Успенский П. Д. ПСИХОЛОГИЯ ВОЗМОЖНОЙ ЭВОЛЮЦИИ ЧЕЛОВЕКА. Первая лекция  

Home Библиотека online Успенский П. Д. Психология возможной эволюции Успенский П. Д. ПСИХОЛОГИЯ ВОЗМОЖНОЙ ЭВОЛЮЦИИ ЧЕЛОВЕКА. Первая лекция

Успенский П. Д. ПСИХОЛОГИЯ ВОЗМОЖНОЙ ЭВОЛЮЦИИ ЧЕЛОВЕКА. Первая лекция

Рейтинг пользователей: / 4
ХудшийЛучший 

ПЕРВАЯ ЛЕКЦИЯ

Изучение психологии. — Низкий уровень современной психологии. — Происхождение и значение психологии. — Является ли психология новой наукой? — Сомнения в благонадежности психологии. — Маски психологии. — Психология и философия. — Психология и религия. — Психология и искусство. — Психология и эволюция человека. — Что означает эволюция человека. — Человек, как он о себе думает. — Человек, как он есть. — Человек, каким он может стать. — Условия развития человека. — Человек как машина. — Что человек приписывает себе и чем обладает в действительности. — Человек не знает себя. — Он не может делать. — Он не един. — У него нет постоянного "Я". — Диаграмма человека. — Множество "я" в человеке. — Он не сознателен. — У него нет воли. — Изучение сознания. — Степени сознания. — Четыре состояния сознания, возможные для человека. — Память и сознание. — Приобретение контроля над тремя. состоянями сознания. — Психология как самоизучение. — Функции человека. — Интеллект. — Эмоции. — Инстинктивная функция. —Двигательная функция. — Сексуальная функция. — Две неизвестные функции, появляющиеся лишь в высших состояниях сознания. — Рассмотрение интеллекта и эмоции. — Их главное различие. — Полезные и бесполезные функции. — Наблюдения за функциями в различных состояниях сознания.

Я буду говорить о психологии, но должен вас предупредить, что психология, о которой пойдет речь, сильно отличается от всего того, что известно под этим именем.

Прежде всего я должен сказать, что никогда еще в истории психология не находилась на столь низком уровне, как сегодня. Она утратила всякое соприкосновение со своими истоками и смыслом, а потому сейчас даже трудно определить сам термин "психология", т.е. сказать, что же такое психология и что она изучает. И это так, несмотря на то, что еще никогда в истории не было такого множества психологических теорий и книг по психологии.

Психологию иногда называют новой наукой. Это совершенно неверно. Психология, конечно же, древнейшая наука и, к сожалению, в главных своих чертах — забытая наука.

Чтобы понять, какое определение можно дать психологии, необходимо знать о том, что психология, исключая Новое время, никогда не существовала под своим собственным именем. По тем или иным причинам психология всегда подозревалась в неправедных или подрывных тенденциях в религии, политике или морали, а потому должна была носить различные маски.

На протяжении тысячелетий психология существовала под именем философии. В Индии все формы йоги, представляющей собой, по сути, психологию, приписаны к одной из шести философских систем. Учения суфиев, которые опять-таки в основном являются психологическими, рассматриваются частью как религиозные, а частью как метафизические. Совсем недавно, в последние десятилетия XIX в., многие работы по психологии считались в Европе философскими. И это вопреки тому, что почти всеми разделами философии, занятыми работой человеческого ума и органов чувств, такими, как логика, теория познания, эстетика, психология рассматривалась как подчиненная философии и обращенная только к низшим и самым тривиальным сторонам человеческой природы.

Параллельно своему существованию под видом философии психология еще дольше существовала в связи с той или иной религией. Это не значит, будто религия и психология когда-либо были тождественны или что связь религии и психологии осознавалась. Но нет сомнений в том, что почти все известные нам религии — я не имею в виду, конечно, современные подделки — развивали то или иное психологическое учение, нередко связанное с определенного рода практикой, так что изучение религии очень часто включает в себя и изучение психологии.

Есть множество превосходных работ по психологии во вполне ортодоксальной религиозной литературе различных стран и эпох.

Например, раннее христианство дало целую коллекцию книг разных авторов под общим названием "Филокалия" (Добротолюбие. т. 1 — 5. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1993. (Здесь и далее примеч. пep.)) которое используется и в наше время в восточной церкви, в особенности для обучения монахов.

В те времена, когда психология сочеталась с философией и религией, она существовала также в форме искусства. Поэзия, драма, скульптура, танец, даже архитектура были средствами передачи психологического знания. Например, готические соборы были психологическими творениями, в своем основном назначении.

В древности, до того как философия, религия и искусство отделились друг от друга и приняли известную нам ныне форму, психология существовала в форме мистерии — например, в Египте и в античной Греции.

Позже, вместе с исчезновением мистерий, психология существовала в форме символических учений, котор1ле иногда выступали в связи с современными им религиями, а иногда и независимо от них: астрология, алхимия, магия, а в более близкие нам времена — масонство, оккультизм и теософия.

Здесь необходимо отметить, что все психологические системы и доктрины, те, что существуют или существовали открыто, либо те, что вели тайное и замаскированное существование, могут быть подразделены на две главные категории.

Первая: системы, изучающие человека таким, как они его находят, либо таким, каким он ими предполагается или представляется. Современная "научная" психология, вернее, то, что носит это имя, принадлежит к этой категории.

Вторая: системы, которые изучают человека не с точки зрения того, каким он является или кажется, но с точки зрения становления, т. е. возможной эволюции.

Только последние системы являются изначальными либо, во всяком случае, древнейшими, и только по ним можно установить преданные забвению истоки и смысл психологии.

Когда мы поймем важность изучения человека с точки зрения его возможной эволюции, мы поймем, что первым ответом на вопрос, "что такое психология", будет следующий: психология есть исследование принципов, законов и фактов возможной эволюции человека. В этих лекциях я буду придерживаться исключительно этой точки зрения.

Нашим первым вопросом будет вопрос о смысле эволюции человека, а вторым — о необходимых для нее особых условиях.

Относительно обычных для современности воззрений на происхождение и эволюцию человека я должен сразу сказать, что они неприемлемы. Нам нужно признать, что о происхождении человека мы ничего не знаем и у нас нет доказательств физической или умственной эволюции человека.

Напротив, если взять историческое человечество, т. е. человечество за 10—15 тысяч лет, мы обнаруживаем безошибочные следы высшего человеческого типа, чье присутствие можно с очевидностью установить по древним монументам и мемориалам, которые нынешнее человечество ни повторить, ни даже скопировать не умеет.

Относительно доисторического человека или внешне похожих на него, но в то же время весьма отличных от него существ, чьи кости обнаруживаются иногда в отложениях ледникового и доледникового периода, мы можем принять ту достаточно приемлемую точку зрения, согласно которой они принадлежат отличающемуся от человека и давно вымершему существу.

Отрицая эволюцию человека в прошлом, мы должны отвергнуть и возможность механической эволюции человека в будущем, то есть саму собой происходящую эволюцию по законам наследственности и отбора, без сознательных усилий человека и понимания им своей возможной эволюции.

Нашей основополагающей идеей будет следующая: человек, как он нам известен, не является завершенным существом; природа, развив его до определенной точки, оставляет его затем либо для дальнейшего развития собственными его усилиями и средствами, либо для жизни и смерти таким, каким он родился, либо для вырождения и утраты всякой способности к развитию.

 

Эволюция человека в таком случае будет означать развитие определенных внутренних качеств и черт, каковые обычно остаются неразвитыми и не в состоянии развиться сами по себе.

Наблюдение и опыт показывают, что это развитие возможно только в определенных условиях, путем приложения неких усилий со стороны самого человека и при достаточной помощи от тех, кто начал сходную работу ранее и уже достиг какой-то степени развития, либо, по крайней мере, наделен неким знанием методов.

Нам нужно начать с той идеи, что без усилий эволюция невозможна; она невозможна и без помощи.

После этого нам необходимо понять, что по ходу развития человек должен стать другим существом, и нам следует узнать и прийти к пониманию того, в каком смысле и в каком направлении человек должен становиться другим существом; понять, что такое "другое существо".

Затем нам требуется понимание также того, что развиться и стать другими существами могут не все люди. Эволюция есть вопрос личных усилий, в человеческой массе эволюция представляет собой редкое исключение. Это может показаться странным, но мы должны осознать, что оно не только редкое, но и становится все более редким.

Естественно, эти утверждения рождают множество вопросов: Что значит превращение в другое существо по ходу эволюции? Что значит "другое существо"? Какие внутренние качества или черты могут развиться в человеке и как этого достичь? Почему не все люди могут развиться и стать другими существами? Почему такая несправедливость?

Я постараюсь ответить на эти вопросы и начну с последнего. Почему не все люди могут развиться и стать другими существами? Ответ очень прост. Потому что они не хотят этого. Потому что они не узнают и не поймут без длительной подготовки ничего, даже если им рассказать об этом.

Главная идея состоит в том, что для того, чтобы стать иным существом, человек должен очень сильно желать этого на протяжении длительного времени. Преходящее или случайное желание, опирающееся на неудовлетворенность внешними условиями, не дает достаточного импульса.

Эволюция человека зависит от понимания им того, что он может получить и что он должен ради этого отдать.

Если человек не хочет или хочет недостаточно сильно, не предпринимая необходимых усилий, то он никогда не разовьется. Так что тут нет никакой несправедливости.

 

Зачем человеку то, чего он не хочет? Было бы несправедливостью как раз то, что человека принуждают стать другим существом, тогда как он вполне собой доволен.

Теперь нам нужно спросить себя: что означает быть другим существом! Если мы бросим взгляд на все доступные нам материалы по этому вопросу, то мы обнаружим следующее утверждение: став другим существом, человек обретает многие новые качества и силы, каковых он лишен сейчас. Это общее утверждение, обнаруживаемое нами в различных системах, признающих идею психологического или внутреннего роста человека.

Но этого недостаточно. Даже самое детальное описание этих новых сил никак не поможет нам понять того, как появляются и откуда берутся эти силы.

В общеизвестных теориях, даже в тех, отмеченных мною теориях, которые основываются на идее возможности эволюции человека, отсутствует одно звено.

Истина заключается в том факте, что перед обретением каких бы то ни было новых способностей или сил, неизвестных человеку и отсутствующих у него, он должен обрести те способности и силы, каковыми он также не обладает, но которые он себе приписывает. То есть те, о которых он думает, что знает их, может использовать их и контролировать.

Это и есть недостающее звено — и это очень важный момент.

На пути описанной ранее эволюции, т.е. основанной на усилии и помощи, человек должен обрести качества, о которых он думает, будто владеет ими, но на деле обманывает себя.

Чтобы лучше понять это и узнать, каковы эти способности и силы, которые человек может приобрести, будь то совершенно новые и неожиданные, либо те, которыми он уже владеет в своем воображении, нам нужно начать с общих знаний человека о самом себе.

И тут мы сразу же сталкиваемся с очень важным фактом.

Человек не знает самого себя.

Он не знает своих пределов и собственных возможностей. Он не знает даже всей глубины своего незнания.

Человеком изобретено множество машин, он знает, что сложная машина требует иногда долгих лет тщательной учебы перед тем, как кому-нибудь будет доверено ее использование или управление. Но этого знания он не применяет к себе самому, хотя сам он является куда более сложной машиной, чем все им изобретенные.

Он имеет все виды ложных идей относительно себя самого. Прежде всего, он не сознает того, что сам он является в действительности машиной.

Что значит "человек есть машина"?

Это означает, что он не совершает независимых движений ни внутри, ни вовне себя самого. Он есть машина, приводимая в движение внешними явлениями и внешними толчками. Все его движения, действия, слова, идеи, эмоции, настроения и мысли производятся внешними воздействиями. Сам по себе он является просто автоматом с определенным запасом воспоминаний о прошлом опыте и каким-то запасом энергии.

Нам нужно понять, что человек ничего не может делать.

Но он этого не осознает и приписывает себе способность делать. Это первое, что он ложным образом себе приписывает.

Нужно очень ясно это понять. Человек не способен делать. Все, что, по его мысли, он делает, на самом деле происходит с ним так же, как происходит выпадение осадков или оттепель.

В английском языке нет безличных глагольных форм для человеческих действий. Поэтому нам приходится говорить, что человек думает, читает, работает, любит, ненавидит, начинает войны, драки и т.д. В действительности же все это случается.

Человек не способен двигаться, думать или говорить сам по себе. Он представляет собой марионетку, которую приводят в движение невидимые нити. Если он понимает это, то может научиться большему о самом себе, а тогда возможны и определенные изменения. Но если он не может осознать свою абсолютную механичность, либо если он не желает принимать ее как факт, то он уже ничему не выучится и ничто тогда не изменится.

Человек есть машина, но машина особая. Он является машиной, которая в определенных обстоятельствах и при правильном обращении может знать то, что он — машина, а полностью это осознав, он может обнаружить и пути к прекращению своего бытия как машина.

Прежде всего ему требуется знать, что он не единое, а многое. У него нет одного постоянного и неизменного "Я" или Эго. Он всегда различен. В один момент он один, в другой — другой, в третий — третий и так далее почти до бесконечности.

Иллюзия единства или целостности создается у человека в первую очередь ощущением одного физического тела и его именем, которое в нормальных случаях всегда остается тем же самым, а в-третьих, множеством механических навыков, внушенных ему воспитанием или приобретенных путем имитации. Обладая все теми же телесными ощущениями, слыша все то же имя и замечая за собой те же привычки и склонности, что и раньше, он верит, будто всегда был тем же самым.

В действительности же никакого единства нет, нет контролирующего центра, постоянного "Я" или Эго. Общая картина человека такова:

Всякая мысль, всякое чувство, ощущение, желание, хотение и нехотение есть некое "Я". Эти "Я" не связаны и не согласованы друг с другом каким бы то ни было образом. Каждое из них зависит от перемен во внешних обстоятельствах и от изменения впечатлений.

Одни "Я" механически следуют за какими-то другими, а иные проявляются всегда в компании других. Но в этом нет ни порядка, ни системы.

 

Имеются определенные группы этих "Я", которые наделены природной связью. О них речь пойдет далее. Сейчас же нам нужно постараться понять, что есть группировки "Я", связанные лишь случайными ассоциациями, воспоминаниями или воображаемым сходством.

Любое из этих "Я" представляет в каждый данный момент незначительную часть нашего "мозга", "ума" или "рассудка", но каждое из них мнит себя представителем целого. Когда человек говорит "Я", это звучит так, словно он имеет в виду себя целиком, но на деле, даже когда он думает, будто имеет это в виду, речь идет о преходящей мысли, преходящем настроении, желании. Через час он совсем о нем забудет и с той же убежденностью начнет утверждать нечто противоположное — мнение, точку зрения, увлечение. Хуже всего то, что человек не помнит этого. В большинстве случаев он верит в последнее "Я", пока оно себя выражает, т. е. до тех пор когда другое "Я", иной раз совсем не сочетаемое с первым, не начнет выражать мнение или желание громче первого.

Вернемся теперь к двум другим вопросам.

 

Что означает развитие? И что это значит — стать другим существом? Или, иными словами, какого рода изменения возможны, когда и как они начинаются в человеке?

Уже было сказано, что изменения начинаются с тех сил и способностей, которые человек приписывает себе, но коими он в действительности не обладает.

Это значит, что перед тем, как приобрести новые силы и способности, он должен действительно развить в себе те качества, каковыми он думает, что владеет и относительно которых у него имеются величайшие иллюзии.

Развитие не может начаться на основе лжи самому себе или самообмана. Человек должен знать, что у него есть, чего нет. Это значит, что ему нужно признаться в отсутствии приписываемых им себе качеств, т.е . способности делать, индивидуальности, единства, постоянного Эго, а вдобавок Сознания и Воли.

Человеку необходимо знать это, поскольку до тех пор, пока он верит в наличие этих качеств, он не предпримет правильных усилий для обретения, точно так же, как человек не станет покупать дорогие предметы и дорого платить за них, если он полагает, что уже обладает ими.

Самое важное и самое обманчивое из этих качеств — сознание. И перемены в человеке начинаются вместе с изменениями в понимании смысла сознания, а затем и постепенном обретении контроля над ним.

Что такое сознание?

В обыденном языке слово "сознание" в большинстве случаев используется как эквивалент слову "интеллект" в смысле умственной деятельности. В действительности сознание есть особого рода отдавание себе отчета, осведомленность о том, кто я, где я, а затем — о том, что я знаю, чего не знаю и т.д.

Только сам человек может знать: "сознателен" ли он в данный момент или нет. Это было давно доказано одним из направлений в европейской психологии, которое понимало, что лишь сам человек способен знать нечто относительно себя самого.

Применительно к вопросу о сознании это означает, что лишь сам человек может знать, существует сознание в данный момент или нет. Это означает, что присутствие или отсутствие сознания у человека невозможно проверить с помощью наблюдения его внешних действий. Этот факт, как было сказано мною, был давно установлен, но важность его никогда не понималась в полной мере, поскольку он всегда сочетался с пониманием сознания как ментального процесса или умственной деятельности. Если человек сознает, что до мгновения этой вспышки сознания он не был сознателен, а затем забывает о ней (или даже запоминает), то говорить о сознательности не приходится. Это лишь воспоминание о сильной вспышке сознания.

Теперь я хочу привлечь ваше внимание к другому факту, мимо которого проходят все современные школы психологии.

Неоспоримо, что сознание человека, что бы оно ни значило, никогда не остается в одном и том же состоянии. Оно либо есть, либо нет. Высшие моменты сознания создают память. Другие моменты человек попросту не запоминает. Это больше, чем что бы то ни было, создает у него иллюзию постоянства сознания, непрерывности отдавания себе отчета.

Некоторые школы современной психологии отрицают сознание, отрицают даже нужду в таком термине, но это не более чем экстравагантность или недоразумение. Другие школы, если только к ним применимо это слово, говорят о состояниях сознания, имея в виду мысли, чувства, движущие импульсы и ощущения. Эти школы базируются на фундаментальной ошибке: смешении сознания с психическими функциями. О них мы поговорим далее.

В действительности современная мысль в большинстве случаев по-прежнему держится старой формулы, согласно которой у сознания нет степеней. Общее, хотя и молчаливое принятие этой идеи, даже если оно вступает в противоречие с позднейшими открытиями, останавливает многочисленные возможности наблюдения вариаций сознания.

Фактом является то, что сознание имеет вполне видимые и наблюдаемые степени, конечно же, видимые и наблюдаемые у себя самого.

Во-первых, имеется длительность: можно сказать, как долго некто был в сознании.

Во-вторых, частота появления — как часто он становится сознательным.

В-третьих, степень и глубина проникновения в то, что осознается, — они могут сильно меняться вместе с ростом человека.

Если мы возьмем только первые две степени, мы сумеем понять идею возможной эволюции сознания. Эта идея связана с чрезвычайно важным фактом, хорошо знакомым представителям древних психологических школ, таким, например, как авторам "Филокалии", но совершенно недоступным европейской философии и психологии последних двух или трех веков. Этот факт заключается в том, что сознание может стать непрерывным и контролируемым посредством специальных усилий и особого рода обучения.

Я постараюсь объяснить, как можно изучать сознание. Возьмите в одну руку часы и смотрите на другую свою руку, стараясь отдавать отчет о себе самом, и сосредоточьтесь на мысли: "Я — Петр Успенский", "Я существую здесь и теперь".

 

Старайтесь ни о чем другом не думать, просто следите за движениями руки и находитесь в сознании самих себя, своего имени, своего существования и места, где вы находитесь. Все остальные мысли отгоняйте.

Если вы будете настойчивы, то вас хватит на две минуты. Это и есть предел вашего сознания. А если вы попробуете вскоре повторить опыт, то обнаружите, что вам будет труднее его проводить, чем в первый раз.

Этот эксперимент показывает, что человек в своем естественном состоянии с величайшими усилиями способен быть сознательным по поводу одного предмета (себя самого) пару минут, а то и меньше.

Самый важный вывод после такого опыта будет следующим: человек себя не осознает. Иллюзия самосознания создается памятью и процессом мышления.

Например, человек идет в театр. Если он к тому привычен, то он не обращает особого внимания на то, что он в театре, хотя он может видеть и наблюдать вещи, получает удовольствие от постановки (или не получает), запоминает ее, помнит о встреченных им людях и т. д.

Когда он возвращается домой, он помнит, что был в театре, и, конечно, думает, что был в сознании, пока он там был. Так что у него нет сомнений в своем сознании и он не понимает того, что его сознание может полностью отсутствовать в то самое время, как он разумно действует, думает, наблюдает.

Для общего обзора достаточно упомянуть четыре возможных для человека состояния сознания: сон. бодрствование, самосознание и объективное сознание. Но при наличии возможности этих четырех состояний сознания в действительности человек живет только в двух состояниях. Одну часть своей жизни он проводит во сне, другую — в состоянии, именуемом им "бодрствованием", хотя на деле это бодрствование очень мало отличается от сна.

В обычной жизни человек ничего не знает об "объективном сознании", никакие эксперименты здесь невозможны. Третье состояние — "самосознание" приписывается человеком самому себе, т. е. он верит, что им обладает, хотя в действительности он может осознавать себя лишь крайне редкими вспышками и даже тогда скорее всего сам не распознает его, так как он не знает, что означало бы подобное состояние, если бы он мог действительно владеть им. Эти проблески сознания приходят в исключительные моменты, в высшей степени эмоциональных состояниях, в моменты опасности, в совершенно новых и неожиданных обстоятельствах и ситуациях; либо иногда в самые заурядные моменты, когда ничего особенного не происходит. Но и в таком ординарном, или "нормальном", состоянии человек не имеет над ними какого бы то ни было контроля.

Что касается нашей обычной памяти или моментов воспоминания, то мы в действительности помним только осознаваемые моменты, хотя этого-то мы и не понимаем. Техническое значение памяти и различные виды памяти, которыми мы обладаем, будут разъяснены мною позже. Пока что я просто хотел бы обратить ваше внимание на собственные наблюдения относительно вашей памяти. Вы заметите, что вы по-разному помните о вещах. Одни вещи вы помните живо, другие лишь очень смутно, а некоторые не помните вообще. Вы только знаете, что они случались.

Вы очень удивитесь, если осознаете, сколь мало вы в действительности помните.

 

Происходит это потому, что вы помните только те моменты, когда вы были в сознании. Так что касательно третьего состояния сознания мы можем сказать, что у человека имеются случайные моменты самосознания, оставляющие ему живые воспоминания о сопровождающих эти моменты обстоятельствах, но у него нет над ними власти. Они приходят и уходят сами собой, находясь под контролем внешних обстоятельств и случайных ассоциаций либо воспоминаний об эмоциях.

Возникает вопрос: возможно ли обрести власть над этими текучими мгновениями сознания, чтобы пробуждались они чаще, сохранялись дольше или даже сделались постоянными? Другими словами, возможно ли стать сознательным?

Это самое главное, и требуется понять в начале нашего поиска, что этот вопрос полностью игнорируется всеми современными психологическими школами без исключения. Ибо с помощью правильных методов и усилий человек может обрести контроль над сознанием, он может стать осознающим себя, со всем тем, что это может означать. И мы даже не представляем себе в нашем нынешнем состоянии все, что это может означать. Только после того, как этот момент нами осмыслен, становится возможным серьезное изучение психологии.

 

Это изучение должно начаться с исследования препятствий сознанию в нас самих, поскольку сознание может начать свой рост только при удалении хотя бы части этих препятствий.

В следующих лекциях я расскажу об этих препятствиях, величайшим из которых является наше невежество относительно самих, себя и наше ложное убеждение, будто мы сами себя хоть в какой-то степени знаем и можем быть в себе уверены, тогда как в действительности мы себя вовсе не знаем и даже в самом малом не можем быть в себе уверены.

Мы должны понять теперь, что психология в действительности означает изучение себя самого. Это второе определение психологии. Психологии нельзя научиться так же, как астрономии, т. е. отдельно от самого себя.

И в то же время нужно изучать себя так же, как изучают любую новую и сложную машину. Требуется знать части этой машины, ее главные функции, условия ее правильной работы, причины неправильной работы и много других вещей, которые трудно описать, не прибегая к специальному языку, который тоже необходимо знать, чтобы быть в состоянии изучать машину.

Человеческая машина имеет семь различных функций: 1) Мышление (или интеллект). 2) Чувство (или эмоции). 3) Инстинктивная функция (или внутренняя работа организма). 4) Двигательная функция (или внешняя работа организма, движение в пространстве и т. д.). 5) Сексуальная функция, (функция двух начал, мужского и женского, во всех их проявлениях). Кроме этих пяти функций есть еще две, для которых в нашем обычном языке нет названия и которые проявляются только в высших состояниях сознания. Одна из них — высшая эмоциональная функция, проявляющаяся в состоянии самосознания, другая — высшая интеллектуальная функция, проявляющаяся в состоянии объективного сознания. Пока мы не находимся в этих состояниях сознания, мы не можем изучать эти функции или экспериментировать с ними, и мы знаем о них лишь опосредованно, от тех, кто достигал этих состояний, испытывал их.

В религиозной и ранней философской литературе разных народов есть множество намеков на высшие состояния сознания и высшие функции. Дополнительные трудности для понимания этих намеков создает отсутствие четкого различения двух высших состояний сознания. То, что называлось самадхи, состоянием экстаза или просветления, а в более поздних работах "космическим сознанием", может относиться как к одному, так и к другому, иногда к опыту самосознания, иногда к опыту объективного сознания. Сколь бы странным это ни казалось, у нас имеется больше материала относительно наивысшего состояния, т. е. объективного сознания, чем о промежуточном состоянии самосознания, хотя к первому можно прийти лишь после второго.

Изучение самого себя должно начаться с изучения четырех функций: мышления, чувства, инстинктивной и двигательной функций. Лишь много позже можно перейти к изучению сексуальной функции, т. е. после достаточного понимания работы первых четырех функций. Вопреки некоторым современным теориям, сексуальная функция является в действительности поздней — она проявляется в жизни не сразу после рождения, а тогда, когда первые четыре уже полностью проявились и она обусловливается ими. Поэтому изучение сексуальной функции может быть полезным только после полного познания первых четырех функций во всех их проявлениях. В то же самое время следует понимать, что всякая серьезная беспорядочность или анормальность сексуальной функции делает саморазвитие и даже самоизучение невозможным.

Итак, мы должны вначале постараться понять четыре первые функции.

 

Я считаю само собой разумеющимся ваше знание относительно того, что я имею в виду под интеллектуальной или мыслительной функцией. Сюда включаются все умственные процессы, осознание впечатлений, образование представлений и понятий, рассуждение, сравнение, утверждение, отрицание, словообразование, речь, воображение и т. д.

Вторая функция — это чувства или эмоции: радость, печаль, страх, удивление и т. д. Даже если вы уверены в том, что вам ясно, как и чем эмоции отличаются от мыслей, посоветую вам проверить свои воззрения на сей счет. Мы путаем мысли и чувства в нашем обыденном мышлении и речи, но в начале изучения самого себя требуется четко знать, что есть что.

Две следующие функции, инстинктивная и двигательная, потребуют больше времени для понимания, поскольку ни одна из обычных психологических систем не описывает и не определяет эти функции должным образом.

Слова "инстинкт", "инстинктивный", как правило, используются в ложном значении, а очень часто вообще без всякого смысла. В частности, инстинкту обычно приписываются внешние функции, которые в действительности принадлежат двигательной (а иногда и эмоциональной) функциям.

Инстинктивная функция, у человека включает в себя четыре различных класса функций:

Первый. Вся внутренняя работа организма, вся, так сказать, физиология; переваривание и усвоение пищи, дыхание, циркуляция крови, вся работа внутренних органов, построение новых клеток, удаление отработанного материала, работа желез внутренней секреции и т. д.

Второй. Так называемые пять чувств: зрение, слух, обоняние, вкус. осязание, а также все другие чувства, такие, как чувства тяжести, температуры, сухости или влажности и т. д., иначе говоря, все безразличные ощущения. — ощущения, которые сами по себе не вызывают ни удовольствия, ни неудовольствия.

Третий. Все телесные эмоции, т. е. всякие физические ощущения, которые либо приятны, либо неприятны. Это разного рода чувства боли или неудовольствия, скажем неприятного запаха или вкуса, и всякого рода физические удовольствия, такие, как приятный вкус, запах и т. д.

 

Четвертый. Все рефлексы, даже самые сложные, такие, как смех, зевота: любого рода физическая память — память о вкусе, запахе, боли, являющаяся в действительности просто внутренним рефлексом.

Двигательная функция включает в себя все внешние движения, такие, как ходьба, письмо, речь, принятие пищи и память о них. К двигательной функции относятся также те движения, которые на обычном языке называются "инстинктивными", такие, например, как при ловле падающего предмета без всякого мышления.

Разница между инстинктивной и двигательной функциями совершенно ясна и может быть легко понята, если только припомнить, что все без исключения инстинктивные функции являются врожденными и нет никакой нужды им учиться для использования, в то время как ни одна из двигательных функций врожденной не является и всем им требуется учиться, подобно тому, как ребенок учится ходить или некто учится писать или рисовать.

Помимо этих нормальных двигательных функций существуют также некоторые странные двигательные функции, которые представляют собой бесполезную работу человеческой машины, каковые не входили в намерения природы, но которые занимают весьма значительное место в человеческой жизни и отнимают у него огромное количество энергии. К таковым можно отнести сновидения, воображение, грезы наяву, разговоры с самим собой и всякого рода болтовню ради болтовни и вообще все неконтролируемые и не поддающиеся контролю проявления этой функции.

Четыре функции — интеллектуальная, эмоциональная, инстинктивная и двигательная — сначала должны быть поняты во всех своих проявлениях, и только потом они должны наблюдаться сами по себе. Такое самонаблюдение, т. е. наблюдение на правильном основании, с предварительным пониманием состояний сознания и различных функций составляет основу изучения самого себя. Иначе говоря, это начала психологии.

Очень важно помнить, что при наблюдении различных функций полезно наблюдать в то же самое время их отношение к различным состояниям сознания. Возьмем три состояния сознания — сон, бодрствование и возможные проблески самосознания — и четыре функции — мышление, чувство, инстинктивную и двигательную. Все четыре функции могут проявляться во сне, но тут их проявления отрывочны и ненадежны. Их никак нельзя использовать, они просто сами собой происходят. В состоянии бодрствования или относительного сознания они до известной степени могут служить нам ориентирами. Результаты их сравниваются, проверяются, выправляются, и хотя ими создается немало иллюзий, все же в обычном нашем состоянии ничего другого у нас нет, и мы должны пользоваться ими, насколько возможно. Если бы мы знали число ложных наблюдений, ложных теорий, ложных выводов и заключений, что делаются в этом состоянии, то вовсе перестали бы себе верить. Но людям неведомо, насколько ложными могут быть их наблюдения и теории, и они продолжают в них верить. Именно это отвлекает людей от наблюдения тех редких моментов, когда эти функции проявляются в связи с проблесками третьего состояния сознания — самосознания.

Все это означает, что каждая из четырех функций может проявляться в любом из трех состояний сознания. Но результаты каждом случае различны. Когда мы научимся наблюдать эти различия, то поймем и правильное соотношение между функциями и состояниями сознания.

Но перед тем как мы перейдем к описанию различий функций в отношении их к состояниям сознания, необходимо понять, что сознание и функции человека представляют собой совершенно различные феномены совершенно различной природы.

 

Они зависят от различных причин и могут существовать друг без друга. Функции могут существовать без сознания, а сознание — без функций.


 




Популярное