Гурджиев Всё и вся Рассказы Вельзевула (оригинал) Часть 3 Глава 45-47  

Home Библиотека online Гурджиев Г. И. Все и вся (оригинал) Гурджиев Всё и вся Рассказы Вельзевула (оригинал) Часть 3 Глава 45-47

Warning: strtotime(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 56

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 198

Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 198

Гурджиев Всё и вся Рассказы Вельзевула (оригинал) Часть 3 Глава 45-47

Рейтинг пользователей: / 2
ХудшийЛучший 

Глава 45
По мнению Вельзевула, добывание людьми
электричества из Природы и уничтожение
его во время использования является одной
из главных причин сокращения
длительности их жизни.
После того, как Вельзевул выслушал содержание «лейтучанброс» и положил его на рядом стоящую «синоору», представляющую собою род нашей этажерки, он опять глубоко вздохнул и продолжал говорить следующее:
— Для нашего Общего Мегалокосмоса было бы еще полбеды, если бы ненормальности обычного существования трехмозгных существ этой твоейчпланеты имели всякие плохие последствия только на них самих, как на трехмозгных существ, каковыми они являются, и на возможности свершительно усовершенствоваться тем «высшим-существенским-телам», которые уже имели величайшее несчастье возникать в них или будут в будущем возникать.
Но теперь весь ужас в том, что их ненормальное существование уже начинает отзываться и вредно влиять на нормальное существование трехмозгных существ, водящихся совсем на другой планете, правда, пока еще принадлежащей к их же солнечной системе, и на возможности нормального усовершенствования и в их общем наличии облекающихся «высших-существенских-частей».
Про такой печальный факт общекосмического характера я узнал случайно только перед самым моим уходом навсегда с этой солнечной системы Орс.
Самым интересным для тебя сведением из всех событий, давших повод для ясного констатирования и свершительного окристаллизования в моем общем наличии «нетленных» существенских данных для бессомнительного убеждения и в таком общекосмическом прискорбном факте может явиться то, что в этом очень мне способствовал не кто иной, как результат, или, как бы сказали твои любимцы, сын моего сущностного друга, Горнахура Хархарха, молодой сознательный Индивидуум Горнахур Рахурх, который тоже, как и его производитель, целью своего существования поставил изучение всех деталей свойств космического вездесущего вещества «Окиданох» и тоже, постепенно, сподобился считаться одним из так называемых «высшего-ранга» общекосмических ученых трехмозгных существ.
Знаешь ли что, мой мальчик? Вследствие того, что вообще все события и разговоры, которые послужили причиной постепенного выяснения и слагания во мне факторов для бессомнительного убеждения в таком общекосмическом прискорбном факте, вообще очень интересны и могут быть для тебя очень поучительными, и так как пока что видны еще только отблески сфер нашего дорогого Каратаза, то я расскажу тебе и про все это немного подробнее.
Чтобы дать тебе более полное представление о том, почему в моем существе скристаллизовались данные для констатирования и проосознания этого, я расскажу тебе последовательно о том, что предшествовало этому и начну с того момента, когда я, находясь еще на этой твоей планете, впервые получил известие о полном моем прощении.
Как только я узнал про такую в отношении моей особы превеличайшую милость, я, конечно, в тот же момент решил при первой возможности вернуться на дорогое моей сущности место моего возникновения.
А для этого мне необходимо было прежде всего подняться на планету Марс, чтобы там уже как следует и приготовиться в такой дальний путь.
Через несколько дней, покинув навсегда твою планету, я все на той же нашей «Оказии» вернулся на планету Марс.
Уже там, на планете Марс, скоро было получено повеление Свыше о том, чтобы я и все другие существа нашего племени, желающие возвратиться на места своего возникновения, собрались, пользуясь судном Оказия, на планету Сатурн, к какой планете и пристанет то большое междусистемное судно ВЕЗДЕСУЩИЙ, которое и должно доставить нас всех по назначению.
На планете Марс, чтобы ликвидировать все мои личные тамошние дела и дать разные распоряжения относительно существ нашего племени, мне все же надо было просуществовать некоторое время. И вот как раз тогда мне передали, что меня очень хочет видеть тамошний «туф-неф-теф».
«Туф-неф-теф» на планете Марс называется существо, которое является главой всех трехмозгных существ, водящихся на этой планете, т.е. является вроде того существа, кого с таким положением на твоей планете называют «царь».
Этого «туф-неф-теф» или «царя» я знал еще в его молодости, когда он был еще только «плеф-перф-нуф», а «плеф-перф-нуф» — почти то же самое, что у нас «цирликнер» или на планете Земля — «врач».
Кстати, нужно сказать тебе, что почти на всех планетах нашей Великой Вселенной и также на прочих планетах этой же солнечной системы такими главами существ становятся по заслугам главным образом существа из бывших таких «плеф-перф-нуф» или «врачей», но «врачей» как тела, так и духа.
Моя первая встреча с этим марсовым «туф-неф-тефом» произошла, когда мы еще впервые прибыли в эту солнечную систему и обосновались на этой планете Марс. Он тогда был «плеф-перф-нуф» как раз на той части поверхности этой планеты, где я и все со мной прибывшие стали иметь место своего пребывания.
С тех пор он, существуя на разных частях поверхности планеты Марс в качестве «плеф-перф-нуф», своими заслугами достиг того, что сделался главой над всеми существами, водящимися на этой планете. И когда начал подходить к состоянию «Священного-Ишмеч», он пожелал вернуться на ту часть поверхности своей планеты, на которой протекала его молодость. Вот почему этот бывший «плеф-перф-нуф», ныне уже «туф-неф-теф», в данное время опять оказался близко от моего места пребывания на Марсе.
Этот марсовый «туф-неф-теф» был, по понятиям твоих любимцев, уже чересчур старым существом; ему в этот период было, по времяисчислению планеты Марс, около двенадцати тысяч марсовых годов, что по земному времяисчислению составляет конечно много больше.
Надо сказать, что на планете Марс вообще существа имеют долготу своего существования почти такую же, как и трехцентровые существа на всех прочих планетах нашего Мегалокосмоса, за исключением, конечно, тех существ, которые непосредственно оформлены от первых Тетартокосмосов и долготу своего существования могут иметь почти в три раза большую, чем их поколения.
Трехмозгные существа, возникающие и существующие на планете Марс, так же как трехцентровые существа всех тех планет нашего Мегалокосмоса, на которых происходит нормальное для трехцентровых существ существование, тоже имеют полную возможность доходить и до состояния священного «Ишмеча», именно до того состояния, когда существование существа уже становится зависимым, в смысле превеличайшего космического «Иранирануманж», только от тех веществ, которые непосредственно возникают от проявляемости самого Препресвятейшего Первоисточника, а не так, как это же самое происходит в прочих существах, существование которых зависит от космических веществ, возникающих через посредство результатов всех соответствующих центротяжестных концентраций общекосмического основного Ансанбалуиазара.
И когда они доходят до состояния священного «Ишмеча», и разумность их высшей части уже доведена до требуемой градации священного измерителя, то, во-первых, процесс священного Раскуарно с ним может происходить только по их собственному желанию, а во-вторых, их «высшее-существенское-тело» на святую планету Чистилище переходит непосредственно.
Итак, когда я с планеты Земля вернулся на планету Марс и спешно заканчивал ликвидацию моих тамошних дел, мне передали, что сам «туф-неф-теф» этой планеты хотел бы повидать меня лично.
Эта просьба тамошнего почтенного «туф-неф-теф» была мне передана через нашего Ахуна посредством так называемого там «келе-е-офу» («Келе-е-офу» на планете Марс — то же самое, что на Земле называют «записка».).
Текст этого «келе-е-офу» был следующим:
«Я слышал, что Вы, Ваше Высокопреподобие, сподобились получить от нашего ОБЩЕГО ОТЦА ТВОРЦА полное прощение за Ваши прегрешения в молодости и теперь навсегда покидаете мою родину. И потому мне, старику, очень захотелось повидать Вас и, благословившись с Вами лично в последний раз, кстати, поблагодарить в Вашем лице всех существ Вашего племени за их постоянно добрые в течение столь долгих годов отношения к существам моей родины».
В конце этого «келе-е-офу» было еще приписано:
«Я бы явился в Ваш дом сам лично, но, как Вам известно, размеры моего планетного тела никак не позволяют мне этого сделать, и потому я вынужден просить Вас не отказать прийти самому в мою „фаль-фе-фуф“» («Фаль-фе-фуф» на разговорном языке марсиан означает жилище.).
Надо сказать, что трехмозгные существа планеты Марс с самого начала знали настоящую нашу природу и точные причины, почему мы оказались вынужденными обитать на их планете.
Не то что трехмозгные существа твоей планеты, которые никогда ничего не знали и даже не подозревали, кто мы и почему обитаем на их планете.
И вот, мой мальчик, когда я получил от почтенного «туф-неф-тефа» упомянутое приглашение и, конечно, сразу решил отправиться без промедления к нему, то когда я пришел и после выполнения всех требовавшихся там церемоний и взаимного обмена любезностями, этот, в полном смысле, великий «туф-неф-теф», среди разговора обратился ко мне с той просьбой, которая и послужила причиной тому, что в дальнейшем во мне скристаллизовались соответствующие данные для бессомнительного убеждения в том, что вытекающие результаты от ненормального существования трехмозгных существ твоей планеты уже начали вредно воздействовать также и на обычное существование трехмозгных существ, возникающих и существующих на планете Марс, в смысле их мочи для возможности усовершенствоваться, как подобает всяким трехмозгных существам.
Я постараюсь передать тебе на нашем разговорном языке содержание этой просьбы великого «туф-неф-тефа» почти дословно:
Он сказал тогда следующее:
«Ваше Высокопреподобие,
Вы теперь, благодаря Свыше дарованному всемилостивейшему прощению, вновь приобретаете право на свободное осуществление всех своих справедливо заслуженных желаний. И вы, из-за такой всеобъемлющей милости, опять имеете все возможности быть тем, кем вы могли бы давно уже быть, благодаря раньше приобретенным вами достижениям, в смысле разумности, и конечно, с этого времени вы, ваше Высокопреподобие, несомненно будете встречаться с разными отвечающими вашему бытию Индивидуумами, уже достигшими высших градаций разумности.
И вот я позволяю себе обратиться к вам, как моему старому другу, с просьбой, которая заключается в том, чтобы вы, при встречах с такими Индивидуумами, вспомнили обо мне, старике, и не забыли спросить их мнение о том факте, который за последние годы почти все время служит толчком для возникновения во всех моих одухотворенных частях беспокоящих меня ассоциаций и, узнавши их мнение, не отказались бы как-нибудь при оказии сообщить мне».
И дальше продолжал:
«Дело в том, что за последние несколько „фтофу“ мною стало очень определенно констатироваться, что у существ нашей планеты с каждым „фтофу“ увеличивается „нур-фуфтафаф“ (Выражение «нурфуфтафаф» означает на этой планете что-то вроде того, что на Земле называют «безволием».), и наряду с этим стало наблюдаться в них пропорциональное уменьшение интенсивности „мочи" для возможности „активного-мышления“.
Когда я впервые обнаружил этот нежелательный для существ нашей планеты факт и начал с тех пор усиленно соображать и доискиваться причины этого, для того чтобы быть в состоянии давать соответствующие указания доверившимся мне существам для возможности борьбы с таким нововозникшим в их общем наличии нежелательным фактором в целях искоренения его, то, несмотря на то, что я очень часто и подолгу активно размышлял относительно такого, постоянно волнующего меня, вопроса, я до сих пор не смог даже приблизительно уяснить себе, в чем тут дело и какие соответствующие меры требуется предпринять для уничтожения этого зла».
Так докончил свою просьбу почтенный «туф-неф-теф» планеты Марс, и я, мой мальчик, тут же обещал этому моему старейшему другу, конечно, при первой же встрече с соответствующими Индивидуумами, спросить их про все это и их ответ непременно сообщить ему.
Через несколько марсовых дней после рассказанного свидания, мы навсегда оставили эту гостеприимную планету и поднялись на планету Сатурн.
Там, на планете Сатурн, вскоре после того, как мы туда прибыли, тамошний старшина наших сразу пришел и объявил нам содержание только что им полученной эфирограммы, в которой говорилось, что большое междусистемное судно ВЕЗДЕСУЩИЙ пристанет к планете Сатурн еще только вначале «хре-хри-хра».
«Хре-хри-хра» там называется один из тех периодов времени, который определяется известным положением, занимаемым этой планетой в отношении, с одной стороны, к солнцу своей системы, а с другой — в отношении к другой планете этой же системы, называющейся «Нептун».
Таких определенно установленных периодов там, на планете Сатурн, в течение года насчитывают семь, и каждый из них имеет свое собственное наименование.
Так как до этого «хре-хри-хра» оставалось по времяисчислению планеты Марс еще почти пол «фус», или по времяисчислению, имеющемуся у твоих любимцев около полутора месяца, то мы решили на время такого ожидания организовать там свое обычное существенское существование более или менее соответствующе.
Часть наших осталась существовать на самом судне Оказия, часть пристроилась в помещениях, предоставленных нам любезными существами планеты Сатурн, а я с Ахуном отправился в «Рирх», т.е. в тот большой заселенный тамошними трехмозгными существами пункт, где существовал мой друг, Горнахур Хархарх.
В тот же вечер нашего прибытия туда, во время дружественного собеседования с этим моим сущностным другом, я спросил его, между прочим, как проходит процесс существования его наследника и моего дорогого «Кесджанного-вне-меня-результата» или, как сказали бы твои любимцы, — моего «крестника», Горнахура Рахурха.
Он, поблагодарив меня, сказал, что Рахурх существует очень хорошо и что он стал его наследником уже во всех отношениях, даже целью своего существования тоже сделал изучение деталей вездесущего вещества Окиданох, которое и для него самого было тоже смыслом всего его прошлого ответственного существования.
После небольшой паузы он добавил, что его наследник, в смысле достигнутых им знаний в вопросе о космическом веществе Окиданох, уже и его, как он выразился, «довел-донюхаться-до-его-сущности».
И дальше сказал, что благодаря результатам научных достижений его наследника, в настоящее время в его существе не только уже совершенно декристаллизовались все прежде окристаллизовавшиеся, благодаря настойчивым в течение долгих годов трудам, данные для всяких убеждений, но что он даже совершенно уничтожил все свои изобретения, относившиеся к исследованиям этого вездесущего космического вещества, в числе которых была также и его знаменитая «лампа-из-себя-лучи-не-испускающая», и, глубоко вздохнув, он докончил так:
«Теперь я вполне согласен с мнением моего „совокупного-результата“ в том, что с моей стороны было величайшим злом, что я так долго занимался этим, в объективном смысле, абсолютно „неискупным-грехом“».
Разговаривая дальше на разные случайные темы, мы, согласно ассоциативному течению существенского мышления, стали говорить и о трехмозгных существах, водящихся на планете Земля.
Помнишь, я тебе уже говорил, что мой друг Горнахур Хархарх всегда был в курсе моих наблюдений за их странной психикой и что я ему, также как и дяде твоему, Туилану, посылал даже копии некоторых моих записей.
Поэтому, когда мы заговорили об этих понравившихся тебе трехмозгных существах, Горнахур Хархарх, между прочим, спросил меня:
«Скажите, пожалуйста, мой друг, неужели общая длительность существования этих несчастных все еще продолжает укорачиваться?»
Когда я начал объяснять ему положение там дела по этому вопросу в настоящее время и о том, какие еще новые данные я выяснил относительно этой тамошней ненормальности, как раз в это время в помещение, где мы находились, вошел сам его «результат» — Горнахур Рахурх.
Нововошедший имел внешность, хотя точно такую же как его «производитель», но представлял из себя существо очень бравое и полное кипучей молодости.
Заняв место на «жерди», как свойственно трехмозгным существам этой планеты, он, согласно их обыкновению, стал «ангельски-музыкальным» голосом меня приветствовать всякими добрыми и самоудовлетворяющими существенские ощущения пожеланиями.
И в заключение с некоторым пафосом сказал:
«Хотя вы являетесь мне только „Кесджанным-отцом“, но ввиду того что вы, очевидно, во время моего „хир-хиp“ («Хир-хир» на планете Сатурн называется та священная церемония, которая подобна на планете Земля так называемому «крещению».) исполнили принятую на себя по отношению меня Божественную обязанность, с чувством полной проосознанности, в моем общем наличии в отношении вас скристаллизовались данные, равносильные тем, каковые должны иметься в общем наличии каждого трехмозгного существа по отношению своего родного производителя, и несомненно именно вследствие этого я очень часто вспоминаю вас и каждый раз при этом мысленно желаю вам иметь всегда в настоящем такие вытекающие обстоятельства, которые приводят вообще к хорошей, в объективном смысле, и счастливой будущности».
Ты наверное, мой мальчик, не понял, когда я сказал тебе, что Горнахур Рахурх занял место на «жерди», что это значит.
Дело в том, что трехмозгные существа этой планеты, согласно своего внешнего облекания, постепенно приобрели привычку отдыхать только в такой позе, когда они, особым образом нагнувшись, всю тяжесть своего планетного тела опускают на свои нижние оконечности, и для них стало постепенно тоже необходимой потребностью для такого способа отдыха находиться на некоторой высоте; вот почему тамошние трехмозгные существа и завели обыкновенно для своего отдыха прикреплять на известной высоте в помещениях, в которых они существуют, особые палки, которые и называются «жерди».
Кстати сказать, они эти свои «жерди» украшают обыкновенно разными безделушками или вырезывают на них всевозможные фигуры, подобно тому, как это делают и твои любимцы, проявляя эту свою слабость по отношению к своей так называемой «мебели».
Итак, заняв место на «жерди» и произнеся свое приветствие, мой милый «Кесджанный-вне-меня-результат», или крестник, Горнахур Рахурх, стал принимать участие в моем с Горнахуром Хархархом собеседовании.
И вот, мой мальчик, когда во время нашего общего разговора на разные темы я, между прочим, заинтересовался узнать от моего крестника, какие причины привели к тому, что в его наличии скристаллизовались данные для порождения импульса к серьезному интересу в области выяснения деталей космического вездесущего вещества Окиданох, благодаря которым и он, как его производитель, сподобился сделать некоторые великие космические открытия, то последовавший на такой мой вопрос обстоятельный, с разъясняющими подробностями, ответ молодого Рахурха, главным образом, сделал мне очевидным тот факт, что ненормальное существование твоих любимцев уже начало вредно воздействовать на нормальное существование и на сознательное усовершенствование существ, водящихся на планете Марс, и в то же время, благодаря этому его обстоятельному, базировавшемуся на научных обоснованиях, ответу, я почерпнул также данные для выяснения и того вопроса, о разрешении которого обратился ко мне с просьбой мой старый марсовый друг, великий «туф-неф-теф».
Я постараюсь, мой мальчик, воспроизвести тебе весь смысл такого его ответа, тоже по возможности, точно на нашем разговорном языке.
Горнахур Рахурх тогда, на поставленный мною вопрос, немного подумав, с большой серьезностью ответил:
«В начале моего существования, именно в возрасте, когда я еще готовился стать ответственным существом, я, как это полагается в этом возрасте всем трехмозгным существам, большую часть моего времени посвящал на упражнения для мочи „подолгу-активно-размышлять“, и само по себе получилось так, что в промежуток времени для долженствующего отдыха я привык возиться с разными экспериментальными аппаратами моего производителя.
И вот в тот период такого рода моего существования я не раз стал подмечать, что в некоторые дни сила и степень моего «активного-мышления» особенно ухудшается.
Это констатирование, возбудив во мне субъективный интерес, послужило началом для порождения в моем наличии потребного импульса для проосознания причины такого факта, и с этого времени я начал следить внимательно как за собой, так и за происходимым вокруг меня и доискиваться причины этого; и уже через один „рхи“ я бессомнительно убедился в том, что это нежелательное во мне состояние происходит всякий раз в те дни, когда бывает в действии наша большая „жизньчакан“ («Жизньчакан» соответствует приблизительно тому, что на Земле называют «динамомашина»).
Вот этот самый, впервые мною констатированный факт и явился причиной того, что я с тех пор серьезно заинтересовался этим вездесущим космическим веществом и углубился в изучение его деталей.
В результате, уже в самом начале моих последующих экспериментальных выяснений, у меня стало иметься бесчисленное количество всевозможных доказательств для уяснения как самому себе, так и другим того, что вездесущее вещество Окиданох является такой частицей общего наличия атмосферы нашей планеты и, очевидно, наличия и атмосфер прочих планет, которая принимает участие, как в возникновении всякого планетного и напланетного образования, в том числе, конечно, и „храпрхальнихрохной“ части всякого существа, так и для поддержания их существования.
При дальнейших моих экспериментальных выяснениях, я бессомнительно осознал также, что хотя наша солнечная система, как и все прочие системы Великой Вселенной, имеет свой собственный „Ансанбалуиазар“, и каждая планета со своей атмосферой является специальным местом сосредоточения одного какого-нибудь класса космических веществ данного „системного-Ансанбалуиазара“, но тем не менее, космическое вещество Окиданох является обязательной и первенствующей частью наличия всякой планеты.
А потом, тоже благодаря моим экспериментам, мне сделалось очевидным, что это космическое вещество, на основании общевселенского равновесия, в каждой системе сосредоточено в строго соответствующей пропорции и распределяется тоже в строго определенной пропорциональности между самими атмосферами каждой планеты данной солнечной системы и что, при намеренном или случайном израсходовании этого универсального вещества в одном каком-нибудь месте атмосферного пространства, оно непременно должно восполняться для уравновешения общей пропорциональности его в атмосфере, и это происходит путем притекания из других мест, причем это уравновешивающее перемещение Окиданоха должно происходить не только из одного пространства в другое в атмосфере любой планеты, но также и из атмосферы одной планеты в атмосферу другой, если в этой другой почему-либо его израсходуется больше установленной нормы.
Наконец, еще дальше я очень определенно и всесторонне выяснил своему разуму и доказал другим, что имеющееся в нашей атмосфере и постоянно пополняющееся вездесущее космическое вещество Окиданох является для общего наличия нашей планеты не только необходимым и самым главным для всякого возникновения и поддержания существования, но и также, что только благодаря этому веществу, сущность каждого как „относительно самостоятельного“ впланетного и напланетного образования, так и существ всех системностей мозгов и внешнего облекания зависит от него, а также возможность для трехмозгных существ усовершенствоваться и в конце концов слиться с Первопричиной всего существующего зависит исключительно от него же.
Повторяю, в результате всех моих экспериментальных выяснений, я очень определенно сам осознал и приобрел бессомнительные данные для возможности всесторонне доказать всем окружающим, мне подобным существам, то, что уничтожение из наличия планеты и атмосферы вездесущего космического вещества Окиданох почти равносильно сознательному уничтожению всех трудов и результатов Первосвященнейшей Причины всего существующего».
Такими словами, увлеченный темой своего изложения, закончил свою речь мой дорогой крестник, молодой пылкий Горнахур Рахурх.
Еще в середине объяснения Горнахура Рахурха, касательно упомянутых свойств и долженствующих последствий добывания и уничтожения из общего наличия своей планеты вездесущего космического вещества Окиданох, во мне возникло подозрение, и в моей памяти постепенно начали восстанавливаться всякие общие картины прежде воспринятых — во время моего личного пребывания среди твоих любимцев и в периоды моих внимательных наблюдений за их существованием с планеты Марс — впечатлений из обычного их существенского существования, как они в разные периоды неоднократно добывали из природы своей планеты это вещество или отдельные части его и использовывали их для разных своих наивно-эгоистических целей.
А когда во время дальнейшего разъяснения Горнахура Рахурха во мне по ассоциации вспомнилась просьба великого «туф-неф-тефа» с планеты Марс, то я всем своим существом без всякого сомнения осознал относительно всех злостных последствий и такого проявления трехмозгных существ твоей планеты.
Совокупность или отдельные части этого и для них священного вещества они в разные эпохи называли различно, а в данное время они результат слития и взаимного уничтожения двух частей этого вездесущего вещества именуют «Электричество».
И действительно, хотя они там уже несколько раз и в прежние эпохи научались, конечно, благодаря всегда случайно последовательным обстоятельствам, из природы своей планеты разными способами извлекать и использовывать для всяких своих, как я уже сказал, «наивно-эгоистических» целей разные части этого, абсолютно необходимого для нормального космического процесса, вездесущего вещества, но никогда они не уничтожали его так много, как за последнее время.
Вот таким образом, благодаря разъяснениям моего «Кесджанного-вне-меня-результата», во-первых — мне стало бессомнительно ясно относительно уже начавшегося злостного воздействия результатов обыкновенного ненормального существенского существования понравившихся тебе трехмозгных существ, а во-вторых — сам по себе разрешился беспокоивший моего старого друга вопрос, а именно, почему трехмозгным существам планеты Марс за последнее время становится все труднее и труднее самоусовершенствоваться.
В смысле разрешения таким образом этого вопроса можно сказать, что получилось так, как о подобном говорится в одном редко употребляемом мудром изречении нашего досточтимого Молла Наср-Эддина, которое формулировалось им следующим образом:
«Никогда-нельзя-знать-кто-поможет-тебе-вылезти-из-галоши».
А получилось это так потому, что мой старейший друг имел в виду индивидуумов совсем с другими данными и возможностями, чем какими обладали эти мои сатурнские друзья, являвшиеся только обыкновенными трехмозгными существами; мой друг, наверное, даже не подозревал, что в большинстве случаев относительно таких вопросов, именно, такие обыкновенные трехмозгные существа, которые приобретают сведения относительно всяких действительно космических фактов исключительно только благодаря своим существенским Парткдолгдюти, бывают более компетентными, чем какой-нибудь Ангел или Херувим со своим готовым бытием, и хотя уже усовершенствованный разумностью до высоких градаций, но в смысле практических сопоставлений могущий оказаться только таким Индивидуумом, каким дает наш всегда почтенный Молла Наср-Эддин определение, вытекающее из следующих слов его:
«Никогда-тот-не-поймет-страданий-другого-кто-сам-их-еще-не-пережил-хотя-бы-он-имел-разум-божественный-и-натуру-настоящего-черта».
В этом месте рассказов Вельзевула, по всему междусистемному судну Карнак распространились искусственно воспроизводимые вибрации, имеющие свойство проникать в общее наличие всех находящихся на судне пассажиров и действующие на так называемые «блуждающие-нервы» желудка.
Такое искусственно воспроизведенное явление служило оповещением пассажиров о своевременности сбора их в общий так называемый «джамичунатр», представляющий из себя род земной «монастырской-трапезной», в которой совместно воспринималась «вторая-существенекая-пища».
Глава 46
Вельзевул объясняет своему внуку
значение избранной им формы и
последовательности своего изложения
сведений относительно людей.
После  процесса  восприятия  второй  существенской пищи, Вельзевул из «джамичунатра» не сразу вернулся туда, где он обычно проводил время в беседах со своими, а раньше зашел в свое «кеша».
«Кеша» называются такие отделения на пространственных суднах, которые на земных пароходах называют «каюта».
Вельзевул раньше зашел в свое «кеша», чтобы там освежить немного в известной жидкости свой уже чересчур дряхлевший хвост, к чему он принужден был от времени до времени прибегать вследствие своей старости.
Когда он, возвращаясь из своего «кеша», вошел неслышно в то отделение судна Карнак, где он обычно проводил время со своими, он неожиданно увидел следующую, для него необычную, картину.
Его возлюбленный внук Хассин стоял лицом в угол и, закрыв глаза обеими руками, плакал. Вельзевул с большим волнением быстро подошел к Хассину и с сильным беспокойством в голосе спросил:
— Что с тобою, мой дорогой мальчик? Неужели в самом деле ты плачешь?
Хассин хотел что-то ответить, но было заметно, что рыдания его планетного тела мешали ему говорить.
Только по прошествии некоторого времени, когда планетное тело Хассина немного успокоилось, он, посмотрев на своего деда грустными глазами, но все же с любовной улыбкой на лице, сказал:
— Не беспокойся за меня, добрый мой дедушка, такое мое состояние скоро пройдет.
Очевидно, за последний «дионоск» я много размышлял активно и, по всей вероятности, от такой непривычно долгой «новотемпной» функционизации общий темп функционизации всего моего общего наличия изменился.
И теперь, пока этот новый темп моего мышления не сгармонизируется с уже установившимися во мне другими темпами общей функционизации, наверное, будут происходить подобные ненормальности, вроде этого случая.
Я должен признаться, мой дорогой дедушка, что основной причиной для возникновения в моем общем наличии такого состояния послужило возникшее по ассоциации в моем мышлении существенское представление относительно судьбы и положения тех злополучных «высших-существенских-тел», которые, по разным случайностям возникают и полуоформливаются в общем наличии земных трехмозгных существ.
Такая ассоциация мысли с пропорционально увеличившимся во мне импульсом грусти началась еще в «джамичунатре» во время священного питания второй существенской пищей; по ассоциации в моем мышлении возникла мысль о них именно тогда, когда я сам заполнился счастьем от всего происходившего там.
Во мне началось думаться, что эти злополучные трехмозгные существа, касательно которых за последнее время ты так много меня осведомлял, только благодаря последствиям свойств того, проклятущего для них, «нечто», которое по совершенно независящим от их сущности причин, а исключительно только по непредусмотрительности некоторых высочайших священных Индивидуумов, было привито в общее наличие их предков, теперь навсегда не только облекающиеся в них «высшие-существенские-тела», но и сами они как обыкновенные существа, навсегда лишены возможности испытать то блаженство, которое осуществлевывается в наличии всяких «относительно самостоятельных» индивидуумов как в «высших-существенских-частях», так и вообще в наличии трехмозгных существ во времена таких общих священных питаний «второй-существенской-пищей», в которой только что мы принимали участие.
Когда Хассин кончил говорить, Вельзевул начал пристально довольно долго смотреть в глаза Хассина и потом с усмешкой, явно обнаруживающей существенский импульс любви, сказал и все с той же улыбкой продолжал:
— Теперь и я вижу, что за последний «дионоск» ты действительно размышлял много активно, или, как бы выразились некоторые из современных твоих любимцев, «ты-за-это-время-внутренно-не-спал». Давай-ка сядем на свои обычные места и поговорим на ту тему, коснуться которой я тебе уже как-то обещал и которая, кстати, будет вполне отвечать данному случаю.
Когда они уселись и когда пришел также и Ахун, Вельзевул начал говорить следующее:
— Прежде всего я начну с того, что выражу вовне словами происходящий внутри моего общего наличия импульс радости в отношении тебя. Я лично этому происшедшему в тебе и теперь еще продолжающемуся кризису очень и очень доволен.
Рад этому, главным образом, потому, что виденное мною твое искреннее рыдание, проявленное как раз в тот настоящий период твоего существования, когда ты, по законам Великого Геропаса, находишься на пороге бытия ответственного существа — т.е. в том именно возрасте, когда только и окристаллизовываются и приобретают гармоническую темпность в общей функционизации всякие данные для тех функционизации, которые во время ответственного существования каждого трехмозгного существа составляют его индивидуальность — дает мне уверенность, что приблизительное осознание или даже только чувствование, так сказать, «вкуса» этой моей, на первый взгляд, нелогической существенской радости, и тебе, в период твоего ответственного существования, как и для всякого уже достигшего ответственного возраста трехмозгного существа, очень желательно и даже необходимо иметь, то потому я прежде всего объясню тебе про это.
Уверенность в том, что в твоем общем наличии в будущем ответственном существовании будет иметься также то существенское ценное для чувствования, которое является основанием сущности всякого носителя в себе своего собственного божественного разума и которое нашим ОБЩИМ ОТЦОМ даже формулировано в словах и какая словесная формулировка поставлена над главным входом святой планеты Чистилище, заключающаяся в следующем:
«ВОЙДЕТ-СЮДА-ТОТ-КТО-ВХОДИТ-В-ПОЛОЖЕНИЕ-ДРУГИХ-РЕЗУЛЬТАТОВ-МОИХ-ТРУДОВ»
Твоя сущность в данном случае последовала такой божественной заповеди тем, что ты общим наличием искренно зарыдал, когда во время испытывания личного блаженства случайно, по ассоциации, вспомнил относительно лишения других того же самого.
Я рад за тебя еще в особенности и потому, что сказанное необходимое существу данное начало в тебе функционировать именно тогда, когда в тебе как раз окристаллизировы-ваются и оформливаются все те существенские данные, окристаллизирование которых совершенно не зависит от собственного разума существа, а зависит исключительно только от окружающих существ, от внешних условий и от величайшего общекосмического «Иранирануманж».
Ну, а теперь мы можем перейти к намеченной мною цели — почему именно во время всего нашего путешествия на этом пространственном судне я так много и с такой последовательностью рассказывал тебе о трехмозгных существах, водящихся на планете Земля.
Дело в том, что когда я вернулся на наш дорогой Каратаз, я, будучи свободен от каких бы то ни было других существенских обязанностей, сам добровольно взял на себя ответственное руководство твоим завершительным «оскиано» на бытие ответственным существом, или, как бы сказали твои любимцы, «твоего воспитания». И, ввиду того, что данный период твоего существования являлся для тебя как раз таким, когда вообще у трехмозгных существ сгармонизовываются все те имеющиеся у них функции, которые в совокупности в период ответственного существования и зарождают в них ту форму чувствования и соображения, которая в своей совокупности в разуме трехмозгных существ осуществляет «здравое-мышление», я, вследствие этого, когда мы на пространственном судне Карнак отправились в это путешествие, задумал воспользоваться этим временем и помочь тебе в том, чтобы сгармонизовывание этих твоих функций и зависящее от них оформливание твоего будущего «активного-мышления» происходили именно тем порядком, в правильности которого я всем своим наличием убедился во время процесса моего долгого личного существования.
Когда я в начале нашего путешествия заметил, что ты очень заинтересовался трехцентровыми существами планеты Земля, я и решил, под видом удовлетворения такого твоего интереса, рассказывать тебе обо всем, их касающемся, так, чтобы в тебе слагались требующиеся для твоих будущих существенских ассоциаций, неизменяющиеся так называемые «Эгопластикуры» без присущности сомнения.
Для этого я почти во всех моих рассказах строго придерживался двух следующих принципов:
Во-первых, ни о чем не говорить как о моем личном мнении, чтобы в тебе данные, необходимые для собственного убеждения, не окристаллизовывались в готовом виде, на основании только мнения других.
А согласно второму принципу рассказывать тебе о всех событиях, происходивших на этой планете Земля в связи с возникновением среди этих понравившихся тебе трехмозгных существ разных, постепенно прогрессирующих, внутренних и внешних анормальностей в процессе их обычного существенского существования, в итоге давших их настоящее безотрадное и почти безвыходное состояние, таким именно порядком и в такой преднамеренно избранной мною последовательности, что бы ты смог выводить, опять-таки, свои собственные субъективные умозаключения относительно всех причин, на основании одних только сообщенных мною фактов.
Это я решил так сделать, кроме того, еще и для того, чтобы в твоем наличии, в соответствующих локализациях, скристаллизовалось много разносущностных «Эгопластикуров» для будущих твоих логических сопоставлений, а также, чтобы долженствующее от «активного-мышления» вырабатывание в тебе священных веществ Абрустдонис и Хелкдонис, в целях облекания и усовершенствования твоих обоих «высших-существенских-частей», происходило бы более субстанциально.
А теперь, мой мальчик, для того, чтобы в тебе сделалось еще понятнее то, о чем я в данный момент говорю, я нахожу нужным повторить в другой, более определенной, форме мною уже много раз по различному поводу сказанное относительно разницы между имеющимися у трехмозгных существ вообще так называемыми «знанием» и «пониманием».
Чтобы эта разница выступила особенно ярко, я опять для примера возьму обычный разум твоих любимцев.
Если провести аналогию между этим, уже окончательно зафиксировавшимся в современных существах их, как они сами именуют, «сознательным-разумом», и таким же разумом вообще трехмозгных существ, водящихся на прочих планетах нашего Великого Мегалокосмоса, то первый, а именно — имеющийся в современных, можно было бы назвать «Разум-знания», а второй — «Разум-понимания».
Сознательный «Разум-понимания», которому свойственно иметься вообще в трехмозгных существах и который и имелся в существах прежних эпох, есть нечто сливающееся с их общим наличием, и потому всякие воспринимаемые таким разумом сведения делаются навсегда их нераздельной частью.
Воспринятые таким разумом сведения, новые восприятия или получившиеся результаты, благодаря существенскому созерцанию из совокупности прежде воспринятых сведений — как бы ни изменилось само существо, и какие бы ни происходили изменения в окружающих его сферах — навсегда будут частью его сущности.
А тот разум, который уже для большинства современных твоих любимцев стал обычным, и который я назвал «Разум-знания», то всякие новые восприятия этим разумом, а также намеренно или просто автоматически полученные результаты из прежде воспринятых впечатлений, являются только временной их частью и результировать в них могут исключительно только при известных окружающих условиях и при непременном условии, чтобы сведения, составляющие всю его комплекцию и основу, обязательно от времени до времени, так сказать, «освежились» и «повторились»; в противном случае такие прежде воспринятые впечатления сами по себе изменяются или даже совершенно, так сказать, «испаряются» из общего наличия данных трехмозгных существ.
Хотя процесс возникновения в смысле священного Триамазикамно для обоих этих существенских Разумов протекает одинаково, но выполняющими факторами для осуществления его трех отдельных святых сил являются разные. А именно — для образования «Разума-знания» утверждающим и отрицающим факторами служат прежде воспринятые противоречивые впечатления, скристаллизовавшиеся в одной какой-либо из трех имеющихся в трехмозгных существах локализаций, а третьим фактором в этом случае служат только что извне приходящие впечатления.
А для «Разума-понимания» такими факторами являются — первым, т.е. «Святым Утверждением», только что воспринятое впечатление какой-либо, имеющей в данный момент так называемую «центротяжестную-функционизацию», локализации; вторым, или «святым-отрицанием» — уже имеющиеся соответствующие данные в другой его локализации; а третьим фактором служат так называемые «существенские-Автоколицикнеры», или как их еще иначе называют, «Худацвабогнари», смысл какого названия значит: «результаты-настойчиво-осуществляемого-стремления-к-проявлению-своей-собственной-индивидуальности».
Не мешает, кстати, еще раз тебе услышать, даже если ты уже знаешь о том, что сказанные «существенские-Автоколицикнеры» в наличии вообще трехмозгных существ во всех трех локализациях образовываются исключительно только от результатов осуществления существенских Парткдолгдюти, т.е. благодаря тем факторам, которые с самого начала возникновения трехмозгных существ наш ЕДИНОБЫТНЫЙ ОБЩИЙ ОТЕЦ определил быть средствами самоусовершенствования.
Вот эти самые образования в общем наличии трехмозгных существ и осуществляют для возникновения, в качестве третьей святой силы священного Триамазикамно, «Разума-понимания».
Только благодаря таким факторам для процесса слития всяких вновь воспринятых впечатлений в наличии трехмозгных существ, на основании священного Триамазикамно, и окристаллизовываются данные для осознания и понимания собственные, одному ему свойственные; а также исключительно только во время таких процессов окристаллизования данных для сознания в наличии трехмозгных существ, и происходит так называемое «Зернофукальное-трение», благодаря чему, главным образом, в них и образовываются священные вещества Абрустдонис и Хелкдонис для облекания и усовершенствования высших их частей.
Кстати, надо здесь тебе сказать и о том, что только сказанным порядком окристаллизовывающиеся и нововоспринимаемые и нововозникающие в существах от сознательного мышления впечатления осаждаются в локализациях существ именно в те серии прежде зафиксировавшихся данных, которые им подобны и соответствуют уже имеющимся.
А другим порядком — окристаллизование новых восприятий, т.е. путем «Разума-знания», в существенских локализациях осаждается, как попало, совершенно без всякой, так сказать, «классификации». Все такие новые восприятия осаждаются в числе, или как иначе говорят, в серии таких прежних восприятий, которые почти всегда ничего общего с этими новыми восприятиями не имеют.
Вот по этой причине, главным образом, в наличии трехмозгных существ, имеющих только «Разум-знание», получается то, что все вновь узнаваемое осаждается и навсегда остается только просто как сведения, без всякого осознания цельным своим существом.
И поэтому, всякие таким образом воспринятые и зафиксировавшиеся новые данные для трехмозгных существ, имеющих «Разум-знания», в смысле использования для блага дальнейшего собственного существования, никакого значения не имеют. К тому же долгота декристаллизирования этого рода зафиксировавшихся впечатлений еще зависит от количества и качества порождаемых импульсов в данном существе.
Касательно этого последнего факта, происходящего из вырожденной функционизации разума, соответствующего трехмозгным существам, и которую, теперь, большинство современных твоих любимцев имеют, одна очень редко употребляемая поговорка нашего уважаемого учителя Молла Наср-Эддина припоминается во мне при ассоциации и выражается следующими словами:
«Как только что-нибудь нужно — и вот уже грязно и изъедено мышами.»
Всякие имеющиеся, как твои любимцы называют, «знания», приобретенные общим наличием существа сказанным образом, являются хотя тоже субъективными, но решительно ничего общего не имеющие с так называемыми «объективными-познаниями».
Так вот, мой мальчик, для того, чтобы в существе получилось упомянутое «Зернофукальное-трение» и в то же время окристаллизирование новых восприятий происходило для «Разума-понимания», я — уже зная очень хорошо так называемые «законы-зафиксирования-и-дезафиксирования-идей-в-локализациях-существ», детали каковых законов, кстати сказать, я изучил тоже благодаря понравившимся тебе трехмозгным существам в бытность мою среди них «профессиональным гипнотизером» — в числе всяких других необходимых принципов в смысле правильного восприятия новых сведений через посредство руководства со стороны во время моих рассказов, имел в виду и всегда и придерживался также того же неизбежного правила, чтобы постепенность расширения, как говорится, «циместность-осведомления», происходила в тебе с совершенным отсутствием существенских импульсов «возмущения», «обиды», «досады» и т.д.
В смысле последовательности моих тебе осведомлении и результатов сущностного твоего понимания надо сказать тебе еще и о том, что если бы я, когда впервые заметил твой интерес к трехмозгным существам, возникающим на планете Земля, и осведомлял бы тебя с самого начала относительно каждого случая только о моих личных убеждениях и зафиксировавшихся во мне о них в периоды моих наблюдений мнениях, и только потом начал бы рассказывать тебе касающиеся их, мною уже рассказанные многочисленные и многосторонние «совокупные-сведения», то все эти рассказанные мною факты стали бы в тебе восприниматься без твоих собственных существенских логических сопоставлений и окристаллизовавшиеся данные для таких сведений осадились бы в твоих соответствующих локализациях только как просто сведения, без настоящего сущностного понимания их.
Вот почему при всех моих рассказах о трехмозгных существах, водящихся на планете Земля, я руководствовался тем, чтобы, с одной стороны, в соответствующих локализациях твоего общего наличия окристаллизовались много разнообразных данных для твоих будущих существенских ассоциаций, относящихся ко всем «совокупностям» или «отраслям» «объективного-знания», а с другой стороны, для того, чтобы в твоем общем наличии интенсивно происходил процесс «Зернофукального-трения», и получился бы тот результат, который я увидел только что на деле из того, как ты ответил на мой вопрос — почему ты плачешь.
Теперь, мой мальчик, раз я более или менее уже убедился, что потраченное мною время не пропало даром и мои рассказы о трехмозгных существах понравившейся тебе планеты принесли тебе ожидающуюся мною пользу, то, я думаю, мы можем перестать говорить о них, чтобы больше не вызывать в тебе процесс «активного-мышления», да и времени уже мало, так как мы уже скоро прибудем на нашу дорогую планету.
Все же мне следует теперь же, вкратце, разъяснить и настрого заповедать тебе, чтобы ты столько же времени, сколько продолжалось наше путешествие, т.е. сколько времени мы говорили о трехмозгных существах планеты Земля, старался имеющимся в твоем наличии разумом способствовать тому, чтобы некоторые функции из числа протекающих в тебе и дающих вообще трехмозгным существам возможность «активного-мышления», остались бы в бездействии, или, как говорят, «отдыхали», именно, отдыхали бы в тебе функции, которые за это время интенсивнее обычного принимали участие в твоем «активном-мышлении», функционизации которых, кстати сказать, не зависят от сущности существа, а зависят исключительно от так называемой «гармонии-общекосмического-темпа».
Между прочим, ты всегда должен помнить, что разум любого существа и интенсивность действия этого разума зависят от правильной функционизации всех отдельных частей этого цельного его наличия.
Например, все функционизации «планетного-тела» и само это тело существа являются главной его частью, но как отдельные функционизации, так и все это тело само по себе, без других одухотворенных частей существа, есть только зависимое и ничего не сознающее космическое образование, и поэтому, на основании того же, как ты раз выразился — «Общевселенского-Столба-Справедливости», каждая одухотворенная часть существа должна всегда быть с этой зависимой и несознательной частью справедливой и не требовать от нее больше того, что она может дать.
Как и все в Мегалокосмосе, также и «планетное-тело-существа», чтобы оно могло правильно служить главенствующим своим частям, т.е. чтобы эта подспорная часть цельного существа надлежаще обслуживала саму его сущность, — сама сущность всегда обязана быть справедливой и требовать от нее только по присущим ей возможностям.
Помимо вопроса справедливости, с несознательной частью существа так поступать, т.е. временно давать известным функционизациям возможность бездействовать, следует еще и для того, чтобы эта несознательная часть могла иметь всегда возможность постепенно и своевременно своими новоприобретенными субъективными темпами слиться с объективными «темпами» общего нашего Мегалокосмоса.
Надо, кстати, заметить, что и в Мегалокосмосе «слитие-темпов» происходит только «Кацнукицкерно», т.е., как бы сказали твои любимцы, — с «закономерной-постепенностью».
И вот, если ты хочешь, чтобы твое «активное-мышление» во время твоего будущего ответственного существования происходило правильно и продуктивно, то теперь, раз в тебе уже началось такое мышление и раз такой внутренний процесс имеет нежелательные последствия для твоего планетного тела, ты должен, как бы оно тебе ни нравилось и как бы это ни было тебе интересным, временно совершенно не заниматься пока таким мышлением, в противном случае в тебе получится «Дезонакуасанц» т.е. только одна часть твоего цельного наличия приобретет другой темп, и в результате из тебя выйдет существо, опять как бы сказали твои любимцы, «однобокое».
Кстати сказать, большинство из твоих любимцев, особенно современные, когда становятся ответственными, представляют из себя как раз таких «однобоких».
Словом, только при постепенном изменении темпа одной части целого возможно изменить темп всего этого цельного без ущерба для его всего.
Я нахожу нужным повторить то, что «активное-мышление» в существе и полезные результаты от такого «активного-мышления» в действительности осуществляются исключительно только при равностепенной функционизации всех трех имеющихся в нем локализаций, одухотворяющихся в его наличии результатов, которые и называются «Мыслительный-центр», «Чувствительный-центр» и «Двигательный-центр».
Глава 47
Закономерный результат беспристрастного мышления
Еще что-то хотел сказать Вельзевул, но в этот момент вдруг все осветило и все пронизало «нечто-бледно-голубое». С этого момента падение самого судна Карнак начало заметно замедляться.
Это все означало, что в данной сфере Вселенной появился один из больших космических «Эголионопти» и собирается пристать к пространственному судну Карнак.
И действительно, скоро через внешние прозрачные части судна Карнак стал быть видимым тот источник, от которого исходило это «нечто-бледное-голубое» и которым освещалось не только все находящееся внутри судна Карнак, но также и все то пространство Вселенной вокруг этого большого космического «Эголионопти», которое могло быть охвачено обыкновенным зрением существ.
Таких больших «Эголионопти» во Вселенной имеется всего четыре и каждый из них находится в ведении одного из четырех «Всечетвертьдержителей» Вселенной.
Среди всех существ, находившихся на судне, началось торопливое и озабоченное движение, и через некоторое время как пассажиры, так и судовая прислуга начали собираться в главное помещение судна, расположенное на самой его середине.
У каждого из них имелось по миртовой ветке в одной руке и по «дезжелкаще» в другой.
Когда большой космический «Эголионопти» уже совсем пристал к судну Карнак, некоторые части последнего особым образом раздвинулись и с «Эголионопти» в главное помещение судна начала входить процессия, состоявшая из нескольких Архангелов и множества Ангелов, Херувимов и Серафимов, у которых тоже у всех в руках имелись ветки, но уже пальмовые.
Впереди этой процессии шел очень уже престарелый Архангел, а сейчас позади его — два Херувима, торжественно несшие какой-то ларец, от которого тоже излучалось «нечто», но уже оранжевое.
В главном помещении судна Карнак, впереди всех стал Вельзевул, позади него — его приближенные и капитан судна, а все остальные стали сзади их на почтительном расстоянии.
Когда сказанная процессия из «Эголионопти» подошла к собравшимся в ожидании существам природы Вельзевула, она остановилась и обе партии разноприродных трехмозгных существ вместе начали воспевать гимн нашему БЕСКОНЕЧНОМУ, какой гимн вообще в таких случаях всюду во Вселенной поется существами всех природ и всех форм внешнего облекания.
Гимн этот состоит из следующих слов:
Ты, долготерпеливый Создатель всякого дыхания,
Ты, любвеобильная Причина всего существующего,
Ты, единый Покоритель беспощадного Геропаса,
Теперь под созвучия наших величаний,
Только радуйся и пребывай в блаженстве.

Ты, небывалыми трудами давший начало нашим
возниканиям и
Покорением Геропаса открывший нам возможность
Совершенствоваться до священного Анклада.
Ты, только покойся теперь заслуженно,
А мы, в благодарность за это, будем поддерживать
Тобою все созданное
И всегда и во всем бесконечно Тебя величать.
Величать Тебя, Создателя-Творца,
Тебя, начало всех концов,
Тебя, исходящего из бесконечного,
Тебя, в себе конец всего имеющего,
Тебя, без конца Бесконечного.

Когда кончили петь этот гимн, глава прибывшей процессии, старейший Архангел, приблизился к Вельзевулу и торжественно произнес:
—  По указу Его Всечетвертьдержителя Архихерувима Пештвогнера, мы явились к вам, ваше Высокопреподобие, с Его собственным святым жезлом, чтобы согласно Свыше данного вам прощения и за некоторые ваши заслуги, восстановить опять потерянные с вашей ссылкой ваши рога.
Сказав это, старейший Архангел повернулся к ларцу, который держали Херувимы, и очень осторожно и с величайшим благоговением вынул из него священный жезл.
В это время все присутствующие опустились на одно колено, а Ангелы и Херувимы начали петь соответствующее священное песнопение.
После этого Архангел взял в руки священный жезл и, опять повернувшись в сторону Вельзевула, обратился к существам природы Вельзевула со следующими словами:
—  Существа, созданные нашим ЕДИНОЕЫТНЫМ БЕСКОНЕЧНЫМ, тем же, кто и помиловал сего, когда-то провинившегося, существо-Вельзевула и теперь долженствующего, по бесконечной милости нашего ТВОРЦА, опять существовать среди вас, ему подобных существ...
Так как мужество и степень разумности существ вашей природы определяется и выявляется имеющимися на ваших головах рогами, то мы, с соизволения нашего Всечетвертьдержителя, с вашей помощью, должны восстановить потерянные Вельзевулом рога.
Существа, созданные нашим ЕДИНЫМ ОБЩИМ ОТЦОМ, ваша помощь будет заключаться в том, чтобы каждый из вас согласился из-за Вельзевула, теперь заслужившего прощение, добровольно отказаться от некоторых частиц ваших собственных рогов.
И потому, кто согласен и желает, подходите к этому священному жезлу и прикасайтесь к его рукоятке, и от продолжительности держания вами рукоятки этого священного жезла будет зависеть то количество активных элементов, которое из ваших собственных рогов перейдет на образование соответствующих рогов по собственным заслугам прощенного существа вашей природы.
Сказав это, старейший Архангел стал держать над коленопреклоненным Вельзевулом головной конец, т.е. шар священного жезла, а рукоять его повернул в сторону присутствующих таким образом, чтобы желающие могли прикасаться к ней.
С этого момента, среди существ природы Вельзевула началось очень большое движение, потому что всякий хотел подойти ближе, чтобы первым и как можно дольше касаться рукой священного жезла.
Однако, порядок скоро восстановился, и каждый стал подходить по очереди и держать рукоять столько времени, сколько указывал капитан судна, взявший на себя ответственное руководство.
Во время этого торжественного священнодействия на голове Вельзевула начали постепенно расти рога.
Вначале, пока образовывались остовы рогов, у присутствующих обнаруживалась только сосредоточенная спокойная серьезность, а с того момента, когда начали образовываться самые разветвления рогов, в них стали проявляться большое напряжение и пытливое внимание. Это второе состояние в них происходило потому, что всех очень волновало желание узнать, какое именно число разветвлений рогов появится у Вельзевула, так как числом этих разветвлений должно было определиться, согласно священному измерителю разумности, до какой градации его уже дошел Вельзевул.
Когда оформливались первые три разветвлении, то при начале каждого такого появления среди всех присутствующих происходило явно радостное вздрагивание и выражалось чувство нескрываемого удовлетворения.
А когда началось образование четвертого разветвления рогов, напряженность у всех присутствующих дошла до крайних пределов, так как образование этого разветвления рогов значило, что разумность Вельзевула уже усовершенствована до священного «Тернуналда», т.е. Вельзевулу оставалось, чтобы дойти до священного «Анклада», еще только две градации.
Когда вся эта необычайная церемония подходила к концу, вдруг неожиданно, в то время как все присутствующие не успели еще прийти в себя от предшествовавшего радостного волнения, на рогах Вельзевула самостоятельно выявилось пятое разветвление, особой, всем им уже известной формы.
Тогда все без исключения, даже сам престарелый Архангел, пали ниц перед Вельзевулом, который в это время уже поднялся и стоял преображенный, с величественной внешностью, благодаря его возникшим на его голове величественным рогам.
Все пали ниц перед Вельзевулом потому, что пятое разветвление на его рогах показывало, что он уже имеет разумность священного «Подкулада», т.е. самую последнюю градацию перед разумностью священного «Анклада».
Разумность священного «Анклада» есть самая высшая, которую только может достичь вообще какое-либо существо, и по градации она является третьей после абсолютного разума самого БЕСКОНЕЧНОГО.
Но и разумность священного «Подкулада», до которой уже усовершенствовался Вельзевул, является во Вселенной тоже очень редкой. Поэтому даже сам престарелый Архангел пал ниц перед ним, так как он сам, по своей разумности, являлся еще только в градации священного «Дегиндад», т.е. ему не хватало до разумности священного «Анклада» еще целых трех степеней.
Когда все поднялись на ноги, престарелый Архангел, обращаясь на этот раз уже ко всем присутствующим существам разных природ, произнес:
— Существа, созданные одним ТВОРЦОМ!!!
Мы все сейчас сподобились первыми узреть окончательное оформливание видимости того, что является мечтой как для нас всех, здесь присутствующих, так и для существ вообще всего нашего Великого Мегалокосмоса.
Да возрадуемся и да возликуем мы такому сподоблению, которое является для нас подбадривающим толчком для мочи борьбы со своим собственным отрицающим началом, какая мочь только и приводит к тому священному «Подкуладу», до которого дошел один из сынов нашего ОБЩЕГО ОТЦА, который вначале, по молодости своей, хотя провинился, но зато позднее сумел своими сознательными трудами и намеренными страданиями сподобиться своею сущностью стать одним из очень редких священных Индивидуумов во всей нашей Великой Вселенной.
После такого возглашения Архангела, все, без исключения, находившиеся на пространственном судне Карнак существа начали воспевать установленное для таких случаев священное песнопение, называющееся «Непосредственно-ликую».
Когда они исполнили и это последнее священное песнопение, то все Ангелы и Херувимы, во главе со старейшим Архангелом, перешли опять на космический «Эголионопти», который отошел от судна Карнак и начал постепенно исчезать в пространстве, а пассажиры и судовая прислуга начали расходиться по своим местам, и Карнак стал продолжать падать по направлению, куда ему надлежало.
После окончания только что описанного Превеличайшего Общевселенского Торжества, Вельзевул со своим внуком и со старым слугой Ахуном, взволнованные, как и прочие пассажиры пространственного судна Карнак, этим неожиданным событием, вернулись опять в то отделение судна, в котором происходили все их разговоры, касающиеся людей-существ, возникающих и существующих на Земле.
Когда Вельзевул, с преображенной видимой для всех внешностью, соответствующей его заслугам, занял свое обычное место, его старый слуга Ахун, который находился почти во все время своего существования возле него, неожиданно пал ниц перед ним и искренно умоляющим голосом начал говорить:
— Священный Подкулад великого нашего Мегалокосмоса! Смилуйтесь и помилуйте меня, несчастное обыкновенное трехцентровое существо, за мои прошлые вольные и невольные недостаточно почтительные проявления в отношении вашей священной сущности.
Смилуйтесь и помилуйте меня, того именно меня, такое трехцентровое существо, которое хотя и существовало очень долго, но к своему собственному несчастью, только из-за того, что в его подготовительном возрасте никто из окружающих его старших не способствовал слаганию в нем психических факторов для мочи интенсивного осуществления неизбежно требующихся от трехмозгного существа Парткдолгдюти, до сих пор не прозрел хотя бы настолько, чтобы иногда быть в состоянии инстинктивно ощущать имеющуюся действительность под той всякой внешностью, в которую эта единобытная и непоколебимая действительность облекается в согласии и в соответствии окружающих условий, ту именно действительность, которая для всякого дыхания является священной и именуется «объективная-разумность».
Сказав это, Ахун как бы замер в оцепенении безмолвного ожидания.
А Вельзевул, тоже безмолвно, начал смотреть на него взглядом, хотя по внешним восприятиям со стороны, и полным любви и прощения, но в котором чувствовалась его сущностная печаль и неизбежное примирение.
Пока продолжалась вышеописанная сцена, Хассин стоял все время в стороне, в позе всюду так называемой «поза-знаменитого-всевселенского-пустынника-Харнатулькпарарана-с-планеты-Кирманкшана».
И когда, немного погодя, Вельзевул обвел своим взглядом перед собой и заметил своего внука в сказанной позе, он, обращаясь к нему, сказал:
— Что, мой мальчик? Неужели и в твоем наличии происходит то же самое, что и у нашего старого Ахуна?
На такой вопрос Вельзевула Хассин, тоже с необычайной для него неуверенной интонацией, даже застенчиво, ответил:
— Почти что да, Священный Подкулад нашего Великого Мегалокосмоса! С той только разницей, что во мне в настоящее время еще сильнее функционирует импульс любви как в отношении трехмозгных земных существ, так и к нашему Ахуну в данный момент.
Усилился во мне этот импульс любви, очевидно вследствие того, что и они, как мне кажется, очень способствовали тому, что я сподобился быть недавно очевидцем великого торжества того, кто является причиной причины моего возникновения, бывшего до настоящего времени только «дорогим-моим-дедушкой», а теперь и для меня явно стал одним из священных Подкулад нашего Великого Мегалокосмоса, перед которым будут все преклоняться, а я имею счастье стоять в данный момент.
—  Э-э-э-э!!! — воскликнул Вельзевул и, придав чертам своего лица то обычное выражение, которое он свыкся иметь в бытность свою на Земле, сказал:
— Прежде всего я хочу отметить и, на разговорном языке мною особенно почитаемого Молла Наср-Эддина, выразить вслух мысли, возникшие по ассоциации по поводу сказанных Ахуном несвойственных ему слов и принятой им совершенно необычной для него позы.
Наш дорогой учитель по такому случаю сказал бы:
«Не-лей-напрасно-слез-как-тот-крокодил-который-промахнулся-когда-набросился-откусить-нижнюю-половину-рыбака».
А теперь займите свои обычные места и поговорим немного.
Так как хотя наше судно уже и входит в сферу атмосферы нашей планеты Каратаз, но пока оно пристанет к предназначенному месту стоянки, пройдет еще порядочно времени, как это обычно происходит с пространственными судами для умиротворения приобревшейся в них инерции.
Хассин и Ахун хотя и сразу бессловно выполнили предложенное Вельзевулом, но по их движениям и по просвечиванию их внутренней психики было заметно, что в их отношениях к личности Вельзевула произошла, после упомянутого Общевселенского события, полная перемена.
Когда заняли свои места, они сели уже не с той непринужденностью, какая бывала прежде.
Тогда Вельзевул, обращаясь к Хассину, сказал:
—  Первым долгом, мой мальчик, даю тебе слово, когда мы прибудем домой, если какие-либо события, по внешним независимым от нашей сущности причинам, не помешают, объяснить тебе все касательно понравившихся тебе трехмозгных существ, относительно чего я за время этого нашего путешествия на судне Карнак обещал, но оставил почему-либо необъясненным.
А пока, если ты имеешь в виду какой-либо вопрос, требующий теперь же разъяснений, — спрашивай.
Но предупреждаю, мы не имеем достаточно времени, чтобы я мог отвечать тебе в той форме, которая за это время уже стала обычной в наших разговорах, и поэтому старайся формулировать твой вопрос таким образом, чтобы и мой ответ на него мог быть кратким.
Таким своим вопросом ты можешь даже, кстати, показать мне еще раз, насколько увеличилось твое логическое мышление за время моих рассказов о странной психике трехцентровых существ, возникающих и существующих на планете Земля.
На такое предложение своего дедушки, Хассин глубоко и довольно надолго задумался и после, в повышенном настроении, сказал следующее:
—  Священный Подкулад и основная причина причин моего возникновения.
С тех пор как, после только что происшедшего торжества, ваша священная сущность облеклась соответствующей видимой внешностью, и когда тем самым и для меня, как и для всякой другой находящейся вне вас космической единицы, стало явным и даже ощутимым все то ее значение, которое даже не всяким обыкновенным трехмозгным существом может быть воспринимаемо и понимаемо, то каждое вами сказанное слово и каждый ваш совет приобретает для меня уже смысл закона.
Вот почему и это только что мне сделанное вами предложение я должен всем своим наличием постараться исполнить и попробовать, как можно лучше и сокращеннее формулировать мой вопрос.
Священный Подкулад и Причина Причины моего возникновения!
Для того, чтобы окончательно скристаллизовались все убеждения, которые за это время возникли во мне, благодаря вашим объяснениям относительно ненормальностей, происходящих на планете Земля, мне еще только очень хотелось бы узнать ваше, на этот раз личное откровенное мнение о том: Как бы вы ответили, если бы допустить, что сам наш ВСЕОБЪЕМЛЮЩИЙ СОЗДАТЕЛЬ БЕСКОНЕЧНЫЙ, призвав вас, спросил бы так:
«Вельзевул!!!
Ты, как один из ожидаемых ускоренных результатов всех моих осуществлений, прояви во вне, сокращенно, итог долговековых твоих беспристрастных наблюдений и изучений психики трехцентровых существ, возникающих на планете Земля, и вырази в словах, возможно ли еще какими-либо мерами спасти их и направить на подобающий путь!»
Сказав это, Хассин встал и, стоя в благоговейной позе, начал выжидательно смотреть на Вельзевула.
Встал также и Ахун.
Вельзевул, любовно улыбаясь на такой вопрос Хассина, сначала сказал, что теперь он уже окончательно убедился, что рассказы его принесли Хассину желательные результаты, и дальше, серьезным тоном, — продолжал, что если бы наш ВСЕОБЪЕМЛЮЩИЙ ТВОРЕЦ ЕДИНОБЫТНЫЙ   действительно призвал его и так спросил, то он ответил бы ...
В этот момент Вельзевул вдруг тоже неожиданно встал, протянув свою правую руку вперед, а левую — назад, устремил свой взор куда-то вдаль, причем казалось, что этим своим взором он как бы проникал в самые глубины пространства.
Одновременно с этим, вокруг Вельзевула понемногу стало возникать и обволакивать его «нечто» бледно-желтое, и никак нельзя было ни понять, ни разобрать, откуда именно это «нечто» исходило, — исходило ли это от самого Вельзевула или приходило к нему из пространств от вне его находящихся источников.
Находясь в таких непонятных для всякого трехмозгного существа космических осуществлениях, Вельзевул, несвойственным ему громким голосом, очень проникновенно провозгласил следующее:
— Ты все и вся всего моего...
Единственной мерой спасения существ планеты Земля теперь может явиться только привитие вновь в их наличии нового органа, органа подобного Кундабуферу, но уже с такими свойствами, чтобы каждый из этих несчастных, во время процесса существования, всегда ощущал и осознавал неизбежность как своей собственной смерти, так и смерти каждого другого, на ком бы ни остановился его взгляд или внимание.
Теперь уже только такое ощущение и такое осознание могут уничтожить окончательно окри-сталлизовавшийся в них и поглотивший всю их сущность «эгоизм», с вытекающей из него склонностью — ненавидеть других, с тою именно склон-
1172 РЕЗУЛЬТАТ   БЕСПРИСТРАСТНОГО   МЫШЛЕНИЯ
ностью, которая породила все существующие там взаимоотношения, послужившие главной причиной всех тамошних неподобающих трехмозгным существам ненормалъностей, злостных как для них самих, так и для всей Вселенной.
КОНЕЦ  РАССКАЗОВ  ВЕЛЬЗЕВУЛА
Глава 48
От автора
После шестилетней работы с беспощадным к самому себе отношением и почти всегда с напряженным мышлением, вчера наконец я кончил изложение на бумаге, на этот раз, по-моему, уже в общедоступной форме, первую серию книг из числа трех серий мною задуманных и тогда же начатых — тех именно трех серий, совокупностью развиваемых идей в которых мною было предрешено осуществить сначала теоретически три поставленные себе задачи, а именно: через посредство первой серии добиться уничтожения в людях всего того, что по их ложным представлениям якобы существует в действительности, иначе говоря, «беспощадно-вытравить-весь-веками-накопившийся-в-человеческом-мышлении-хлам», через вторую серию подготовить, так сказать, «новый-строительный-материал», и через третью — «воздвигнуть-новый-Мир», а потом осуществить — тоже мною уже предполагаемым способом — практически.
Закончив эту первую серию книг, я теперь, следуя еще издавна на Земле установившемуся обыкновению — непременно заканчивать такой большой, как говорят, «труд» тем самым, что одними называется «Эпилог», другими — «Послесловие», третьими — «От автора» и т.д., хочу для нее написать тоже что-либо в этом роде.
В целях этого сегодня утром я очень внимательно прочел написанную мною шесть лет тому назад первую главу «Предупреждение», под наименованием «Бужение мысли», для того чтобы из нее взять соответствующие идеи для соответствующего, так сказать, «логического-слития» такого начала с этим мною задуманным теперь написать концом.
Во время чтения этой шесть лет тому назад написанной мною главы, кстати сказать, кажущейся мне по моему теперешнему ощущению написанной очень и очень давно, каковое ощущение в моем общем наличии в настоящее время имеется, очевидно, вследствие того, что за это время мне пришлось проосмыслить и даже, как можно было бы сказать, «пережить» весь требуемый соответствующий материал для восьми толстых томов, — ведь не напрасно в отрасли настоящей науки под наименованием «законы-ассоциации-человеческого-мышления», дошедшей от очень древних времен и делающейся известной только некоторым из современных людей, говорится: «ощущение-течения-време-ни-прямо-пропорционально-количеству-и-качеству-протекаемых-мыслей», — и вот, во время чтения той именно самой главы, которая была мною, как я сказал, всесторонне проосмыслена и пережита под воздействием почти исключительно собственно-волевого-самоиздевательства, написанной тогда, когда вся функционизация всего моего целого, порождающая то самое в человеке, что именуется «мочь-проявляться-по-собственной-инициативе», была совершенно дисгармонирована, т.е. когда я был совсем еще больным, благодаря незадолго перед этим происшедшему со мною несчастью, заключавшемуся в «налете-с-треском» вместе с автомобилем на полном ходу на дерево, стоявшее в безмолвии на исторической дороге между столицей мира — Парижем и Фонтенбло, как бы в качестве наблюдателя и табельщика прохождения веков в несуразном темпе, именно в «налете», долженствовавшем явиться по всякому здравому человеческому пониманию концом моей предшествовавшей жизни, — тогда во мне возникло вполне определенное решение.
Вспоминая тогдашнее во время писания этой первой главы мое состояние, я вследствие присущей мне одной еще и такой маленькой слабости, которая заключается в том, что я внутренне всегда испытываю наслаждение, когда я вижу появление на лицах почтенных современных так называемых «представителей-точной-науки» очень специфической только им свойственной улыбки, не могу здесь не добавить еще и то, что хотя тогда после происшедшего со мною несчастья мое тело было настолько, как говорится, «помято-и-все-в-нем-перетасовано», что оно в течение долгих месяцев представляло из себя часть той общей картины, которую можно было бы охарактеризовать словами — «кусок-живого-мяса-в-чистой-постели», но мой до этого правильно дисциплинированный, то самое, что принято называть «дух», и при таком физическом состоянии моего тела не был ни чуть депрессирован, как это должно было бы быть по их понятиям, даже наоборот, еще больше увеличилась его мощь от возросшего в нем возбуждения, возникшего за последнее время перед этим несчастьем, благодаря моим участившимся разочарованиям в людях, особенно в людях, посвятивших себя, как они говорят, «науке», и так же из-за разочарования в имевшихся во мне до этого тех идеалах, которые постепенно оформились в моем общем наличии, главным образом, благодаря внедренной в меня еще в детстве заповеди, утверждающей, что «самой-высшей-целью-и-смыслом-человеческой-жизни-является-стремление-достигнуть-благополучие-ближнего» и что это возможно исключительно только сознательным отказом от своего собственного.
Итак, после того, как я внимательно прочитал эту, в сказанных условиях написанную мною, начальную главу первой серии, благодаря чему по ассоциации в моей памяти оживились тексты множества последующих глав, долженствующие, по моему, убеждению произвести в сознании читателей необычайные впечатления, так называемые «всегда-порождающие-субстанциональные-результаты» — «Я», т.е. на этот раз то главенствующее в моем общем наличии «нечто», которое в этот именно момент и представляет из себя итог результатов, получившихся от скристаллизовавшихся в период моей протекшей жизни данных, порождающих в человеке, вообще поставившему себе целью стать в процессе своего ответственного существования, так сказать, «активно-беспристрастно-мыслящим», между прочим, способность проникать и понимать психику разнотипных людей и под влиянием одновременно возникшего во мне импульса, именующегося «Себеподоболюбие», решил в ее заключение ничего нового отвечающего цели этой первой серии не писать, а ограничиться приложением первой лекции из числа в большом количестве имеющихся у меня публично читанных в период существования основанного мною учреждения под наименованием «Институт Гармонического Развития Человека».
Это учреждение, кстати сказать, ныне уже более не существует, и я нахожу нужным и уместным, главным образом в целях успокоения некоторых «типов» из разных государств, сделать уже категорическое заявление, что это учреждение мною ликвидировано окончательно и навсегда.
На такую ликвидацию этого учреждения и всего налаженного и тщательно подготовленного для открытия в наступающем году восемнадцати отделений в разных государствах, словом, всего созданного до этого мною почти с нечеловеческим трудом, я вынужден был решиться с невыразимым импульсом скорби и уныния главным образом потому, что вскоре после описанного происшедшего со мною несчастья, именно спустя три месяца, когда во мне более или менее восстановилась функционизация обычного моего мышления, оставаясь в то же время телом еще совсем немощным, я сообразил, что продолжение существования этого учреждения из-за отсутствия возле меня настоящих людей и невозможности без меня добывать требовавшиеся для этого большие материальные средства, неминуемо приведет к такой катастрофе, результатом которой явится, между прочим, как для меня на старости лет, так и для множества других, всецело зависящих от меня, так сказать, «полуголодное-прозябание».
Лекция, которую я хочу приложить в заключение данной первой серии, в период существования упомянутого учреждения неоднократно читалась публично моими так называвшимися тогда «учениками-первого-ранга», некоторые из которых, кстати сказать, впоследствии, к моему личному искреннему сожалению, оказались имеющими в своей сущности предрасположение для быстрого перетрансформирования их психики в психику так называемого «Хаснамуса», проявившуюся и ставшую вполне видимой и ясно ощутимой для всех более или менее нормальных окружающих тем, что в момент неизбежного кризиса всего до этого мною осуществленного, вызванного упомянутым несчастьем, они, как говорится, «дрожа-за-свою-шкуру», т.е. опасаясь потерять свое личное благополучие, кстати сказать, мною же для них созданное, отреклись от общего дела и с поджатым хвостом забравшись в свои конуры и пользуясь упавшими крохами с моего, так сказать, «идейного-стола», открыли свои, как бы я сказал, «шахер-махерские-лавочки-мастерские» и с чувством тайной, а может быть радостной, надежды на скорое полное избавление от моего бдительного контроля, стали из разных несчастных наивных людей фабриковать «клиентов-в-дома-для-умалишенных».
Я прилагаю именно эту лекцию потому, что, во-первых, с самого начала распространения проводимых мною в жизнь идей она здесь, на Европе, была намеренно скомбинирована так, чтобы служить введением или как бы преддверием для следовавшей за нею целой серии лекций, всей совокупностью которых только и возможно было в общедоступной форме осветить необходимость, и даже неизбежность, практического осуществления мною выясненных и установленных, в течение полувековой денно и нощно активной работы, незыблемых истин и доказать действительную возможность использовать их на благо людей; а во-вторых еще и потому, что во время последнего публичного чтения этой лекции я, случайно присутствуя на этом многолюдном собрании, сделал такое именно добавление, которое, вполне соответствуя скрытой мысли, вложенной самим господином Вельзевулом в своем, так сказать, «заключительном-аккорде», в то же время еще раз освещая такую превеличайшую объективную истину, по-моему, даст возможность читателю надлежаще воспринять и усвоить эту истину, как подобает существу, претендующему быть «богоподобным».
ЛЕКЦИЯ ПЕРВАЯ
Закономерная разность проявляемости
человеческой индивидуальности
(Прочитанная в последний раз в Нью-Йорке в Neighborhood Playhouse, январь, 1924 г.)
Согласно исследованиям многих истинных ученых прошедших эпох, а также согласно данным, полученным в настоящее время, благодаря совершенно исключительно поставленным Институтом Гармонического Развития Человека изысканиям, цельная индивидуальность каждого человека, на основании высших законов и на основании с самого начала на Земле установившихся и постепенно зафиксировавшихся условий процесса жизни людей, результатом какой бы наследственности человек не являлся и в каких бы окружающих и случайно сложившихся для него условиях он ни возникал и ни развивался, для того чтобы он уже в начале своей ответственной жизни в действительности отвечал смыслу и назначению своего существования как человек, а не просто как животное, эта его индивидуальность должна непременно состоять из четырех определенных, отдельных личностей.
Первая из этих четырех самостоятельных «личностей» есть не что иное, как совокупность автоматической функционизации, свойственной как человеку, так и всем животным, данные для каковой слагаются в них от всего итога результатов до этого воспринятых впечатлений как от всей окружающей действительности, так и от всего намеренно со стороны искусственно привитого, а также от результата процесса, присущего тоже всякому животному, именующегося «мечтание», именно той совокупностью автоматической функционизации, которую большинство людей по неведению именуют «сознание» или, в лучшем случае, «мышление».
Вторая его личность, имеющая в большинстве случаев функционизацию совершенно независимую от первой, есть итог результатов отложившихся и зафиксировавшихся данных, которые воспринимовываются общим наличием вообще каждого животного, благодаря шести имеющимся у них органам, так называемым «приемники-разнокачественных-вибраций» и функционирующим соответственно новым воспринимаемым впечатлениям, чуткость каковых органов зависит от перешедшей наследственности и условий, в которых протекало подготовительное оформливание для ответственного существования данного индивидуума.
Третья самостоятельная часть цельного существа представляет собою как основную функционизацию его организма, так и всю происходящую в этой основной функционизации так называемую «рефлексо-моторную-взаимо-проявляемость», качественность которой тоже зависит от тех же упомянутых как результатов наследственности, так и обстановки во время его подготовительного оформливания.
А четвертая, долженствующая тоже представлять отдельную часть цельного индивидуума, есть не что иное, как проявляемость совокупности всех результатов уже автоматизированной функционизации всех перечисленных трех отдельно оформившихся в нем и самостоятельно воспитавшихся личностей, т.е. это и есть то, что именуется «Я» в существе.
В общем наличии человека для каждой из перечисленных трех отдельно оформливающихся частей всего его целого имеется для их одухотворяемое™ и проявляемости своя самостоятельная так называемая «центротяжестная-локализация», причем каждая такая «центротяжестная-локализация» со всей системностью для ее общей осуществляемо имеет свои собственные, только ей одной присущие, особенности и предрасположения, вследствие чего, для возможности всестороннего усовершенствования человека, неизбежно требуется применять в отношении каждой из этих трех частей специальное, ей соответствующее, правильное воспитание, а не такое, какое применяется в современности и именуется тоже «воспитание».
Тогда только долженствующее иметься в человеке «Я» может быть его собственным «Я».
Для всестороннего и наглядного уяснения себе разноисточности возникновения и разнокачественности проявляемых личностей в общей организации человека, а также разницы между долженствующим иметься в общем наличии человека «без-кавычек», т.е. настоящего человека так называемого «Я» и тем, как можно было бы выразиться, «фальшивым Я», которое люди сегодняшнего дня принимают за таковое, может очень хорошо служить для проведения параллели тот пример, который хотя, как говорится, и «затаскан-до-приторности» современными так называемыми спиритами, оккультистами, теософами и другими специалистами по «ловле-рыбы-в-мутной-воде», в их болтовне о так называемых «ментальных», «астральных» и каких-то еще других, якобы имеющихся в человеке, «телах», но тем не менее для освещения разбираемого нами вопроса очень и очень подходящий.
Человек в целом со всеми своими, отдельно концентрирующимися и функционирующими, локализациями, т.е. оформливающимися и самостоятельно воспитывающимися «личностями», представляет из себя почти точное подобие той организации, которая составляется для перевозки седока из экипажа, лошади и кучера.
Прежде всего надо отметить, что разница между настоящим человеком, т.е. таким, который имеет свое собственное «Я», и человеком, не имеющим такового, определяется во взятом нами для сравнения примере именно разностью значения сидящего в экипаже седока, так как в первом случае таким седоком в экипаже является сам хозяин его, а во втором случае им является постоянно меняющийся, вроде пассажира на «извозчике-такси», первый, попавшийся прохожий.
На основании уже указанных, серьезно поставленных многолетних и экспериментальных исследований, да и просто по здравому и беспристрастному соображению всякого, даже современного, человека, общее наличие каждого человека, в особенности человека, в котором почему-либо возникает, так сказать, претензия быть не обычным рядовым человеком, а так называемым интеллигентом в настоящем смысле этого слова, должно неизбежно состоять не только из всех сказанных четырех вполне определившихся отдельных личностей, но и каждая из них непременно должна быть точно соответствующе развита, чтобы в общей его проявляемости в период ответственного существования все отдельные части гармонировали друг с другом.
Само тело человека со всеми его рефлексо-моторными-проявляемостями соответствует одному только экипажу, вся функционизация и проявляемость чувствования в человеке соответствует лошади, впряженной в экипаж и двигающей его, кучер, сидящий на козлах и правящий лошадью, отвечает в человеке как раз тому, что называется людьми сознанием или мышлением, и наконец седок, сидящий в экипаже и командующий кучером, и есть то самое, что именуется «Я».
Основное зло у современных людей в этом именно отношении заключается, главным образом, в том, что благодаря укоренившимся и повсеместно распространенным ненормальным приемам воспитания подрастающего поколения, у всех людей к периоду их ответственного возраста совершенно отсутствует четвертая, долженствующая быть в них, личность, и они почти все остаются состоящими из трех только перечисленных, в добавок самим по себе произвольно кое-как оформившихся, частей, т.е. почти каждый из современных людей ответственного уже возраста представляет из себя не больше и не меньше, как только «извозчик-такси», к тому же состоящего из очень потрепанного «видавшего-виды» экипажа с клячею-лошадью и ободранным полусонным-полупьяным кучером на козлах, у которого время, предназначенное Матерью-природой для его самоусовершенствования, проходит в ожидании на углу какого-либо случайного пассажира, в фантастических мечтах. И первый попавшийся проходимец-пассажир, нанявший его, распоряжается как ему угодно, и не только им, но и всеми ему подвластными частями.
Теперь, продолжая дальше проводить параллель между современным типичным человеком с его мыслями, чувствованиями и телом и «извозчиком-такси» с его экипажем, лошадью и кучером, мы ясно поймем, что в обеих организациях, у каждой части, ее составляющей, должны были образоваться и иметься в отдельности свои, свойственные только ей одной, потребности, привычки, вкусы и т.д., потому что, согласно разноприродности их возникновения и разных условий их оформливания и вложенным в них возможностям, у каждого неизбежно должны были образоваться, например, — своя психика, свои понятия, свои субъективные устои, свои взгляды на вещи и т.д.
Вся совокупность проявляемости человеческого мышления со всеми свойственными этой функционизации присущностями и специфическими особенностями во всех отношениях почти точно соответствует сущности и проявляемости типичного наемного кучера.
Кучер, как вообще все наемные кучера — это тип так называемый «Ванька», который немного грамотен, так как, согласно существующего на его родине постановления относительно «введения-всеобщей-принудительной-грамотности», обязан был в детстве иногда посещать так называемую «церковно-приходскую-школу».
Он, хотя сам из деревни и остался таким же темным, как и его земляки, но, соприкасаясь благодаря своей профессии с людьми разного положения и образования, нахватавшись у них с пятого на десятое всяких выражений, под которыми подразумеваются разные понятия, стал теперь относиться ко всему деревенскому свысока и пренебрежительно, с возмущением все это называя «темнота».
Короче говоря, это тип, к которому вполне подходит определение: «от-ворон-отстал-а-к-павлинам-не-пристал».
Он даже считает себя компетентным в вопросах и религии, и политики, и социологии; с равными себе он любит спорить, тех, кого он считает ниже себя стоящими — учить, а выше себя стоящим он льстит, он с ними подобострастен, он перед ними, как говорится, «ломает-шапку».
Одна из главных слабостей его — это волочиться за соседскими кухарками и горничными, но больше всего он любит плотно покушать, выпив рюмочку и другую и, вполне насытившись, подремливая помечтать.
Для удовлетворения этих своих слабостей он всегда из денег, выданных ему хозяином на покупку фуража для лошади, часть ворует.
Как всякий наемный Ванька, он работает всегда, как говорится, «из-под-палки», а если иногда и работает без понукания, то только в надежде получить чаевые.
Желание получить чаевые постепенно научило его подмечать некоторые слабости сталкивающихся с ним людей и извлекать из них для себя пользу, и он автоматически приучился хитрить, льстить, так сказать, «подмазываться» и вообще врать.
При каждом удобном случае и каждой свободной минуте он заворачивает в кабак или пивную, и там за стаканом вина долго мечтает или ведет беседу с таким же типом, как и он, или читает газету.
Он старается выглядеть солидным, носить бороду; если он худой, то в соответствующие места под своей одеждой подкладывает что-либо, чтобы казаться более важным.
Совокупность проявляемости чувствительной локализации и вся система ее функционизации в человеке как нельзя лучше соответствует во взятом нами примере лошади «извозчика-такси».
Сопоставление лошади с организацией человеческого чувствования может, между прочим, особенно наглядно показать насколько неправильно и однобоко поставлено современное воспитание подрастающего поколения.
Лошадь в ее целом, благодаря пренебрежительному с самой ее молодости отношению к ней окружающих и постоянному одиночеству, как бы замкнулась в самой себе, т.е. ее, так сказать, «внутренняя-жизнь» загнана во внутрь и для внешней проявляемости у нее остается только одна инерция.
Благодаря ненормальным окружающим ее условиям, она никогда специального воспитания не получала, а оформливалась исключительно под воздействием постоянных побоев и злых окриков.
Ее всегда держали на привязи, кормили как попало, давая вместо овса и сена только солому, которая для ее действительной потребности совершенно не годна.
Она, никогда не видевшая ни от кого проявления хотя бы малейшей любви и хорошего отношения, теперь готова отдаться всем существом своим каждому, кто проявит к ней хоть малейшую ласку.
В результате всего этого у лошади, лишенной всяких интересов и стремлений, все влечения неизбежно должны были сконцентрироваться на еде, питье и автоматическому стремлению к другому полу, и потому ее всегда тянет туда, где она может получить это, например, увидя место, где она хоть раз или два была удовлетворена в одной из перечисленных потребностей, она так и норовит свернуть туда.
Надо еще добавить, что у кучера, хотя и слабое понимание своих обязанностей, но все же он может хоть немного логически мыслить, и, помня о завтрашнем дне, он или из-за боязни, что его могут прогнать, или из-за желания получить поощрения, иногда бывает заинтересован делать что-нибудь для хозяина и без его понуканий, а лошадь, вследствие того, что в ней в свое время из-за отсутствия, как уже сказано, специального и соответствующего воспитания не были образованы никакие данные в целях проявления требующихся стремлений для ответственного существования, конечно, не понимает, и от нее даже нельзя требовать, чтобы она понимала, зачем вообще ей надо что-либо делать, и потому она относится к своим обязанностям совершенно индифферентно и работает только из страха лишних побоев.
Что касается экипажа или телеги, уподобленной в нашей аналогии телу без других имеющихся в общем наличии человека самостоятельно оформившихся частей, то с ней дело обстоит еще хуже.
Эта телега, как вообще все телеги, сделана из разных материалов и притом сделана по очень сложной конструкции.
Она, как это очевидно для всякого здравомыслящего человека, была предназначена для перевозки всякого груза, а не для той цели, для которой стали применять ее современные люди, а именно только для передвижения пассажиров.
Основная причина разных недоразумений с ней вытекает из того, что система этой телеги была рассчитана мастером для езды по проселочным дорогам, и, вследствие этого, некоторые внутренние детали ее общей конструкции предусмотрительно были сделаны соответствующе.
Например, принцип смазки — одна из главных потребностей такого изделия из разных материалов — был проведен в ее конструкции с таким расчетом, чтобы смазка распространялась по всем металлическим частям от сотрясения, получаемого благодаря неизбежным по таким дорогам толчкам, а она, предназначенная для передвижения по проселочным дорогам, поставлена теперь на извозчичьей бирже в городе, и эта телега катится по асфальтированной, гладкой, без ухабов, мостовой.
В ней, из-за отсутствия при езде по таким мостовым каких-либо толчков, не происходит равномерной смазки всех ее частей, вследствие чего некоторые из них, конечно, должны неизбежно ржаветь и переставать выполнять рассчитанное на них действие.
Всякая телега вообще идет легко, если ее движущиеся части в меру смазаны. Если смазки мало, эти ее части нагреваются, а затем и раскаляются и тем самым вызывают порчу других частей; если же смазки в какой-либо части чересчур много, общее движение телеги затрудняется и для лошади в том и другом случае становится тяжелее везти эту телегу.
Современный кучер, наш «Ванька», подчас не знает и даже не подозревает о необходимости смазки телеги, а если и смазывает ее, то без должного знания и делает это только понаслышке, следуя без критики указке первого встречного.
Вот почему с этой телегой, кое-как приспособившейся к езде по равным дорогам, когда ей почему-либо приходится ехать по проселочной дороге, всегда что-нибудь случается: то гайка ослабнет, то болт растянется, то что-нибудь соскочит с места, и после таких попыток езды по таким дорогам, дело редко обходится без более или менее значительного ремонта.
Во всяком случае, пользоваться этой телегой для целей, для которых она сделана, без риска уже невозможно; если же начать производить ремонт, то для этого понадобится всю ее разобрать, пересмотреть все ее части, как в таких случаях делается, «накеросинить», вычистить их и опять собрать, а зачастую выясняется необходимость непременно сейчас же заменить какую-либо из частей новой, — хорошо, если это дешево стоящая часть, а может оказаться, что она обойдется дороже, чем если купить новую телегу.
Итак, все сказанное относительно отдельных частей организации, из которой в общей сложности состоит «извозчик-такси», может быть вполне применено и к общей организации наличия человека.
Благодаря отсутствию у современных людей знания и умения соответствующе специально подготовлять подрастающее поколение для ответственного существования воспитанием всех отдельных частей, составляющих их общее наличие, каждый из людей настоящего времени представляет из себя нечто несуразное и в высокой степени комичное, а именно, если опять воспользоваться тем же взятым нами примером, то вроде следующей картины:
«Только что выпущенная с фабрики, сделанная по последней моде карета и отполированная настоящими мастерами немцами из города «Бармен», запряжена такой лошадью, которая на местности, именующейся «Закавказье», называется «дглози-дзи» («Дзи» — это лошадь, а «дглоз» — имя одного армянина-специалиста по покупке уже совершенно негодных лошадей и сдиранию с них кожи.).
А на козлах этой шикарной кареты сидит небритый, нечесанный, заспанный кучер-Ванька, одетый в засаленный капот, который он вытащил из мусорного ящика, куда его выкинула за совершенной уже негодностью судомойка Матрена, а на голове его совсем новый цилиндр — точная копия цилиндра Рокфеллера и на груди красуется громадная свежая хризантема.
Такая юмористическая для глаз картина современного человека неизбежно должна была получиться, главным образом, вследствие того, что с первого же дня возникновения и оформливания современного человека все эти три в нем образующиеся части, хотя разнопричинные и с разнокачественными свойствами, но долженствующие к периоду его ответственного существования для служения единой цели все совместно представлять собою одно его целое, начинают, так сказать, «жить» и зафиксировываться в своих специфических проявлениях разрозненно, не приучаясь к требуемому автоматическому взаимоподдержанию и взаимоспособствованию, а также к взаимному, хотя бы приблизительному, пониманию друг друга, от чего впоследствии, когда потребуется взаимная проявляемость, ее и не оказывается.
Благодаря в настоящее время уже окончательно зафиксировавшейся в жизни людей «системы-воспитания-подрастающего-поколения», которая единственно только в том и заключается, чтобы приучать воспитанников путем постоянного повторения вплоть до «одурения» разных, почти всегда пустых, слов и выражений, ощущать и распознавать только по разности внешнего их созвучания то, якобы, реальное, что этими словами и выражениями обозначается, то потому кучер еще с грехом пополам в состоянии объяснить, и то только другим вне его общего наличия находящимся подобным ему «типностям», возникающие в нем разные желания, а иногда даже в состоянии и приблизительно понимать этих других.
Этот наш кучер Ванька, болтая во время ожидания пассажира с другими кучерами, а иногда, как говорится, «суша-сухари» у ворот с соседской женской прислугой, даже научается разным формам так называемых «любезностей».
Он также, согласно внешним условиям жизни кучеров вообще, между прочим постепенно наавтоматизировывается различать одну улицу от другой и соображать, как во время, например, ремонта какой-нибудь улицы попасть в нужную ему улицу с другой стороны.
А лошадь, хотя на ее оформливание злостная выдумка современных людей, именующаяся воспитанием, не распространяется, вследствие чего перешедшие к ней наследственные возможности и не атрофировываются, но, благодаря тому, что это оформливание протекает в условиях ненормально установившегося процесса обычного существования людей, и она растет всеми забытая, как бы сиротой, и к тому же еще загнанной, ничего соответвующего установившейся психике кучера не приобретает и ничему тому, что знает кучер, не научается, и поэтому ей совершенно неизвестны всякие, ставшие обычными для кучера, формы взаимных сношений и между ними не устанавливается для понимания друг друга никакого контакта.
А возможно, что лошадь в своей замкнутой жизни и научается какой-то форме для сношения с кучером и даже может быть ей не чужд какой-то «разговорный-язык», но вот беда-то и в том, что кучер этого не знает и даже не подозревает о возможности этого.
Кроме того, что между кучером и лошадью из-за сказанных ненормальных условий не образовывается данных даже для автоматического приблизительного понимания друг друга, имеется еще множество других внешних, совершенно не от них зависящих, причин, не дающих им возможности осуществлять совместно ту единую цель, для которой они вместе предназначены.
Дело в том, что как отдельные самостоятельные части «извозчика-такси» связаны между собой — именно телега связана с лошадью оглоблями, лошадь с кучером вожжами, так и в общей организации человека эти отдельные части связаны между собой, а именно — тело связано с чувствительной организацией кровью, а чувствительная организация связана с организацией сознательного мышления посредством так называемого «Ганбледзоина», т.е. тем веществом, которое в общем наличии человека возникает от всех существенских намеренно производимых усилий.
Существующая в современности неправильная система воспитания привела к тому, что кучер перестал иметь какое-либо воздействие на свою лошадь, если не считать того, что он только в состоянии в сознании лошади посредством вожжей зародить только три идеи — направо, налево и остановиться.
Собственно говоря, и эта возможность у него не всегда имеется, так как вожжи вообще делаются из такого материала, который реагирует на некоторые атмосферные явления, как например, во время проливного дождя, набухая, сокращаются, а во время жары наоборот, и этим самым изменяется воздействие на автоматизированную чуткость восприятия лошади.
То же самое происходит в общей организации рядового человека, когда от какого-нибудь впечатления в нем изменяется, так сказать, «плотность-и-темпность-Ганбледзоина», и тогда мысль его окончательно теряет всякую возможность воздействовать на чувствительную организацию.
И вот, резюмируя все сказанное, волей-неволей приходится признать, что всякий человек должен стремиться иметь свое собственное «Я», в противном случае он будет всегда представлять из себя «извозчика-такси», в которое может сесть любой пассажир и распоряжаться как ему угодно.
Здесь, кстати, не лишним будет указать, что Институт Гармонического Развития Человека, организованный по системе Гюрджиева, в числе своих основных задач имеет также задачу в учениках своих, с одной стороны, соответствующе воспитывать каждую из перечисленных самостоятельных личностей, как отдельно, так и в общем их взаимоотношении, согласно требованиям их предстоящей субъективной жизни, а с другой стороны, зачать и взрастить долженствующее иметься в каждом носящем имя человек без кавычек его собственное «Я».
Для более точного, так сказать, научного определения разницы между настоящим человеком, т.е. каким он должен был бы быть, и человеком, которого мы назвали «человеком-в-кавычках», т.е. таким, какими стали представлять собою почти все современные люди, очень уместно повторить сказанное по этому поводу Гюрджиевым во время одной его лекции-беседы.
Он тогда это сказал в следующей фразе:
— Для определения человека с рассматриваемой нами точки зрения нам не могут помочь современныме знания ни анатомических, ни физиологических, ни психических его признаков, так как эти признаки в той или иной мере присущи каждому человеку, следовательно относятся ко всем людям одинаково, и поэтому не дают возможности по ним установить различия, которые мы хотим установить в людях.
Такое различающее мерило возможно формулировать только так:
«ЧЕЛОВЕК —   ЭТО СУЩЕСТВО, КОТОРОЕ МОЖЕТ ДЕЛАТЬ», А «ДЕЛАТЬ» — ЗНАЧИТ ДЕЙСТВОВАТЬ СОЗНАТЕЛЬНО И ПО СВОЕЙ СОБСТВЕННОЙ ИНИЦИАТИВЕ.
И действительно, всякий человек, более или менее здравомыслящий и могущий быть хоть немного беспристрастным, должен признать, что никакого определения более полного и исчерпывающего до сих пор не было и быть не может.
Если хотя бы временно согласиться с таким определением, то неизбежно должен возникнуть вопрос, может ли человек, являющийся продуктом современного воспитания и цивилизации, делать что-либо сам сознательно и по своей воле.
Нет! Отвечаем мы с самого начала на этот вопрос.
Почему нет?!
А потому одному уже только, что Институт Гармонического Развития Человека экспериментально доказывает и на основании этих экспериментов категорически утверждает, что все без исключения от начала до конца у современных людей «делается», и нет ничего такого, чтобы современный человек сам «делал».
В личной, семейной, общественной жизни, в политике, в науке, в искусстве, в философии, в религии — словом, во всем том, из чего слагается процесс обычной жизни современного человека, все от начала до конца делается и ни один человек из среды людей, этих «жертв-современного-воспитания», ничего «делать» не может.
Это экспериментально доказанное категорическое утверждение Института Гармонического Развития Человека, а именно — что обыкновенный человек ничего не может «делать» и с ним все делается, совпадает с тем, что говорит о человеке и современная «точная-позитивная-наука».
Современная «точная-позитивная-наука» говорит, что человек — это очень сложный организм, развившийся эволюционным путем из простейших организмов и сделавшийся теперь способным очень сложным образом реагировать на внешние впечатления.
Эта способность реагировать у человека настолько сложна и ответные движения могут быть настолько отдалены от причин их вызвавших и обусловивших, что действия человека, по крайней мере, часть их, для наивного наблюдателя кажутся совершенно произвольными.
И вот, согласно идеям Гюрджиева, рядовой человек действительно не способен ни на одно даже самое маленькое самостоятельное или произвольное действие или слово. Он весь есть только результат внешних воздействий. Человек — это трансформационная машина, это вроде передаточной станции сил.
Таким образом, с точки зрения совокупности идей Гюрджиева, а также современной «точной-позитивной-науки», человек отличается от животных только большей сложностью своего реагирования на внешние впечатления и имеет сложную конструкцию для восприятия впечатлений и для реагирования на них.
А что касается того самого, что приписывается человеку и именуется «воля», то Гюрджиев совершенно отрицает таковую могущую быть в наличии рядового человека.
Воля — это известная комбинация, получаемая от результатов известных специально выработанных в себе свойств людьми, могущими делать.
В наличии же рядовых людей подобное получается исключительно только от равнодействующих желаний.
Воля есть признак уже очень высокой степени бытия сравнительно с бытием обыкновенного человека. Но только те люди, которые обладают таким бытием, могут делать.
Все остальные люди это просто автоматы, приводимые в действие внешними силами, машины или заводные игрушки, действующие постольку, поскольку действует вложенный в них окружающими случайными условиями как бы «завод», и не могущий быть ни удлиненным, ни укороченным, ни измененным по собственной инициативе.
Итак, признавая в человеке большие возможности, мы отрицаем всякую ценность человека как самостоятельной единицы до тех пор, пока он остается таким, каким он является в настоящее время.
В целях подтверждения того, что у рядового человека совершенно отсутствует какая бы то ни была воля, я приведу здесь отрывок из одной лекции, читанной Гюрджиевым, в которой картинно рисуется проявление этой пресловутой воли в человеке.
Он во время этой лекции, обращаясь к одному из присутствующих, сказал:
— У вас груды свободных денег, роскошные условия существования. Всеобщий почет и уважение. Во главе ваших солидно поставленных предприятий стоят абсолютно честные и преданные вам люди — одним словом, вам живется прекрасно.
Вы распоряжаетесь своим временем по своему усмотрению, вы покровительствуете искусствам, вы разрешаете за чашкой кофе мировые вопросы и даже интересуетесь развитием скрытых духовных сил. Не чужды вам запросы духа, и как свой человек ориентируетесь в вопросах философии. Вы образованы и начитаны. Обладая большой эрудицией по всевозможным вопросам, вы слывете за умного человека, ибо легко разбираетесь в разнообразных областях; вы образец хорошо воспитанного человека.
Все знающие считают вас за человека с большой волей, даже из них большинство приписывает все ваше благополучие результатам проявления этой вашей воли.
Словом, вы со всех точек зрения вполне достойны подражания и таковы, что остается только позавидовать вам.
Утром вы проснулись под впечатлением какого-то удручающего сна.
Слегка подавленное настроение, рассеявшись по пробуждении, оставило в вас свой след.
Какая-то вялость и неуверенность движений.
Подходите к зеркалу причесаться и нечаянно роняете головную щетку, только вычистили, подняв ее, как роняете вновь. Поднимаете уже с оттенком нетерпения и, благодаря этому, роняете в третий раз, пытаетесь схватить на лету, но от неудачного удара рукой по щетке она летит в зеркало, тщетно рванулись схватить, трах!.. и звездообразный пучок трещин на вашем старинном зеркале, которым вы так гордились.
Тьфу, черт возьми!.. И рождается уже потребность сорвать на ком-нибудь появившуюся досаду, и, не найдя рядом с утренним стаканом кофе газету, не поданную забывчивым слугой, чаша вашего терпения переполняется и вы решаете, что этот негодяй не может быть терпим дольше в этом доме.
Вам время выходить из дома, пользуясь хорошей погодой и тем, что цель вашего выхода недалеко, вы решаете прогуляться пешком, а сзади вас тихо катит ваш, недавно вами приобретенный, самой модной марки автомобиль.
Яркое солнце несколько успокаивает вас, и толпа, собравшаяся на углу ближайшего переулка, привлекает ваше внимание.
Вы подходите ближе и видите посреди собравшихся лежащего на тротуаре в бесчувственном состоянии какого-то господина. Полицейский при помощи некоторых из собравшихся так называемых «бездельников-ротозеев» сажает его в «автомобиль-такси», чтобы везти в больницу.
Обратите внимание, как странно в ваших ассоциациях — только благодаря сходству, случайно бросившемуся вам в глаза, лица шофера с лицом того пьяного монаха, с которым вы столкнулись в прошлом году, когда и вы навеселе возвращались с шумно проведенных именин — сочеталось это несчастье на углу переулка с тем тортом, который вы кушали на этих именинах.
Ах, какой это был дивный торт!
Этот ваш слуга, не подавший вам сегодня газеты, испортил утренний кофе. Почему бы вам не вознаградить себя за это сейчас?
Кстати, вот и фешенебельное кафе, где вы иногда бываете со своими друзьями.
Но зачем вы вспомнили о слуге, ведь вы почти совсем забыли об утренних неприятностях, а теперь ... так ли уже вкусен торт с кофе!
Смотрите, за столиком рядом две дамы. Какая прелестная блондинка!
Вы слышите, как она шепчет своей собеседнице, глядя на вас: «Вот этот вполне в моем вкусе».
Ведь правда, от этих случайно услышанных вами, а, может быть, намеренно громко произнесенных по вашему адресу слов, все ваше, как говорится, «нутро-ликует»?
Если в этот момент спросить вас, стоило ли расстраиваться и портить себе настроение из-за утренних неприятностей, вы, конечно, ответите отрицательно и тут же внутренне дадите себе слово, что ничего подобного с вами больше не повторится.
Нужно ли говорить о вашем настроении, как трансформировалось оно в то время, когда вы познакомились с заинтересованной вами и заинтересовавшей вас блондинкой, и каковым оно было все то время, что провели вы с ней.
Вы вернулись домой, напевая какую-то шансонетку, и даже разбитое зеркало вызвало у вас только улыбку. А как же «дело», по которому вы вышли утром?! Вы только сейчас вспомнили о нем. Ловко... Ну все равно — можно позвонить по телефону.
Вы подходите к аппарату и барышня соединяет вас не с тем номером. Звоните еще раз и попадаете опять туда же.
Какой-то мужчина заявляет вам, что вы ему надоели, вы говорите, что это не ваша вина и, слово за слово, неожиданно для себя узнаете, что вы мерзавец, идиот и, что если вы еще раз позвоните к нему, то ...
Подвернувшийся вам под ноги ковер вызывает у вас бурю негодований, и нужно слышать, каким тоном делаете вы замечание слуге, подающему вам письмо.
Письмо от человека, вами уважаемого, хорошим мнением которого о вас вы очень дорожите.
Содержание письма настолько лестно для вас, что ваше раздражение по мере чтения его, постепенно проходит и сменяется «конфузно-приятным» чувством человека, слушающего похвалы. В самом приятном настроении кончаете вы чтение письма.
Я мог бы продолжить эту картину вашего дня — вы, «свободный-человек» !
Быть может, вы думаете, что я прикрасил?
Нет, это фотографически точный снимок с натуры.
Говоря о воле человека и о разных аспектах его якобы самоинициативных проявлений, которые для современных так называемых «пытливых умов» — а по нашему разумению «наивных умов» — являются предметом мудрствования и самолюбования, не мешает еще привести сказанное Гюрджиевым в другой одной «лекции-беседе», так как совокупность тогда сказанного им может очень хорошо осветить иллюзорность воли, якобы имеющейся у всякого человека.
Он сказал:
— Чистым листом бумаги появляется на свет Божий человек, и вот окружающие и окружающее особенно в современности наперебой грязнят и исписывают этот лист; тут и воспитание и формирование морали и сведения, называемые нами знанием, и всякие чувства долга, чести, совести и проч. и проч.
И все претендуют на непреложность и безошибочность методов, применяемых для прививки этих отростков к стволу, именуемому личностью человека.
Лист постепенно загрязняется и чем больше нагрязнено на листе, т.е. чем больше начиняется человек зазубриваемыми им или внушенными ему другими эфемерными сведениями и понятиями о долге, чести и т.п., тем «умнее» и достойнее считается окружающими этот человек.
А сам загрязненный лист, видя, что люди «грязь» его считают за достоинство, не преминет и сам счесть ее таковой.
И вот вам образец того, что мы называем человеком, часто даже добавляя такие слова, как «талант» и «гений».
И у нашего «таланта», проснувшегося утром, настроение испортится на весь день, если он не найдет туфель рядом с постелью.
Не свободен обыкновенный человек в своих проявлениях в своей жизни и настроениях.
Не может он быть тем, чем он хотел бы быть и чем считает сам себя.
Человек — это звучит гордо, самое название «человек», означающее «венец-творения», так ли уже подходит это наименование к современным людям?
В то же время человек действительно должен являться венцом творения, так как он оформлен и имеет в себе все возможности для приобретения всех данных, точно подобных данным, имеющимся у ОСУЩЕСТВЛЯЮЩЕГО ВСЕ СУЩЕСТВУЮЩЕЕ во всей Вселенной.
Для того, чтобы иметь право на название «человека», нужно им быть.
Вот для такого бытия и надо раньше всего с упорной настойчивостью и неугасимым импульсом желания, исходящего от всех отдельных самостоятельных частей, составляющих все наше общее наличие, т.е. желания, исходящего одновременно от мысли, чувства и органического инстинкта работать, в то же время беспрерывно борясь со своими субъективными слабостями, раньше над всесторонним познанием самого себя и уже после, основываясь на полученных результатах, выясненных таким образом только благодаря собственному сознанию, именно выясненных результатах как относительно имеющихся в вашей установившейся субъективности недочетов, так и способов возможности борьбы с ними, добиваться искоренения их с беспощадным к самому себе отношением.
Современный человек, каким мы его можем знать только при отсутствии какого бы то ни было с нашей стороны пристрастия, говоря откровенно, представляет собою не больше и не меньше как только заводную машину, хотя правда и очень сложной конструкции.
Эту свою машинность человеку непременно надо всесторонне проосмыслить и как следует понять, чтобы в полной мере оценить, какое значение эта машинность со всеми вытекающими из нее последствиями и результатами может иметь как для его собственной дальнейшей жизни, так и для оправдания смысла и цели его возникновения и существования.
Для желающего изучить и уяснить себе вообще человеческую машинность наилучшим объектом может служить он сам со своей собственной машинностью, а изучить целесообразно и разумно понять всем своим существом, а не «психопатически», т.е. одной только какой-либо частью всего своего цельного наличия, можно исключительно в результате правильно веденного самонаблюдения.
А что касается самой этой возможности — правильно вести самонаблюдение, при этом вести его без риска подвергнуться зловредным последствиям, каковые неоднократно наблюдались при попытке людей делать это без должного знания, то относительно этого, во избежание возможных увлечений, необходимо предупредить, что наш опыт, базирующийся на множестве имеющихся у нас точных сведений, показал, что это не такая простая вещь, как это может показаться с первого взгляда, и вот поэтому в основание правильного ведения самонаблюдения для самопознания, мы кладем изучение машинности современного человека.
Прежде чем начать изучать эту машинность и все принципы для правильного ведения самонаблюдения, во-первых, человек должен бесповоротно решить, что он будет безусловно искренен с самим собой, не будет ни на что закрывать глаза, не будет уклоняться ни от каких результатов, куда бы они ни вели бы его, не будет бояться никаких выводов, не будет ограничивать себя никакими, заранее поставленными, границами, а во-вторых, чтобы самое разъяснение этих принципов воспринималось и претворялось в последователях излагаемого нами учения надлежащим образом, необходимо в целях этого установить соответствующую форму «разговорного-языка», так как существующую форму мы находим для подобных выяснений совершенно неподходящей.
Относительно первого условия требуется уже с самого начала предупредить, что человеку, не привыкшему думать и действовать в направлениях, соответствующих принципам самонаблюдения, надо иметь много смелости, чтобы искренно принять получаемые выводы и не падать духом, а примирившись с ними, продолжать делать их дальше с обязательно требующейся для этого «крещендирующей» настойчивостью.
Эти выводы могут перевернуть, как говорится, «вверх-дном» все уже глубоко вкоренившиеся в человеке убеждения и верования и весь строй его обычного мышления, из-за какого казуса он может лишиться, пожалуй навсегда, всех приятных и, как говорится, «милых-его-сердцу-ценностей», создавших ему до этого такую спокойную и уютную жизнь.
Благодаря правильному ведению самонаблюдения, человек с первых же дней ясно поймет и с несомненностью установит свое полное бессилие и беспомощность буквально перед всем, что его окружает.
Он всем своим существом убедится, что все владеет им, все управляет им. Он не владеет и не управляет ничем решительно.
Его влекут или отталкивают не только все одушевленное, имеющее в себе способность влиять на возникновение в нем тех или других ассоциаций, но даже совершенно покойные неодушевленные предметы.
Он без самовоображения и самоусыпления, именно свойств, сделавшихся для современных людей неотъемлемыми импульсами, осознает, что вся его жизнь есть не что иное, как слепое реагирование на сказанные влечения и отталкивания.
Он наглядно увидит, как образовываются его так называемые взгляды, миросозерцание, характер, вкус и т.д., словом, как оформилась и под влиянием чего может изменяться в своих деталях его индивидуальность.
А что касается второго необходимого условия, т.е. установления правильного разговорного языка, то это необходимо потому, что установившийся за последнее время и принявший, так сказать, «права-гражданства» наш разговорный язык, на котором мы говорим, передаем другим наши знания, понятия и пишем книги, по нашему мнению, сделался таковым, что уже совершенно не годен для сколько-нибудь точного обмена мнений.
Слова, из которых состоят современные разговорные языки, благодаря вкладываемому в них людьми произвольному смыслу, стали обозначать собою очень неопределенные и относительные понятия, и потому рядовыми людьми воспринимаются очень растяжимо.
В получении такой именно ненормальности в жизни людей, по нашему мнению, сыграла роль все та же установленная ненормальная система воспитания подрастающего поколения.
А сыграла она роль в этом потому, что зиждясь, как мы уже сказали, главным образом на том, чтобы заставлять молодежь «зазубривать» как можно больше слов, разнящихся между собой только по впечатлению, получающемуся от внешнего созвучания самих слов, а не по настоящей сути вложенного в них значения, эта система воспитания привела к тому, что люди постепенно потеряли способность вдумываться и соображать, о чем они говорят и о чем им говорится.
В результате потери этой способности и имеющейся в то же время необходимости все же более или менее точно передавать друг другу свои мысли, современным людям приходится, несмотря на уже имеющееся во всех современных разговорных языках бесконечное число слов, или заимствовать у других языков, или выдумывать самим все больше и больше слов, что в конце концов привело к тому, что современный человек, желая выразить какую-либо идею и зная для этого много, как ему кажется, подходящих слов, когда он выражает свою идею словом, хотя по его мыслительному соображению, кажущимся ему соответствующим, в то же время инстинктивно чувствуя неуверенность в правильности своего выбора, несознательно придает этому слову свое субъективное значение.
Благодаря, с одной стороны, такому наавтоматизировавшемуся обыкновению, а с другой стороны, постепенному исчезновению способности подолгу концентрировать свое активное внимание, рядовой человек, произнося или слушая какое-либо слово, поневоле усиливает и выдвигает ту или другую сторону подразумевающегося под этим словом понятия, всегда сосредоточивая все значение слова на одной черте всего этого понятия, т.е. обозначает этим словом не все признаки данного понятия, а лишь случайный первопопавшийся признак в зависимости от породившихся в цепи протекающей в нем автоматической ассоциации идей и потому, разговаривая с другим, современный человек одному и тому же слову каждый раз дает другое значение, подчас совершенно противоречащее подразумеваемому смыслу данного слова.
Для человека, до известной степени осознавшего это и более или менее научившегося наблюдать, особенно резко констатировывается и становится очевидной эта «трагико-мическая-звуковая-вакханалия», когда в разговор двух современных людей вступают еще и другие.
Каждый из них во все слова, сделавшиеся в данной, так сказать, «симфонии-бессодержательных-слов» центротя-жестными, вкладывает свой субъективный смысл, и в общей сложности для слуха такого осведомленного и беспристрастного наблюдателя только и получается так называемая, в древнесинокулупианских сказках «Тысяча и одна ночь» — «какофонофеерическая-бессмыслица».
Разговаривая таким образом, современные люди думают, что они понимают друг друга и уверены, что передают друг другу свои мысли.
Мы, основываясь на многочисленных неоспоримых данных, выясненных психо-физико-химическими экспериментами, категорически утверждаем, что пока современные люди останутся таковыми, каковыми они являются в настоящее время, т.е. «рядовыми», то о чем бы между собой они ни говорили, в особенности касательно отвлеченных вопросов, они никогда под одними и теми же словами не будут подразумевать одних и тех же понятий и друг друга по настоящему не поймут.
Вот почему в современном рядовом человеке всякое внутреннее переживание, даже страдательное, и порождающееся мышление и получившееся логические результаты, другой раз могущие быть очень благодетельными для окружающих, во вне не проявляются и только трансформируются в, так сказать, «порабощающий-фактор» для него самого.
Из-за этого увеличивается даже изолированность внутренней жизни отдельного человека и этим все больше и больше уничтожается столь необходимая при совместном существовании людей так называемая «взаимопросвещаемость».
Благодаря потере способности вдумываться и соображать, современный рядовой человек, слыша или употребляя в разговоре какое-либо знакомое ему только по созвучанию слово, совсем не задумывается и в нем даже не возникает вопрос, что это слово в точности обозначает, раз навсегда решив, что он его знает и все другие тоже знают.
Впрочем, иногда такой вопрос возникает в нем, когда он слышит впервые совершенно незнакомое ему слово, но и в том случае он ограничивается только тем, что заменяет это незнакомое ему слово каким-нибудь другим подходящим знакомым по созвучанию словом и воображает, что понял его.
Для уяснения сказанного очень хорошим примером может служить так часто употребляемое каждым современным человеком слово «Мир».
Если бы люди сумели сами для себя схватить, что протекает в их мыслях, когда они слышат или употребляют слово «Мир», то большинство из них должны были бы признаться, если бы, конечно, пожелали быть откровенными, что с этим словом у них не соединилось никакого точного понятия, а просто уловив слухом привычное созвучание, значение которого предполагается им известным, они как бы сказали себе: «ах, мир, я знаю что это такое» и будут преспокойно продолжать думать дальше.
Если же намеренно остановить их внимание на этом слове, суметь у них выпытать, что именно они подразумевают под этим словом, то они сначала заметно, как говорится, «растеряются», но сейчас же найдутся, т.е. быстро обманут себя и, вспомнив чье-либо первопришедшее им в голову данное этому слову определение, выскажут его как свое собственное, хотя в действительности они раньше так не думали.
А если иметь соответствующую власть и принудить несколько человек, даже из среды современных получивших, как говорится, «хорошее образование» людей, непременно, высказаться, как они точно сами понимают слово «Мир», то каждый из них такую «понесет-околесину», что невольно с умилением вспомнишь даже о касторовом масле. Так например, тот из них, который начитался, между прочим, разных книг по астрономии, скажет, что «Мир» — это огромное количество солнц, окруженных планетами, находящихся на колоссальных расстояниях одно от другого и составляющих вместе то, что именуется «Млечный Путь», за которым на неизмеримых расстояниях и вне пределов недоступных пока для наших исследований пространств лежат, как можно предполагать, другие звездные скопления, другие миры.
Другой, интересующийся современной физикой, будет говорить о мире как об эволюции материи, начиная от атома и до самых больших скоплений, как планеты и солнца; или, может быть, будет говорить о теории сходства мира атомов и электронов с миром солнц и планет, и т.д. в том же духе.
Тот из них, который увлекся почему-то, между прочим, философией и начитался по этому вопросу всякой всячины, начнет говорить, что мир есть только плод наших субъективных представлений и воображений, и что наша Земля с ее горами и морями, растительным и животным царством — все это мир обманчивых явлений, иллюзорный мир.
Человек, знакомый с новейшей теорией «многомерности пространства», скажет, что мир обыкновенно рассматривается как бесконечная трехмерная сфера, но что в действительности трехмерный мир как таковой не существует и представляет собой только воображаемый разрез другого четырехмерного мира, из которого приходит и куда уходит все вокруг нас происходящее.
Человек, миросозерцание которого построено на догматах религии, скажет, что мир есть все существующее как видимое, так и невидимое, созданное Богом и зависящее от Его воли. В видимом мире наша жизнь кратковременна, но в невидимом мире, где человек получает награду или наказание за все содеянное им во время его пребывания в видимом мире, она вечная.
Увлекающийся «спиритизмом» скажет, что кроме видимого мира существует еще и другой — «потусторонний» мир, и что уже установлено общение с существами, населяющими этот «потусторонний-мир».
А увлекающийся теософией пойдет еще дальше и скажет, что существует семь миров, взаимопроникающих и состоящих из все более и более разряженной материи, и т.д.
Короче говоря, ни один из современных людей не сможет дать точное, для всех приемлемое, определенное понятие действительного значения слова «Мир».
Вся психическая внутренняя жизнь рядового человека есть не что иное, как «автоматизированная-контактность» двух или трех серий ассоциаций, прежде воспринятых человеком и зафиксировавшихся при воздействии возникшего в нем тогда какого-нибудь импульса впечатлений во всех трех имеющихся в нем разноприродных локализациях или «мозгах», начавшая вновь действовать та же ассоциация, т.е. появившаяся повторяемость соответствующих впечатлений начала констатировать под влиянием какого-нибудь внутреннего или внешнего случайного толчка, что в другой локализации стали повторяться ею самой вызванные однородные впечатления.
Все особенности миросозерцания ординарного человека и характерные черты его индивидуальности вытекают и зависят как от последовательности происходящих в нем импульсов при восприятии новых впечатлений, так и от установившегося автоматизма для возникновения процесса повторяемости этих впечатлений.
Этим же объясняется всегда наблюдаемая даже рядовым человеком несуразность во время его пассивного состояния протекающих внутри него одновременно нескольких ничего общего между собой не имеющих ассоциаций.
Сказанные впечатления в общем наличии человека вос-принимовываются благодаря имеющимся в нем, как вообще и в наличии всяких животных, трех воспринимательных, для всех семи так называемых «планетных-центротяжестных-вибраций», как бы аппаратов.
Устройство этих воспринимающих аппаратов во всех частях механизма одинаково.
Они состоят из приспособлений, напоминающих чистые восковые валики фонографа, на этих валиках, или, как их можно иначе назвать, «катушках», с первых же дней появления человека на свет Божий и даже еще до этого, в период его оформливания во чреве матери, начинают записываться все получаемые впечатления.
Причем отдельные аппаратики, составляющие этот общий механизм, обладают еще одним автоматически действующим приспособлением, благодаря которому вновь поступающие впечатления помимо того, что записываются рядом с подобными же впечатлениями, записанными раньше, но еще и записываются в хронологическом порядке.
Таким образом каждое испытанное впечатление записывается в нескольких местах, на нескольких катушках и на этих катушках оно сохраняется неизменным.
Эти запечатлевшиеся восприятия имеют такое свойство, что от прикосновения однородных и однокачественных вибраций, они, так сказать, «возбуждаются» и в них повторяется действие, подобное действию, вызвавшему их возникновение.
Вот эта повторяемость прежде воспринятых впечатлений и порождает то самое, что называется ассоциация, и попавшие в поле внимания человека частицы такой повторяемости обусловливают то самое, что именуется «память».
Память рядового человека сравнительно с памятью человека, гармонически усовершенствованного, является очень и очень несовершенным приспособлением для использования им во время его уже ответственной жизни имеющихся в нем прежде воспринятых впечатлений.
При помощи памяти рядовым человеком может быть использована из раньше воспринятых впечатлений и удерживаться, так сказать, на учете только небольшая часть имеющегося в нем всего запаса впечатлений, тогда как памятью, долженствующей иметься в настоящем человеке держатся на учете все без исключения уже когда-либо воспринятые впечатления.
Делалось много опытов и с несомненной точностью было установлено, что всякий человек в определенных состояниях, например, находящийся в состоянии известной стадии гипноза, может вспомнить до мельчайших подробностей все, что с ним когда-либо было, вспомнить все детали обстановки, лица, голоса людей, окружающих его даже в первые дни его жизни, когда он был, по понятиям людей, еще бессознательным существом.
Во время нахождения человека в одном из таких состояний можно заставить искусственно начать работать даже катушки, запрятанные в самые темные углы механизма, но и бывает, что эти катушки начинают развертываться сами собой под влиянием какого-нибудь явного или скрытого толчка, вызванного каким-нибудь переживанием, и перед человеком вдруг возникают давно забытые сцены, картины, лица и т.п.
На этом месте я остановил лектора и счел уместным сделать нижеследующее добавление.
ДОБАВЛЕНИЕ
Таков обыкновенный рядовой человек — бессознательный раб всецелого служения чуждым для его личной индивидуальности общевселенским целям.
Он весь свой век может прожить таким, каков он есть, и как таковой уничтожиться навсегда.
И в то же время Великая Природа дала ему возможность не быть только слепым орудием всецелого служения этой общевселенской объективной цели, но, служа Ей и осуществляя предназначенное ему, так как это удел каждого дышащего, одновременно работать и для самого себя, для своей собственной эгоистической индивидуальности.
Эта возможность дана опять-таки для служения общей цели, вследствие того, что для уравновешивания тех же объективных законов нужны и такие, частично освободившиеся, люди.
Хотя сказанное освобождение возможно, но имеет ли всякий человек шансы достигнуть этого — сказать трудно.
Есть масса причин, не допускающих этого, которые в большинстве случаев не зависят ни лично от нас, ни от больших законов, а зависят только от разных случайных условий нашего возникновения и оформливания, в числе которых главными являются наследственность и условия, в которых протекал процесс нашего «подготовительного роста» — вот эти самые не могущие измениться условия могут не допустить такого освобождения.
Самая главная трудность освобождения от всецелого рабства заключается в том, что надо самими с намерением, исходящим от собственной инициативы и настойчивостью, поддерживающейся собственными усилиями, т.е. не чужой, а собственной волей, добиться искоренения из своего собственного наличия как уже зафиксировавшихся последствий некоторых свойств имевшегося в наших прародителях «нечто», именовавшегося «орган Кундабуфер», так и предрасположения к могущим вновь возникнуть таковым последствиям.
Для того, чтобы вы имели хотя бы приблизительное понимание о том, что представлял из себя этот странный орган с его свойствами, а также относительно проявляемости в нас последствий этих свойств, нам придется остановиться на этом вопросе подольше и поговорить о нем немного подробнее.
В своих предусмотрениях Великая Природа по многим важным причинам, о которых будут даны теоретические разъяснения в последующих лекциях, должна была слагать в общем наличии первобытных людей, т.е. в общем наличии наших далеких предков, и такой орган, благодаря порождающимся свойствам которого они могли бы быть защищены от возможности видеть и чувствовать все происходящее в действительности.
Этот орган, хотя позже и был той же Великой Природой из их общего наличия «деслагаем», но на основании космического закона, выражающегося словами — «ассимиляция-результатов-многократно-повторяющихся-действий», согласно которому во всяком мировом сосредоточении при многократном повторении одного и того же действия возникает предрасположение при известных условиях вызывать подобные же результаты, то возникшее в наших прародителях такое закономерное предрасположение стало передаваться по наследству из рода в род, а когда их потомки установили в процессе своего обычного существования множество таких условий, которые оказались соответствующими для сказанной закономерности, то с тех пор в них и начали возникать последствия разных свойств этого органа и, ассимилируясь от перехода по наследству из поколения в поколение, в конце концов приобрели проявляемости почти такие же, как и у их предков.
Приблизительное понимание проявляемости в нас этих последствий может нам дать следующий для нашего разума очень понятный и не вызывающий никакого сомнения факт.
Все мы люди смертны, и всякий человек может умереть в каждый любой момент.
Теперь спрашивается может, ли человек реально представить и в сознании своем, так сказать, «пережить» процесс своей собственной смерти?
Нет! Свою собственную смерть с переживанием этого процесса человек даже при всем своем желании представить себе никогда не может.
Современный обыкновенный человек может представить себе, и то не в полной мере, смерть другого.
Человек может представить себе, например, что вот выходит некий Иван из театра и, переходя улицу, попадает под автомобиль, который давит его насмерть.
Вот вывеска, сорвавшаяся от ветра, падает на голову случайно проходящего Матвея и убивает его на месте.
Вот Семен, поев испорченных раков, отравляется, и никто спасти его не может, и завтра он непременно умрет.
Все это каждый легко может себе представить. Но может ли рядовой человек такую возможность, которую он допускает в отношении Ивана, Семена и Матвея, допустить в отношении самого себя и пережить и перечувствовать все отчаяние от возможности таких случаев именно с ним?
Подумайте, что произошло бы с человеком, ясно представляющим себе и переживающим неизбежность своей собственной смерти.
Если серьезно задуматься и если смочь на самом деле вникнуть в это и проосознать свою собственную смерть, то что может быть ужаснее этого.
В обычной жизни людей, в особенности за последние века, имеется в действительности кроме такого всенепременного долженствующего произойти удручающего факта, как неизбежная смерть, масса еще других подобных фактов, которые, при одном только реальном представлении возможности испытать их, должны были бы вызывать в нас чувство невыразимого и непереносимого отчаяния.
Если бы современные люди, которые уже окончательно потеряли возможность иметь какие-либо реальные объективные надежды на будущее, т.е. те из них, которые за время своей ответственной жизни никогда ничего не «посеяли» и следовательно в будущем им ничего не придется «пожать», осознали бы неизбежность скорой своей смерти, то они только от одного мысленного переживания повесились бы.
Вот в том-то и заключается особенность воздействия на общую психику современных рядовых людей последствий сказанного органа, что благодаря им у большинства современных людей — этих трехцентровых существ, на которых были возложены все упования нашего СОЗДАТЕЛЯ, как на имеющих возможность служить высшим целям — не возникает осознания всяких таких действительных ужасов, и им дана возможность спокойно продолжать свое существование, несознательно выполняя предназначенное, но только уже для служения ближайшим непосредственным целям природы, так как возможность для служения высшим целям они потеряли из-за неподобающей ненормальной их жизни.
Благодаря этим последствиям, в психике таких людей не только не возникает осознания этих ужасов, но они в целях самоуспокоения даже сочиняют, как для реально ощущаемого, так и для вовсе ими не ощущаемого, всевозможные фантастические объяснения, кажущиеся их наивной логике правдоподобными.
Так например, если бы разрешение вопроса, почему в людях отсутствует способность реально ощущать разные возможные действительные ужасы, в частности ужас своей собственной смерти, сделался бы, так сказать, «злобой-дня», что бывает с некоторыми вопросами в современной жизни людей периодически, то, по всей вероятности, все современные люди как обыкновенные смертные, так и все так называемые «ученые» категорически решили бы и, ни минуты не сомневаясь, как говорится, «с-пеной-у-рта» стали бы доказывать, что от возможности испытывать такие ужасы защищает людей имеющаяся в них «воля».
Если допустить, что это так, то почему же тогда эта самая, якобы имеющаяся в нас воля, не защищает нас от всех маленьких страхов, переживаемых нами на каждом шагу?
Для того, чтобы всем своим существом ощутить и понять то, о чем я сейчас говорю, а не только понять своим сделавшимся, к несчастью нашего потомства, основной присущностью современных людей, так сказать «мысле-блудием», представьте себе сейчас хотя бы следующее:
Вы сегодня после лекции возвращаетесь к себе домой и, раздевшись, ложитесь в постель, и в тот момент, когда вы закрываетесь одеялом, что-то выскакивает из-под подушки и, пробегая по вашему телу, прячется в складках одеяла.
Признайтесь откровенно, ведь у вас действительно только при одной мысли о такой возможности уже пробегает дрожь по всему телу.
Разве это не так?
Теперь попытайтесь, пожалуйста, сделать исключение и подумайте про такое возможное с вами происшествие только одним своим мышлением без участия какой бы то ни было зафиксировавшейся в вас, так сказать, «субъективной-эмоциональности», и тогда вы будете сами удивлены, почему вы, собственно говоря, так реагируете на это.
Что тут такого страшного?
Это только обыкновенная домашняя мышь, самый безопасный и безобидный зверек.
Теперь я спрашиваю вас, как для объяснения всего сказанного применить имеющуюся якобы у каждого человека волю?!
Как возможно согласовать — человек боится маленькой робкой, самой всего боящейся, мышки и тысячи других подобных мелочей, которые еще могут и не случиться, и в то же время он не испытывает ужаса перед неизбежностью своей смерти?
Во всяком случае, объяснить такую явную антилогичность присутствием воздействия пресловутой человеческой «воли» — невозможно.
Если на эту антилогичность посмотреть трезво, без всякой предвзятости, т.е. без готовых понятий, получившихся у нас как от мудрствований разных так называемых «авторитетов», ставших в большинстве случаев таковыми благодаря наивности и стадности людей, так и от возникающих в нашем мышлении результатов, зависящих от ненормального воспитания, то сделается очевидным без всякого сомнения, что всякие те ужасы, от которых в человеке не возникает желания, как мы сказали, повеситься, допускаются самой Природой и допускаются постольку, поскольку они необходимы для процесса нашего обычного существования.
И действительно, без них, без этих всяких в объективном смысле маленьких, как говорится, «от-показа-пальца-проходящих», а нам кажущихся «небывалых-ужасов», не могли бы в нас происходить никакие переживания, как-то переживания радости, горя, надежды, разочарования и т.п., и мы не имели бы всевозможных забот, побуждений и стремлений и вообще всяких импульсов, заставляющих нас действовать, чего-то добиваться и стремиться к какой-то цели.
Вот именно совокупность всех таких автоматически возникающих и протекающих в рядовом человеке, как можно было бы их называть «детских переживаний», с одной стороны, составляет и поддерживает его жизнь, а с другой стороны, не дает ему возможности и времени видеть и чувствовать действительность.
Если бы рядовому современному человеку была дана возможность ощущать или хотя бы только мыслями помнить, что он тогда-то, в определенный ему известный срок, например, завтра, через неделю или месяц и даже через год, два умрет, непременно умрет, то спрашивается, что тогда останется из всего того, что заполняет и из чего состояла до сих пор его жизнь?
Для него все потеряет свой смысл и значение. — К чему тогда и орден, полученный вчера за долголетнюю службу и так обрадовавший его, и подмеченный им недавно многообещающий взгляд женщины, являвшейся до сих пор объектом постоянных и безрезультатных его вожделений, и газета за утренним кофе, и почтительный поклон соседа на лестнице, и все его любимые вещи, и театр вечером и отдых и сон, — к чему все это?!
Все это уже не будет иметь того смысла, который до сих пор в них вкладывался, если человек будет знать, что смерть придет даже через пять или десять лет.
Словом, смотреть, как говорится, своей смерти «прямо-в-глаза», рядовой человек не может и не должен — он тогда сразу потерял бы, так сказать, «почву-под-ногами» и перед ним со всей резкостью вырос бы вопрос — к чему же и для чего тогда жить и маяться?
Вот именно для того, чтобы не возникал такой вопрос, Великая Природа, убедившись, что в общем наличии большинства людей уже перестают слагаться всякие свойственные трехцентровым существам факторы для достойной проявляемости, предусмотрительно мудро защитила их тем, что допустила возникновение в них разных последствий таких недостойных иметься в трехцентровых существах свойств, которые при отсутствии подобающих осуществлений способствуют не воспринимать и не ощущать действительность.
А вынуждена была Великая Природа приспособляться к такой в объективном смысле ненормальности вследствие того, что ухудшившаяся, благодаря установленным самими людьми условиям их обычной жизни, качественность их излучаемости, требующаяся для Высших Общекосмических Целей, настоятельно требовала для уравновешивания увеличения количества возникновений и существований и таких жизней.
Отсюда вытекает, что жизнь вообще людям дана не для них самих, а эта жизнь нужна для сказанных Высших Космических Целей, и потому Великая Природа бережет эту жизнь, чтобы она протекала в более или менее переносимой форме, и заботится, чтобы она преждевременно не прерывалась.
Ведь и мы, люди, сами тоже кормим, бережем, ухаживаем, делаем по возможности удобнее жизнь наших баранов, свиней.
Разве мы все это делаем из-за того, что дорожим их жизнью ради их жизни?
Нет! Мы делаем это все для того, чтобы в один прекрасный день зарезать их и получить требующееся для нас хорошее мясо и побольше жиру.
Таким же образом Природа принимает все меры к тому, чтобы мы жили, не видели бы своего ужаса и не повесились бы, а жили бы долго, и она зарежет нас, когда ей это потребуется.
При таких установившихся условиях обычной жизни людей это теперь уже стало незыблемым законом Природы.
В нашей жизни имеется какая-то очень большая цель и мы все должны служить этой большой общей цели — в этом все назначение и смысл нашей жизни.
Все люди без исключения — рабы этого «Большого», и все принуждены беспрекословно подчиняться и выполнять без каких бы то ни было льгот и компромиссов предназначенное каждому согласно его, как по наследству перешедшему, так и благоприобретенному бытию.
Теперь, после всего мною сказанного, возвращаясь к основной теме прочитанной здесь сегодня лекции, я хочу восстановив в вашей памяти несколько раз употребленные для определения человека выражения — «настоящий-человек» и «человек-в-кавычках» — и в заключение сказать следующее:
Как «настоящий-человек», уже приобревший свое собственное «Я», так и «человек-в-кавычках», не имеющий такового, хотя оба и являются рабами сказанного «Большого», но разница между ними, как я уже сказал, заключается в том, что первый, относясь к своему рабству сознательно, приобретает возможность одновременно со служением общевселенской осуществляемости часть своей проявляемости, согласно предусмотрению Великой Природы, применять — ив целях приобретения для себя «нетленного-бытия», а второй, не сознавая своего рабства, служит в течение всего процесса своего существования исключительно только как бы вещью и, по миновании надобности в нем, исчезает навсегда.
Для того, чтобы сделать понятнее и образнее только что мною сказанное, будет очень хорошо, если общечеловеческую жизнь уподобить большой реке, вытекающей из разных истоков и текущей по поверхности нашей планеты, и жизнь отдельного человека — капле воды, составляющей в совокупности эту реку жизни.
Эта река сначала протекает как одно целое по сравнительно ровным долинам, и в том месте, где Природа особенно протерпела так называемый «незакономерный-катаклизм», она распадается на два отдельных течения, или, как еще говорят, с этой рекой происходит «водораздел».
Масса воды одного русла вскоре после прохождения этого места попадает в еще более ровные долины, причем с отсутствием каких бы то ни было так называемых «величественных-и-живописных» окружающих местностей, и в конце концов попадает в открытый океан.
Второе русло, продолжая свое течение по местам, образовавшимся от последствия сказанного «незакономерного-катаклизма», в конце концов вливается в трещины земли, явившиеся следствием того же самого «катаклизма», и проникает в самые недра Земли.
От водораздела воды обоих русел дальше текут самостоятельно, хотя никогда больше не смешиваясь, но на протяжении дальнейшего течения часто приближаются друг к другу настолько близко, что всякие результаты, порождающиеся от процесса их течения, сливаются и даже иногда во время больших атмосферных явлений, как-то бури, ветра и т.п., брызги воды или даже отдельные капли попадают из одного русла в другое.
Жизнь каждого человека в отдельности до ответственного возраста соответствует капле воды начального течения этой реки, и место, где происходит «водораздел», соответствует времени, когда человек достигает совершеннолетия.
До этого разделения всякие как большие последовательные закономерности движения реки, так и малые детали этого движения для осуществления предопределенного назначения всей реки на отдельные капли распространяются только постольку, поскольку данная капля состоит в общей совокупности этой реки.
Для самой капли все ее собственные перемещения, направления и состояния, вызванные разностью места ее нахождения и разных случайно возникших окружающих ее условий, ускорения или замедления темпа ее движения, всегда носят совершенно случайный характер.
Для капли нет отдельного предопределения ее личной судьбы, предопределение судьбы есть только для всей реки.
В начальном течении реки жизни, капля сейчас здесь, через минуту там, еще через минуту ее может и вовсе не быть, как таковой — она, выброшенная из реки, испаряется.
И вот, после того, когда из-за неподобающей жизни людей Великая Природа вынуждена была соответствующе перерождать их общее наличие, с тех пор в целях общего осуществления всего существующего установилось так, чтобы общечеловеческая жизнь на Земле протекала в двух руслах, и постепенно Великой Природой были предусмотрены и зафиксированы в деталях общего своего осуществления такие соответствующие закономерности, чтобы в капле воды начального течения реки жизни, при соответствующей внутренней субъективной так называемой «борьбы-со-своим-отрицанием» могло возникать или не возникать то «нечто», благодаря которому и приобретаются те или другие свойства, отвечающие возможности для попадания на месте водораздела этой реки жизни в то или другое русло.
Это «нечто», служащее в общем наличии капли воды фактором, осуществляющем в ней свойства, отвечающие тому или другому руслу, и является в общем наличии каждого человека, достигшего ответственного возраста, тем «Я», о котором говорилось в сегодняшней лекции.
Человек, имеющий в своем общем наличии собственное «Я», попадает в одно русло реки жизни, а не имеющий его — в другое.
Дальнейшая судьба всякой капли общей реки жизни сама по себе определяется во время процесса «водораздела» уже тем, в какое русло она попадает.
А определяется это тем, что, как уже сказано, одно из этих двух русел в конце концов вливается в океан, т.е. в такую сферу общей Природы, которая имеет часто повторяющийся так называемый «Взаимный-обмен-веществ» между разными-большими-космическими-сосредоточениями посредством процесса так называемого «Похдалисьджанча», частицу какого процесса, кстати сказать, современные люди именуют «циклон», и эта капля воды имеет возможность, как таковая, эволюционировать на следующие высшие сосредоточения.
А другое русло в конце своего течения, как уже тоже сказано, течет в трещины земли, в «преисподнюю», где, участвуя в беспрерывно происходящем внутри планеты процессе, называющемся «инволюционное-созидание», трансформируется в пары и распределяется в соответствующие сферы для новых возникновений.
После водораздела, хотя большие и малые последовательные закономерности и детали для внешнего движения, в целях осуществления предопределенного назначения обоих русел, тоже вытекают от тех же космических законов, но только вытекающие от них результаты, так сказать, «субъектизируются» для обоих течений соответствующе и начинают функционировать, хотя самостоятельно, но все время взаимоспособствуюл; и поддерживают друг друга. Эти вытекающие от основных космических законов «субъектизирующиеся» второградные законы функционируют иногда рядом, то сталкиваясь, то перекрещиваясь, но никогда друг с другом не сталкиваются.
Воздействия этих субъективирующихся второградных законов иногда, при известных окружающих условиях, могут распространяться и на отдельные капли.
Для нас, современных людей, главное зло в том, „что мы, благодаря различным нами самими установленным условиям обычного нашего существования, главным образом, вследствие ненормального так называемого «воспитания», при достижении ответственного возраста, приобретая наличие, отвечающее только тому руслу реки жизни, которое в конце концов вливается в «преисподнюю», попадаем в него и оно нас несет как хочет и куда хочет, а мы, не задумываясь над последствиями, остаемся пассивными и, отдаваясь течению, плывем и плывем.
До тех пор, пока мы будем пассивны, мы в результате не только неизбежно должны будем служить только средством для «инволюционного-созидания» Природы, но будем также в течение всей дальнейшей нашей жизни рабски подвергаться всяким капризам всевозможных слепых случаев.
Так как большинство из находящихся здесь слушателей уже, как говорится, «перешагнули» через ответственный возраст и искренно сознают, что до сих пор не приобрели собственного «Я», и в то же время, согласно сути всего мною здесь сказанного, вырисовались не особенно приятные для них перспективы, то я, для того, чтобы вы, — именно вы, это сознающие — не были бы очень, как говорится, «обескуражены» и не впали бы в обычный и всюду распространившийся в современной ненормальной жизни людей так называемый «пессимизм», скажу совершенно искренно, без всякой задней мысли, что — на основании моих убеждений, сложившихся благодаря долголетним изучениям, подкрепленным многочисленными совершенно исключительно обставленными экспериментами, на результатах которых и базируется мною основанный Институт Гармонического Развития Человека — даже и для вас еще не поздно!
Дело в том, что сказанные изучения и эксперименты мне очень ясно и определенно показали, что обо всем заботящейся Матерью-Природой предусмотрена возможность приобретения существами ядра своей сущности, т.е. своего собственного «Я», и после наступления ответственного возраста.
Предусмотрение справедливой Матери-Природы в данном случае заключается в том, что нам дана возможность при известных внутренних и внешних условиях из одного русла перейти в другое.
Дошедшее до нас спокон веков выражение «первое-освобождение-человека» и означает эту возможность перехода из русла, предопределенного исчезнуть в «преисподнюю», в русло, вливающееся в широкий простор безбрежного океана.
Переходить в другое русло не так просто — «захотел, дескать, и перешел». Для этого необходимо прежде всего сознательно окристаллизовать в себе данные для порождения в своем общем наличии постоянного неугасимого импульса желания такого перехода, а потом долгое соответствующее подготовление.
Для этого перехода необходимо раньше всего отречься от всего, кажущегося вам «благами», но что в действительности является вами рабски приобретенными автоматическими привычками, имеющимися в данном русле жизни.
Иначе говоря, нужно умереть для ставшей для вас обычной жизни.
Вот об этой-то смерти и говорится во всех религиях.
Это же самое определяется дошедшим до нас с глубокой древности изречением: «аще умреши не оживеши», т.е. говоря обычным языком — «если не умрешь, не воскреснешь».
Тут говорится не про телесную смерть, потому что для такой смерти нет надобности в воскресении.
Если есть душа, да еще бессмертная, то она может обойтись и без такого воскресения тела.
И не потому нужно воскресение, чтобы явиться на страшный Суд к Господу Богу, как нас учат Отцы Церкви.
Нет! Даже и Иисус Христос и все другие, Свыше посланные пророки говорили о той смерти, которая может быть еще здесь при жизни, именно о смерти «Тирана», от которого происходит наше рабство в данной жизни и единственно от освобождения от которого и зависит первое и главное освобождение человека.
Тотализируя все сказанное, как мысли, проведенные в самой лекции, так и добавленное мною сегодня, именно по поводу двух категорий современных людей, которые по внутреннему своему содержанию между собой ничего общего не имеют, и относительно того прискорбного факта, выясняющего до известной степени, благодаря сделанному мною добавлению именно то, что в общем наличии людей за последнее время, благодаря прогрессивно ухудшающимся нами установленным условиям обычной нашей жизни, особенно из-за неправильной системы воспитания подрастающего поколения, намного интенсивнее стали возникать различные последствия свойств органа Кундабуфера, я считаю необходимым сказать и даже подчеркнуть еще и то, что все без исключения недоразумения, возникающие в процессе нашей совместной жизни, особенно в смысле взаимоотношений, все разногласия, споры, сведения счетов между собой и скороспелые решения, именно решения, после осуществления которых на деле в нас возникают длительные процессы «Угрызения-совести», и даже такие крупные события, как войны, междоусобия и другие подобные несчастья массового характера, происходят именно благодаря имеющемуся в общем наличии обыкновенного никогда над собой специально не работавшего человека свойству, которое я на этот раз назвал бы внимание «отражаться-действительность-шиворот-навыворот».
С этим всякий человек, если он сможет хоть немного серьезно подумать, так сказать, «не сливаясь» со своими страстями, должен согласиться, беря во внимание хотя бы только тот, часто повторяющийся в процессе нашей внутренней жизни факт, что все наши переживания, которые вначале, именно в то время, когда они еще происходят в нас, нам кажутся еще никогда небывалыми и прямо-таки ужасными, по прошествии только незначительного времени, когда эти переживания сменяются другими и случайно вспоминаются, оказываются по логическому рассуждению, когда мы уже бываем в другом состоянии, не стоившими, как говорится, «даже-ломаного-гроша».
В рядовом человеке результаты его мышления и чувствования часто приводят к тому, что, как можно было бы выразиться, «муха-превращается-в-слона-а-слон-превращается-в-муху».
Проявляемость в общем наличии сказанных людей этого злостного свойства особенно интенсивно осуществляется как раз во время таких событий как войны, революции, междоусобия и т.д.
Вот во время таких именно событий особенно резко и проявляется даже ими констатированное состояние, под воздействие которого они все за редкими исключениями подпадают, и которое они же назвали «массовый-гипноз».
Сущность этого состояния заключается в том, что рядовые люди, получая в своем, в такое время особенно ослабевающем, и без того слабом мышлении толчок от злостной выдумки какого-либо умалишенного и, становясь в полном смысле слова рабами этой злостной выдумки, проявляют себя уже совершенно автоматически.
В периоде нахождения под воздействием и такого бича, ставшего для современных обыкновенных людей уже их неотъемлемой присущностью, в их общем наличии уже совершенно перестает иметься то священное, именующееся «сознание», данными для возможности приобрести которое Великая Природа наделила их как существ богоподобных в отличие от простых животных.
Искреннее сожаление осведомленных людей касательно и такой присущности в современных людях получается от того, что, согласно историческим данным, а также экспериментальным выяснениям множества настоящих ученых прошедших эпох, уже давно Великая Природа для своего равновесия в таком явлении, как массовый психоз, совершенно не нуждается, а наоборот, такая периодически возникающая людская присущность вынуждает ее на новые, все новые приспособляемости, как например, вроде увеличения рождаемости, изменения так называемой «темпности-общей-психики» и т.д., и т.д.
После всего мною сказанного считаю нужным сказать и даже подчеркнуть еще и то, что все исторические данные, дошедшие до некоторых современных людей и ставшие случайно известными и мне, именно исторические данные, имевшие место в действительности в прошлой жизни людей, а не те выдуманные современными так называемыми «учеными» из числа главным образом германцев, какими «историями» и начиняется почти всюду на Земле все подрастающее поколение, ясно показывает, что люди прежних эпох не подразделялись на два русла жизни, а все текли в одной реке жизни.
Общечеловеческая жизнь начала подразделяться на два русла только со времени так называемой «тиклямышской-цивилизации», непосредственно предшествовавшей вавилонской цивилизации.
Вот с тех пор постепенно начал и в конце концов окончательно установился тот уклад человеческой жизни, при котором, как всякий здравомыслящий человек должен констатировать, эта жизнь теперь может протекать более или менее сносно только в том случае, если люди будут подразделяться на господ и рабов.
Хотя быть господином, как и быть рабом, при совместном существовании с себе подобными сыновьями ОБЩЕГО ОТЦА, в обоих случаях недостойно человека, но, благодаря в настоящее время существующим уже как следует зафиксировавшимся в процессе совместной жизни людей условиям, начало которых исходит из глубины веков, приходится примириться и пойти на такой компромисс, который, согласно беспристрастному благоразумию, ответствовал бы как для нашего личного блага, так и в то же время этот компромисс не противоречил бы никаким заповедям, исходящим от «Первоисточника-всего-существующего» специально для нас, людей.
Такой компромисс, по-моему, возможен, если некоторые из людей сознательно поставят себе главной целью своего существования приобретение в своем наличии всех соответствующих данных, дабы стать среди окружающих себе подобных господином.
Исходя из этого и поступая по мудрому спокон веков существующему изречению, гласящему, что «ддя-того-что-бы-в-действительности-быть-справедливым-и-добрым-альтруистом-неизбежно-требуется-прежде-быть-чистокровным-эгоистом», а также, использовывая данное нам Великой Природой благоразумие, каждый из нас должен поставить себе основной целью сделаться в процессе нашей совместной жизни господином.
Но господином не в том смысле и значении, которое этому слову придают современные люди, именно в том смысле и значении, когда у него имеется много рабов и много денег, перешедших к нему в большинстве случаев по наследству, а в том смысле, когда у данного человека, благодаря его благочестивым в объективном смысле деяниям в отношении окружающих, т.е. деяниям, им проявляемым согласно диктуемым только его чистым разумом, совершенно без участия тех импульсов, которые в нем, как и во всех людях, вообще порождаются от упомянутых последствий свойств злостного органа Кундабуфера, и он приобретает в себе то «нечто», которое само по себе повелевает всем окружающим преклоняться перед ним и с благоговением выполнять его приказания.
Итак, я считаю эту первую серию моих писаний законченной и законченной именно в такой форме, которая даже меня самого удовлетворяет.
Во всяком случае, я даю слово с завтрашнего дня уже более не тратить для этой первой серии даже пяти минут моего времени.
Теперь я хочу, прежде чем приступить к обработке второй серии моих писаний, для того чтобы придать и ей, с моей точки зрения, общедоступную форму, в течение целого месяца отдыхать, решительно ничего не писать и для взбадривания моего до крайних пределов утомленного организма «потихонечку» допивать уцелевшие еще пятнадцать бутылок «обер-переобер-небесного-нектара», именующегося в настоящее время на Земле «старый Кальвадос».
Этот «старый Кальвадос», кстати сказать, в количестве двадцати семи бутылок я сподобился случайно найти в бутылках, намазанных массой, состоящей из извести, песку и мелко нарубленной соломы, когда несколько лет тому назад мне понадобилось для сохранения на зиму моркови вырыть яму в одном из погребов теперешнего моего основного местожительства.
Эти бутылки с такой божественной жидкостью в этом месте были зарыты, по всей вероятности, жившими когдато здесь же монахами вдали от мирских соблазнов для спасения своей души.
Мне почему-то теперь кажется, что эти бутылки ими были именно здесь зарыты неспроста, а что, благодаря имевшейся в них так называемой «интуиции-прозорливости», данные для каковой их особенности, нужно полагать, образовались в них благодаря их благочестивой жизни, они предвидели, что зарытая божественная жидкость попадет в достойные, понимающие толк в таких вещах руки, и эта жидкость воодушевит обладателя этих рук честь честью восхваляюще поддерживать и способствовать лучшему переходу в последующие поколения значения идеалов, на которых зиждилась их корпорация.
Я хочу за время этого с любой точки зрения заслуженного вполне мною отдыха, допивая эту велелепную жидкость, которая за последние годы только и дает мне возможность без страдания терпеть окружающих меня подобных мне животных, выслушивать всякие новые анекдоты, а иногда, за неимением новых, выслушивать и старые, если конечно попадутся умелые рассказчики.
Сейчас еще полдень, а так как я дал слово для этой первой серии больше ничего не писать, начиная только с завтрашнего дня, то у меня есть еще время и я могу, не нарушая слова, с чистой совестью добавить еще и то, что еще год, два тому назад мною было категорически решено из публикуемых моих писаний сделать общедоступным только первую серию, а что касается второй и третьей серий — эти серии сделать не общедоступными, а организовать их распространение так, чтобы, между прочим, через посредство их осуществить одну из числа основных поставленных мною себе под сущностной присягой задач, которая заключается в том, чтобы непременно в конце концов также доказать всем моим современникам как теоретически, так и практически абсурдность присущей им всем идеи относительно существования якобы какого-то «другого-света» с его пресловутыми столь прекрасным «Раем» и столь отвратительным «Адом», и в то же время доказать теоретически, а потом непременно добиться практически, чтобы каждый, даже «полная-жертва» современного воспитания, с содроганием понял и знал, что «Ад» и «Рай» действительно существуют, только не там, где-то «на-том-свете», а здесь, рядом с ними, на Земле.
После того как будут уже напечатаны все книги первой серии, я намерен для распространения содержания второй серии организовать одновременно в разных больших центрах общедоступные публичные чтения.
А что касается реальных, безусловно понятных, действительных объективных истин, которые освещены мною в третьей серии, то я хочу сделать ее доступной исключительно только тем из числа слушателей второй серии моих писаний, которые будут отбираться специально подготовленными людьми согласно мною уже разработанной инструкции.

Гюрджиев Г. И.
Рассказы Вельзевула своему внуку. Все и Вся. Произведение в трех сериях. Первая серия. СПб.: Издательство журнала «Звезда». 2001. — 1236 с.
ISBN  5-94214-011-1
Гюрджиев Георгий Иванович (18729—1949) Книга «Рассказы Вельзевула своему внуку» принадлежит перу автора, чья жизнь и творения обросли многочисленными легендами Его цель — воскресить утраченные человечеством знания о сущности и достижимости целостного вечного миропонимания Учение Гюрджиева широко распространилось не только в России, но и на Западе
ББК84 Р7
ОГЛАВЛЕНИЕ
Часть Третья    1
Глава 41    1
Бухарский дервиш Хаджи-Асеац-Трув    1
Глава 42    19
Вельзевул в Америке    19
Глава 43    72
Взгляд Вельзевула на процесс периодического  взаимоуничтожения людей    72
Глава 44    97
По мнению Вельзевула, понятие людей относительно справедливости в объективном смысле является для них «проклятым-миражем».    97
Глава 45    107
По мнению Вельзевула, добывание людьми электричества из Природы и уничтожение его во время использования является одной из главных причин сокращения длительности их жизни.    107
Глава 46    114
Вельзевул объясняет своему внуку значение избранной им формы и последовательности своего изложения сведений относительно людей.    114
Глава 47    118
Закономерный результат беспристрастного мышления    118
КОНЕЦ  РАССКАЗОВ  ВЕЛЬЗЕВУЛА    123
ЛЕКЦИЯ ПЕРВАЯ    125
ДОБАВЛЕНИЕ    136
 




Популярное


Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 198

Случайная новость


Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /var/www/wordpress1/data/www/fway.org/libraries/joomla/utilities/date.php on line 198