Успенский П. Д. СТРАННАЯ ЖИЗНЬ ИВАНА ОСОКИНА. Часть 2. Жизнь (Линга Шарира). Глава 19. Неизбежное  

Home Библиотека online Успенский П. Д. Странная жизнь Ивана Осокина Успенский П. Д. СТРАННАЯ ЖИЗНЬ ИВАНА ОСОКИНА. Часть 2. Жизнь (Линга Шарира). Глава 19. Неизбежное

Warning: strtotime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 56

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 198

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 198

Успенский П. Д. СТРАННАЯ ЖИЗНЬ ИВАНА ОСОКИНА. Часть 2. Жизнь (Линга Шарира). Глава 19. Неизбежное

Рейтинг пользователей: / 1
ХудшийЛучший 

ГЛАВА 19

Неизбежное

Через две недели. Осокин ждет Зинаиду в парке над рекой. Он ходит по дорожке и курит.

— Как это все странно, — говорит он сам с собой, останавливаясь. — Я никогда не испытывал ничего подобного. Я не знаю, что это — любовь или что-нибудь другое. Мне приятно ее видеть, приятно говорить с ней. Я жду ее здесь каждый день, как гимназист, и мы уезжаем на лодке. И мне было бы трудно пропустить хотя бы один день. Первый раз она мне определенно не понравилась и как женщина, и стилем. Потом, наоборот, стала очень нравиться. Но в моем отношении к ней нет ничего личного. Она могла бы любить другого или дать обет монашества. И я знаю, что я ждал бы ее точно так же. Это не похоже на меня самого. В то же время я знаю, что эта встреча не может иметь никакого продолжения. Я должен уехать. Это неизбежно. Знакомство с Зинаидой мне очень нравится, но жизнь очень скоро положит конец этому. Чистая случайность, что у меня выдались свободные две недели и были деньги на то, чтобы ездить сюда и платить за лодки. Но я совершенно не знаю,что я буду делать на будущей неделе. Она, конечно, не понимает и не представляет этого...

Он поворачивается и смотрит вдоль аллеи.

— Но почему она не идет? Ровно час. Они завтракают в двенадцать. Как странно думать, что через год здесь все будет точно так же. Она, может быть, будет идти по этой же аллее. А меня уже здесь не будет. А где я буду? Трудно даже представить.

Еще через две недели. Осокин с Зинаидой идут по парку. Дорожка уже усыпана желтыми листьями.

— Ну что, вы скоро поедете в Австралию? — спрашивает Зинаида, с улыбкой взглядывая на Осокина.

— Вы знаете, что я никуда не поеду. Зинаида смеется и дергает его за рукав.

— Я вам никогда не прощу, — говорит она. — Если бы вы только знали, до какой степени вы меня злили вашей Австралией! Мне часто даже хотелось вас ударить! Мужчины ужасно глупы в таких случаях. По-моему, женщина совершенно ясно показывает, что она интересуется им, если она соглашается каждый день видеть его, проводить с ним, в сущности, все время, придумывает разные способы встретиться с ним. И в благодарность за все это мне все время преподносились мечты об Австралии! Нет, мой милый, вы были восхитительны. И я хочу, чтобы вы мне теперь рассказали про Австралию.

— Милая, — Осокин берет ее руку, — вы должны понять, как мне было тяжело говорить все это.

— Если вам было тяжело, зачем же вы говорили?

— Я считал это неизбежным. Обстоятельства складывались так, что я ничего другого не мог себе представить. И я решил это гораздо раньше, чем мы встретились.

— Да, но я имела неосторожность подумать, что встреча со мной может что-нибудь переменить в ваших планах. Оказывается, нет, вам это даже в голову не приходило. И в конце концов мне пришлось взять на себя труд объяснить вам положение. Что вы можете сказать в свое оправдание?

— Ничего.

— Хорошо, но ваши обстоятельства? Вы говорили, что они непременно требовали вашего отъезда в Австралию. Что же, они переменились?

— Не то чтобы переменились, а просто отошли куда-то. Мне кажется, что я никогда не чувствовал себя до такой степени близким ко всему сказочному, как теперь. И когда я чувствую это, мне кажется, что все будет по-другому, не так, как я думал.

— Ну хорошо, допустим, что вы поедете не в Австралию, а в Америку. Меня интересует, занимаю ли я какое-нибудь место в этих планах или нет.

Осокин неожиданно обнимает ее и целует.

— Послушайте, вы с ума сошли! — Зинаида вырывается со смехом и поправляет волосы. — Нас здесь каждую минуту увидать могут.

— Пускай видят! За каждое упоминание об Австралии я вас буду целовать. Даю честное слово!

— Очень хорошо с вашей стороны! Да, вот теперь вы стали храбрым. А вспомните, как было две недели назад. До моей руки боялись дотронуться. Конечно, теперь вам очень легко быть храбрым. Когда я сделала все трудное и сама заговорила и вас заставила. Разумеется, теперь все козыри у вас. Это всегда так бывает, и мы, женщины, всегда платим за свою прямоту и искренность. Но я вас хочу наказать. Когда мы придем домой, я все время буду говорить о том, что вы едете в Австралию, и, согласно вашему честному слову, вы все время должны будете целовать меня.

Она хохочет.

— Воображаю, какое лицо будет у мамы, когда вы меня поцелуете. И там, наверное, будут дама с собачкой и бонтонные девицы здешних мест, которые придут навещать меня... Хорошо! Вот видите, как легко вас поймать и чего стоят ваши честные слова.

Ее глаза сверкают тысячами огоньков сразу.

— Это первое. А второе — меня интересует, сколько бы мы времени могли разговаривать с вами о поэзии и о новом искусстве, если бы я в один прекрасный момент не нарушила вашего благонравного поведения. Вообще вы, сильный пол, что с вами было бы без нас? Зачем вы смотрите на мои глаза? Нет, пожалуйста, не показывайте вашу храбрость, сейчас мы выйдем к дачам. Давайте говорить серьезно. Я все-таки хочу знать ваши планы. Если вы не едете в Австралию, то что вы собираетесь делать? Есть у вас какие-нибудь намерения или никаких намерений? Видите, как я прямо ставлю вопрос.

Осокин взглядывает на Зинаиду и на мгновение ему кажется, что она с большим трудом заставила себя говорить так, чувствуя, что он сам не заговорит. Ему кажется, что она хочет облегчить ему путь к ней и что в то же время она смущена и старается скрыть свое смущение за шутливой формой обращения к нему.

Его охватывает прилив нежности к ней, но в то же время проскальзывают огоньки досады. Почему она хочет, чтобы он говорил? Она должна понять, что пока он не может говорить.

Он опять смотрит на Зинаиду, и ему делается жалко ее и стыдно за свои мысли.

Чем же она виновата? Она хочет помочь ему. Осокин чувствует теперь порыв благодарности к Зинаиде и какое-то особенно глубокое сожаление, что не может ответить ей так, как она ожидает. Что мешает ему? Смешное самолюбие и трусость. Он боится смешного положения. Она богатая невеста, у него ничего нет. Ничего нет до такой степени, что вчера он должен был заложить пальто, чтобы приехать сюда. И ему совершенно нечего ждать, кроме случая. Он выбился из колеи. Как будут смотреть на него ее мать, брат? . . В какое отношение он себя поставит? . . Будь она совершенно одна... И в то же время, если бы у него не был связан  роны, будем справедливы к судьбе. Если бы я не проигрался тогда, я не приехал бы в Москву и, следовательно, не встретил бы Зинаиду. Значит, даже в этом есть что-то хорошее. Ну ладно, посмотрим, что будет дальше. Я должен устроить себе какую-нибудь работу, чтобы, по крайней мере, одеться прилично и иметь деньги на театры и на всю эту ерунду, а то я не увижу Зинаиды зимой. Хорошо, что они решили жить на даче весь сентябрь. Но она удивительно милая. Она хотела, чтобы я рассказал ей о моих делах. И как было бы хорошо, если бы я мог это сделать! Но, значит, я люблю ее! А она? Почему я нравлюсь ей? Она утверждает, что ни с кем так не могла разговаривать, как со мной... Но, как странно, я никогда не испытывал ничего подобного. Это что-то совершенно, совершенно новое. И какой она стала удивительно близкой мне! Почему же я не могу найти слов, когда говорю с ней? Вот если бы она сейчас была здесь, я смог бы ей все сказать!
 




Популярное


Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 198

Случайная новость


Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 198