веке монах Гвидо д'Ареццо изобрел сольфеджио и т.д. и т.п. Кроме того эти книги помещали биографии знаменитых музыкантов и композиторов и описывали их путь к славе. Приводились такие подробности как цвет их галстука или длина волос, но ничего не говорилось о сути их творчества, о принципе воздействия их произведений на психику человека. Я потратила целый год впустую, занимаясь так называемой теорией музыки, но мой интерес к этой проблеме не уменьшался. И тогда я оставила в покое эти книги и стала искать другие источники информации.

Однажды совершенно случайно в библиотеке князя я наткнулась на книгу под названием "Мир звуков", которая изменила ход моих мыслей. Автор не был музыкантом, и из содержания книги следовало, что он вообще не интересовался музыкой. Математик и инженер, он использовал в этой книге музыку в качестве примера для объяснения теории вибрации. Автор высказывал мнение, что звуки - это определенные вибрации, которые провоцируют соответствующие вибрации в организме человека, вызывая различные эмоции. Эта гипотеза необычайно заинтересовала меня, и я сумела увлечь ею мою покровительницу. Мы часто беседовали на эту тему и наконец решили провести некоторые эксперименты. Сначала мы изучали воздействие музыки на различных животных, купив для этих целей несколько кошек и собак. Затем мы стали приглашать в гостиную наших слуг: угостив их хорошим ужином, усаживали в кресла и играли для них различные музыкальные произведения. Сперва наши эксперименты не приносили никаких определенных результатов, но вскоре я заметила, что во время исполнения одного вальса моего собственного сочинения наших "подопытных" начинало клонить в сон. В дальнейшем количество засыпавших увеличилось, но это был единственный эффект, которого нам удалось добиться. Увлекшись этими идеями и опытами, я так переутомилась, что, встревоженная моим состоянием, княгиня по совету врачей увезла меня за границу. Там, в Италии, под влиянием новых впечатлений, я вполне оправилась от нервного истощения. Но только через пять лет, во время экспедиции на Памир и в Афганистан, я нашла в себе силы вернуться к этой теме. Вспоминая мои прежние "эксперименты", я с трудом удерживалась от смеха. Наша наивность была беспредельна. Нам ни разу не пришло в голову, что наши "подопытные" погружались в дремоту потому, что после долгого рабочего дня и сытного ужина их должно было клонить в сон, и музыка тут ни при чем.

Возвратившись в Россию, я возобновила опыты уже на более разумной основе, учитывая мельчайшие детали: характер и темперамент каждого из присутствующих и даже время дня и погоду. И тем не менее мне не удалось достичь того, чтобы одна и та же мелодия вызывала тождественную реакцию у разных людей. Это происходило только при условии, что участники эксперимента были представителями одной расы и имели похожие характеры и темпераменты.

Поэтому меня поразило то, что нынешней ночью эта странная мелодия вызвала у всех присутствующих одно и то же впечатление. Этот факт нельзя объяснить так называемым "стадным инстинктом", так как все участники эксперимента были развитыми, независимыми личностями. Не найдя разумного объяснения этому явлению, я, вернувшись в свою комнату, не смогла заснуть. Желание разгадать эту загадку превратилось в настоящее наваждение. Проведя всю ночь без сна, я на следующий день ничего не ела и не пила и в приступе внезапно охватившего меня гнева укусила себя в руку. Вот почему я в повязке. Палец поврежден так сильно, что я едва могу держать поводья".

Этот рассказ произвел на меня сильное впечатление, под влиянием которого я поделился с госпожой Витвицкой результатами собственных экспериментов и наблюдений. Особое внимание я уделил одному феномену, наблюдать который я смог благодаря доброму отношению ко мне отца Евлиссия. Он дал мне рекомендацию, благодаря которой я смог общаться с представителями одной секты, члены которой смогли с помощью древнееврейских мелодий, звучавших в течение получаса, добиться заметного прироста растений.

Госпожа Витвицкая была просто поражена моим рассказом и предложила мне продолжить эксперименты, поселившись в каком-нибудь маленьком российском городке, где нам никто не помешает. Вскоре она совершенно оправилась от нервного потрясения и на протяжении всей экспедиции вела себя как обычно. Несмотря на пораненный палец она была самой неутомимой наездницей и одним из самых полезных участников экспедиции.

Витвицкая умерла в России от сильной простуды, полученной во время путешествия по Волге. Она была похоронена в Самаре, и я, вызванный телеграммой из Ташкента, успел проводить ее в последний путь.

И сейчас, когда я уже прошел большую часть отмеренного мне жизненного пути, побывал во многих странах и общался со множеством интересных людей, должен признаться, что никогда не встречал и, возможно, никогда не встречу более достойной, образованной и умной женщины.

Возвращаясь к личности моего близкого друга князя Юрия Любовецкого, хочу продолжить описание его удивительной жизни. После моего отъезда из Константинополя князь также покинул этот город, и в течение нескольких лет мы не виделись, сохраняя связь друг с другом только с помощью переписки. Из этих писем я узнавал самое важное из того, что происходило в жизни этого человека.

Вновь встретились мы во время совместной поездки на Цейлон и затем организовали экспедицию к истокам реки Индус. После очередного расставания я получал от князя письма из Афганистана, Белуджистана и Кафиристана до тех пор, пока наша переписка внезапно не оборвалась. Перестав получать письма и не имея никаких сведений о дальнейшей судьбе этого человека, я решил, что он погиб во время одной из своих экспедиций. Постепенно я смирился с мыслью, что больше никогда не увижу моего друга, но внезапно совсем случайно встретился с ним в самом сердце Азии.

Чтобы пролить больше света на обстоятельства моей последней встречи с человеком, который может служить примером для каждого, я должен опять сделать отступление и рассказать о некоем Соловьеве. Этот человек был общепризнанным авторитетом в области восточной медицины. Особенно хорошо он изучил медицину Тибета и действие опиума на организм человека и, в частности, на его психику.

 

Соловьев

 

В четырех-пяти милях от города Бухары, столицы Бухарского Ханства, в районе станции Закавказской железной дороги русские строили город, названный ими Новой Бухарой. Именно там я впервые встретил Соловьева. Меня привело сюда желание лучше изучить основы ислама, чтобы на более глубоком уровне общаться с моими знакомыми дервишами, представителями разных сект, одним из которых был мой старый друг Богга-Эддин. В это время его не было в Бухаре, но я рассчитывал на его скорое возвращение.

Прибыв в Новую Бухару, я поселился в маленькой комнатке в доме моих знакомых, торговавших русским квасом. Со мной это скромное жилье делил мой лучший друг - большая курдская овчарка по кличке Филос, которая в течение девяти лет сопровождала меня во всех моих странствиях. К слову, этот пес очень быстро приобретал известность повсюду, где нам приходилось останавливаться. Особенно любили его маленькие дети, они просто визжали от восторга, когда видели, как он носит мне горячую воду для чая из таверны или чайханы, куда я посылал его с чайником в зубах. Филос также ходил за покупками с запиской, в которой я сообщал торговцам, что мне нужно. Я считаю себя обязанным рассказать читателям об этом удивительном животном, приведя в качестве доказательства его поразительной изобретательности и ума несколько реальных случаев.

До поездки в Бухару я жил в городе П., где попал в тяжелое материальное положение. Заплатив за комнату, которую я снимал в караван-сарае, а также отдав другие долги, я обнаружил, что у меня осталось всего 60 копеек. Заработать деньги в этом городе было почти невозможно. Место было очень глухое и рассчитывать на возможность сбыта каких-нибудь художественных поделок не приходилось. Надеясь найти применение своим способностям в Самарканде, где было много русских и других европейцев, я заблаговременно отдал распоряжение перевести туда деньги, пересылаемые мне из Тифлиса, и теперь, за отсутствием у меня материальных возможностей проделать этот путь с комфортом, я был вынужден преодолеть семьдесят миль пешком. В один прекрасный день я отправился в путь вместе с моим другом Филосом, купив себе на пять копеек хлеба, а собаке овечью голову на ту же сумму. Нам пришлось сидеть на голодном пайке, и желание чем-нибудь подкрепиться беспокоило меня всю дорогу, по обеим сторонам которой располагались огороды, обсаженные по местному обычаю иерусалимскими артишоками, благодаря своей высоте служившими своеобразной оградой.

Искушение было слишком сильным, и, приблизившись к одной из таких посадок, я, убедившись в том, что за мной никто не наблюдает, торопливо выкопал несколько крупных артишоков. Я с большим аппетитом съел их на ходу, предложив один своему товарищу Филосу. Но тот, обнюхав незнакомый предмет, наотрез отказался присоединиться к трапезе.

В Самарканде, едва сняв комнату в доме местного чиновника, живущего на окраине города, я отправился на почту узнать, поступили ли деньги. Оказалось, что они еще не пришли. Поразмыслив над тем, как мне заработать на жизнь, я решил заняться изготовлением искусственных бумажных цветов и с тем отправился в магазин, чтобы купить цветную бумагу, но там выяснилось, что на оставшиеся 15 копеек я смогу приобрести ее в очень небольшом количестве. Я решил взять дешевую белую бумагу и анилиновые краски, чтобы самому ее покрасить. Так выходило гораздо дешевле. Выйдя из магазина, я направился в городской сад, чтобы отдохнуть в тени деревьев. Погруженный в свои не очень веселые мысли, я рассеянно наблюдал за стаями воробьев, которые оживленно перепархивали с ветки на ветку, радуясь тишине и прохладной тени. И тут меня внезапно осенила мысль: "А почему бы не попытаться заработать на воробьях?" Местные жители обожают пение канареек и других певчих птиц. А нельзя ли из воробья сделать канарейку? Заметив неподалеку нескольких извозчиков, которые в ожидании клиентов дремали в своих колясках, устроившись в тени, я подошел к одной из лошадей и, не привлекая к себе внимания, выдернул у нее из хвоста несколько волосков. Они были нужны мне для изготовления силков, которые я установил в разных местах сада. Все это время Филос очень внимательно наблюдал за моими необычными действиями. Вскоре первый воробей затрепыхался в одном из силков, и, осторожно высвободив его, я унес свою добычу домой.

Попросив хозяйку дать мне ножницы, я подстриг воробья, придав ему форму кенаря, и затем покрасил с помощью анилина. В Старом Самарканде я немедленно продал его, уверив покупателя в том, что это особый "американский кенарь". На те два рубля, что мне удалось за него выручить, я купил несколько простых клеток и следующих воробьев продавал еще дороже. Всего за две недели мне удалось сбыть около 80 этих "американских кенарей".

Первые несколько дней, отправляясь на ловлю воробьев, я брал с собой Филоса, но вскоре был вынужден оставлять его дома, так как он постоянно собирал вокруг себя толпу ребятишек, чем распугивал птиц. Через день после того как я начал оставлять пса в комнате, он исчез рано утром и вернулся только к вечеру, усталый и покрытый грязью, держа в пасти мертвого воробья, которого он торжественно положил мне на постель. И так повторялось каждый день: исчезая утром, он неизменно возвращался к вечеру с мертвым воробьем в зубах. Я не рискнул задерживаться в Самарканде надолго, так как боялся, что один из моих "американских кенарей" случайно попадет под дождь или что ему вздумается искупаться в своей поилке, из-за чего у меня могут возникнуть крупные неприятности. И я поспешил улизнуть из города, опасаясь ущерба, который разгневанные покупатели "американских кенарей" могут причинить моему здоровью.

Из Самарканда я направился в Новую Бухару, где надеялся найти моего старого друга дервиша Богга-Эддина. Я считал себя богачом, так как заработал более 150 рублей, что в те времена составляло значительную сумму.

В Новой Бухаре я, как упоминалось прежде, снял комнату в доме торговцев русским квасом. В ней не было никакой мебели, и, устраивая себе ложе, я просто расстилал на полу чистую простыню, обходясь без подушки и одеяла. Я поступал так не из скупости - экономия денег не была в данном случае главной причиной почти полного отсутствия комфорта. Дело было в том, что в то время я увлекался учением индийских йогов. При этом приходится признаться, что даже в самых тяжелых материальных обстоятельствах я не мог отказать себе в чистой простыне и каждый день обтирался довольно дорогим одеколоном.

Через пять-десять минут после того как я располагался на своем импровизированном ложе и по расчетам Филоса должен был заснуть, он укладывался возле моих ног, никогда не позволяя себе устроиться в голове моей постели. Столом служила пачка книг, связанных веревкой. Это были произведения на темы, которые в данное время меня больше всего интересовали. На это оригинальное сооружение я клал все вещи, которые могли мне понадобиться ночью, такие, как, например, масляный светильник, записная книжка, коробочка с порошком от клопов и т.п. Однажды утром через несколько дней после моего приезда в Новую Бухару я обнаружил на своем столе крупный иерусалимский артишок. Помню, что я сразу же отнес этот приятный сюрприз на счет любезности своей квартирной хозяйки, которая, вероятно, откуда-то узнала, что я очень люблю именно эти овощи. Испытывая прилив благодарности к этой доброй женщине, я с большим аппетитом съел его. Не сомневаясь в том, кто был виновником этого сюрприза, так как в мою комнату кроме хозяйки никто не входил, я при первой же встрече горячо поблагодарил ее за любезность. К моему удивлению оказалось, что хозяйка ничего не знает об этом артишоке. На следующее утро все повторилось - артишок лежал на прежнем месте. Пораженный этими чудесами, я все же не лишился аппетита и съел его с не меньшим удовольствием, чем предыдущий. Но когда на третий день произошло то же самое, я решил разгадать эту загадку и найти шутника. Утром я спрятался за бочкой с квасом, стоящей в коридоре, и через некоторое время увидел Филоса, крадущегося по коридору с огромным артишоком в зубах. Он осторожно вошел в мою комнату и положил этот овощ на то место, где я его обычно находил. Тогда я решил продолжить расследование. На следующее утро, похлопав собаку по левой стороне головы (этот жест означал, что я ухожу из дому и не беру его с собой), я отошел немного от дома и спрятался в соседнем магазинчике. Вскоре вышел Филос и, внимательно оглядевшись, направился в сторону рынка, где продавали съестное и была ужасная толкучка в это время дня. Проходя мимо лавочек, Филос, посмотрев вокруг и убедившись, что за ним никто не наблюдает, подкрался к корзине с овощами и, схватив крупный иерусалимский артишок, бросился бежать. Вернувшись домой, я увидел этот артишок на своем столе.

Мне хотелось рассказать еще об одной особенности характера этого удивительного животного. Обычно, когда я покидал комнату, оставляя Филоса дома, он укладывался снаружи входной двери и дожидался моего возвращения. В мое отсутствие любой человек мог войти в комнату, но никто не мог выйти. Впустив посетителя в комнату, Филос встречал его попытку выйти грозным рычанием. Он вел себя так, что у несчастного пленника сердце уходило в пятки и пропадала всякая охота продолжать свои попытки покинуть мою комнату. Приведу в качестве примера один забавный случай, который произошел здесь же, в Новой Бухаре. Один поляк, который зарабатывал на жизнь тем, что ездил по разным городам и демонстрировал кинофильмы, что было диковинкой в то время, как-то пришел ко мне по совету местного жителя, чтобы просить меня починить баллон с ацетиленом, с помощью которого картина проецировалась на экран. Я сказал ему, что приду, когда у меня будет свободное время. Но оказалось, что в тот же день газ стал просачиваться и из второго баллона, и этот поляк, захватив оба контейнера, пришел ко мне, так как не хотел, чтобы вечерний киносеанс сорвался. Узнав, что меня нет дома, он решил оставить оба тяжелых баллона в моей комнате, чтобы не тащить их обратно. В то утро я отправился в Старую Бухару, где намеревался посетить одного мусульманина. Так как среди последователей религии Мухаммеда собака считается нечистым животным, я решил оставить Филоса дома, и он как обычно улегся возле входной двери, ожидая моего возвращения. Филос, позволив этому человеку войти в комнату, наотрез отказался выпускать его обратно. И после нескольких тщетных попыток выйти этот бедный поляк был вынужден расположиться на полу моей комнаты и в чрезвычайной досаде, без пищи и воды, ждать меня до позднего вечера.

Итак, я, как уже говорилось, жил в Новой Бухаре и на этот раз действительно занимался изготовлением и продажей бумажных цветов. Это позволяло мне не только зарабатывать на жизнь, но и проникать в те места, которые меня интересовали. Кроме того, доход от этой деятельности в нынешнем сезоне обещал быть хорошим. Жители этих мест обожали украшать свои жилища искусственными цветами, особенно на Пасху А так как в этом году иудейская и христианская Пасхи почти совпадали, спрос на эту продукцию должен был быть особенно велик, ведь население Новой и отчасти Старой Бухары исповедует в основном эти две религии.

Я день и ночь проводил за усердной работой, изредка прерывая ее, чтобы навестить моих друзей дервишей, и иногда играя в биллиард возле ресторана. В молодости я очень увлекался биллиардом и считался хорошим игроком.

Однажды вечером, утомленный кропотливой работой, я вышел, чтобы немного развеяться, погоняв шары, и вдруг услышал какой-то шум и громкие возгласы. Отложив кий, я поспешил туда, где происходило что-то необычное, и увидел, что несколько мужчин избивают какого-то человека. Хотя все они были мне незнакомы, и я даже не знал, что является причиной драки, я, не раздумывая, вмешался, пытаясь защитить несчастного. В те годы я увлекался японской борьбой джиу-джитсу и был рад любой возможности применить свое умение на практике. Итак, вмешавшись в драку из спортивного интереса, я задал нападавшим хорошую трепку и заставил их спасаться бегством.

В то время население Новой Бухары в значительной степени состояло из людей, высланных из России и живущих под надзором полиции с так называемым "волчьим билетом". Здесь были представители множества наций и стран. Многие имели темное прошлое и весьма сомнительное будущее. Среди них были уголовные преступники, уже отбывшие тюремные сроки, а также политические ссыльные. Некоторые из них оказались здесь по решению суда, иные были сосланы в административном порядке. Высылка неблагонадежных с политической точки зрения лиц без суда была широко распространена в России в то время.

Они жили здесь в очень скверных и, как правило, непривычных для них условиях и неизбежно превращались в пьяниц. Даже те из них, кто прежде не пил, постепенно опускались и теряли человеческий облик.

Разделавшись с противником, я решил отвести своего случайного товарища к нему домой, опасаясь, что, если он пойдет один, с ним может произойти какое-нибудь несчастье. Но оказалось, что он живет в одном доме с мужчинами, которые его били, поэтому мне пришлось пригласить его к себе, на что он охотно согласился.

Мой новый знакомый, который представился Соловьевым, оказался совсем молодым человеком, но я заметил, что он уже пристрастился к спиртным напиткам. Утром стало очевидно, что в драке Соловьеву здорово досталось - он был весь в синяках, а один глаз почти не раскрывался. Поэтому я предложил ему не уходить и пожить у меня, пока он не поправится, тем более что началась Пасха и ему не нужно было ходить на работу Вскоре он куда-то ушел, но к вечеру вернулся и остался у меня на ночь.

Весь следующий день я провел на ногах, обегав весь город, доставляя заказчикам искусственные цветы, предназначенные для празднования Пасхи. Не имея здесь знакомых христиан, я не был никуда приглашен, поэтому, купив в городе кулич, крашеные яйца, пасху и все то, что обычно едят в этот день, и не забыв бутылку водки, после окончания работы я отправился домой. Не найдя там Соловьева, я помылся, почистил одежду, в которой был, так как не имел другой, и отправился в церковь на вечернюю службу.

Вернувшись, я нашел Соловьева спящим. Так как в моей комнате не было стола, я втащил через окно пустой ящик и, стараясь не шуметь, чтобы не потревожить спящего, накрыл его чистой простыней, а затем положил на него купленную снедь. Только после этого я разбудил Соловьева. Увидев накрытый стол, он очень удивился и с радостью согласился принять участие в торжественном "банкете". Он сел на стопку моих книг, а я устроился на ведре, перевернутом вверх дном. Разлив водку, стакан я предложил Соловьеву, но, к моему изумлению, он, поблагодарив, отказался. Я выпил один, и мы принялись за еду Филос, принимавший участие в трапезе, получил двойную порцию - две овечьи головы вместо одной. Мы ели в полном молчании, наше настроение нельзя было назвать праздничным. Вспомнив, как я встречал Пасху в кругу семьи, я задумался о своих близких, которые были далеко. Соловьев тоже думал о чем-то своем, так мы сидели довольно долго.

Неожиданно, как будто под влиянием внутреннего побуждения, Соловьев воскликнул: "Боже, дай мне силы никогда больше не прикасаться к этому зелью, которое довело меня до такой жизни!" Затем после небольшой паузы заговорил вновь и рассказал о себе с необыкновенной искренностью. Была ли причиной его откровенности Пасха, которая напомнила ему о прежней жизни, или повлиял вид празднично накрытого стола, а может и то и другое вместе, но он всю ночь изливал свою душу.

Оказалось, что прежде Соловьев был почтовым служащим, но стал он им совершенно случайно. Он происходил из богатой купеческой семьи. Его отец владел несколькими большими мельницами в Самаре. Родители матери, разорившиеся аристократы, не оставили ей в наследство ничего, они не смогли дать ей даже хорошего образования. Окончившая Институт благородных девиц, она, воспитывая своих детей, учила их только хорошим манерам. Это было все, что она вынесла из того учебного заведения. Отец редко бывал дома, проводя почти все время на своих мельницах и в амбарах. Кроме того он сильно пил и регулярно, несколько раз в году, находился в запое, длящемся несколько недель. Трезвый, по словам Соловьева, он вел себя как настоящий самодур.

Каждый из родителей жил своей самостоятельной жизнью, они едва терпели друг друга. У Соловьева был младший брат, и родители, как часто бывает, поделили детей между собой. Старший был любимчиком матери, и поэтому вынужден был выслушивать постоянные насмешки отца. Это приводило к постоянным ссорам, и в конце концов между ними возникла настоящая вражда. Мать ежемесячно выдавала своему старшему сыну некоторую сумму, но вскоре ему стало не хватать этих денег, так как он начал ухаживать за девушками. И вот однажды он украл у матери дорогой браслет, чтобы сделать подарок своей возлюбленной. Узнав о краже, мать скрыла это от мужа, но сын продолжал выносить из дома ценные вещи, и в конце концов это стало известно главе семьи. Вор был изгнан, но вскоре, благодаря мольбам своей матери, прощен. Соловьев закончил пять классов гимназии, когда в Самару приехал передвижной цирк, и юноша потерял голову, влюбившись в красивую наездницу-акробатку по имени Вера. Когда цирк уехал, Соловьев последовал за своей возлюбленной, прихватив из дому значительную сумму денег. К тому времени он уже пристрастился к спиртному. В городе Царицыне, узнав, что Вера завела роман с капитаном конной полиции, он запил еще сильнее и стал завсегдатаем в портовых кабаках. Там он познакомился с разными темными личностями, которые в конце концов обокрали его, напоив до потери сознания. Очнувшись в незнакомом городе без копейки денег, он не решился сообщить об этом своим родителям, так как испытывал угрызения совести. Соловьев был вынужден зарабатывать деньги на жизнь самым черным трудом, он постоянно менял место работы и наконец оказался в городе Баку. Здесь удача улыбнулась ему, и, благодаря приличному костюму, одолженному случайным знакомым, он смог устроиться телеграфистом.

Пережитые несчастья заставили его задуматься, и он начал добросовестно исполнять свои служебные обязанности. Однажды Соловьев встретил человека, жившего прежде в Самаре и знакомого с его семьей. Тот решил помочь молодому человеку занять подобающее положение. Благодаря полученному гимназическому образованию Соловьев занял место почтового служащего в Баку и, пройдя испытательный срок, стал работать в почтовом ведомстве в Курске. Ведя очень скромную жизнь, сократив до минимума свои расходы, он смог хорошо одеться и даже отложить небольшую сумму денег. В двадцать один год Соловьев узнал, что его вскоре призовут на военную службу. Вернувшись в Самару, он остановился в гостинице и написал матери, не решаясь сразу отправиться домой. Но родители, радуясь, что он наконец взялся за ум, простили блудного сына и снова приняли в семью. Будучи телеграфистом, он должен был ждать призыва в течение нескольких месяцев, так как судьбу призывников этой категории решал генеральный штаб армии. Через три-четыре месяца он был призван и определен на должность служащего Закаспийской железной дороги, которая в те времена относилась к военному ведомству. Вскоре Соловьев заболел желтухой и был отправлен в местный госпиталь, после чего его перевели в военный госпиталь в Самарканде для прохождения медицинской комиссии, которая должна была установить, годен ли он для дальнейшей службы. В главном корпусе военного госпиталя, где лежал Соловьев, было специальное тюремное отделение, где лечились уголовные преступники и подследственные. Прогуливаясь по коридору, Соловьев от нечего делать познакомился с одним из пациентов тюремного отделения, который, как впоследствии оказалось, был фальшивомонетчиком. Когда Соловьева признали негодным для прохождения дальнейшей службы и выписали из госпиталя, его новый знакомый попросил отнести записку одному своему подельнику и в благодарность за эту услугу дал Соловьеву флакон с какой-то синей жидкостью. Он объяснил, что с помощью этого раствора можно без особых трудностей подделывать трехрублевые купюры. Специальная бумага пропитывалась этой жидкостью, прикладывалась с обеих сторон к трехрублевке, и все вместе спрессовывалось между страницами толстой книги. В Центральной Азии, где население не очень хорошо разбирается в русских деньгах, эти купюры, как объяснил новый знакомый, можно сбывать без особого риска. Сперва Соловьев попытался воспроизвести этот процесс из одного любопытства, но, испытывая материальные трудности после отъезда из дому, он в конце концов не удержался и сбыл некоторое количество этих фальшивок. Возвратившись домой в Самару, он был встречен с распростертыми объятиями и по совету отца стал работать на одном из его предприятий, довольно далеко от Самары. Через несколько месяцев, несмотря на благие намерения, он так соскучился и затосковал по прежней бродяжьей жизни, что явился к отцу и откровенно заявил о своем желании уехать отсюда. К немалому удивлению Соловьева, на этот раз отец не рассердился и даже снабдил его на дорогу немалой суммой денег. Уехав в Москву, а затем в Санкт-Петербург, Соловьев опять запил и в пьяном угаре оказался в Варшаве. Это произошло примерно через год после того, как он расстался с военной службой. В Польше Соловьев случайно встретился со своим знакомым по госпиталю, который, как оказалось, был оправдан судом и выпущен на свободу. Здесь в Варшаве он ожидал получения выписанной из Германии печатной машины, которая, как он рассчитывал, поможет ему при изготовлении фальшивых денег. Он предложил Соловьеву войти с ним в долю и заняться сбытом фальшивых банкнот в Бухаре. Предложение было очень соблазнительным, так как сулило большие выгоды, и Соловьев не смог отказаться. Он отправился в Бухару, чтобы дожидаться там прибытия компаньона, который задержался в Польше, получая заграничную посылку. В Бухаре Соловьев продолжал сильно пить и, истратив все деньги, вынужден был поступить простым рабочим на железную дорогу. С тех пор прошло три месяца.

Этот искренний рассказ глубоко тронул меня и вызвал желание помочь. К этому времени я уже довольно много знал о гипнозе, умел, приведя человека в гипнотическое состояние, дать ему установку избавиться от нежелательного пристрастия. Поэтому я предложил своему новому знакомому свою помощь, обещая избавить от пагубной привычки, если он действительно хочет, и объяснил, как это делается. Соловьев с радостью согласился, и мы немедленно взялись за дело. Ежедневно я приводил его в состояние гипноза и затем давал соответствующую установку. Вскоре Соловьев почувствовал такое отвращение к спиртному, что не переносил одного вида этой отравы, как он называл водку. Оставив свою работу на железной дороге, он стал путешествовать вместе со мной и даже помогал изготовлять искусственные цветы и продавать их на рынке.

Через некоторое время после того, как я познакомился с Соловьевым, мой старый друг дервиш Богга-Эддин, от которого я длительное время не имел новостей, наконец вернулся в Старую Бухару Узнав, что я живу в Новой Бухаре, он на следующий день пришел ко мне. На вопрос о причине его столь долгого отсутствия Богга-Эддин ответил, что ему посчастливилось познакомиться с одним необыкновенным человеком и, чтобы иметь возможность часто беседовать с ним, он согласился быть проводником в экспедиции по реке Амударье. Богга-Эддин добавил, что теперь они вместе вернулись в Старую Бухару.

"Этот удивительный человек - член одной древней религиозной секты, известной под названием Сармунг, главный монастырь которой расположен где-то в самом сердце Средней Азии. Оказывается, этот человек откуда-то знает тебя, и когда я предложил ему встретиться с тобой, он охотно согласился. Он сказал, что хотя ты и кафир, но твоя душа познала истину".

Должен пояснить, что кафирами здесь называли инородцев и иноверцев, это относилось ко всем европейцам, которые в соответствии с местными понятиями были не людьми, а скорее животными, не имеющими души.

Рассказ о новом знакомом Богга-Эддина так заинтересовал меня, что я попросил его устроить нашу встречу как можно быстрее. И вскоре она состоялась. Я много общался с этим человеком и заслужил такое доверие с его стороны, что однажды он предложил мне провести некоторое время в главном монастыре его религиозного братства.

"Возможно, там вы найдете ответы на вопросы, которые не дают вам покоя", - сказал он и добавил, что охотно поможет мне попасть туда при условии, что я соглашусь дать клятву никому не рассказывать о том, что я там увижу.

Конечно, я с благодарностью принял это предложение, согласившись на все условия. Я сожалел только о том, что мне придется расстаться с Соловьевым, который стал мне ближе, чем родной брат. Я спросил у моего нового знакомого, можно ли мне взять в эту экспедицию моего лучшего друга. Немного подумав, тот ответил, что не возражает, при условии, что мой друг тоже даст соответствующую клятву и что я могу поручиться за его порядочность. Я подтвердил, что Соловьеву можно безоговорочно доверять. За время нашей дружбы я убедился, что он может держать слово.

Обсудив все, мы договорились ровно через месяц встретиться на берегу Амударьи, где будут ждать четыре проводника, которые должны отвести нас в монастырь после того, как мы назовем пароль. В условленный день Соловьев и я оказались возле развалин старинной крепости, где встретились с четырьмя киргизами, посланными за нами. Обменявшись паролем, мы спешились и по их требованию поклялись сохранить в тайне все, что мы узнаем в этой экспедиции. Затем мы тронулись в путь, причем нам на глаза были надвинуты башлыки.

Всю дорогу мы держали данное слово, не пытаясь приподнять башлык, чтобы определить, где находится наш караван. Нам позволяли снимать их только во время привала, когда мы останавливались, чтобы отдохнуть и подкрепиться. Но во время движения башлыки с нас снимали всего дважды. В первый раз это произошло на восьмой день пути, когда нашей кавалькаде пришлось преодолевать горное ущелье по подвесному мосту. Он был так узок, что пройти по нему можно было только гуськом, держа лошадей в поводу.

По характеру местности мы предположили, что находимся где-то в долине Пянджа или Зеравшана, так как ширина потока была довольно значительной, а мост напоминал нам висячие мосты, уже увиденные нами на этих реках.

Должен сказать, что я предпочел бы идти по этому мосту с закрытыми глазами. Может быть потому, что мы долгое время ехали с закрытыми глазами или по какой-нибудь другой причине, но я никогда не забуду своего страха и тревоги во время этого перехода. Я долго не мог заставить себя сделать первый шаг.

Такие мосты часто встречаются в Туркестане, где нет возможности построить более капитальное сооружение и где, чтобы преодолеть это опасное место длиной в милю обходным путем, пришлось бы сделать крюк в двадцать миль.

Ощущения, которые испытываешь, ступив на это шаткое сооружение и заглянув на дно ущелья, где змеится горный поток, можно сравнить с ощущениями альпиниста, взглянувшего вниз с вершины горы Эйфель. Глядя вверх, человек не видит вершин окружающих гор, для этого необходимо отъехать от их подножия на несколько миль.

Подвесные мосты обычно не имеют поручней и так узки, что двигаться по ним можно только гуськом. Хуже то, что они колышутся вверх-вниз, и идущий ощущает себя так, как будто он прыгает на батуте. А если прибавить и резонные сомнения в том, выдержит ли мост вес людей и лошадей, достаточно ли он прочен, то вы получаете приблизительное представление о моем состоянии в ту минуту. Обычно мост крепится веревками к деревьям, растущим на краю ущелья, и по моему мнению не может быть рекомендован даже тем европейцам, которых называют "любителями острых ощущений". При попытке перейти по такому мосту сердце человека уходит в пятки и даже куда-то гораздо ниже.

Второй раз нам позволили освободиться от наших башлыков при приближении какого-то встречного каравана, очевидно, не желая, чтобы мы привлекали внимание своим странным видом и вызывали у людей разные подозрения.

На нашем пути периодически появлялись сооружения, весьма типичные для Туркестана. Без этих загадочных монументов путешественники не имели бы возможности самостоятельно ориентироваться в этой местности, лишенной нормальных дорог. Они обычно располагаются на высоком месте, так что их можно увидеть издалека, часто за много миль. Эти сооружения представляют собой одиночные каменные блоки или просто высокие столбы, вкопанные в землю.

Среди местного населения распространены различные легенды, объясняющие появление этих странных монументов тем, что здесь был похоронен какой-либо святой, или же здесь он вознесся на небо, или что на этом месте святой убил семиглавого дракона, или что здесь случилось еще что-то необыкновенное. Обычно святой, в честь которого был воздвигнут этот монумент, считается покровителем местности. И когда путешественнику удается преодолеть все трудности, встречающиеся на пути, например избежать нападения разбойников и диких зверей или удачно перебраться через реку или гору, - все это происходит по воле святого.

Любой купец, пилигрим или путешественник, который благополучно избежал всех опасностей, приносит к подножию монумента дары, благодаря своего покровителя за помощь.

Согласно местным верованиям, принесенные жертвы как бы напоминают святому о человеческих нуждах, заменяя собой молитвы. Сюда обычно приносят части одежды, фрагменты туши животного или что-либо еще в таком же роде. Один конец подношения привязывается к столбу а другой свободно двигается под воздействием ветра.

Эта шевелящаяся масса делает сооружение заметным с очень большого расстояния, так как она расположена на возвышенном месте. Путник, обнаружив один из таких монументов, направляется к нему от него - к другому подобному сооружению и т.д., ведь здесь нет дорог в привычном смысле этого слова. Тропинки, протаптываемые караванами, под воздействием частых снежных буранов постепенно совсем исчезают с лица земли.

Если бы этих сооружений не было, путешественник обязательно сбился бы с пути и его не спас бы самый точный компас. В дороге мы несколько раз сменили наших лошадей и ослов, несколько раз нам приходилось спешиваться и вести животных в поводу. Не однажды мы переплывали через быстрые горные реки и перебирались через высокие горы. Жара сменялась прохладой, из этого мы заключили, что мы то спускаемся в долину, то поднимаемся высоко в горы. В конце концов через двенадцать дней пути нам позволили ехать с открытыми глазами, и мы увидели, что находимся в глубоком ущелье, по дну которого струился бурный, но неширокий поток, а склоны были покрыты густой растительностью.

Как оказалось, это был наш последний привал. Подкрепившись, мы снова сели на лошадей и дальше ехали с открытыми глазами. Перебравшись через горную реку, мы ехали еще полчаса, и затем перед нами открылась долина, со всех сторон окруженная горами, вершины которых были покрыты снежными шапками. Вскоре мы увидели несколько строений, похожих на те, которые мы видели на берегах рек Амударьи и Пянджа. Эти строения, напоминающие крепость, были окружены сплошной высокой стеной. У ворот мы были встречены старой женщиной, с которой наши проводники о чем-то заговорили, после чего они исчезли за воротами. Женщина, оставшаяся с нами, неторопливо отвела нас в предназначенные для гостей маленькие комнаты, похожие на монастырские кельи, и, указав на деревянные кровати, что стояли там, ушла.

Вскоре пришел пожилой мужчина, который очень доброжелательно заговорил с нами, как будто мы были давно знакомы, и, ни о чем нас не спрашивая, рассказал, что в первые дни еду нам будут приносить сюда. Он также посоветовал нам отдохнуть после долгой дороги, но добавил, что если мы не устали, то можем выйти и посмотреть окрестности, и дал нам понять, что мы можем делать все, что хотим.

Из-за сильной усталости мы решили последовать совету этого человека и как следует выспаться. Я проспал всю ночь как убитый и проснулся только, когда мальчик, посланный кем-то из монахов, принес нам чашки и самовар с зеленым чаем, а также наш завтрак, состоявший из кукурузных лепешек, козьего сыра и меда. Я хотел спросить у мальчика, где бы я смог помыться, но оказалось, что он говорит только на местном языке и не знает ни одного из тех, которыми владели мы с Соловьевым.

Когда я проснулся, моего друга уже не было в комнате, он выходил, но вскоре вернулся. Оказалось, что он отчего-то проснулся среди ночи, и, чтобы не разбудить меня, лежал бесшумно, вспоминая известные ему слова тибетского языка. На рассвете он попытался выйти за ворота, и тут старая женщина, встретившая нас вчера, заметила его и, делая знаки, позвала за собой. Соловьев последовал за ней, думая, что ему запрещается выходить за ворота и причина ее поведения в этом. Но оказалось, что она просто хочет угостить его теплым парным молоком. После этого она даже помогла ему открыть тяжелые ворота. Так как никто кроме мальчишки к нам не приходил, мы решили сами ознакомиться с окрестностями и сперва прошли вдоль стены, окружавшей строения, обнаружив еще одни ворота поменьше на северо-западной стороне.

Вокруг нас царствовала почти благоговейная тишина, нарушаемая только однообразным шумом текущей воды и щебетом птиц. Солнце пекло, дышать было тяжело, нас почти не радовала красота окружающего пейзажа, и только свежесть со стороны реки тянула как магнитом. Не сговариваясь, мы направились к воде. С этого дня берег реки станет нашим любимым местом работы и отдыха.

Ни в тот день, ни на следующий никто из монахов не пришел проведать нас, только регулярно, три раза в день, мальчик приносил нам еду, состоявшую из молочных продуктов, сухих фруктов и рыбы, в основном пятнистой форели, и ставил самовар. Мы проводили время, валяясь на кроватях, или шли к реке, где под монотонный шум бегущей воды заучивали слова тибетского языка. Ни у воды, ни по дороге к ней мы не встречали никого. Только один раз, когда мы сидели в тени деревьев у воды, к реке подошли четыре девушки, но, заметив нас, они быстро свернули в сторону и, пройдя через маленькую рощу, вошли в ворота, которые находились на северо-западной стороне стены.

Утром третьего дня мы коротали время у реки: я бездумно смотрел на бегущий поток, а Соловьев пытался с помощью одному ему известного способа определить высоту окружающих нас гор, вершины которых скрывались в облаках. К нам подбежал мальчик и подал Соловьеву записку - сложенный листок бумаги без конверта. Тот, в замешательстве повертев его в руках, протянул мне. Когда я развернул бумагу и узнал почерк писавшего, у меня потемнело в глазах - так неожиданно это было. Эту записку написал мой самый лучший друг, о котором я давно не имел никаких известий. Содержание было таким:

"Мой дорогой друг! Когда я узнал, что вы находитесь здесь, я чуть не умер от радости. К сожалению, я не мог поспешить к вам навстречу, чтобы обнять вас, так как я болен и не встаю с постели, и узнал о вашем присутствии несколько минут назад. Ах, как я рад, что смогу увидеть вас, что вы сами, по собственной инициативе приехали сюда. Это доказывает, что вы не прекратили свои поиски, не впали в душевную лень. Поспешите же ко мне, нам есть о чем поговорить. Мне сказали, что вы здесь с другом. Хотя я и не знаком с ним, я буду рад ему как вашему другу, одно это достаточно его характеризует".

Дойдя до этих слов, я вскочил на ноги и побежал к монастырю, дочитывая остальное на ходу и делая знаки Соловьеву следовать за мной.

Куда я бежал, я не знал и сам, не представляя, где находится мой старый друг. За мной спешили Соловьев и мальчик, принесший записку. Когда мы подбежали к монастырю, мальчик провел меня во второй двор, где показал келью князя Любовецкого. После радостных восклицаний и объятий я спросил, что с ним случилось.

"Прежде я чувствовал себя прекрасно, - начал свой рассказ князь, - но две недели тому назад во время купания в реке я порезал палец ноги. Сначала я не обратил на это внимания, но вскоре палец начал болеть. Думая, что боль быстро пройдет, я не стал ничего предпринимать, но вскоре мне стало хуже, образовалось нагноение, через неделю началась лихорадка, и я был вынужден лечь в постель. Монахи сказали, что у меня было заражение крови, но кризис прошел, опасность миновала, я вскоре буду здоров. Но довольно обо мне, лучше расскажи, какое чудесное провидение привело тебя сюда?"

Я рассказал князю о своей жизни за время, что мы не виделись, о моей дружбе с Богга-Эддином и о том, что привело меня в этот уединенный монастырь. Затем я стал сам расспрашивать князя, желая узнать, почему он не писал мне все это время или не дал знать о себе каким-нибудь другим способом, почему он заставил меня поверить в то, что его уже нет в живых. Ведь я даже заказывал заупокойную службу, несмотря на то что в те дни находился в тяжелом материальном положении. В конце я спросил его, как он здесь оказался, и услышал следующее:

"Когда мы с вами в последний раз встретились в Константинополе, меня уже начинала охватывать какая-то апатия, душевная вялость, которая через некоторое время приняла форму полной душевной опустошенности, потери интереса ко всему окружающему. Прибыв на Цейлон, я познакомился с известным буддийским монахом. Оказалось, что нас с ним волнуют одни и те же вопросы, и в конце концов мы решили организовать экспедицию по Гангу. Предпринимая это рискованное путешествие, я как будто хватался за последнюю соломинку, стараясь искусственно возродить прежний интерес к жизни, и когда оно завершилось, просто не знал, что делать дальше. Во мне как будто умерли все мои прежние желания и чувства. Оказавшись в Кабуле, я погрузился в полную апатию, только изредка встречаясь со своими старыми знакомыми, среди которых был Ага-хан, человек, чья жизнь так же была богата приключениями, как и моя. Однажды среди гостей Ага-хана я увидел сидящего на самом почетном месте старого тамила в очень необычной одежде. Поприветствовав меня и видя, что я проявляю заметный интерес к его необычному гостю, он прошептал мне на ухо, что это его старый друг, которому он обязан спасением своей жизни. Этот старый тамил жил где-то на севере, он иногда приезжал в Кабул повидать своих родных и уладить некоторые дела. Оказавшись в этом городе, он всегда заходил к Ага-хану, чему тот был несказанно рад, так как обожал этого человека. Ага-хан добавил, что очень советует мне познакомиться с этим старым тамилом, и предупредил меня, что я должен говорить громко, так как тот туг на ухо. Разговор, прерванный моим появлением, вновь возобновился. Речь шла о лошадях. Старый тамил принял участие в дискуссии, и сразу стало ясно, что он является большим знатоком и любителем лошадей. Затем разговор перешел на политику. Присутствующие говорили о соседних странах, о России и Англии. Когда речь зашла о России, Ага-хан, указывая на меня, с улыбкой сказал: "Прошу вас, не говорите о России ничего плохого. Вы можете обидеть нашего русского гостя". Хотя это было сказано в шутливом тоне, мне стало ясно, что Ага-хан хотел предотвратить неизбежные обвинения в адрес России. Как раз в то время ненависть к русским и англичанам была особенно сильна.

Затем общая беседа иссякла и присутствующие разделились на отдельные группы, в каждой из которых разговаривали о чем-то своем. Я подсел к старому тамилу и вступил с ним в беседу, испытывая к этому человеку все большую симпатию. Он обращался ко мне на местном диалекте, интересуясь, откуда я приехал, как оказался в Кабуле, и внезапно заговорил по-русски - очень правильно, хотя и с небольшим акцентом. Этот почтеннейший человек рассказал мне, что некоторое время жил в Москве и Санкт-Петербурге, а также в Бухаре, где очень много русских, и таким образом овладел русским языком. Он добавил, что очень рад случаю вновь говорить на этом языке, так как из-за отсутствия практики начал его забывать.

К тому времени гости Ага-хана стали уже расходиться, и мой новый знакомый предложил мне пойти с ним в чайхану и продолжить наш разговор там. Он объяснил мне, что посидеть в чайхане или кофейне - его слабость, приобретенная с юных лет, от которой он не смог избавиться до сих пор. И сейчас, как только он оказывается в городе, он не может отказать себе в этом удовольствии, отправляясь в чайхану при каждом удобном случае. Этот старый тамил заметил, что шум и суета, царящие там, не только не мешают, но и даже помогают ему думать.

Я с большим удовольствием согласился составить ему компанию, и не только из-за того, что мне приятно было разговаривать на русском языке, но и по причине, которую я не сразу осознал. Будучи сам уже немолодым человеком, я почувствовал к нему то, что внук чувствует к любимому деду. Придя в чайхану, мы сели на открытой террасе и заказали зеленый бухарский чай. По тому вниманию и почтению, которое окружающие оказывали этому старому человеку, я понял, что здесь он любим и уважаем. Мы разговаривали на таджикском, и после первой чашки чая он вдруг прервал беседу, заметив: "Все, о чем мы говорим, - пустяки, не имеющие никакого значения", - он оглянулся и замолчал.

Все это показалось мне странным - и неожиданно прерванная беседа, и пронзительный взгляд старика, и я подумал: "Увы, с возрастом его ум ослаб и мысли начали путаться", - и мне стало очень грустно. Постепенно я совсем раскис, размышляя о том, что я и сам не молод и что недалек тот час, когда мне не удастся вести разумную беседу. Я был так погружен в эти невеселые мысли; что даже забыл о своем собеседнике. Внезапно снова раздался его голос. И то, что было сказано, мгновенно вывело меня из задумчивости и направило мои мысли в другое русло.

- Эх, Гого, сорок пять лет вы работали не покладая рук, и никогда ваше сердце не находилось в согласии с вашим разумом. Если бы вы достигли этого, то сейчас не были бы так одиноки.

Услышав, как он назвал меня, я пришел в изумление. Как мог этот индус, впервые увидевший меня в Средней Азии, знать мое детское прозвище? Так меня звали только мать и няня, и с тех пор никто не обращался ко мне подобным образом. Можете представить себе мое удивление, когда я услышал это прозвище через столько десятилетий в кабульской чайхане! Вдруг я вспомнил одного старого человека, который однажды пришел ко мне в Москве после смерти моей жены, когда я был еще совсем молодым. Но тот был выше ростом, имел другие черты лица и уже в те времена был очень стар. Я не мог найти разумного объяснения тому, что сейчас происходило. Откуда этот старик знает так много о моей жизни и о моем внутреннем состоянии, в котором я и сам не мог разобраться?

Пока подобные мысли блуждали во мне, старик сидел, погрузившись в молчание. Не выдержав, я воскликнул: "Но кто же вы? Откуда вы меня знаете?"

"Не все ли вам равно, кто я. Это праздное любопытство - главная причина того, что труд всей вашей жизни оказался безрезультатным. Какое значение имеет то, почему я так много знаю о вас и вашем душевном состоянии, если все, что я говорю, - правда".

Этот упрек поразил меня в самое сердце. И в самом деле, не все ли мне равно, что происходит вне меня. Я был очевидцем многих невероятных событий. И что же я вынес из этого? Может быть, если бы я так жадно не искал новых впечатлений, не проводил бы свою жизнь в суете, стараясь удовлетворить свое праздное любопытство, я не оказался бы на старости лет с такой пустотой в душе.

Я искренне попросил извинения у этого человека за свои ненужные вопросы. После этого мы долго сидели в полном молчании, погруженные в раздумье. И наконец он сказал: "Возможно, еще не все потеряно. Если вы осознаете все, что с вами происходит, понимаете, что ваша нынешняя душевная опустошенность - результат погони за миражами, я советую вам сделать еще одну попытку. Если вы согласитесь принять одно условие, я попробую помочь вам. Это условие состоит в том, что вы должны умереть для мирской жизни, отказаться от прежних привычек и развлечений раз и навсегда и последовать туда, куда я укажу вам".

Признаюсь откровенно, выполнение этого условия не требовало от меня больших жертв, потому что, не считая моих многочисленных друзей, все остальное потеряло для меня интерес, и мне не составляло труда от всего этого отказаться.

Я объяснил это моему собеседнику и сказал, что могу последовать туда, куда он зовет меня, хоть сейчас. Он ответил мне, что устроит все как можно скорее, и исчез в толпе. На следующий день я уладил все свои дела, отдал необходимые инструкции всем своим служащим, отправил несколько писем делового характера и принялся ждать.

Через три дня ко мне пришел молодой таджик и очень лаконично сказал: "Я буду вашим проводником. Путешествие продлится около месяца". Он рассказал мне, как он подготовился к этой экспедиции, что собрал в дорогу, и просил сообщить, что еще мне понадобится в пути.

Я не нуждался больше ни в чем, так как все необходимое было предусмотрено этим проводником, и, сообщив, что готов отправиться в путь завтра утром, попросил назвать место и время отправления.

Так же лаконично, как и прежде, он сказал, что я должен прибыть к шести часам утра в караван-сарай Калматас, который находится в окрестностях города. Уже на следующий день я был в пути, и через две недели оказался здесь, где вы меня и нашли. А сейчас расскажите мне все, что вы знаете о наших общих друзьях".

Видя, что долгий рассказ утомил моего друга, я предложил отложить продолжение разговора на другой день, боясь, что такое напряжение помешает выздоровлению князя. Все время, пока князь болел, мы с Соловьевым навещали его, а когда он выздоровел и смог покидать свою келью, он стал сам приходить ко мне, и мы каждый день вели продолжительные разговоры.

Так продолжалось около двух недель до того дня, когда нас позвали в третий внутренний двор к настоятелю монастыря, который провел с нами беседу с помощью переводчика. Он назначил нам проводником и помощником одного из старых монахов с иконоподобным благородным лицом. Было сказано, что этому монаху двести семьдесят пять лет. После этого мы стали полноправными членами этого братства. Нам разрешалось ходить по всему монастырю, общаться со всеми монахами. И вот что меня сразу же заинтересовало. В центре монастырского двора находилось высокое строение, похожее на храм, где дважды в день для всех, кто жил в монастыре, устраивались религиозные танцы, в которых участвовали специально обученные монахи, или же присутствующие слушали религиозные песнопения.

Когда князь Любовецкий полностью выздоровел, он всюду ходил вместе с нами и объяснял нам все, о чем бы мы его ни спросили. Он был, так сказать, вторым нашим проводником и помощником. Я не буду описывать в деталях все, что мне довелось здесь увидеть, может быть, в свое время я посвящу этому отдельную книгу. Но я хотел бы уделить несколько строчек одной религиозной церемонии, свидетелем которой мне посчастливилось быть, а также одной загадочной конструкции, назначение которой я не сразу понял.

Однажды князь Любовецкий получил разрешение взять нас в ту часть монастыря, которая была предназначена для женщин-монахинь, где они обучались священным танцам под руководством опытной монахини-учительницы. Князь, зная, что я интересуюсь законами движения человеческого тела и связью их с психическим состоянием личности, посоветовал мне посетить этот "танцевальный класс" и посмотреть на устройство, с помощью которого обучают танцам юных учениц. Даже на первый взгляд это устройство казалось очень древним. Оно было сделано из черного дерева, инкрустированного слоновой костью и жемчугом. Когда это устройство не использовалось и стояло в сложенном виде, оно напоминало дерево с длинными опущенными ветвями. Присутствуя во время священнодействия, я увидел, что устройство состоит из длинного гладкого столба не менее двух метров высоты, укрепленного на треножнике. От этого столба отходили семь "ветвей" различных размеров, каждая из которых в свою очередь состояла из семи сегментов, увеличивающихся по длине прямо пропорционально расстоянию от столба, то есть каждая следующая часть была длиннее предыдущей. Каждый сегмент "ветви" был соединен с соседним посредством двух полых шаров из слоновой кости. Один шар находился внутри другого, причем внешний шар не полностью закрывал внутренний, таким образом конец одного сегмента "ветви" может быть прикреплен к внутреннему шару, а конец следующего к внешнему. Эти соединения работали как плечевой сустав человека и позволяли любому сегменту "ветви" двигаться в любом желаемом направлении. На поверхности внутренних шаров были начертаны какие-то символы, имеющие определенное значение. В этом помещении я заметил еще два таких устройства, причем возле каждого стоял маленький шкафчик, наполненный квадратными пластинками из неизвестного мне металла, на которых тоже находились какие-то надписи. Князь Любовецкий объяснил нам, что эти пластинки только копии, а оригиналы, сделанные из чистого золота, хранятся у шейха. Знатоки утверждали, что этим пластинкам и устройству более 4500 лет. Далее князь рассказал, что надписи на внутренних шарах соответствуют надписям на пластинках, и что сегменты, скрепленные шарами, нужно размещать определенным образом. Когда все сегменты установлены в соответствии с определенным планом, юные ученицы часами рассматривают и запоминают их расположение. Пройдет много лет, прежде чем эти девочки смогут принимать участие в религиозных ритуалах и исполнять священные танцы в храме. Они должны овладеть этим искусством в совершенстве. Каждая позиция танца так же, как и каждое расположение сегментов древнего устройства наделены определенным смыслом. Они как бы являются отдельными буквами особого алфавита, известного каждому из обитателей этого монастыря. И когда вечером в главном храме начинается этот священный ритуал, монахи, глядя на танцующих девушек, "прочитывают" этот танец, как мы прочитываем книгу, и познают заключенную в нем истину, помещенную туда нашими далекими предками. Эти танцы доносят до нас информацию, содержащую сведения о давних событиях, передаваемую из века в век.

Эти юные девушки, обучающиеся священным танцам по обету, данному их родителями, или по каким-либо другим причинам, посвящают всю свою жизнь служению Всевышнему. Их отдают в монастырь в раннем детстве, где их обучают всему необходимому для их будущего служения.

Когда, посетив этих учениц, я затем отправился посмотреть исполнение танцев опытными монахинями-танцовщицами, я был поражен не тайным смыслом ритуала, который я как раз не понял, но совершенством их мастерства. Ни в Европе, ни в другой части света, где я жил, я не видел ничего подобного.

Мы прожили в этом монастыре около трех месяцев и уже настолько привыкли к тому, что нас окружало, что не могли себе представить иной жизни. Но однажды ко мне подошел князь и с грустным выражением лица сообщил, что его сегодня пригласил настоятель монастыря, где у них произошел важный разговор в присутствии еще нескольких монахов.

"Настоятель сказал мне, - продолжал князь Любовецкий, - что мне осталось жить всего три года, и он советует мне провести это время в монастыре, который расположен на северном склоне Гималаев, если я не имею собственных планов на этот срок. Настоятель предложил мне свою помощь, обещая сделать так, чтобы эти годы прошли как можно полноценнее, приблизив меня к истине, которую я так долго искал.

Я принял это предложение без колебаний, и мы условились, что я покину монастырь через три дня в сопровождении опытного проводника. И я хочу провести эти дни, общаясь с вами, моим самым близким другом".

Неожиданность этого сообщения ошеломила меня так, что в течение некоторого времени я не мог вымолвить ни слова. Когда ко мне вернулся дар речи, я только и смог спросить его: "Это правда?" "Увы, да, - ответил князь, - и я надеюсь, что сумею наверстать время, которое я так бессмысленно тратил, имея в своем распоряжении столько возможностей. А вы продолжайте думать обо мне, как о человеке, который давно умер. Вы же говорили, что заказали панихиду по мне, считая, что я погиб в одной из моих многочисленных экспедиций. Так давайте же, встретившись при таких счастливых обстоятельствах, расстанемся без печали".

Князь был очень спокоен, говоря мне все это, но мне было тяжело смириться с мыслью, что я вновь должен потерять этого удивительного человека, ставшего моим лучшим другом. В течение этих трех дней мы почти непрерывно говорили с князем, и когда он улыбался, мое сердце разрывалось на части, потому что эта улыбка была проявлением любви, доброты и терпения. И вот настал печальный день расставания, и я сам помогал грузить караван, который должен был увезти моего друга навсегда. Когда всадники двинулись в путь, князь обернулся и, взглянув на меня, трижды благословил.

Мир твоей душе, святой человек.

Завершая эту главу, посвященную моему другу князю Юрию Любовецкому, я хочу рассказать о трагической гибели Соловьева, которая произошла при чрезвычайных обстоятельствах.

 

Смерть Соловьева

 

Вскоре после того, как окончилось наше пребывание в горном монастыре, Соловьев присоединился к группе людей, посвятивших свою жизнь поискам истины, о которых я уже упоминал. Я конечно же дал ему необходимые рекомендации. Он стал полноправным членом этого общества, и с тех пор, благодаря его упорным сознательным усилиям, он смог не только достичь огромных успехов, работая над собой, но в то же время принимал самое активное участие во всех наших экспедициях.

Во время одного из таких путешествий в 1898 году он умер от укуса дикого верблюда в пустыне Гоби. Я опишу обстоятельства, при которых произошло это трагическое событие, как можно подробнее не только из-за смерти моего друга. Мне также хочется уделить особое внимание нашему способу пересечения пустыни, довольно необычному который может оказаться полезным другим путешественникам. Я начну свой рассказ с того момента, когда, пройдя с огромными трудностями от Ташкента до берегов реки Шаракшан, перебравшись через множество высоких гор, мы достигли Ф. - очень маленького поселка на окраине пустыни Гоби.

Мы решили, прежде чем начинать запланированный переход через Гоби, остаться в этом поселке на несколько недель, чтобы хорошенько отдохнуть, а также, расспрашивая местных жителей, узнать все легенды и поверья, связанные с этой пустыней. И мы услышали, что под песками пустыни похоронено много древних поселений и даже больших городов, что эти пески хранят множество сокровищ, принадлежавших жителям этого цветущего региона. Еще нам сказали, что места, где лежат эти сокровища, известны некоторым людям, живущим в соседних поселках, и что эти сведения передаются от отца к сыну и держатся в глубочайшей тайне. Нарушение клятвы хранить молчание, как нам поведали, сурово карается. И тяжесть наказания зависит от того, насколько важны были выданные тайны. Уверенность в том, что под песками пустыни Гоби захоронен большой город, подтверждаемая многими фактами, не противоречащими друг другу, передалась многим из нас, особенно профессору Скридлову, археологу, бывшему участником нашей экспедиции.

После оживленной дискуссии мы решили составить такой маршрут через Гоби, чтобы пройти по району, где, согласно преданиям, под песками пустыни лежит город. Там мы намеревались провести небольшие археологические раскопки под руководством профессора Скридлова, большого специалиста в этой области. И затем, в зависимости от результатов этих раскопок, планировать дальнейший маршрут.

И хотя этот район лежал вдали от более или менее известных дорог через пустыню Гоби, но мы, следуя нашему обычному правилу никогда не идти проторенными путями, не только с энтузиазмом готовились к преодолению всех трудностей, ожидавших нас, но даже ощущали душевный подъем.

Когда мы немного поостыли и всерьез задумались над тем, что нам предстоит сделать, препятствия показались нам столь значительными, что у многих из нас возник вопрос, а сможем ли мы вообще их преодолеть?

Сложность была в том, что маршрут, который мы запланировали, был очень протяженным, и преодолеть такое расстояние обычным способом казалось невозможным. Главная проблема заключалась в обеспечении нашего каравана водой и провизией, так как по самым скромным подсчетам вес груза должен был быть таков, что нести его людям было не под силу. И в то же время об использовании для этих целей вьючных животных не могло быть и речи, так как не приходилось рассчитывать на то, что в дороге нам попадется хотя бы одна травинка или капля воды. Мы даже не знали, встретятся ли нам в пути оазисы.

Несмотря на все это мы не отказались от нашего дерзкого предприятия, но все тщательно обсудив, единогласно решили, что в течение следующего месяца останемся здесь и, сконцентрировав все свои умственные усилия на решении этой проблемы, найдем выход из ситуации, которая на первый взгляд кажется безнадежной. В течение этого времени каждый должен быть обеспечен всем, что поможет решить ему эту задачу.

Профессору Скридлову, как главе нашей экспедиции, поручалось руководство этим рискованным предприятием, и среди прочего он должен был распоряжаться нашими денежными средствами. Когда каждый из членов группы получил от него некоторую сумму денег, кто-то остался в поселке, а кто-то в соответствии со своим планом покинул его. Место встречи было назначено в маленьком поселке на краю пустыни, откуда мы намеревались начать наш переход. Через месяц мы собрались в условленном месте, под руководством профессора Скридлова разбили лагерь, и каждый из нас рассказал о том, что ему удалось придумать. Очередность наших отчетов решалась жребием. Первыми тремя были горный инженер Карпенко, затем доктор Сары-оглы и филолог Елов. Их доклады были очень интересны и полны оригинальными мыслями. Даже форма, в которой они были сделаны, так запечатлелась в моей памяти, что я до сих пор помню каждое слово. Карпенко начал свою речь так: "Хотя я знаю, что никто из присутствующих не в восторге от привычки европейских ученых, прежде чем перейти к сути дела, в своем предисловии начинать с Адама, но в данном случае, принимая во внимание серьезность стоящей перед нами задачи, я считаю совершенно необходимым, прежде чем заявить о своих выводах, рассказать о том, как я к ним пришел.

Гоби - это пустыня, чьи пески, по утверждению ученых, очень недавнего происхождения. Учитывая этот факт, выдвигаются два предположения:

пески пустыни - это бывшее морское дно или же они нанесены ветром со скалистых вершин Тянь-Шаня, Гиндукуша или Гималайской горной цепи, или с гор, лежавших севернее, но исчезнувших под действием сильных ветров. Принимая во внимание то, что мы должны обеспечить едой на всем протяжении нашего пути как нас самих, так и тех животных, которых мы посчитаем необходимым взять с собой, стоит задуматься, а не могут ли сами пески послужить нам для этой цели.

Я думаю так: если эта пустыня - бывшее морское дно, тогда пески должны состоять из различных слоев и зон, как и любой живой организм, и содержать органические вещества. Следовательно, мы должны найти средство превратить эту органическую материю в вещество, которое может быть усвоено человеческим организмом, и таким образом обеспечить себя энергией, необходимой для жизнедеятельности. Если же пески этой пустыни являются наносными отложениями горного происхождения, тогда тем более оказывается, что вне всякого сомнения почва большинства крупных оазисов Туркестана, а также областей, примыкающих к пустыне, чисто растительного происхождения и состоит из органических веществ, занесенных сюда с горных вершин. Итак, мы приходим к выводу, что в течение столетий эти органические субстанции должны были откладываться под огромной массой песка этой пустыни, смешиваясь с ним. Далее можно утверждать, что в соответствии с законом гравитации все субстанции группируются в соответствии с их удельным весом; таким образом, здесь, в пустыне, органические вещества, будучи гораздо легче песка, постепенно группируются в отдельных слоях или зонах.

Придя к такому заключению, я организовал маленькую экспедицию в пустыню, чтобы проверить свои предположения на практике, и через три дня пути провел необходимые исследования. Я вскоре нашел в некоторых местах слои, хотя и едва отличимые невооруженным глазом от остальных масс песка, однако, как было установлено мной, явно другого происхождения. При помощи микроскопа и химического анализа отдельных частиц этих смешанных субстанций я узнал, что они состоят из мертвых тел мельчайших организмов и остатков различных тканей растительного происхождения. Навьючив всех семерых верблюдов, которых я имел в своем распоряжении, этим особым грунтом, содержащим органические вещества, я вернулся обратно и, по совету профессора Скридлова, купив некоторое количество животных различных видов, провел серию экспериментов над ними. Я приобрел двух верблюдов, двух яков, две лошади, двух мулов, двух ослов, десять овец, десять коз, десять собак и десять котов и заставлял их хорошенько проголодаться, давая им ограниченное количество пищи, достаточное, чтобы только поддерживать их существование, а затем начал понемногу подмешивать им в еду некоторое количество этого органического вещества, которое я привез с собой из пустыни.

В течение нескольких первых дней эксперимента все без исключения животные отказывались есть эту смесь, но когда я начал готовить ее другим способом, всего через неделю овцы и козы начали питаться ею с большой охотой.

Тогда я все внимание сосредоточил именно на этих животных и через два дня полностью убедился в том, что овцы и козы даже стали предпочитать приготовленные мной смеси всем другим видам пищи. Я соединял 71/2 части этого грунта, 2 части бараньего фарша и 1/2 части обыкновенной соли. Вначале все животные, включая коз и овец, игнорировали эту смесь, но потеряв от 1/2 до 2 1/2% от общей массы тела и начав ее есть, они не только перестали терять в весе, но даже поправились на 1 -3 фунта. Благодаря этому эксперименту я установил, что этот вид грунта, содержащий органические вещества, вполне может быть использован в качестве корма для животных при условии, что он смешан с некоторым количеством мяса. Таким образом, я могу предложить следующее: чтобы решить проблему, связанную с обеспечением нашей экспедиции продуктами питания во время пути, необходимо закупить несколько сотен овец и коз и постепенно, по мере необходимости, использовать их в пищу как для себя, так и для оставшихся животных, готовя им вышеупомянутую смесь. Не следует опасаться того, что мы столкнемся в пути с нехваткой соответствующего грунта, так как все данные, собранные мной, свидетельствуют о том, что залежи распространяются повсеместно.

Теперь что касается воды. Для того, чтобы обеспечить себя достаточным запасом влаги, мы должны раздобыть большое количество овечьих или козьих мочевых пузырей или желудков - вдвое большим, чем количество животных, которых мы возьмем с собой, - и, обработав их соответствующим образом, использовать в качестве бурдюков, наполнив водой и навьючив по две штуки на каждую овцу и козу. Я провел соответствующие эксперименты и убедился, что овца может нести такое количество воды без всякого ущерба для себя. Расчеты показали, что нам вполне хватит этого количества воды как для собственных нужд, так и для того, чтобы поить в пути животных, принимая во внимание то, что мы будем очень экономно расходовать ее в течение первых двух-трех дней. Затем мы сможем воспользоваться бурдюками с водой, снимаемыми с животных, которые пошли нам в пищу, и таким образом не будем испытывать в ней большого недостатка".

Когда Карпенко закончил, слово взял Сары-оглы. Я встретился и подружился с ним пять лет тому назад. Перс по происхождению, уроженец восточной части этой страны, он получил образование во Франции. Возможно, придет время, когда я посвящу ему отдельную книгу, так как этот выдающийся человек оказал огромное влияние на мою жизнь.

Сары-оглы сказал примерно следующее: "Заслушав доклад горного инженера Карпенко, я должен сказать "пасс" относительно первой части моего сообщения, признавая, что ничего лучше предложить нельзя. Однако что касается второй его части, в которой я пытался решить серьезную задачу: как передвигаться по пустыне во время песчаных бурь, - я хотел бы представить вам свои соображения и результаты проведенных экспериментов. Выводы, к которым я пришел, дополняют, по моему мнению, сказанное инженером Карпенко.

Тот, кто пытается пересечь пустыню, часто попадает в бурю, во время которой почти невозможно передвигаться ни людям, ни животным, так как в воздух поднимается огромная масса песка, в мгновение ока образуя высокую гору там, где только что была впадина. Я подверг сомнению аксиому, что всякое передвижение по пустыне во время песчаной бури невозможно. Мне пришло в голову, что песок, обладая немалым удельным весом, не может подниматься очень высоко, и существует предел, выше которого не поднимется ни одна песчинка. Развивая эту идею дальше, я решил установить эту гипотетическую величину.

С этой целью я приобрел здесь высокую складную лестницу и, взяв двух верблюдов и проводника, отправился в пустыню. В конце первого дня я остановился на ночлег, как вдруг поднялся сильный ветер, который через час превратился в настоящую бурю, так что невозможно было устоять на месте и даже дышать из-за поднявшегося в воздух песка.

С большим трудом я начал составлять складную лестницу, которую захватил с собой, и затем установил ее вертикально, использовав верблюдов как опору, чтобы вскарабкаться наверх. Представьте себе мое удивление, когда на высоте всего в двадцать пять футов я не обнаружил ни одной песчинки.

Моя лестница была шестидесяти футов длиной, я не успел преодолеть и трети, когда воздух прояснился. Вверху было чудесное звездное небо и сияла луна, такое я нечасто видел даже дома в восточной Персии. А ниже происходило что-то невообразимое, я чувствовал себя так, будто стоял на берегу океана во время шторма.

Пока я стоял там наверху и любовался, буря начала стихать, и через полчаса я смог спуститься. И хотя ветер теперь был не очень силен, мой спутник все еще шел, держась, как принято в таких случаях, на гребне дюн, повернувшись спиной к ветру и ведя за собой одного верблюда. Второй, как я узнал, вырвался на свободу и сбежал в неизвестном направлении.

Когда стало совсем тихо, мы отправились на поиски второго животного и очень скоро нашли его, заметив копыта, торчащие из песка недалеко от того места, где была укреплена лестница. Выкапывать верблюда не имело никакого смысла, так как он был мертв и погребен под большой массой песка. Поэтому мы сразу же отправились в обратный путь, подкрепляясь на ходу, чтобы не терять зря времени, и к вечеру достигли нашего поселка. На следующий день я заказал несколько пар ходулей разных размеров в нескольких местах, чтобы избежать ненужных вопросов, и, захватив с собой одного верблюда, навьюченного провизией, снова отправился в пустыню. Там я начал учиться ходить на этих ходулях, сначала на низких, затем на тех, что повыше. Чтобы облегчить движение по песку, я укрепил внизу что-то наподобие металлических подошв, которые я тоже, в целях предосторожности, заказал в разных местах. В то время как я учился передвигаться на ходулях, в пустыне прошли две бури. Одна из них была не особенно сильной. Но даже в течение этой песчаной бури перемещаться и ориентироваться на местности с помощью обычных средств было совершенно невозможно. Но взбираясь на ходули во время всех песчаных бурь, я двигался в любом желаемом направлении с такой легкостью, словно я ходил по своей комнате. Сперва было очень трудно шагать не спотыкаясь по дюнам, и особенно во время песчаной бури. Но, к счастью, оказалось, что поверхность насыщенного песком нижнего слоя воздуха имеет неровности, полностью соответствующие неровностям песчаного грунта, так что ходьба на ходулях значительно облегчается тем фактом, что вы по контуру насыщенного песком слоя атмосферы можете ясно видеть, где кончается одна дюна и начинается другая.

"В любом случае, - заключил доктор Сары-оглы, - можно считать установленным, что насыщенный песком нижний слой воздуха имеет определенно очень небольшую толщину и что контуры его поверхности всегда соответствуют контурам самой пустыни. И я думаю, мы должны использовать это открытие в нашем предстоящем путешествии".

Третьим выступающим был Елов, филолог, который сделал свое сообщение в характерной для него экспрессивной манере: "Если вы позволите мне, господа, я скажу то же самое, что и наш уважаемый эскулап, относительно первой части выступления инженера Карпенко, а именно "я пасс". Я признаю также, что не придумал ничего более интересного, чем уже услышанное нами, и что все мои идеи - просто детский лепет в сравнении с их открытиями.

Однако, в то время как я слушал предыдущих выступающих, у меня появилось несколько мыслей, которые могли бы оказаться небесполезными при подготовке к нашей экспедиции и которыми я хотел бы поделиться с присутствующими.

Как нам уже сообщил доктор, при обучении необходимы ходули разной длины, но в экспедицию мы должны взять с собой только те, длина которых не менее двадцати футов. Даже если мы последуем совету Карпенко, нам придется гнать с собой большую отару овец и коз. Так вот я подумал, что в хорошую погоду, когда ходули становятся обузой, мы можем, вместо того чтобы тащить их на себе, использовать овец и коз. Как вы знаете, стадо овец в соответствии с врожденным инстинктом следует за первой овцой, которая является их вожаком. Если к ней привязать первую пару ходуль, и остальные овцы выстроятся вслед за ней в длинную цепочку. Нам остается сделать так, чтобы овцы не только тащили ходули, но также несли и нас самих. Между параллельно расположенными ходулями длиной в двадцать футов можно легко разместить семь рядов овец по три в ряд, то есть всего двадцать одну овцу. Для такого количества овец вес одного взрослого человека сущий пустяк. Следует только запрячь овец таким образом, чтобы в центре осталось пустое место длиной в 5 1/2 и шириной в 3 фута, где можно укрепить удобные носилки. Тогда каждый из нас, вместо того чтобы изнемогать под тяжестью ходуль, сможет возлежать как Мухтар-паша в своем гареме или восседать подобно этим богатым бездельникам, раскатывающим в своих автомобилях по аллеям Булонского леса. Пересекая пустыню с таким комфортом, мы даже сможем, не теряя времени, учить языки, которые понадобятся нам в наших будущих экспедициях".

После двух первых выступлений и сообщения, сделанного Еловым, стало ясно, что в дальнейших докладах нет особой необходимости. Мы были поражены всем услышанным. Нам даже пришло в голову, что трудности, связанные с переходом через пустыню Гоби, значительно преувеличены и что невозможность такого предприятия намеренно внушается путешественникам.

Приняв все эти предложения единогласно и без обсуждения, мы решили скрыть от местных жителей наше намерение отправиться в пустыню - царство голода, опасностей и смерти. Пусть считают профессора Скридлова отважным русским купцом, который прибыл в этот регион, преследуя свои коммерческие цели. Он, якобы, должен закупить здесь овец для отправки в Россию, где они стоят довольно дорого, в то время как здесь их можно купить намного дешевле; а также собирается экспортировать особо прочную древесину, применяемую в России для изготовления ткацких станков. Деревьев с такой прочной древесиной в России не было, и станки, где применялись детали, изготовленные из более мягких пород деревьев, быстро изнашивались из-за сильного трения. Поэтому отважный купец решился на это рискованное предприятие.

Обсудив все это, мы ощутили прилив сил и говорили о предстоящей экспедиции так, словно речь шла о прогулке по пляс де ля Конкорд в Париже. На следующий день мы отправились на берег реки вблизи того места, где она исчезает под незримой толщей песка и где мы разбили лагерь, установив палатки, привезенные нами из России. И хотя наш лагерь располагался недалеко от поселка, ни одному из его жителей не приходила в голову мысль поселиться здесь, в раскаленном аду. Некоторые из нас, выдавая себя за свиту и служащих эксцентричного русского купца Иванова, начали закупку "особо прочной древесины" в виде длинных тонких стволов, а также покупали коз и овец и вскоре имели целое стадо. Затем мы начали усердно учиться передвигаться на ходулях, сначала на коротких, потом на все более длинных.

Ровно через двенадцать дней, одним чудесным утром наш необычный кортеж отправился в путь, сопровождаемый блеянием коз и овец, лаем собак, ржаньем лошадей и ревом ослов. Он растянулся в длинную процессию, похожую на те, которые сопровождали передвижение особ королевской крови. Далеко по окрестностям разносились наши веселые песни, раскачивались на ходу вытянувшиеся в одну линию импровизированные носилки. И конечно, как всегда остроумные замечания Елова вызывали дружные взрывы хохота.

Пережив в пути две ужасные песчаные бури, уже через несколько дней мы оказались в самом сердце пустыни. При этом мы совершенно не измучились и даже, как в шутку предлагал Елов, учили в дороге иностранные языки. Это место было главной целью нашей экспедиции.

Все происходило так, как мы планировали, за исключением происшествия с Соловьевым. Передвигаясь, как правило, по ночам, мы руководствовались указаниями одного из участников нашей экспедиции, опытного астронома Даштамирова, который умел ориентироваться по звездам.

Однажды на рассвете мы сделали привал, чтобы подкрепиться самим и покормить наших овец.

Было еще совсем рано. Солнце только начинало появляться из-за горизонта. Мы с удовольствием завтракали свежеприготовленной бараниной с рисом, когда на горизонте внезапно появилось стадо верблюдов. Мы сразу догадались, что это были дикие животные. Соловьев - страстный охотник и отличный стрелок - немедленно схватился за винтовку и побежал в ту сторону, где виднелись силуэты верблюдов, а мы, посмеиваясь над этой слабостью нашего друга, продолжали отдавать должное вкусному горячему блюду, прекрасно приготовленному в этих экстраординарных условиях. Я называю их экстраординарными, потому что, находясь в сердце пустыни, окруженные со всех сторон раскаленными песками, путешественники, как правило, не имеют возможности развести огонь, так как на протяжении сотен миль можно не найти даже деревца саксаула. Мы же разводили огонь не менее двух раз в день, готовя себе кофе или чай, и не простой чай, а исключительно тибетский, раскладывая небольшой костер из костей забитых овец. Этим комфортом мы обязаны Погосяну, который подал идею делать специальные "седла" для овец, несших бурдюки с водой, из деревянных планок. И каждый раз, когда мы забивали себе на обед очередную овцу, ее деревянное "седло" обеспечивало нас дровами для костра.

Прошло полтора часа с тех пор, как Соловьев отправился охотиться на диких верблюдов. Мы уже собирались продолжать наше путешествие, а он все не появлялся. Прождав еще полчаса, все забеспокоились. Нам была известна пунктуальность Соловьева, который никогда не опаздывал. Предположив, что могло случиться какое-нибудь несчастье, все мы, захватив свои ружья, отправились на поиски нашего товарища. Вскоре мы заметили стадо верблюдов и направились к нему. Но когда мы подошли поближе, животные, очевидно, почувствовав наше присутствие, двинулись в южном направлении. Мы решили пойти за ними. Прошло уже четыре часа с тех пор, как исчез Соловьев. Внезапно мы заметили человека, лежавшего на песке в сотне шагов от нас. Подбежав, мы узнали нашего друга, который был уже мертв. Верблюд прокусил ему шею почти насквозь. Это было трагедией для всех нас, любивших этого необыкновенного человека.

Сделав носилки из наших винтовок, мы отнесли Соловьева в лагерь, где в тот же день под руководством Скридлова, исполнявшего обязанности священника, с большой торжественностью совершили обряд похорон. Оставив одинокую могилу в самом сердце пустыни, мы немедленно покинули это проклятое место.

И хотя было затрачено много усилий на то, чтобы отыскать легендарный город, покоящийся среди песков, мы отказались от наших планов и решили покинуть пустыню как можно скорее. Повернув на восток, мы через четыре дня пути достигли Кернанского оазиса, где кончалась пустыня, и продолжали двигаться дальше, но уже без нашего товарища Соловьева.

Мир твоей душе, мой самый близкий и преданный друг!

 

 

]]>
Гурджиев Г.И. Встречи с замечательными людьми. Fri, 30 Jan 2009 09:55:01 +0000
Книга Георгий Иванович Гурджиев Встречи с замечательными людьми. Часть 7 http://fway.org/onlinelib/40-vstr/71--7.html ЧАСТЬ VII

ЕКИМ-БЕЙ

 

Я хочу посвятить эту главу воспоминаниям еще об одном моем друге, которого я считаю выдающимся человеком и чья биография, особенно в последние годы, то ли по воле судьбы, то ли в соответствии с законами развития личности, почти в точности повторяла мою собственную. В настоящее время он, с точки зрения обычных людей, находится в добром здравии. Но я считаю, что это относится только к его физическому состоянию. Почему-то принято думать, что люди, принадлежащие к разным национальностям, в наше время, отличающееся обилием межэтнических конфликтов, должны инстинктивно чувствовать друг к другу вражду и даже ненависть. Но несмотря на то, что мы с Еким-беем были воспитаны на различных семейных традициях и исповедовали разные религиозные убеждения, мы с самой первой нашей встречи, произошедшей при необычных обстоятельствах, почувствовали друг к другу симпатию, которая с течением времени переросла в настоящую дружбу. И позднее, испытав на себе все превратности судьбы, мы как два дерева, выросшие из одного корня, всю жизнь относились друг к другу по-братски.

В этой главе я хочу рассказать вам о моей первой встрече с Еким-беем, человеком, которого уважали все, кто был с ним знаком, считая его мудрецом и настоящим волшебником. Я также остановлюсь на некоторых важных событиях, которые происходили во время наших странствий по малоисследованным районам Азии и Африки.

В настоящее время, удостоенный за свои заслуги всевозможных наград, он, тем не менее, доживает свои оставшиеся годы в небольшом, никому не известном городке Египта, будучи Великим турецким пашой. Следует сказать, что он выбрал такое тихое уединенное место, несмотря на то что имеет возможность жить там, где пожелает, пользуясь всем современным комфортом, - главным образом для того, чтобы избежать назойливого праздного любопытства тех, кому больше нечем себя занять. Увы, это свойство присуще большинству наших современников.

Когда я впервые встретился с Еким-беем, мы оба были еще совсем молоды, он учился в военном колледже в Германии и как обычно приехал провести летние месяцы со своим отцом в Константинополе. Прежде чем описать обстоятельства, сопутствовавшие нашему знакомству, я должен сказать, что в период, предшествующий моему появлению в Эчмиадзине и моей встрече с Погосяном, чему была ранее посвящена глава, я рыскал повсюду, как молодая гончая собака, в поисках ответов на вопросы, которые меня волновали. Тогда я, по отзывам моих знакомых, производил впечатление полупомешанного, и в таком состоянии отправился в Константинополь, привлеченный слухами о невероятных чудесах, которые творили дервиши.

По прибытии в Константинополь я остановился в районе, который назывался Пера, и сразу же отправился по монастырям, где жили дервиши. Проводя почти все время в обществе этих людей, не занимаясь ничем другим и ломая голову над всей этой несусветной чепухой, я вдруг понял, что, если так будет продолжаться и дальше, остатки здравого рассудка вскоре совершенно меня покинут.

Осознав все это, я провел два дня в полном одиночестве, пытаясь прийти в себя и освободиться от охватившего меня наваждения, но назойливые мысли донимали меня, как мухи испанского мула.

Обеспокоенный этим, я однажды стоял на большом мосту, соединяющем Пера и Стамбул и, облокотясь на парапет, размышлял над смыслом всех тех фокусов, которыми дервиши удивляют праздных зрителей. В это время под мостом проплывали пароходы, непрерывно сновали маленькие лодки.

На берегу Галаты сразу за мостом была пристань, где останавливались пароходы, курсирующие между Константинополем и противоположным берегом Босфора. Возле прибывающих и отходящих пароходов я увидел плавающих мальчишек, которые ныряли за монетами, что бросали им скучающие пассажиры. Это заинтересовало меня, и я подошел поближе, чтобы лучше все рассмотреть. Очень ловко и без всякой суеты эти подростки подхватывали брошенные им с пароходов монеты, не упуская ни одной. Я наблюдал за ними долгое время, любуясь ловкостью и проворством этих мальчиков разного возраста (им было примерно от восьми до восемнадцати лет), и внезапно мне в голову пришла мысль: "А чем я хуже их? Почему мне не заняться тем же ремеслом?" И на следующий день я отправился на берег и стал учиться нырять возле здания Военно-морского министерства.

Один грек, часто приходивший сюда купаться, заметил мои потуги и добровольно вызвался стать моим учителем, чтобы помочь овладеть этим, как он выражался, "высоким искусством". После "урока" мы отправлялись в кофейню, и, думаю, не нужно вдаваться в детали и уточнять, кто из нас платил за выпитый кофе.

Сперва было очень трудно, потому что соленая морская вода раздражала глаза, ведь во время погружения их следовало держать открытыми, и это причиняло мне довольно сильную боль. Но вскоре я привык и чувствовал себя в воде как на суше. Через две недели я начал зарабатывать на жизнь, плавая вокруг пароходов и подхватывая брошенные деньги. Конечно, сперва я не был так проворен, как местные мальчишки. Но через некоторое время достиг настоящего совершенства и не упускал ни одной монетки.

Следует заметить, что монета, брошенная в воду вначале погружается довольно быстро, но постепенно замедляет скорость, так что, если место очень глубокое, пройдет довольно значительное время, прежде чем она достигнет дна. Таким образом, прежде чем прыгнуть в воду, ныряльщик должен заметить, куда была брошена монета, и тогда будет нетрудно обнаружить ее в воде и подхватить.

Однажды некий пассажир, задумавшись о чем-то, облокотился на поручень и, отвлеченный возней, которую затеяли ныряльщики, нечаянно уронил в воду четки - непременный атрибут в руках всякого уважающего себя жителя Азии, когда он не занят суетными мирскими делами.

Он сразу же подозвал мальчишек-ныряльщиков и попросил их отыскать четки. Но несмотря на все усилия подростки не смогли их найти, так как находились довольно далеко от места падения четок и не успели его приметить. Очевидно, эта вещь была очень ценной, потому что пассажир предложил тому, кто ее найдет, двадцать пять турецких фунтов.

Когда пароход отчалил, ныряльщики еще долго продолжали свои попытки обнаружить четки, но их усилия не увенчались успехом. В этом месте было очень глубоко, что мешало обшарить дно. Следует заметить, что очень трудно достичь дна на большой глубине, так как вода в соответствии со своими физическими свойствами, удерживая пловца на поверхности, стремится вытолкнуть тело погружающегося человека.

Через несколько дней, когда я, как обычно, нырял за брошенными монетами, один из пассажиров швырнул свою так далеко, что, пока я подплыл к этому месту, она пропала из виду. Так как тот день не был для меня особенно удачным, я решил любой ценой достать эту монету и нырнул за ней. В тот момент, когда я наконец подхватил ее, на дне что-то блеснуло, похоже четки. Всплыв на поверхность, я постарался запомнить место находки, за которую было предложено двадцать пять фунтов.

Не сказав никому о том, что я видел на дне, я нырнул снова, но после нескольких безуспешных попыток понял, что обычным способом достать дна невозможно, так как здесь было очень глубоко. На следующий день я захватил с собой тяжелый кузнечный молот, привязал его к себе, прыгнул в воду и быстро пошел на дно под воздействием этого "грузила". И вскоре я нашел то, что искал. Четки были янтарные, с вкраплениями небольших бриллиантов и гранатов.

В тот же день я узнал, что пассажиром, уронившим четки, был паша N, недавний правитель маленькой области, расположенной невдалеке от Константинополя, который в настоящее время проживал на противоположном берегу Босфора, вблизи Скутари. Так как я чувствовал себя не очень хорошо, то решил не нырять за монетами, а отнести четки их владельцу и заодно посетить кладбище в Скутари.

Я отправился на следующее же утро и вскоре нашел дом паши. Он как раз был дома и, когда услышал, что пришел ныряльщик, который просит пустить его к хозяину, сразу понял, в чем дело, и сам поспешил мне навстречу. Увидев найденные мной четки, он очень обрадовался и так горячо поблагодарил меня, что я, глубоко тронутый его приемом, наотрез отказался принять причитающееся мне вознаграждение.

Тогда паша пригласил меня к себе на ужин, и я, конечно, не смог отклонить этот знак внимания. После ужина я был вынужден сразу уйти, так как боялся опоздать на последний рейс парохода. Но по дороге на пристань я вдруг почувствовал себя так плохо, что присел на ступеньки ближайшего дома и, видимо, потерял сознание.

Прохожие заметили то, что случилось и, так как это было недалеко от дома паши, оповестили его, что какой-то парень внезапно лишился чувств. Догадавшись, что это был не кто иной, как его недавний гость, паша поспешил прийти вместе со своими слугами и приказал им отнести меня к нему в дом и как можно быстрее послал за доктором.

Я вскоре пришел в себя, но, находясь в очень плохом состоянии, вынужден был на некоторое время остаться в доме этого доброго человека.

В ту же ночь моя кожа начала шелушиться и нестерпимо гореть, очевидно, из-за продолжительного воздействия соленой морской воды. Я был помещен во флигель, и для ухода за мной прислали одну пожилую женщину по имени Фатима Бадьи. Сын паши, студент германского военного колледжа, тоже приходил навестить меня, интересуясь моим здоровьем. Это и был Еким-бей, человек, позже ставший моим закадычным другом.

Я начал выздоравливать, и мы часто беседовали с ним, обсуждая все на свете, и постепенно перешли на философские темы. К тому времени, когда я полностью поправился, мы уже были близкими друзьями и, не без сожаления расставшись, поддерживали переписку. В том же году он ушел из военного колледжа и поступил в медицинскую школу, так как его взгляды к тому времени изменились и заставили его отказаться от запланированной ранее военной карьеры.

Прошло четыре года.

Однажды, будучи на Кавказе, я получил от него письмо, в котором он сообщал, что уже завершил свое образование и хотел бы повидаться со мной и в то же время посетить Кавказ, которым он давно интересовался, и спрашивал меня, когда и где мы могли бы встретиться.

Тем летом я жил в Сураме, зарабатывая на жизнь изготовлением гипсовых безделушек под маркой "made in Paris". В телеграмме, посланной Еким-бею, я сообщал, что с нетерпением жду его приезда, и через несколько дней мы встретились.

В том году Погосян, Елов и Карпенко также проводили летние месяцы вместе со мной в Сураме, и, познакомившись с ними поближе, Еким-бей вошел в нашу дружескую компанию.

Все лето мы прожили в Сураме, часто устраивая пешие экспедиции по окрестностям этого города: взбирались на вершины гор, знакомились с жителями этих мест, еще не подвергшихся воздействию цивилизации, и даже добрались до племени хевсуров, обычаи и быт которого могли бы свести с ума любого человека, увлекающегося этнографией.

Проведя несколько месяцев в тесном общении с нашей компанией, этот впечатлительный юноша заразился нашими сумасбродными идеями и вскоре точно так же, как и мы, производил на окружающих впечатление не совсем нормального человека.

В то время мы четверо - Погосян, Елов, Карпенко и я - обсуждали предложение, давно сделанное нам князем Юрием Любовецким, приглашавшим всех нас присоединиться к нему и его товарищам, отправлявшимся в пешую экспедицию от окрестностей Нахичевани через всю Персию до Персидского залива.

Эта дискуссия и перспективы, связанные с подобным путешествием, так сильно заинтересовали Еким-бея, что он попросил нас замолвить за него словечко, чтобы князь позволил ему участвовать в этой экспедиции. Еким-бей стал придумывать, как добиться у отца разрешения отправиться в это странствие.

Дело закончилось тем, что, уладив все свои дела, частью с помощью переписки, частью лично, для чего ему пришлось все же съездить домой, он в сопровождении нашей неунывающей компании отправился в долгий путь.

Мы выехали из Нахичевани за полночь и уже утром испытали на себе невероятное усердие тех двуногих обитателей нашей планеты, которые называются "пограничной стражей". Они в течение довольно длительного времени демонстрировали нам свою профессиональную проницательность и осведомленность.

Всего в этой экспедиции участвовало двадцать три человека, включая тех моих друзей, каждому из которых я решил посвятить отдельную главу этой книги. О трех из них, Погосяне, Елове и князе Любовецком, я уже написал и хочу посвятить данную главу доктору Еким-бею. С инженером Карпенко и археологом Скридловым вы встретитесь в следующих главах этой книги.

Наше путешествие до города Табриза, куда мы прибыли через несколько дней, прошло без особых приключений. Но вскоре по прибытии случилось одно происшествие, на котором я хочу остановиться поподробнее не только потому, что в нем принимал самое активное участие мой друг Еким-бей, но также из-за того, что оно полностью изменило мое мировоззрение.

Будучи в Табризе, мы услышали об одном персидском дервише, якобы демонстрирующем невероятные чудеса, что, конечно же, нас очень заинтересовало. Позже, продолжив наше путешествие, мы опять узнали об этом человеке от одного персидского священника и решили, что, хотя он живет довольно далеко от намеченного нами маршрута, нам следует отправиться туда и лично познакомиться с ним.

На тринадцатый день нашего утомительного путешествия, после ночлегов в хижинах персидских и курдских пастухов, мы наконец достигли маленького поселка, где жил этот дервиш, и сразу же отправились прямо к нему.

Мы застали его сидящим возле своего дома в тени деревьев и беседующим с пришедшими к нему людьми. Это был человек зрелого возраста, одетый в какие-то лохмотья. Он сидел прямо на земле, скрестив босые ноги. Его окружали молодые персы, как впоследствии оказалось, ученики и последователи. Подойдя, мы попросили благословения, и, получив его, тоже уселись на землю возле дервиша и вступили с ним в беседу Мы задавали вопросы - он отвечал, потом мы поменялись ролями.

Сперва мы встретили довольно прохладный прием, нам казалось, что собеседник не расположен к долгому разговору, но позже, когда он узнал, что мы преодолели огромное расстояние только для того, чтобы встретиться с ним, стал более сердечным.

Он говорил очень просто, не расцвечивая свою речь изысканными фразами, и в первый миг производил впечатление невежественного человека, совсем необразованного в европейском смысле слова.

Разговор велся на персидском языке, верее на одном из его многочисленных диалектов, которым в нашей компании владели всего трое: я, доктор Сары-оглы и еще один человек, говоривший на нем не очень бегло, поэтому я участвовал в беседе в качестве переводчика, задавая вопросы и немедленно передавая своим спутникам полученные ответы. Наступило обеденное время. Ученики дервиша принесли ему рис в посуде, сделанной из тыквы, и тот, продолжая беседовать с нами, начал есть. Так как мы с раннего утра, когда отправились в путь, еще ничего не ели, то, открыв наши дорожные мешки, тоже приступили к трапезе.

Должен заметить, что в то время я был страстным приверженцем учения индийских йогов и в точности следовал всем правилам хатха-йоги. Например, согласно этому учению, во время еды необходимо было тщательно пережевывать пищу, поэтому, когда все собеседники, включая дервиша, уже пообедали, я продолжал очень усердно работать челюстями, стараясь не пропускать в желудок ни одного неразмельченного кусочка пищи.

Заметив это, дервиш обратился ко мне: "Скажи мне, юный чужестранец, почему ты так необычно ешь?" Я был так удивлен этим вопросом, который показался мне очень странным и свидетельствовал о невежестве спросившего, что не сразу дал ответ. Я подумал, что мы зря проделали этот путь, что у этого человека нельзя ничему научиться. Испытывая сильное смущение и даже стыдясь необразованности собеседника, я прочел ему настоящую лекцию по вопросам пищеварения, разъясняя, что тщательно прожеванная пища лучше усваивается организмом. Все это я узнал из многочисленных "научных" изданий.

Покачивая головой, мой собеседник напомнил поговорку, очень любимую в Персии: "Бог покарает человека, который, не зная дороги в Царство Небесное, указывает ее другим".

После этого Сары-оглы задал дервишу какой-то вопрос, на что тот кратко ответил, затем снова повернулся ко мне и спросил: "Скажи мне, юный чужестранец, занимаешься ли ты гимнастикой?"

Я и в самом деле считал физические нагрузки панацеей от всех бед, изучил все системы упражнений, рекомендуемых индийскими йогами, а также шведскую гимнастику Мюллера. Все это я рассказал своему собеседнику, доказывая, что регулярные физические нагрузки совершенно необходимы для организма человека, и поэтому я занимаюсь гимнастикой не менее двух раз в день. Я также вкратце описал ему применяемую мной систему упражнений.

"Но эта гимнастика развивает только мускулатуру рук, ног и других органов, - сказал этот человек, - в то время как многие внутренние мышцы не затрагиваются".

"Да, это так", - подтвердил я.

"Отлично. Теперь давайте вернемся к вашей манере тщательно пережевывать пищу. Если вы делаете это для того, чтобы способствовать улучшению вашего физического состояния, то вы на ложном пути. Пережевывая пищу, вы избавляете ваш желудок от его прямой обязанности. Сейчас вы молоды, здоровы, но, приучив ваш желудок ничего не делать, в преклонном возрасте поймете, что мышцы стенок желудка в значительной степени атрофировались, и причиной этого является ваша привычка слишком тщательно пережевывать пищу. Вам известно, что мышцы человека к старости ослабевают, и вот к этой естественной возрастной мышечной атрофии вы добавите искусственную атрофию мышц стенок желудка, которая будет вызвана тем, что вы в течение длительного времени избавляете свой желудок от его обязанностей. Представьте себе, что произойдет с вашим физическим состоянием? Поймите, что нет никакой необходимости так усердно прожевывать пищу. Напротив, в вашем возрасте чем меньше вы жуете, тем лучше. Я советую глотать небольшие кусочки пищи и даже косточки, чтобы задать работу своему желудку. Думаю, что люди, дававшие вам подобные советы, а также авторы книг такого рода, как говорится, "слышали звон, да не знают, где он".

Эта ясная, содержательная и убедительная речь дервиша заставила меня изменить свое мнение о нем. До сих пор я задавал ему вопросы, руководствуясь только праздным любопытством, но с этого момента ощутил неподдельный интерес и не пропускал ни единого слова, сказанного им. Я почувствовал всем своим существом, что идеи, которыми я руководствовался прежде, принимая их за аксиому, не требующую доказательств, на самом деле глубоко ошибочны. Все, что раньше казалось разумным и очевидным, вдруг предстало в ином свете. Меня начали обуревать сомнения, возникли сотни вопросов, которые требовали немедленного ответа.

Увлеченные разговором с этим необыкновенным человеком, мы с доктором позабыли обо всем на свете и не заметили, что давно уже перестали переводить вопросы наших товарищей и ответы дервиша. Заметив, как мы поглощены беседой, они стали засыпать нас с вопросами: "Что он сказал? О чем вы говорите?" - и каждый раз, чтобы отделаться от их назойливых расспросов, мы отвечали, что расскажем попозже.

Когда дервиш закончил свою речь, ясно и просто объяснив, как правильно питаться и как функционирует пищеварительная система человека, я сказал: "Пожалуйста, поделитесь со мной своими идеями, касающимися так называемого "искусства правильно дышать". До настоящего времени я был страстным приверженцем системы дыхания йогов, основной принцип которой заключается в том, что после вдоха следует задержать дыхание на некоторое время и только потом медленно выдохнуть. Правильно ли я поступал, следуя этому правилу?

Дервиш, видя мой неподдельный интерес, охотно рассказал мне следующее: "Если вы причинили несомненный вред своему организму, тщательно пережевывая пищу, то практикуя подобную систему дыхания, вы навредили себе гораздо сильнее. Все эти дыхательные упражнения, которым обучают в современных европейских эзотерических школах, не могут принести ничего кроме вреда. Процесс дыхания, как может догадаться всякий здравомыслящий человек, подобен процессу питания, только вид пищи здесь иной. Воздух, как и обычная еда, попадая в организм человека и усваиваясь им, разлагается на составные элементы, которые соединяются в новые комбинации как друг с другом, так и с теми элементами, которые уже присутствовали в организме. Образующиеся новые вещества постепенно усваиваются в процессе жизнедеятельности человека. Вам следует понять, что для того, чтобы получить любую новую субстанцию, ее составные части должны быть соединены в точных, строго определенных пропорциях. Приведу простой пример. Вы собираетесь печь хлеб. Для этого прежде всего необходимо приготовить тесто. Но чтобы его замесить, следует взять муку и воду в определенных пропорциях. Если воды будет слишком мало, вы вместо теста получите некую твердую массу, которая будет крошиться от любого прикосновения. Если же воды будет слишком много, получится жидкая бурда, похожая на пойло, которое дают домашнему скоту. В обоих случаях у вас не будет такого теста, из которого можно испечь нормальный хлеб.

То же самое происходит и при образовании всех веществ, необходимых нашему организму Составные части этих субстанций должны быть смешаны в точных пропорциях, это касается как количества, так и качества исходных элементов.

Когда вы дышите естественно, не напрягаясь, весь процесс происходит автоматически, без участия вашей воли. Организм сам извлекает из воздуха те количества разных веществ, которые ему необходимы. Наши легкие устроены так, что автоматически пропускают через себя определенное количество воздуха. Но если вы увеличите это количество, то и его состав, проходящий через легкие, тоже изменится, и вследствие этого изменятся все процессы, протекающие в организме. Не обладая исчерпывающим знанием законов, в соответствии с которыми функционирует ваш организм, вы, навязывая себе искусственную систему дыхания, медленно, но неизбежно идете к саморазрушению.

При этом не следует забывать, что кроме элементов, необходимых нашему организму, воздух также содержит ненужные и даже вредные вещества.

Таким образом, отказываясь от естественного, непроизвольного процесса дыхания, вы облегчаете поступление в ваш организм этих вредных веществ и в то же время нарушаете качественное и количественное равновесие между полезными элементами.

Искусственная система дыхания также изменяет пропорции между количеством "пищи", полученной из воздуха, и количеством обычной пищи. Таким образом, уменьшая или увеличивая поступление воздуха в организм, вы должны соответственно уменьшить или увеличить количество других видов "пищи" и при этом не нарушать равновесия, что невозможно без исчерпывающего знания всех процессов жизнедеятельности.

Вы знаете свой организм настолько хорошо, чтобы искусственно поддерживать необходимое равновесие? Вам хотя бы известно, что ваш желудок требует пищи не только потому, что организм к этому времени испытывает потребность в питании, но и просто потому что он привык регулярно принимать определенное количество еды? Мы едим главным образом для того, чтобы удовлетворить вкусовые сосочки, находящиеся во рту, а также чтобы испытать привычное чувство наполнения желудка. В его стенках находятся так называемые блуждающие нервы, которые активизируются, не испытывая давления, что и вызывает ощущение, называемое нами "чувством голода". Таким образом, существуют различные виды "голода": так называемый телесный, или физический, и, если можно так выразиться, психологический голод.

Все органы функционируют механически, вне зависимости от нашей воли, в присущем им темпе, при том, что ритм работы одного органа зависит от ритма работы всех других. Таким образом возникает определенное равновесие: функционирование одного органа соотносится с функционированием другого - все взаимосвязано.

Искусственно изменяя ритм дыхания, вы, в первую очередь, изменяете ритм работы ваших легких, а так как ритм функционирования легких связан, помимо всего прочего, с ритмом работы вашего желудка, то естественно, что и его ритм изменяется, сначала в незначительной степени, потом - все больше и больше. Для того чтобы нормально переваривать пищу, желудок должен функционировать в определенном темпе. Предположим, что пища задерживается там на один час. Но если ритм работы желудка меняется, то и время прохождения пищи через желудок тоже изменится: она будет так быстро проскакивать через этот орган, что у желудка не будет достаточного количества времени, чтобы сделать все, что он должен делать. Это относится и ко всем другим органам. Вот почему в тысячу раз лучше бросить свой желудок на произвол судьбы, чем пытаться повлиять на его работу, не обладая исчерпывающим знанием своего организма.

Поймите, что наш организм - это очень сложная система. Его органы работают в разных, строго определенных ритмах, по собственным законам. Изменяя что-то одно, вы должны изменить все, иначе вместо пользы вы причините вред своему организму.

Искусственное изменение системы дыхания приведет к самым различным заболеваниям. Как правило, это расширение сердечной мышцы, сужение трахеи, нарушение работы желудка, печени, почек или возникновение неврозов.

Очень редко тот, кто практикует естественную систему дыхания, не обнаруживает у себя необратимых изменений физического и психического состояния, и то только в тех случаях, когда он смог вовремя остановиться. Если же эта система применялась достаточно продолжительное время - результаты бывают самые разные.

Ведь для того, чтобы починить свой автомобиль, вы должны изучить в нем каждый винтик, каждую мельчайшую деталь - и только тогда браться за дело. Но если вы не знаете всего и пытаетесь что-то исправить, вы только делаете хуже, потому что машина - это очень сложный механизм. Она состоит из множества мелких деталей, которые ломаются при слишком сильном воздействии на них и которые невозможно заменить, купив запасные в магазине.

Таким образом, если вы просите совета, я убедительно прошу вас отказаться от применяемой вами искусственной системы дыхания".

Мы беседовали с дервишем довольно долго, но я испытывал потребность в более длительном общении с ним. Я заговорил с князем Любовецким о наших дальнейших планах. Оказалось, что наши желания совпадают, и, поблагодарив дервиша, мы сообщили ему, что останемся здесь еще на один-два дня, и попросили разрешения еще раз встретиться с ним и продолжить беседу Он согласился и даже предложил нам, если мы пожелаем, прийти к нему вечером после ужина.

Мы пробыли здесь не два дня, как планировали, а целую неделю, приходя к дервишу каждый вечер, и, увлеченные беседой, часто засиживались за полночь. Сары-оглы и я переводили нашим товарищам все, что говорил дервиш. Навестив этого мудреца в день отъезда, мы поблагодарили его и попрощались. И вдруг Еким-бей, обратившись к нему, сказал в необычайном для него смиренном тоне на персидском языке: "Отец! Проведя несколько дней в вашем обществе, я всем своим существом постиг, что..."

Прервав себя на этом слове, он вполголоса попросил меня и Сары-оглы дать ему возможность выговориться и поправлять только в том случае, если выражения, которые он употребит, будут иметь на местном диалекте иное значение и исказят смысл того, что он хотел сказать. Затем он продолжил: "... что вы - тот самый человек, которого я искал всю жизнь, человек, которому я могу безоговорочно доверить руководство своим внутренним миром. Мне необходима помощь в том, чтобы избавиться от внутренних противоречий, которые лишают меня душевного покоя. К сожалению, по независящим от меня обстоятельствам я не смогу навсегда остаться здесь и жить рядом с вами, чтобы, приходя сюда, наслаждаться беседой с мудрым человеком. Это, несомненно, помогло бы мне избавиться от мучительной внутренней борьбы и подготовило бы меня к изменению образа жизни, основанного на новых принципах.

Вот почему я прошу вас, если это возможно, дать мне краткие указания, касающиеся основных принципов жизни для человека моего возраста".

Почтенный персидский дервиш отнесся с полным сочувствием к этой необычной просьбе и отвечал очень подробно, делясь с нами всем, что он знал.

Я считаю преждевременным сообщать вам в этой главе то, что услышал от этого достойного человека, так как это может помешать правильному восприятию дальнейшего повествования. Поэтому я решил поместить изложение краткого содержания его речи в соответствующую главу моей третьей книги, озаглавленной "Тело человека, его потребности и возможности".

Ранним утром следующего дня мы продолжили нашу экспедицию. Вместо того чтобы двигаться, как было запланировано, в направлении Персидского залива, мы отправились в Багдад, так как двое наших товарищей - Карпенко и князь Нидзерадзе - страдали от лихорадки и их состояние постоянно ухудшалось.

Прибыв в Багдад и проведя здесь около месяца, чтобы отдохнуть и набраться сил, мы затем, разбившись на небольшие группы, разъехались в разных направлениях. Князь Любовецкий, Елов и Еким-бей отправились в Константинополь, Карпенко, Нидзерадзе и Погосян решили следовать вверх по течению Евфрата до его истока, затем перейти горную цепь и пересечь российскую границу. А мы с доктором Сары-оглы и еще несколькими спутниками договорились вернуться обратно и идти в направлении Хорасана, а там решить, куда отправиться дальше.

Рассказывая о моем друге докторе Еким-бее, я не могу не упомянуть о его страстном увлечении гипнозом и всем, что связано с этим феноменом. Особенно его интересовало то, что принято называть "энергия мысли человека". Изучению этого феномена посвящена отдельная область современной науки о гипнозе.

И следует признать, что он достиг в этой области беспрецедентных практических результатов. Знакомые считали его настоящим магом, из-за, главным образом, экспериментов, которые он проводил на людях с целью выявить все аспекты многообразных проявлений силы и энергии человеческой мысли.

Успешные эксперименты, где в качестве подопытных выступали друзья и знакомые, помимо всего прочего привели к тому, что одни из них стали бояться его, в то время как другие, напротив, начали вести себя с ним с подчеркнутым уважением и почтительностью.

Я думаю, главная причина такого отношения окружающих заключалась в том, что он обладал глубокими знаниями и сумел развить в себе необычайные способности. Просто он знал об одном интересном свойстве организма, которое в определенной степени связано с восприимчивостью человеческой природы.

Этим качеством обладает любой человек, к какому бы классу он ни принадлежал и в каком бы возрасте он ни находился. Заключается оно в том, что, когда чел